Я больше не люблю Брока Рамлоу

... Изображают равнодушие       У Рамлоу поднялись брови, округлились глаза и отпала челюсть. Несколько секунд он смотрел с неверием, потом мотнул головой, словно отгоняя назойливую муху, и уточнил:       - Больше не любите... Что?       - Спагетти, - ответил Стив, привычным стеклянно-нейтральным взглядом скользнув по острым скулам, и кончики пальцев кольнуло, как будто он по-настоящему коснулся ими горячей кожи. - Я думал, что... Любил. Но это... Иллюзия. Это просто... Макароны.       - Макароны? Просто макароны? - переспросил Рамлоу, и кончики ноздрей дрогнули, раздуваясь.       - Однажды мы с... Другом... Помогли одной девчонке, потом проводили домой, а её мама, итальянка, накормила нас спагетти. Было так вкусно, что я тогда решил, что это моё любимое блюдо. Но на самом деле это были обычные макароны, просто с какой-то необычной для нас специей, и мне, неизбалованному, показалось, что это что-то волшебное. А потом, уже здесь, я тоже пробовал разные спагетти, но ничего особенного в них не нашёл. Еда как еда.       - Стесняюсь спросить, - безо всякого стеснения и со злыми глазами, низко и порыкивая, начал Рамлоу. - И где вы пробовали спагетти? Если взять тот район, где вы живёте, Кэп, там нет ни одного приличного итальянского ресторана! Я говорю хотя бы про приличные, а не про прекрасные! Там или молекулярный пафос, или рыгаловки, в которых меню завтрака до заката, меню бизнес-ланча три часа и сборное меню всех народов мира до закрытия. Я сильно сомневаюсь, что вы тут ели приличные спагетти, я уже не говорю о божественных! Скорее всего, те, самые первые спагетти, были на порядок вкуснее местного фуфла, потому и запомнились!       Стив внутренне умилялся этой эскападе чуть ли не до слез. Такая простая провокация попала точно в яблочко - Рамлоу, по его же словам, "любил пожрать". Он был в курсе рестораторской жизни города: лично тестировал новые заведения, прекрасно ориентировался в старых - от уличных точек фастфуда до баров с многолетней историей, и истово обожал итальянскую кухню. Крючок был заглочен по самые жабры, вот только что теперь делать с уловом?       К счастью, рыба попалась самостоятельная, и сама лично, хлопая плавниками, выпрыгнула из реки и разлеглась на разделочной доске:       - А давайте сделаем так. Я вас накормлю отличными спагетти, а вы честно признаетесь. Если уж не в любви, то хотя бы в неравнодушии!       - Это спор? - вежливо улыбнулся Стив, дрожа миокардом.       "Это свидание?" - засуетились пингвины и покатились за горизонт, попадав на животы.       - Ну-у, пусть спор.       - На что обычно люди спорят? - бесцветно спросил Стив, радуясь, что отточил свою пластиковую маску до эталона, и никакое внутреннее волнение, возбуждение или паника не мешают ему её удерживать.       "Спорят на желание, играют на раздевание", - подмигнул Баки.       Рамлоу вздохнул и пожал плечами:       - Обычно или на что-то конкретное, или на желание. Но это... Для смелых. Типа, как в сказках разводят: отдай мне то, что у тебя есть, но о чем ты ещё не знаешь. И цена может оказаться слишком высокой.       Это был классический подкат "на слабо", на который всегда велся Баки, и никогда, принципиально, Стив. И сейчас он мог бы одним движением уголка рта поставить себя выше этой суеты; снизойти богом до смертного, отведать его даров и милостиво кивнуть головой, признавая их годными. Но в сером веществе что-то отключилось, губы отказывались повиноваться, а браслет мягко сжал руку, подсказывая, что пульс уже за девяносто, и это абсолютная не норма.       - На желание, так на желание, - пожал плечами Капитан Америка, и с холодком предвкушения, сотней крошечных лапок прокатившемся от пупка до кадыка, насладился удивленными лицами бойцов и их командира. Кашлянув и почесав кончик носа - признак волнения - тот начал ковать железо, не отходя от кассы:       - Обед? Ужин?       - Обед.       "А то ещё подумают, что я свидание назначаю. А так, как будто просто поесть сходим. Может, не надо было соглашаться на желание?"       Впрочем, вопрос был абсолютно риторическим. Стив точно знал две вещи, а третья, неизвестная, взволновала уже до ста ударов в минуту. Первое - спагетти будут невероятными. Второе - он признает свое поражение в любом случае, потому что - третье - до звездочек в глазах хочет узнать, чего пожелает победитель.       - В двенадцать? В час?       - В час.       Рамлоу назвал адрес, Стив кивнул и снова откинулся на спинку кресла джета, как будто ничего особенного не произошло. Совершенно рядовое событие - на глазах десятка людей договориться пообедать с коллегой, не удовольствия ради, а эксперимента для. А то, что коллега, точнее, подчинённый - секси, свободен и однозначно ориентирован - случайное совпадение.       Как теперь дожить до завтра?       Благодаря бюрократии и Фьюри, завтра настало гораздо быстрее, чем ожидалось. Душ, лонгслив, джинсы, бейсболка, пшик парфюма, за который пришлось терпеть насмешливые укоры от себя самого всю поездку в такси. Крепкое рукопожатие, привычное "хэй, Кэп", разговор ни о чем с меню в руках. Рамлоу выглядел, на первый взгляд, как обычно, среднестатистически - если такое определение вообще подходит настолько невероятному мужику. Но Стива было не провести небрежно торчащими волосами. Наметанный взгляд отметил свежеоттриммеренный подбородок и тщательно уложенный андеркат. Высокие ботинки - Рамлоу носил кроссовки только в зале и на пробежке - сияли, белоснежная футболка слепила глаза. Сложный шлейф дразнил обоняние, вызывая желание найти на коже точки, на которые попали духи, и прижаться к ним носом. Все вместе это выглядело так, как будто его визави принарядился. Вот только зачем? Не может же быть... Или может?       Абсолютно точно можно было быть уверенным только в одном: это не прогиб перед начальством. Начальство Рамлоу снисходительно терпел, и ни разу не был замечен в трепете, лизоблюдстве или подмахивании. Стив сам не застал громкую историю с Фьюри и командиром тогда ещё не Страйка в одних трусах, но выслушал эту местную легенду от нескольких людей, с вариациями. Разнясь в деталях, расказчики сходились в главном: Ник брызгал слюной, орал и требовал "обосравшегося на миссии говнюка" немедленно, "говнюк", смывавший с себя пот и кровь, с невозмутимым лицом предстал пред темные очи шефа, а также разномастные гляделки и лупалки аналитиков в одних боксерах на мокрое тело. Не дрогнув ни мускулом, отрапортовал о прибытии по приказу, а на упрёки в неуставности и бровью не повёл. Более того, сообщил руководству, что если бы оно кричало ещё на двадцать децибел громче, он бы, несомненно, явился ещё на двадцать секунд раньше, но совсем без ничего. Ибо любые приказы начальства священны и подлежат немедленному исполнению.       Фьюри вроде бы тогда вкатил ему какую-то дисциплинарку без занесения, но уже безо всякого смысла - совещание буксовало ещё полчаса, пока умницы и умники вытирали пот со лбов и ерзали по отсыревшим трусам. Дураку было понятно, что Ник перегнул и облажался, но признаться так и не смог, а потому невзлюбил наглого итальяшку и по мере возможностей вставлял ему палки в колеса. Злые языки, осторожно оглядываясь, добавляли, что не те палки, и не туда, куда бы на самом деле хотелось, но эта информация уже целиком и полностью относилась к разделу "Домыслы".       Так могло быть так, чтобы Рамлоу пришёл в ресторан, как на свидание? Свидание или не свидание - единственная внятная мысль, весь обед стучавшая в виски. Остальные думы представляли из себя крутящийся клубок, из которого то и дело вываливались бессвязные обрывки: "божественно", "о, боже мой", "а на солнце глаза почти жёлтые" и "сейчас умру". Разговор преимущественно вёл Рамлоу, а Стив радостно и благодарно поддакивал и соглашался. Наконец, пытка прекрасной едой и приятным вином закончилась. Собеседник поерзал, сжал челюсти, разжал челюсти, снова сжал челюсти до скрипа зубов, пристально взглянул в глаза и резко выдохнул, как перед прыжком.       - Роджерс, скажи - у меня есть шанс?