Fragments of us

Художественный класс был тихим теперь, напряжение от срыва Хёнджина медленно утихало. Слабый гул кондиционера наполнял тишину, но он не был угнетающим, как раньше. Это было мягко, успокаивающе, и Хёнджин мог сосредоточиться на этом, когда его дыхание выравнивалось. Феликс всё ещё сидел рядом с ним на полу, его рука лежала легко на плече Хёнджина. Он не отпустил его, не отстранился, и что-то в этой непоколебимой поддержке заставляло грудь Хёнджина болеть—не от боли, а от чего-то, чего он не мог назвать. Хёнджин снова вытер лицо, его рукав был мокрым от слёз. —Блять, — пробормотал он, его голос был хриплым. —Я, наверное, ужасно выгляжу. Феликс мягко рассмеялся, звук был низким и тёплым. —Ты выглядишь нормально, дурак. Хёнджин слабо, дрожаще засмеялся, его голова немного наклонилась в сторону Феликса. Они сидели в тишине некоторое время, вес всего ещё оставался, но уже не удушал. Голос Хёнджина нарушил тишину, едва слышно. —Феликс? —Да? — ответил Феликс, повернув голову к нему. Хёнджин колебался, его пальцы играли с подолом рукава. Его сердце билось в груди, его горло сжималось, когда он заставил себя говорить. —С тобой я чувствую себя в безопасности, — сказал он тихо, его слова почти были заглушены воздухом между ними. Феликс замер, его лицо с веснушками смягчилось, когда слова дошли до него. —Хён... —Я имею в виду, — сказал Хёнджин, его голос слегка дрожал. —Я никогда... сука, я никогда не чувствовал себя так раньше. Как будто я могу просто... чувствовать. Грудь Феликса сжалась, его горло болело от сырой уязвимости в голосе Хёнджина. Он не сказал ничего сначала, не хотел рискнуть нарушить момент неправильными словами. Вместо этого он обнял Хёнджина крепко, обхватив его обеими руками и прижав к себе. Хёнджин на мгновение замер, прежде чем расслабиться в объятиях, его голова опустилась на плечо Феликса. —Ты в безопасности со мной, — прошептал Феликс, его голос был низким, но твёрдым. —Всегда. Я обещаю, Хён. Грудь Хёнджина болела, но на этот раз это было не от боли или страха—это было что-то тёплое, что-то незнакомое, но не неприветливое. —Спасибо, — прошептал он, его голос был заглушен плечом Феликса. Феликс улыбнулся, его подбородок лежал легко на голове Хёнджина. —Тебе не нужно меня благодарить, дурак. Это то, для чего нужны друзья. Хёнджин слабо, дрожаще засмеялся. —Всегда нужно сказать что-то слащавое. Феликс улыбнулся, отстранившись чуть-чуть, чтобы посмотреть на него. —Да, но ты любишь это. Хёнджин закатил глаза, но слабая улыбка на его губах не осталась незамеченной. Когда они сидели там, золотой свет угасал в мягкие оттенки сумерек, Хёнджин почувствовал что-то, чего он не чувствовал уже давно: надежду. Феликс заставлял его чувствовать себя в безопасности, как будто мир не был таким страшным или подавляющим, каким он всегда казался. И Хёнджин подумал, что, может быть, просто может быть, всё будет хорошо.