Prepare to Be Eaten

Артем проснулся от странного, давящего ощущения на лице. Воздух приходилось втягивать с усилием, а голова отяжелела от чего-то мягкого и теплого, придавливающего ее. Он нахмурился, не до конца понимая, что происходит, и попытался вдохнуть глубже — не вышло. — Бля, — выдохнул он сдавленно, на ощупь сдвигая с лица пушистую тяжесть. Это оказалось сложнее, чем ожидалось: теплый комок только лениво зашевелился, но уходить никуда не собирался. В сознании медленно складывалась картина. Их кот — черт бы его побрал — устроился прямо у него на голове, раскинув лапы так, будто решил лично задушить Артема во сне. — Эй, ты что, опух? — хрипло пробормотал он, приподнимаясь на локте и стряхивая зверюгу. Кот, недовольно муркнув, сполз на подушку между ним и Ильей, свернулся в клубок и сделал вид, что ничего не было. Артем потряс головой, разгоняя остатки сна, и пихнул в бок Илью: — Это нормально вообще? Илья пошевелился, лениво моргнул, глядя на него еще мутными глазами, и хрипло пробормотал: — И тебе доброе утро… — Этот демон только что пытался меня убить. — Не преувеличивай, Пунш так ни за что бы не сделал. Правда, Пуншик? — Илья почесал пушистого за ухом, на что тот мурлыкнул и дернул ушками. — Этот… — Илья грозно зыркнул на него, и Артем нашелся: — …кот уселся мне прямо на лицо. Это нормально, по-твоему? Илья прищурился, потом перевел взгляд на кота, на его нахальный, абсолютно невозмутимый вид, и вдруг хихикнул. — Ну да, — сонно проговорил он, улыбаясь. — Весь в хозяина. Артем замер, чувствуя, как по спине медленно пробегает электрический разряд. Илья потянулся к нему, будто собирался вновь заснуть, но в этой мягкой расслабленности было что-то еще. Что-то, от чего сон улетучился окончательно. — Ах! — воскликнул Артем, не сразу поняв шутку. Лицо Ильи расплылось в прехитрой улыбке и тут же было накрыто подушкой. В следующую секунду эта самая подушка уже летела с кровати, а Илья, навалившись на Артема всем телом, терзал его губы. Артем подстанывал, отвечая на поцелуй, и не мог перестать широко улыбаться, от чего они с Ильей легонько стукались зубами. Нацеловавшись, они отстранились друг от друга, чтобы, глянув в глаза напротив, дать немое согласие на происходящее дальше. Илья приподнялся над Артемом и, перекинув ногу через его живот, легко оседлал его. — Чаю хочешь? — как бы между прочим спросил он. Артем удивленно приподнял брови. Предлагать завтрак в такой ситуации казалось ему решением довольно нестандартным. Однако, если Илья предпочитал сперва почаевничать, а затем вернуться к начатому, возражать не имело смысла. — Ну допустим. Илья беззвучно хмыкнул и переместился по туловищу выше, пристраиваясь у Артема на груди. Весь вес он предусмотрительно перенес на ноги, чтобы не перекрывать партнеру дыхание и не нагружать его ребра. Теперь Артем практически нос к носу — или, скорее, нос к члену — столкнулся с его достоинством. Брови взлетели еще выше. — А что у нас по чаю? Решил напоить меня своим… — Он недвусмысленно указал взглядом на причинное место, упирающееся ему в подбородок. — Не совсем, — игриво произнес Илья и повел бедрами, подсаживаясь еще ближе к Артемову лицу. Пунш, пребывающий, казалось, в священном шоке от того, чем занимаются его хозяева, быстро оставил насиженное местечко и устроился на подоконнике, находящемся на другом конце комнаты и прикрытом занавеской. На самом деле он давно привык к их не-только-постельным игрищам и ничуть не удивлялся, а занавеска и вовсе была полупрозрачной. Откуда-то же он взял привычку отдыхать у хозяев на голове. Обрадовавшись отсутствию пушистого рядом с ними в столь интимный момент, Артем быстро съехал ниже по подушке и растянул губы в улыбке, всем своим видом показывая, что с нетерпением ждет инструкций, давать которых ему никто не собирался. Илья лишь придержал для него свой пока еще мягкий член и, как только Артем обхватил губами головку, отпустил его и схватился за изголовье кровати. Вырвавшийся из горла Артем мычаще-хлюпающий звук заставил Илью поджать пальцы на ногах и толкнуться чуть дальше, прямиком к его источнику. Такую позу они практиковали время от времени, когда у одного из них были силы получать удовольствие сидя, а у второго — желание получить член в глотку. Но сегодня Илья пошел дальше. Как только половой орган достиг нужного состояния и теперь не свободно и расслабленно лежал во рту, а напрягся и стремился вверх, Илья отсел Артему на грудь и дал ему немного отдышаться. Пока тот снова не начал болтать, Илья занял его рот и на этот раз смог поразить их обоих. Коснувшиеся губ яички заставили Артема приоткрыть рот и с удивленным взглядом наблюдать, как Илья погружает в него мошонку. Сообразивший, на что он подписался, Артем только шире улыбнулся и уже увереннее принял оба яичка. Илья всегда умел удивлять, когда речь шла о постели. Хотя вообще-то не только: в его голове хранились по меньшей мере сотни различных замыслов, воплотить которые ему помогали друзья, а Артем, как его самый близкий друг и партнер, был рад прийти на выручку в первую очередь. Что касалось подобных идей, Илья предпочитал не советоваться с ним заранее, а показывать и, вовлекая его в процесс, выяснять, что у них получилось, а над чем еще стоит поработать. В этот раз улучшать было нечего, все получалось совершенно прекрасно, и закатывающиеся глаза Артема как нельзя лучше говорили об этом. Илья опускал в жаждущий рот оба яичка, подобно чайному пакетику в кружку, в который раз отмечая, какой он большой. Он внимательно следил за реакцией партнера, готовый в любой момент остановиться, но Артем демонстрировал исключительно признаки необыкновенного наслаждения. — Чертов гедонист, — хихикнул Илья, тяжело дыша. Артем тут же обратил на него свой взор и, натянув тонкую кожицу, ощутимо прикусил ее. Илья зашипел от неожиданности и легко щелкнул его по носу. — Кто бы говорил, — быстро произнес он, прежде чем его рот вновь заполнил знакомый орган. — Не разговаривай с набитым ртом, — посоветовал ему Илья и запрокинул голову, разрывая зрительный контакт. Подобно самому грациозному животному, он красиво выгнул ровную спину и позволил Артему двигаться самостоятельно. Получив это немое разрешение, Артем впился ногтями в бледные чресла и начал направлять Илью себе в рот. Движения получались немного хаотичными, он то заглатывал целиком, то засовывал головку за щеку, то успевал только облизать самое основание, то — и эти моменты он особенно ценил — раскрывал рот для яичек, висящих у него прямо перед лицом и манящих, дразнящих его рецепторы своим неповторимым запахом. Долго продержаться Илье не удалось. Артем почувствовал, как задрожал у него во рту член и как предупреждающе поджались яйца, но отпустить любимого, так и не попробовав на вкус еще одно интимное место, до которого сегодня не удалось добраться, не мог. Он шлепнул Илью по заднице, приводя его в чувство и показывая, чего он хочет. Тот лениво подчинился, по-настоящему седлая лицо Артема. Артем быстро высунул вперед кончик языка и зашевелил им меж ягодиц, раздвигая их руками. Это оказалось более чем приятно, и Илья позволил себе застонать, когда длинный — наверняка не такой длинный, как у него, но все-таки, — язык скользнул прямо внутрь по меньшей мере наполовину. Когда же он оказался внутри целиком, Илья вцепился в Артемовы волосы, совершенно не думая о последствиях, и прижал его голову к подушке, всем весом насаживаясь на него. Не растерявшись, Артем схватился за его ствол, как за рычаг, и протолкнулся еще глубже, не оставляя Илье ни секунды на раздумье. Тот присел трижды, прежде чем опуститься на язык полностью и задержаться там, пока Артем вылизывал его изнутри и продолжал неумолимо надрачивать. Он соизволил остановиться, только когда последние капли семени Ильи, уже покрывшие его руку, осели у него на лице. Утомленный этим утром еще до его завершения, начисто вылизанный и отменно оттраханный, Илья не без помощи сполз на подушку, после чего прилег на свое место и потянулся за стоящими на прикроватном столике салфетками. Пару штук он вручил Артему и, наблюдая за тем, как тот вытирается, еле заметно облизнулся. Оба делали вид, что ничего сверхординарного не произошло, однако для каждого из них это было в новинку. Теперь пришла очередь Артема предлагать выпить чаю. — Предпочитаю кофе, — отозвался Илья, затем перевернулся на бок и добавил, глядя Артему прямо в глаза: — А на десерт — твою аппетитную задницу. Наблюдавший за творящимся в его квартире последние по меньшей мере полчаса безобразием, Пунш громко чихнул и поспешил ретироваться из комнаты.