Genshin Impact. VR Adventure

Глава 19. Дракон Востока

Начало, конечно, было многообещающее. Элла сидела на своем месте с совершенно независимым видом, сложив руки на груди и никак не обращала внимание на щебетавшую Клее пока мы все рассаживались в мобиле. Как и договаривались, Клее посадили по середине заднего дивана, потом я помог Лее сесть рядом, на этот раз напротив Эдит. Свой радостно-красный ранец – похожий на японский и украшенный красно-золотыми, стилизованными, четырёхлистными клеверами, ремнями с золотыми пряжками, девочка поставила себе на коленки. Когда я занял место по другую сторону от Клее, она глянула по очереди на Лею и на меня. И улыбнувшись своей очаровательной улыбкой неожиданно представилась: — Я Клее! А ты – дядя Рэй? — и вновь глянув на принцессу: — А ты сестрёнка Лея? «Ей тоже кажется, что Лея выглядит сильно юной? Сестрёнка, да?» Эдит ещё не успела захлопнуть дверку со своей стороны, и на мгновение замерла, медленно опуская ладонь по её обивке. — Святая Веннесса! Я опять забыла о манерах! — воскликнула историк, выскакивая из мобиля, разворачиваясь к нам. — Простите великодушно, сегодня такой день, столько всего произошло… — девушка держалась рукой за борт мобиля, другую прижав к груди в сильном смущении. Даже попыталась при этом дважды коротко поклониться нам. Лея сдвинулась вперёд и наклонившись, положила ладонь на ладонь Эдит, которой та опиралась на борт. — Ну что такое, Эдит? Какие манеры? Мы уже прекрасно познакомились… — Тётя Эдит, вот возьми! — Клее раскрыла ранец и извлекла из его недр два додоко – я успел рассмотреть внутри ранца верх толстой книги в красном переплете. — Если я расстраиваюсь, то делаю бомбо-додоко… или взрываю их! Та-та-дах и больше не грущу! — скинув ранец на пол, Клее поднялась, протягивая в ладонях додоко оторопевшей Эдит. — Вот, брось их куда-то далеко и не расстраивайся! Тут и Элла оценивающе посмотрела на додоко в руках Клее, а потом глянула на сестру и хмыкнула. Лея вернулась на диван, а Эдит замахала руками, отнекиваясь от такого подарка. — Вот ещё, Клее! Спрячь, не надо мне такие штуки давать… Не хватает, чтобы ещё и про это твоя мама узнала, — историк скрестила ладони перед собой. «Мама Клее – Алиса – это причина твоего смущения, Эдит?» — промелькнула мысль, и я уже хотел как-то успокоить девушку, но малышка Клее… кляйне Клее – сама непосредственность, за несколько секунд лишила меня и этих мыслей и спокойствия. — Ну раз так… — слегка опечалилась девочка, опустив лицо и руки с додоко, — и тебе боязно самой взорвать их… — ключевое слово было произнесено и лицо Клее озарила счастливая улыбка – руки с додоко прижались к груди, я заметил, как большие пальцы потянулись к макушкам мячиков… — Я сама взорву их, чтобы ты не грустила, тётя Эдит! — вжав пальцы в кнопки на верхушках додоко-бомб, Клее со смехом раскинула руки в стороны, чуть подпрыгнув, и два красно-бежевых мячика разлетелись в стороны, падая за кустами на обочине. Я запоздало вскочил, лишь проследив за полетом додоко – под девчоночье «Та-та-дах!» Лея трясет ладонь ошеломленной Эдит: — Быстрее вперёд! Эдит не стой! — историк встрепенулись и очень быстро заняла водительское место – Элла уже успела провернуть ключ и включить мотор, Эдит оставалось только дать передний ход, и машина сорвалась с места – приседая я развернулся поглядеть, как совсем рядом за кустами по обе стороны от дороги, громыхали разрывы заполняя окрестности сизым дымком. — Здорово! Теперь тебе не грустно, тётя Эдит? — Клее вновь подняла ранец на колени и сидела, придерживая шляпу рукой. — Нисколечко! Спасибо, девочка моя… — девушка горячо покрутила головой, слегка обернувшись к Клее в тот момент, когда мобиль входил в поворот. — Коряга, Эдди! — Элла вцепилась в руль стараясь увести машину, но сестра помешала, отчего нас опять тряхнуло. Похоже, что Эдит при этом прикусила язык. — М-мм… Я жэ профила ничэго на трогат… — морщились от боли историк, глядя на сестру, та лишь устроила бурную пантомиму, показывая на дорогу, руль и явно довольную Клее. А потом что-то буркнув, нахохлилась, сложив руки на груди. Эдит несколько раз глянула на неё и быстро погладила по плечу, пока обстановка на дороге позволила отвлечься. Клее наклонилась и постучала кулачком по тому же плечу девочки. — Сестрёнка Элла, дать тебе додоко…? — услышав про додоко, Элла встрепенулись, разворачиваясь в полуоборот, настороженно глянув исподлобья. Увидела, что никакого мячика в руках Клее нет и мотнула головой: — Обойдусь…, и я не сестрёнка тебе, сколько можно говорить?! — Бука… — Клее откинулась на спинку – я с интересом смотрел на девочку – как живая… Да и вообще, вся природа вокруг, деревья, что провожают нас, серые скалы и покрытые мхом валуны в зарослях, порхающие бабочки на придорожных полянках, где свет играет пылинками… всё такое живое – я почти не замечаю, что смотрю на всё это, трогаю руками и просто ощущаю своим задом, благодаря системе с ВиАр… — Дядя Рэй, а ты хочешь додоко? — Клее краем глаза заметила мой интерес и глянув на меня полезла рукой в ранец. Я поспешил прикрыть её руку своей ладонью: — Ты хочешь дать мне свой додоко? — она кивнула. — Погоди, а они когда-нибудь кончаются? — её глаза округлились. — Сколько же в твоём ранце их помещается…? — кажется и принцессе это интересно – насторожившись поначалу, сейчас внимательно смотрит на девочку. — Да ты что…? Нет, конечно, дядя Рэй! Додоко не могут кончиться – их всегда много! — Клее радостно продемонстрировала внутренности ранца – мы с Леей склонились над ним в любопытстве, чуть не столкнувшись лбами – наверное машину опять тряхнуло. — Ого, какая интересная технология… — Лея с удивлением рассматривала содержимое. Внутри, кроме виденной ранее книги, мы заметили и кругляшки бомбочек, и небольшой мешочек из красного сукна, с горловиной, стянутой золотым шнурком. А было там раньше столько бомб? — Это подарок мамы, — с гордостью произнесла девочка. — И эта шляпа, и этот костюм – тоже мама подарила – правда красиво? — улыбнулась она на мой кивок. — Смотри, тут четырехлистный клевер вышит, и на ранце вот тут и тут тоже… — Клее радостно показывает на декор. — А четырехлистный клевер – это на счастье – и моё имя тоже Клевер, только по мондштадтски – правда здорово?! — её глаза лучатся от счастья. Я кивнул с пониманием. — Это и правда здорово… А скажи, Клее, откуда тут столько додоко? — Сколько? — она недоуменно глянула на меня, а потом и на Лею, и зарылась в ранец, считая додоко, но не извлекая их. — Всего четыре… Тут всегда четыре, дядя Рэй! — Всегда? — настало мое время недоумевать. Ладно если бы Клее налепили этих додоко целую кучу и хранила как-то и где-то с помощью своего Глаза Бога – вон он висит на ремешке на ранце, вместе с очередным символом четырехлистного клевера. Вот, как если бы я собрал тысячу камней и держал их в своей сумке, доставая по одному или кучкой… Так, а может и у Клее какой-то похожий механизм в ранце? — И как это работает? — Клее наморщила лоб, пытаясь понять, что от неё хочет этот «дядя» — Сестрёнка Лея, а что хочет спросить дядя Рэй? — обратила она свой взор на принцессу. — А то я не поняла… Лея пожала плечами посмотрев на меня – в её взгляде читался тот же детский вопрос: — Не знаю, Клее… Может хочет узнать, как ты делаешь эти штучки? — Клее, почему в ранце всегда четыре додоко? А если взять один или два? Откуда они в ранце…? И вообще – это ранец у тебя такой особенный, или что-то ещё… делает эти додоко? — озвучил все вопросы сразу на что Клее понимающе кивнула, тряхнув кудрями. — Мне его мама подарила… — повторила девочка, наклонив ранец на коленях. — Он особенный – да, и в нем всегда есть четыре додоко, потому что я их раз…раз-ра… – придумала и нарисовала в книге, — девочка попыталась по складам произнести какое-то слово но выкрутилась и показала на красную книгу в ранце. — Вот в этой – это тоже подарок от мамы. А раньше у меня была другая книга. Но это не важно. Я рисую, как устроен бомбо-додоко в книге, а потом делаю первый такой, новый додоко. А если потом положить всё это в ранец – книгу и додоко – несколько секунд и там уже четыре будет – просто же? — счастливая, что справилась с объяснением, она откинулась на спинку глядя на нас по очереди. — Всегда-всегда? Четыре и не более, и не менее? А если ты два возьмёшь? — Дядя Рэй, я же говорю – всегда четыре! Сколько ни возьму, а в ранце их будет четыре. — А можно на книгу глянуть? — робко спросила Лея. Клее зашуршала в ранце и вытянула нарядную, богато украшенную, красную книгу, размером как лист писчей бумаги. И сантиметра три толщиной. — Вот, гляди! — Клее радостно протянула книгу в руки принцессы. Какая милая девочка – но, с другой стороны, как можно не доверять Лее – глаза пылают синевой от восхищения, когда она развернула книгу и страницы веером раскрылись перед нею. В начале шел текст с картинками – множество разных додоко и их истории, а потом, на второй половине книги, пошли рисунки Клее. Можно сказать, настоящие эскизы с пояснениями – что где должно быть, как устроено, и чем наполнено. Почерк аккуратный, красивый, а линии на эскизах ровные, часто проведенные в один раз, без излишних чирканий. Нашему мастеру-фрезеровщику понравилось бы. В книге ещё оставались пустые страницы, хотя и с эскизами их было немало. Видно, что Клее зря не сидит в своем кабинете, если будут верны все эти истории, про удержание гения пиротехники в стенах Ордо Фавониус. Мы проезжали мимо небольшого озерца, живописно расположенного недалеко от дороги. Деревья и скалы обступили его полукругом, отражаясь в воде. По его поверхности мерно двигались гидро-слаймы. А впереди нас ждала развилка – у подножия невысоких скал, поднимавшихся с правой стороны, от нашей дороги, что продолжалась прямо, отходила ещё одна, теряясь за поворотом. Элла не стала дожидаться выбора сестры и сразу же указала на правый поворот. Эдит коротко глянула на Эллу и повернула направо, но при этом решила выяснить почему именно эта дорога хороша, а не та, что идёт прямо. — Да это же очевидно! — Элла даже привстала, чтобы взмахом руки показать на дорогу – сзади и впереди. — Следы колес тебе ничего не говорят? — Сядь…! И я прекрасно помню дорогу – и кстати, там тоже были следы, на той дороге… — оправдывалась историк. И честно сказать, я тоже заметил, что дорога, с которой мы свернули, уходила в даль двумя характерными колеями, что образуются от колесного транспорта. — Ха! Какая-то телега проехала… а тут следы от колясок и мобилей – вот сразу видно кто чем занимается в дороге… — Элла давно уже уселась, закинув колено в кресло и развернувшись к сестре – машину качало на лесном тракте, хотя он и выглядел более наезженным чем та дорога, что уходила от развилки. — Чем же? — решила уточнить Эдит. — Я, например, иногда по сторонам смотрю, а ты… — Элла глянула на книгу в руках принцессы, а потом наставительно направила палец на сестру: — Думаю, что всю дорогу читаешь книги – ты же всегда берешь их с собой. — Надо же как-то скоротать время… да и провести его с пользой – что тут такого? Я историк, изучаю разные труды… — А ты знаешь, что читать на ходу вредно для здоровья, а если при этом едешь, то глаза испортишь? — категорично заявила Элла Лея закрыла книгу и вернула её Клее. — Очень красивые рисунки – полагаю, у тебя талант, — девочка на это счастливо улыбнулась, пряча книгу в ранец. — Где ты такое вычитала? — Эдит продолжила спор. — Хотя, о чем это я? Когда тебе читать – бегаешь вокруг этих хиличурлов… — Но отметь, дорога не в пример лучше же? — Элла спустила ногу вниз и вытянулась в кресле. Закинув руки за голову, сложила пальцы в замок. — Уж поверь моему опыту… Деревья вокруг редели, скалы мелькали и разбегались в стороны, теряясь за кустами, а дорога пошла на небольшой подъём. Вечернее солнце ещё ярко пылало, выскользнув из-за макушек деревьев. Элла высвободила и вытянула вверх правую руку, прикрываясь ладонью от ярких лучей. — М-м? — что-то заметила в небе. — Смотрите! Я поднял голову, но ничего не увидел, кроме солнца, неба и облаков. А мгновение спустя, некоторое движение за кронами деревьев заставило меня опустить взгляд. Какое-то необычное тёмное пятнышко, слегка шевелясь показалось в просвете между дальних деревьев. — Стой, Эдди, стой! Да тормози же… — Элла двумя руками схватилась за плечо сестры, дергая и привлекая внимание. — Смотри, летит же… Машина резко затормозила и нас нагнал пыльный шлейф, что тянулся за мобилем. Из-за пыльного облака ничего не было видно. — Кха-кха… Что случилось, Эль? Что за паника… Кто-то напал? — историк отмахивалась ладонью от пыли, глядя на поднявшуюся сестру. Та стояла, держась за переднее стекло и показывала рукой куда-то вдаль. Пыль не спеша редела и опадала. Я же и сам был в немалом волнении – там и правда что-то летело. Отчего поднялся вслед за Эллой, прикрывая лицо от пыли приложенной ладонью. И внутренне рассмеялся – «Геккон» же не умеет передавать такие эффекты, чтобы чувствовать в игре пыль – поспешно убирая ладонь от лица. И кажется, продолжаю хихикать – нервно и тихо – вслух, от увиденного. — Да вот же – летит…! — подпрыгнула Элла. — Дракон…? — удивленно произнесла Лея, поднимаясь рядом, и тут уже все вскочили, тыча руками в небо. Элла выбежала из машины немного вперёд и запрыгала, махая руками – словно хотела привлечь внимание. — Смотрите-смотрите! Лети-и-и-ит! — тут и Клее, скинув ранец на пол, стала прыгать на месте, тряся машину, и точно также замахала рукой, приветствуя летящее на нас нечто. А я не знал, что делать – спасать детей или довериться их реакции и просто смотреть на всё с бешено колотящим сердцем? Ничто не закрывало от нашего взора летящего к нам дракона. Как, наверное, и нас от его. Светло-зеленый дракон стремительно приближался, и казалось, летит прямо на нас. Солнечный свет несколько раз отблескивал от деталей на его теле, а до нас доносился все нарастающий гул. Как далеко было до дракона, и какой он величины я не мог определить, но он производил впечатление чего-то громадного и очень грозного – меня удивляла такая радость у местных жителей. Вон, даже Эдит привстала, держась за руль, свободной рукой покачивая в воздухе. Со сменой ракурса и по мере приближения я замечал всё больше деталей грозного существа. Змееподобное тело с утолщением в районе туловища, две пары крыльев, не сильно больших и задние более короткие. А снизу под туловищем две пары лап, откинутые назад и немного прижатых к телу. Дракон летел, плавно колеблясь волнами – словно плыл по небу. — Кто это? — вернулась возможность говорить, и я показал рукой на дракона. Эдит быстро обернулась на вопрос. — Это? — уточнила кивком головы. — Это же «Восточный экспресс»! — и с удвоенной радостью продолжила приветствовать летящее чудо. «Чего-чего? Что-то совсем не понятно – что это за восточный экспресс? Эй, Лея, а ты то чего?» Принцесса приложила ладонь козырьком к лбу, а потом принялась хлопать в ладоши. И даже, прыгать начала, подражая милашке Клее, грозя развалить машину – единственное утешение, она прыгала не высоко – едва поднимаясь носками туфель над полом не опуская каблуки. «Ну как дети совсем – дед рассказывал: в его детстве так радовались пролетающему мимо самолету» — Клее, тебе совсем не страшно? — спросил у выкрикивающей «Э-гей-гей, мы тут» девочки. Она сдвинула шляпу прямо на затылок, иногда придерживая её и радостно прыгала. Глянула на меня своими счастливыми, огненно-красно-золотыми глазами – ей не страшно – у кого я спрашиваю? — Не-а, дядя Рэй! — подняла ранец и придерживая его коленом, быстро вытащила две бомбочки. — Пламенный супер-додоко-салют от Клее! — ранец бухнул на пол и две додоко-бомбы одна за одной улетели в дальние кусты. — Вот будет здорово, если увидят…! — Кто? — запрокинув голову я смотрел, как дракон пролетает над нами. Поднял руку, чтобы отгородиться от солнца и невольно отметил, что дракон над нами больше моей ладони – чуть ли не в два раза. Но всё равно, я не мог разобрать мелких деталей его тела – только показалось, что за лапами тянется яркий след, переходящий в расплывающуюся дымную полосу. — Так люди там, на нём… — донеслось от Клее. — Сейчас увидят и обрадуются! — Люди…? — Рэй, это же «Восточный экспресс»! — Лея еле успела, из-за прыгающей шляпы, коснуться меня. — Механический дракон – воздушный транспорт… — Как повезло! Оказывается, у него сегодня рейс, и прямо от Спрингвейла! — сообщила Эдит, развернувшись к нам. — А я даже не заметила, когда он приземлялся… «Лис полярный… Это не Двалин… Люди летают на этом?» — Ничего себе… — протянул я вслух, следя за удаляющимся «экспрессом» под рокот взрывающихся невдалеке бомб. — Когда вырасту, то полечу на нём – вот будет здорово кидать додоко на высоте! — мимо меня в небо взвился еще один бомбо-додоко, уносясь назад. — А они прям, очень высоко летают, — Клее с коленями залезла на диван и рухнула на спинку локтями, уперев лицо ладонями. Взглядом она провожала след от улетевшего дракона и падающие мячики, которые взрывались, едва коснувшись земли. — Наверное, я тоже хотела бы полететь на «Восточном экспрессе» … Куда ни будь, — мечтательно произнесла принцесса усаживаясь рядом с девочкой. — А ты, Рэй? «Если эта штука действительно перевозит людей, то я бы с удовольствием полетел – интересно же…» — Триста тысяч моры, — от слов вернувшейся Эллы всё удовольствие улетело вслед за «драконом». — До Сумеру, вроде… — Вот заработаем и полетим… — сел на свое место, глянув на весело болтающую ногами в кресле Клее – вот у кого, наверное, проблем нет. А потом заметил скромную улыбку Леи, полную мечтательных ожиданий. — Знаешь – а мы полетим, обязательно! Принцесса благодарно вспыхнула другой – счастливой улыбкой, кивнула и, протянув ко мне руку, пожала ладонь – кожи коснулась легкая теплота. Клее шевельнулась, оглядываясь и хмыкнула, заметив это пожатие. — Хи-хи, вы как жених и невеста – дядя Рэй и сестрёнка… — Лея быстро вернула ладони к себе на колени. Эдит завела машину, немного подумала и обернувшись к девочке наставительно произнесла: — Послушай, Клее, мы вскоре въедем в город – прошу тебя: больше никаких бомб, додоко и чего-либо такого, если не хочешь, чтобы Джинн узнала про всё-всё. Клее послушно развернулась на диване, спуская ноги и подхватывая ранец. — Это для супер-салюта было… — вздохнула, — я поняла, тётя Эдит – больше не буду. Правда-правда, — Эдит на это строго кивнула, и машина тронулась. Мы поднялись еще выше, проехали мимо останков разбитой телеги, на что Элла ехидно проговорила: «А вот и телега… доехала. Видишь, Эдди, что нас ждало бы?» Деревья остались позади, только редкие кусты и валуны провожали нас. Пока было время, я спросил у Леи подробности про этот «Восточный экспресс», что это за штука такая? Принцесса поведала мне – конечно, насколько она сама помнит, но вроде как тут ей помнится многое – что люди в Ли Юэ договорились совсем недавно с Фонтейном, чтобы построить механического дракона. Цепочка из соединённых секций, поднимаемая в небо с помощью собранного плаустрита. А в лапах встроены анемо двигатели, что сообщают такому дракону скорость. Секции внутри достаточно просторные и там оборудованы места для пассажиров и груза. Проект очень дорогой, моры и труда вложено немало, потому и стоимость проезда такая высокая. Но зато быстрое путешествие. Пока построено два таких «дракона» для «Восточного экспресса» – Нефритовый и Сапфировый. Мы видели сейчас Нефритовый. Каждые две недели драконы отправляются от Кур-де-Фонтейн, через Спрингвейл в Монде, там для них есть специальная площадка, по маршруту через Сумеру в Ли Юэ и обратно. Власти Снежной пока смотрят прохладно на запуск маршрута через их страну. Я уточнил маршрут, а то он выглядел немного странно – через Сумеру в Ли Юэ из Монда. Казалось, что наоборот правильней – Монд – Ли Юэ – Сумеру и дальше –Фонтейн. «О, нет-нет, это же очевидно: самый удобный маршрут именно так – Фонтейн – Мондштадт – Сумеру – Ли Юэ, — Лея расставила в воздухе воображаемые точки маршрута. — Поэтому и называется: «Восточный экспресс» – с Фонтейна в Ли Юэ на восток». «Да уж… дядя Миша без хорошей бутылки не разберётся… Не будь, как дядя Миша – разберись сам. Надо карту достать» Наконец, дорога пошла по ровному лугу, неровный абрис скал виднелся слева в далеке, а впереди дорога, с небольшим наклоном шла вниз. И там, совсем близко, показались дома, оградки – целый городок. А вон справа, на небольшом возвышении, виднеется настоящая усадьба – чуть ли не замок. Это мы куда приехали? Это уже Мондштадт? А где стены, дворец Ордо Фавониус, храм Барбатоса? Статуя где? — Что это впереди? Мондштадт? — дотянулся над шляпою Клее до Леи и спрашиваю, показывая рукой в сторону городка. Принцесса с интересом глянула вперед и качнула головой. — Похоже, это пригород Мондштадта, — она наклонилась к Эдит и похлопав по плечу спросила: — Эдит, это же не Мондштадт? — и пальчиком показала на строения, к которым мы подъезжали. — О, нет, Мондштадт мы скоро увидим, не беспокойтесь, а это Форбрюк. Ни разу небыли у нас? — услышав наши отрицательные ответы – получается, что и я тут впервые, историк кивнула: — Сейчас, погодите немного – есть тут одно местечко. А мимо потянулись интересные и красивые дома, в старом немецком стиле. Чаще всего в два этажа и с мансардами, встречались и с тремя этажами. Рядом располагались аккуратные амбары, а где-то и скотные дворы, где рядом с коровами паслись куры. Свободно стоящие вдоль дороги, окруженные невысокими оградами – где из камня, а где из деревянных реек. Около домов почтовые ящики, каждый с номером – на самих домах я не заметил каких-то номеров, но иногда встречались надписи. Шрифт местный, тэйватский и я просто не успевал прочитать подсказки Системы, вертя головой. Были тут и люди: мужчины и женщины – все в простой, практичной одежде, но довольно нарядной и разных стилей – что-то неопределенное европейское. Были и дети, что бегали по улице, или выглядывали из-за заборов, провожая наш мобиль глазами и весело маша руками. Эдит свернула в правый проулок и мобиль пошел на подъём. Через несколько дворов мы вырулили на еще одну улочку и остановились около большого, двухэтажного дома, с пристроенной башней и амбаром. Надпись на широком щите над просторными воротами, согласно подсказке Системы гласила: «Taylor & Sons Tavern. Ever wholesome fare and kindly lodging»[1] — Вот оно – то самое заведение – идёмте, — Эдит вышла из машины расправляя плечи. Элла, похоже, тут уже бывала – никак не выказывала любопытства. Открыла дверку и не спеша покинула машину, разминая ноги. И куда же нас привезли? Что-то, похожее на местный мотель? Я вылез следом за Эллой и помог Клее спустится вниз – одной рукой держа ранец, второй она взялась за мою ладонь. Уже стоя на дороге, она самостоятельно закинула ранец на спину, продев руки в лямки. Лея терпеливо дождалась меня, немного забывшего об помощи еще одной девушке, увлекшегося рассматриванием достопримечательностей. Хотя она ловкая – сомневаюсь, что осталась бы сидеть не вспомни о ней. Ей я тоже помог спустится с высокой подножки мобиля – колеса, как у грузовика, только протектор поуже. Наконец, можно и самому плечи расправить по примеру Эдит. Она, кстати, сообщила, что решит кое какие дела и договорится, чтобы нас пустили в библиотеку. Я же немного задержался чтобы бегло окинуть взглядом эту таверну. Лея осталась со мной, пока другие шли к дверям, которые я, поначалу, принял за ворота в немного углубленной стрельчатой арке. Из того что я видел, выходило что таверна построена, примерно, как буква «Г». Мы сейчас находились напротив торца короткой части, шириной метров двенадцать. Первый этаж сложен из красного кирпича с небольшими контрфорсами, второй и выше – фахверк – это такой тип архитектуры, где стены образованы деревянными столбами, балками и раскосами с заполнением пространства между ними любым удобным материалом. Стена заштукатурена и наружу видны только деревянные элементы конструкции. При этом, второй этаж нависает над первым на полметра по всем стенам, что я вижу. Над вторым этажом поднимается треугольный фронтон – по сути продолжение стены вверх. Окна там говорят, что и под крышей есть какие-то помещения. Крыша крыта красной черепицей, такая же и на амбаре. Башню, что стоит сзади, отсюда не видно, только часть крыши виднеется. Слева, в углу, между таверной и амбаром видна крытая площадка со столиками и стульями. Сбоку от террасы проходит дорога к амбарный воротам – там и высокую карету можно провести. Сейчас на террасе сидят двое пожилых мужчин, с интересом смотрящих на нас. Я помахал им рукой, и они ответили тем же – радушный народ. По бокам от входа в таверну, около стены стоят лавки, а само здание от дороги отделяют небольшие цветники, обложенные каменными бордюрами. Видно, что за цветами ухаживают – есть и розы, но большая часть – это цветы попроще. Кирпичная дорожка проходит между цветников к крыльцу таверны. Эдит и Клее уже вошли в здание, а Элла обернулась, махнув нам рукой, чтобы мы поспешили. Подойдя к дверям, пропустил девчонок вперед, закрывая за собой тяжёлую дверь. Внутри мы оказались в широком и коротком коридоре со сводчатым потолком, метра три шириной и чуть больше в длину. По бокам в коридоре были две двери, а дальше открывался вид на просторное помещение – главный зал. Там нас ждали историк и маленькая пироманьячка. Войдя в зал, я непроизвольно начал оглядываться. Каждая таверна по-своему интересна и неважно, где её посещаешь – в игре или в жизни, или как сейчас – на грани миров. Пока я с принцессой осматривался, Эдит сказала, что познакомит нас с хозяйкой таверны. Её недавно позвали через служанку. Главный зал таверны, почти квадратное помещение. По середине шесть деревянных столбов, установленных тремя парами, поддерживали потолок. Между столбов в потолке был проем на второй этаж, по краю отгороженный простыми перилами. Через этот проём, с потолка второго этажа спускались три люстры из бронзы. Освещение давали кристаллы жёлтого цвета, мягко светившие и сейчас. Подобными кристаллами, оформленными как бра, были украшены и стены между окон, и столбы. В зале стояло восемь больших столов, между которых по центру оставался проход к барной стойке у дальней стены. Справа и слева в стенах были устроены эркеры – если смотреть изнутри, то это ниши в стенах с окнами для увеличения естественного освещения. Ещё там можно разную мебель ставить. Но тут один эркер, что слева, был с дверью, сейчас распахнутой, и ведущей на террасу. А второй эркер представлял небольшую сцену, приподнятую на две ступени и на метр вдававшуюся в зал. Сейчас сцена пустовала, только одинокий табурет пристроился около стены под окном. Все стены, кроме дальней, прикрыты деревянными панелями, натертыми воском, отчего в их гладких поверхностях отражались огни кристаллов. На дальней стене, если перечислять слева на право были видны проём на деревянную лестницу, потом ещё один коридор, а дальше, примыкая к правой стене, шли две стрельчатые каменные арки. Одна арка, та, что прямо напротив нас, примерно два метра шириной и высотой в потолок, а потолки тут в два моих роста, не меньше. Вторая – правее и ближе к стене, выглядит массивно, на колоннах в метр высотой и сама трёх метров ширины. В её проёме устроена барная стойка, около неё стоят несколько высоких табуретов. В глубине, за барной стойкой, видны и другие подобные арки, большой очаг, кухонная печь столы, шкафчики – похоже, что там кухня. И хозяйничают в ней, судя по звонким голосам и малому росту совсем девочки – старшей, наверное, и пятнадцати лет нет. Трое девчонок споро управляются на кухне – одна следит за мясом, а двое с весельем достают из печи противни с хлебом. Хлеб выглядит так аппетитно, а скворчащее на гриле мясо слышно даже тут – кажется, что нос щекочет такой набор вкусных запахов… но нет, показалось. Или воображение так разыгралось – но этот запах словно прилип: стоит подумать и вот он. И девчонки: Лея, Эдит и Элла с Клее – все проголодавшиеся. Так и смотрят на кухню. — Кого я вижу?! Неужели это ты, Эдит? — историк отвлеклась от созерцания кухонного священнодействия при этих словах, сказанных женским голосом из глубины коридора рядом с кухней. «Хозяйка…» — бросила нам Эдит, снова оборачиваясь к говорившей. Из коридора в зал вышла женщина со светлыми волосами под косынкой, вытирая руки полотенцем. Хозяйкой оказалась молодая женщина, полная здоровья и с весёлым нравом. Поверх платья с юбкой до колен на ней был надет рабочий фартук. Такой чистый, что я поначалу даже принял его за часть платья. По краю фартука шла неширокая кайма с вышитыми цветами и листьями. Эдит представила её нам: «Лиз… Элизабет Тейлор, хозяйка таверны…» — И мать этих двух малышек, — хозяйка кивком головы показала на кухню, — Мэг и Сандра – у вас кстати, нет на примете двух отличных парней для них? — бросила на меня оценивающий взгляд. — Да они ещё совсем дети… — удивилась Эдит, — я же помню, как в прошлом году приезжала – вот такие же были, — показала ладонью от пола на уровне своей талии. — Совсем не помеха, а женихов надо по раньше ловить, а то уведут такие красавицы, — Элизабет оценила Лею, — где их потом искать… Ой, а это кто? Неужели наша славная Рыцарь Искорка! — женщина разглядела Клее, которая успела усесться за стол. — А как выросла! – вот и ещё одна красавица на наших женихов. Клее, болтая ногами, мило улыбнулась и спросила хозяйку: — Тётя Лиза, а эти женихи – они любят взрывать бомбы, такие, как у меня? — недолго думая, она достала одного додоко и держала его в своих раскрытых ладонях, положив их на стол. Гляди-ка, а у этих бомбочек и ушки есть, что вместе с нарисованной мордочкой делает их совсем похожими на персонажей книги Клее. — Да за уши не оттащить, как любят! — Тогда я тоже, хочу себе жениха… — Эй, девчонки, учитесь! — хозяйка обернулась в сторону кухни – девочки начали между собой о чем-то шушукаться, издавая приглушённые смешки. — Лиз, мы к тебе по одному делу, точнее по двум… — И что? Даже не покушаете? Наши девочки такие блюда приготовили, сейчас люди подтянуться – вам и не достанется… За счёт заведения, а? Всем вам – вы же никого не оставили на улице? — Ох, Лиз, можешь же ты соблазнять… Но сперва дело! Не вдаваясь в подробности, Эдит попросила отправить конюха к Дубу Веннессы и забрать там её вещи и привезти их завтра к ней домой в Мондштадт. Элизабет крикнула Анне, молодой служанке, привести к ней Ланса. «Ланселот хоть и молод – мальчик совсем, но парень сообразительный, сейчас же отправлю – о вещах можешь не беспокоиться… и книги – все в порядке будут – Ланс мальчик аккуратный, хоть и бойкий» — обещала хозяйка таверны. Вторым делом Эдит попросила разрешения подняться в библиотеку – нет, не ради переписи книг, но сверху открывается хороший вид на окрестности, и она хочет показать их гостям. Она тут же представила меня и Лею Лизе. То, как держалась Эдит, и поведение Элизабет показали мне, что между ними не дружба, а давнее знакомство. Хозяйка дала историку ключ и просила пользоваться библиотекой не стесняясь, но не затягивать сильно долго, а она пока приготовит нам ужин и накроет в эркере на втором этаже. Да, у них отношения, как между столичным учёным и радушной хозяйкой таверны. Мы поднялись по лестнице на второй этаж, прошли мимо коридоров к «номерам» – комнатам в наём, и стали подниматься по другой лестнице – уже в башне, где были хозяйские комнаты. Поднялись всего на четыре этажа, каждый около четырех метров высотой, и вот на пятом мы вышли в библиотеку. Квадратное помещение, десять на десять метров. По центру одной из стен камин с останками углей. Между камином и лестницей, что ведёт куда-то на чердак башни, стоит два кресла и диван. На всех стенах по паре больших окон в деревянном переплёте и с решеткой по стеклу из тонкого металла фигурной вязи. Между окон стоят шкафы с книгами, бумагами, и кое какими статуэтками и другой мелочью. Шкафы высокие, правда, не на всех полках книги, есть и такие, что совсем пустые. Сами шкафы обустроены вертикальной лестницей, чтобы можно было добраться до самого верха. А в углах библиотеки тоже стоят шкафы, но уже не такие высокие, и над ними смонтированы светильники на кристаллах. Ещё один диван нашелся по другую сторону от лестницы. Завершало убранство четыре небольших столика с креслами, расположенные в разных местах библиотеки. А на полу постелены ковровые дорожки – на вид не такие и старые, как все здание в целом. Эдит развела руки, приглашая к осмотру, и мы все, включая и малышку Клее, разошлись по разным сторонам, заглядывая в окна, шкафы. Клее сразу же попробовала кресло – осталась довольна. Ну а меня, естественно, привлек вид за окном. — Так что это? — показал рукой на многочисленные крыши внизу, улочки и парки. Прошел к другому окну, возле которого стояла Лея. Она обернулась, кивнув головой в стекло. — Это Мондштадт?! — на радостях воскликнул, увидев что-то знакомое вдали, в окружении зеркала вод озера. — Так и есть! — согласилась Эдит. — Несмотря на то, что ты тут ещё не был, тебе, Рэй удалось точно указать на Мондштадт – нашу столицу. — Как ты говорила? — пытаюсь вспомнить. — Мы же сейчас в пригороде – как его? — Форбрюк… — Вот! Я впечатлен… никогда раньше не слышал, чтобы у Мондштадта был такой пригород… — Удивительно, хотя им больше тысячи лет… — Когда мама привезла меня сюда, эти городки точно-точно стояли, дядя Рэй! — Клее подтвердила историческую справку. — И если вкратце, то вот история этих мест… — Эдит стала рассказывать нечто отличное от знакомой мне игровой условности, то что больше походило на реальность другого мира. «Благодаря воле Архонта Ветров – Барбатоса, после победы над тираном Декарабианом, люди обрели свободу. И выбор, где им жить. Построив новый Мондштадт на острове по среди Сидрового озера, они любовались живописными видами, что открывались с его стен и с Храмовой горы. И нередко выбирали для себя эти места на берегу для загородных усадеб. Также и приезжие люди, желавшие остаться тут, навсегда отдавали предпочтение этим, открытым всем ветрам долинам и холмам, а не тихим улочкам Мондштадта. Желая вдохнуть дух свободы, люди селились на побережье и вдоль дорог. Кто-то поселился у Родникового озера дав начало Спрингвейлу. Этому расселению людей не мешали ни нападения племен хиличурлов, ни разбойники, желавшие поживиться чужим добром, ни усиливающаяся тирания зарождавшейся аристократии. И только злой промысел дракона Урсы заставил некоторых горожан убежать под защиту стен. После памятного восстания Веннессы и установления справедливого управления под знаменем Ордо Фавониус, жители Мондштадта постепенно выбирались из стен города и вновь селились на прилегающих землях. Три дороги, что идут к Мондштадту с юга, соединяются недалеко от берегов Сидрового озера. На этом перекрестке путей издавна возник пригород столицы – Предмостье – Форбрюк на местном наречии. Три моста, перекинутых через Виндштрёмунг, соединяют две части Предмостья.  Ещё один пригород оседлал дорогу, идущую к Спрингвейлу – Апфелталь, или – Яблочная долина, если переводить его на тэйватский. Все пригороды застроены по мондштадтскому образцу, а некоторые усадьбы могут поспорить красотой и обустройством с домами аристократии в самом Мондштадте. Теперь тут живёт разный люд под охраной рыцарей Фавония: купцы, ремесленники, художники, учёные вроде меня.... От Мостовой площади Форбрюка к стенам Мондштадта протянулся изящный мост. В народе он имеет простое название – Мост Веннессы. Как память о том подвиге заморской девушки, подарившем городу настоящую свободу. Официально же мост зовётся – Мост Ордо Фавониус. А если спросить поэтов и певцов они выдадут ещё одно название этому красивому мосту – Мост Песен и Ветров. Вот так. Выбирайте какое название больше нравиться – какое имя ляжет вам на душу – каждое из них истинно. Триста метров каменной дороги, поднятой на пятнадцати арках, что опираются на «быки», установленные на дно протоки Сидрового озера. По легенде, когда основали Мондштадт на Храмовой горе, Архонт Барбатос тёплыми ветрами растопил все окрестные ледники и вода образовала озеро. Освобожденный от ледового плена Виндштрёмунг влился в это озеро, и понес общие воды дальше на север. Вид Мондштадта с Моста Веннессы не просто красив – он величественен и поражает дух, вознося его к синеве небес, к белым облакам, к птицам, что реют над городом. Ко всем вольным ветрам…» «Он реально больше того, что я видел в изначальной игре, значительно больше, шире и выше… шпили храма и крылатая статуя Барбатоса – все в далёкой дымке» — сквозь стекло я всматривался в облик, удивительно похожего на «тот» Мондштадт, города. Эдит, вздохнув полной грудью продолжила свой рассказ: «Город обнесен стенами с многочисленными башнями – наследство той эпохи, когда на просторах этих земель было не совсем спокойно. Аристократия, что пеклась о своих кошельках и власти ещё больше, укрепила эти стены. На некоторых башнях можно видеть ветряные мельницы – простые и удобные механизмы, приводящие в действие множество разных устройств, благодаря благословенной силе ветров. От главных ворот, украшенных Надвратной башней, вглубь города отходят несколько улиц, берущих начало от Львиной площади. Главная – центральная, оставлена пешеходной, чтобы не спеша насладится красотой города. Тремя широкими лестницами, она поднимается на три террасы у подножия Храмовой горы. Уставшему путнику можно отдохнуть у разных заведений вдоль улицы, где ему предложат не только прохладительные и горячие напитки, но и множество блюд мондштадтской кухни. Тут же есть и торговые лавочки, где можно приобрести необходимые в жизни товары и удивительные диковинки со всего света. Поднимаясь по террасам к северной части города, жители и гости столицы приближаются к Храмовой горе. Это уникальное строение, когда-то бывшее скалой, умелыми руками камнетесов превращено в три, уменьшающихся с высотой, уровня платформ, повторяющих себя в общей планировке – округлая часть, что обращена к городу, и служащая постаментом для величественной и в тоже время, воздушной статуи нашего Архонта. И вытянутая в сторону старого Мондштадта, с построенным на вершине Храмом Барбатоса, нашей главной святыней. За фонтаном на центральной площади, начинается подножие Храмовой горы, что издавна служило местом жительства для аристократии. А те, кто был побогаче и повлиятельней селились вокруг и на склонах горы. С тех пор эта часть города зовётся Верхний город. Но теперь, подобные порядки в минулом, и люди вольны жить там, где им нравиться, даже в домах бывшей аристократии – ведь немало их сбежало или силой было изгнано из города после победы Веннессы. Наша семья, как раз живёт в таком доме, и скоро я познакомлю вас – Рэй и Лея, с моим папой. И там тоже, очень красивый вид из окон. А выше только Храм Барбатоса и его величественная статуя, что так и хочет взмыть вверх, на встречу всем ветрам». — Как здорово ты рассказываешь, тётя Эдит! Как моя мама, совсем…Только нет – моя мама, всё-таки лучше… — Клее пыталась что-то нарисовать своим носом на стекле, корча рожицы своему отражению. Лея поспешила поспешить улыбку за сложенными на лице ладонями, а Элла с хлопком закрыла толстую книгу, глянув исподлобья на девочку. [1] «Таверна Тэйлор и сыновья. Всегда полезная еда и радушное размещение»