Dangerous games

      — В какую, нахрен, машину? Кто увёз?       — Скорее всего те, кого мы отследили с десертами. Машина без номеров, лиц не видно, — тараторит, переводит взгляд то на Минхо, то на Хёнджина, — Больше некому!       —Так, спокойно. Феликс сказал вы их по камерам засекли, есть лица? — влезает в разговор Минхо.       — Да, есть. Но только имена удалось вычислить. Я запаниковал, не знал к кому обратиться. Наши все с утра улетели, один я его не найду, — голос звучит как чистое отчаяние.       Минхо обходит Джисона сзади, легонько берёт его руки в свои и резким движением застёгивает на запястьях наручники.       — Это просто чтобы ты не убежал. Сейчас поедем в участок, все расскажешь, и мы найдем твоего друга, обещаю.       — Какого чёрта?? Какой участок? — вопит Джисон.       — Сержант Ли Минхо, — суёт ему в нос значок, — Будь послушным мальчиком, Хан, быстрее приедем в участок — быстрее начнём искать.       Джисон сверлит глазами Хвана:       — Ублюдок, он тебе доверился!       — Потише на поворотах, Хан, — отзывается Хёнджин и чуть ли не срывается на бег.       В участке Джисона отводят в комнату для допросов и просят рассказать всё, что он знает о похитителях.       — Мы защитим тебя, как осведомителя, — пытается выстроить доверительные отношения Минхо, — Если будешь сотрудничать — никто не выдвинет тебе обвинений. То же самое с Феликсом.       Хан упорно молчит и смотрит в стену. Он перебирает в голове, всё что говорил о Хёнджине Феликс и пытается понять, как его такой опытный друг не распознал копа под прикрытием. Минхо бьёт кулаком по столу, пытаясь привлечь внимание, но Хан лишь вздрагивает, так и смотрит в стену.       — Джисон, послушай меня, прошу. Одиннадцатый час ночи! Чем дольше ты молчишь, тем больше вероятности, что друга твоего мы найдем в лесополосе в разных пакетах!       Хан вздрагивает. Промаргивается и переводит взгляд на Минхо.       — Хорошо, но я пойду с вами.       — Исключено!       — У меня военная подготовка! Это мое условие, я иду с вами.       — Чёрт с тобой, — выдержав паузу на обдумывание, соглашается Минхо.       Хан тяжело вздыхает и выдаёт сержанту всё, что знает.       — Нашёл кое-что, — зовет всех к своему компьютеру Чан, — Они выехали, судя по камерам, с трассы, дальше камер нет. Но один из них работал на заводе по переработке пластика, сейчас здание заброшено и как раз находится неподалеку от места, где мы теряем их след.       — Отлично, выдвигаемся через 5 минут, — командует Минхо.       Все надевают бронежилеты, берут оружие и садятся по машинам, двигаясь в сторону заброшенного завода. Хёнджин нервно трясет ногой и кусает нижнюю губу. Джисон безотрывно и как-то разочарованно на него смотрит.       — Если бы он знал, — тихо говорит ему Джисон, — он бы никогда..       — Закрой рот, — перебивает его Хван и со злостью смотрит на Джисона, — Еще слово скажешь, я надену на тебя наручники и пристегну к сиденью.       Холодный пот пробивает Хвана при одной мысли, что команда узнает о его отношениях с Феликсом. Он исподлобья смотрит на Хана и мысленно молит его не продолжать разговор. Его половинит от чувств внутри, волнение за жизнь Феликса накрывает с головой, не даёт разумно мыслить.       Они паркуют автомобили вдалеке и аккуратно продвигаются к зданию, освещая себе путь фонариками. Минхо идёт первым, проверяет обстановку и жестами показывает команде идти вперёд. Вокруг здания завода чисто, двери не заблокированы, и команда по одному начинает заходить внутрь: Минхо, за ним Бан Чан и Чанбин. Хёнджин обходит здание, Сынмин страхует на крыше. В рации слышны лишь слова «первый этаж — чисто», Хван медленно передвигается, видит ещё один вход на завод, когда слышит звуки выстрелов и в рации «внутри пятеро». Он резко срывается с места, подбегает к двери, но не успевая открыть, слышит звук затвора прямо у своей головы. Он был на мушке много раз, и всегда первая мысль была остаться в живых. Единственная мысль сейчас — он не успел спасти Феликса.       Секунды растягиваются, белый шум в голове создает вакуум в ушах, не дающий проходить звукам снаружи. Хван мысленно считает до двух и направивший на него пистолет, падает замертво. В рации голос Сынмина «Хван, смотри по сторонам». Он поднимает голову и смотрит на Сынмина на крыше, складывает пальцы знаком Окей и заходит в здание. Размеренным шагом поднимается по лестнице, снимает двоих по пути и заходит на второй этаж. Хёнджин прячется за каменной стеной, видит как открывается дверь заброшенного кабинета, выходят двое и лишь на мгновение замечает в тусклом свете единственной лампочки привязанного к стулу Феликса. Сердце пропускает удар — Феликс склонил голову и не шевелится. Двумя точными выстрелами он убивает мужчин и забегает в кабинет, отчитывается в рацию, что нашел Феликса, проверяет пульс на шее — жив. Его одежда вымазана в грязи и разорвана, лицо покрыто высохшей кровью и ранами, но он дышит, а значит самого страшного не случилось. Хван разрезает верёвки, взваливает Феликса на плечо и несёт к выходу, но ждёт у двери.       — На втором этаже чисто, — рапортует Минхо и Хёнджин выходит из кабинета.       Джисон, увидев Феликса в таком состоянии бежит к нему, сжимает кулаки от злости. Минхо подходит следом:       — Как я и обещал, мы его нашли.       — Люблю, когда держат своё слово, — улыбается Хан и замечает у противоположной стороны человека с оружием, направленным в их сторону. Всё происходит в доли секунды. Хан со всей силы толкает Минхо, закрывая собой, одновременно выхватывает его пистолет из кобуры и стреляет. У Минхо в ушах пульс долбит, сердце в груди делает кульбит и падает на внутренние органы, когда Хан падает на бетонный пол, поднимая клубы пыли.       — Нееет, — кричит Минхо и бросается к Хану, пытаясь понять, куда попала пуля.       — Твою мать, — зажимает рану на плече Джисон, — Как же больно!       Минхо выдергивает ремень из брюк и делает жгут выше ранения.       — Ты куда под пули бросаешься, идиот, — ругает Хана, а сам трясётся, — Жить надоело?       — Надо было дать ему тебе башку прострелить? — возмущается корчащийся от боли Хан.       — Я не знаю! — в отчаянии отвечает и поднимает сопротивляющегося Хана на руки.       Они спускаются на первый этаж, где подоспевшая скорая кладёт Феликса на носилки и грузит в машину.       — Что случилось? — залезая в машину спрашивает Хёнджин.       — Он мне жизнь спас, — Минхо смотрит на Хана, — Пуля навылет прошла, надо в больницу.       — Я вызову ещё одну скорую.       — Не надо, я сам отвезу, — отвечает уже криком, потому что почти бежит к своей машине.       — Да поставь ты меня на землю, — вырывается Джисон, — Я же не смертельно ранен.       — Можешь так не гнать, я в порядке, — Хан вжимается в сиденье, болтаясь из стороны сторону, пока Минхо лавирует между машинами. Но ответа, как и сбавления скорости не следует и Хан, прикусив и без того уже кровоточащую губу, молча утыкается в окно, смотря на мелькающие фонари вдоль дороги.       Машина скорой равняется с только подъехавшей машиной Минхо. Хана и Феликса забирают врачи, а команда остаётся ждать в больничном коридоре.       Время тянется безбожно долго, Минхо и Хёнджин ходят как тигры в клетке и каждый молчит о своём. Сержант злится на себя, он повёлся на слова Хана и подверг гражданского опасности. Лучше бы пуля попала в него.       Спустя час Джисон под ругань врача выходит в коридор с перебинтованной рукой, отказываясь оставаться в больнице.       — Я буду пить антибиотики дома, не нужна мне ваша больничная койка, — пререкается он с врачом, проходит мимо Минхо и выходит из больницы.       — Джисон, — окликает его выходящий следом Ли, — Да подожди ты!       Хан останавливается, но стоит спиной, тычет носом ботинка в асфальт.       — Ты в порядке?       — Как видишь, — отвечает, не поднимая головы, — Мне нужно подписать какие- то документы?       — Эм, нет, — мнется Минхо, — Я просто хотел сказать спасибо.       — Будь здоров, — так же не поднимает глаза Хан и уходит прочь от больницы.       Минхо смотрит ему в след, качает головой, хочет вернуться в больницу, но натыкается на вышедшего Хвана.       — Феликс в палате, к нему нельзя.       — Тогда иди домой и отдохни, выспись. Поговоришь с ним завтра. Я оставлю около палаты охранника.       Хван благодарит сержанта и уезжает домой. Он скидывает форму прямо на пол в коридоре, прячет оружие в сейф и смывает с себя сегодняшний день в горячем душе. Обмотав полотенце вокруг бёдер, Хван пьёт горячий кофе на кухне и смотрит в выключенный телевизор. Стрелка часов приближается к трём ночи, надежда на сон тает окончательно. Шаги за дверью выдергивают его из своих мыслей, Хван медленно подходит и смотрит в глазок, не веря увиденному. Он распахивает настежь дверь и ловит налетевшего на него Феликса, одетого в больничную одежду.       — Ты что здесь делаешь? — отстраняется Хван, осматривая с ног до головы нежданного гостя.       — Я поживу у тебя немного, ладно? — льнёт в груди Феликс, обнимая.       — Нам нужно серьёзно поговорить, — пытается отстранить его Хёнджин, но не может расцепить крепкую хватку.       Феликс сильнее прижимается, поднимает голову и целует настойчиво. Он скользит пальцами по голому торсу Хвана, не отпускает, как бы тот ни пытался прервать поцелуй.       — Я чуть не сдох вчера, к чёрту разговоры, — прерывается лишь на одну фразу и снова впивается поцелуем.       Хёнджин уверяет себя, что он сопротивляется. Он пытается, правда. Упирается руками в плечи Феликса, пытается что-то сказать, но настойчивый язык во рту не даёт этого сделать. Феликс трётся об него всем телом и толкает в сторону кровати, спотыкается о бронежилет, но ничего не видит в тёмной комнате. Даже если бы по периметру стояли тысячи светодиодных ламп — он бы ничего не заметил. Он дёргает за полотенце на бёдрах Хвана, демонстрируя, что сопротивляться бесполезно.       Хёнджин прощается с рассудком, смотрит на упавшее полотенце и подхватывает Феликса под бёдра, заставляя обвить ноги вокруг своей талии. Завтра он обязательно подумает о тупости своего поступка, но это будет завтра. А сейчас, в моменте, он думает лишь о том, как вкусно целовать Феликса и как удобно он помещается в его сильных руках. Поцелуй развязный, губы опухают, но оторваться друг от друга их ничто не заставит. Они падают на кровать, продолжая жадный поцелуй, прерываясь на короткое мгновение, чтобы снять одежду с Феликса, но даже этот миг ощущается болезненно. Феликс кусает кожу на шее Хёнджина, пока тот тянется рукой к тумбочке и наощупь достаёт тюбик со смазкой. Он выдавливает липкую жидкость на пальцы и тянется к пылающей коже между ягодиц, слегка массирует вокруг и погружается одним пальцем почти сразу на всю длину. Феликс выгибается и выдыхает довольный стон в рот напротив, тут же продолжая хозяйничать языком. Хван медленно добавляет ещё палец, ловит новый стон и аккуратно массирует горячее нутро. Он трётся своим напряжённым членом о бедро и понимая, что Феликс готов, выдавливает еще смазку и входит на половину длины, кусает скулу, мочку уха, мажет языком по острому подбородку, отвлекая от неприятных ощущений. Феликс замирает под ним, задерживает дыхание, но его пульс слышен по всей комнате. Хёнджин аккуратно погружается на всю длину и даёт привыкнуть к полноте внутри. Феликс приоткрывает глаза, нежно целует в нижнюю губу, расслабляется в крепких руках и постанывает от приятных ощущений, когда Хенджин начинает двигаться. Стоны заглушают громкие звуки шлепков, Феликс утробно рычит и изливается, пачкая их животы. Он толкает Хвана, переворачивая его на спину, подталкивает к изголовью кровати, призывая сесть. Перекидывает ногу через его бедро и садится, направляя член себе внутрь. Хёнджин проводит руками по лопаткам, скользит вниз по спине, сжимает маленькие ягодицы и слегка подает бёдрами наверх. Он нежно целует грудь, прикусывает мелкие твердые соски, опаляет дыханием горящую кожу. Феликс двигается волной, запрокинув голову и громко постанывая, царапает короткими ногтями его грудь. Хенджин чувствует, что скоро его накроет, прижимает Феликса к себе и вдалбливается в него резкими толчками, обильно и глубоко кончает, вжимаясь лицом в сгиб шеи. Они долго лежат в обнимку, приводя дыхание в норму, лениво целуются и просто молчат. Первым встает Хёнджин, кидает из шкафа свои штаны и футболку Феликсу и уходит на кухню налить воды. Он жадно выпивает целый стакан, когда слышит за спиной:       — Ублюдок.       Он резко поворачивается и ловит, кинутый в него со злостью, бронежилет.