Принесённая в жертву

      Полина продолжала кутаться в пиджак брата, чувствуя легкие остатки одеколона на нём, пытаясь уснуть в собственной комнате. Её личная спальня — безопасная крепость, но сейчас таковой не ощущалась. В темноте и тишине квартиры Полина продолжала видеть сцены произошедшего на осеннем балу.       Вот она радостная танцует с Тимуром, в черном платье в пол, хихикая с ним от чужих взглядов.       Вот к ним подлетает пока ещё спокойный Марк. Но вскоре он уже бьет Тимура по лицу. Точно, сильно, так что парень падает на пол.       Полина не успевает ничего сделать, как между ними уже вырастает брат, который ненамного выше самой Полины, худой и ни разу не драчун. Однако, вот он — Пётр — стоит лицом к Макару и молча прожигает его взглядом.       Полина бы удивилась тому, что Марк поиграл в гляделки с Петей, после чего кивнул и ушёл, если бы краем глаза не заметила странный взгляд брата. Он был, в прямом смысле слова, пылающим огнём из злости и всполохов золота. А ещё у него, кажется, был вертикальный зрачок.       Но Полина усиленно мотает головой, разбросав волосы по подушке, ей просто показалось из-за страха и злости. Стоило Марку уйти, как Петя стал самим собой и будто уменьшился. Именно он держал на своих коленях явно притворяющегося Тимура, а не Полина. Именно он всех успокоил, пока Полина стояла в ступоре. И именно Петя разрешил конфликт в самом его зародыше. А когда приехали родители, он сел с Полиной на заднее сиденье машины, закутал её в свой пиджак и обнимал всю дорогу, молчаливо поглаживая по плечу.       Полина была очень благодарна брату за помощь и заботу. Но она не привыкла чувствовать себя беспомощной. А именно такой она и была. Её будто парализовало, когда Марк с Петром столкнулись лбами. Из-за этого в груди до сих пор был тугой узел.       Не выдержав больше этого давления, Полина встала и пошлепала босыми ногами в комнату к брату. Давно она не приходила к нему ночевать. Как их в восемь лет расселили, так и не ходила особо. Но сегодня это было жизненно необходимо. Она тихо зашла в комнату и упала на свободную сторону кровати. Петя тут же взял её за руку, делясь своим спокойствием и уверенностью. «Ничего плохого не произошло», — говорили его касания — «Всё хорошо».       Полина порывалась пару раз начать диалог и спросить про странные глаза Пети, но так и не решилась. Она пришла к выводу, что ей показалось и об этом не имеет смысла говорить.       — Что вы тут шухиритесь? — в комнату вначале проникает слабый свет из коридора, а после голос отца и он сам, кидающий на пол бесформенные мешки, в которых Полина узнает их спальные мешки.       Мама, улыбаясь, зашла следом, принося с собой ночник со звездами, который включала близняшкам, когда они еще были маленькими. Полина начала было возмущаться, что они не дети, но папа быстро сгреб её в охапку и упаковал в спальник, начиная щекотать. Долго Полина не сопротивлялась, и вот уже вся семья лежала в спальниках на полу в комнате Пети, глядя на потолок, усыпанный звёздами из ночника.       Раздрай в душе Полины стал штилем, она счастливо слушала размеренное дыхание своей семьи.       — Давайте, расскажу вам сказку? — подал голос отец.       Полина с Петей притворно раздраженно застонали.       — Давай хотя бы не начало истории, — просит Петя. — Её мы наслушались во время болезни.       — Хотите расскажу, как бессмертный и всесильный золотой дракон Фанпеш заболел? — неожиданно предлагает Роза. Дети радостно загалдели. Такой истории они ещё не слышали.       — Не было такого, — ворчит Филипп, но его никто не слушает, потому что мама начинает рассказ своим мягким, мелодичным голосом, а близняшки завороженно слушают, кутаясь в одеяла и плотнее прижимаясь друг к другу и к родителям, между которыми они лежат.       Произошло это в прошлом веке. Роса и Фанпеш уже несколько веков странствовали, скрываясь от братии драконов, дабы Роса могла жить свободно. Они преодолели множество невзгод, трудностей и тягот на своём пути, но в конце концов смогли найти хорошее место для длительного пребывания.       Роса и Фанпеш объездили, кажется, весь шар Земной, побывав в каждом его уголке. Но где бы они ни прятались, рано или поздно их находил кто-нибудь из драконьего племени и приходилось переезжать, убегая всё дальше и дальше. Пока они не обосновались в маленьком городке, который располагался в середине необъятной России, в то время ещё Советского Союза, где и обрели свой покой на многие года.       Место это было аномальным и невосприимчивым к магии. Поэтому Росу и Фанпеша никак не могли обнаружить, только если они не столкнутся нос к носу с другим драконом. Но вероятность этого была очень мала.       Так они жили не тужили. Вот только одна напасть была в этом городе. Холодные зимы. И какой бы горячей ни была кровь дракона, Фанпеш всё равно мёрз, видимо из-за аномальности этого места.       И вот однажды Фанпеш проснулся от жара, который впервые приносил дискомфорт, нос не дышал, а из больного горла извергались только угольки, вместо огня. Роса быстро поняла, в чём дело. Фанпеш заболел.       Следующая неделя стала самой необычной в их жизни. Роса впервые взяла бразды правления на себя, заставляя ослабшего Фанпеша пить лекарства, которые она сама варила из трав, найденных в прилежащем к городу лесу. Роса кутала его в собственноручно связанное одеяло и заставляла лежать в постели, чтобы не усугублять болезнь.       — Я всесильный золотой дракон, а ты нянькаешься со мной, как с ребенком, это возмутительно, женщина, — бухтел в нос Фанпеш. Его мужское эго было задето. До этого момента именно он был опорой их маленькой семьи. Он вёл за собой жену. Оберегал и защищал, как и обещал её матушке.       — Всё хорошо, — мягко ворковала с ним Роса. — Сейчас можно побыть слабым, пока беды нет. Но стоит чему случиться, ты должен быть в состоянии защитить меня.       — Дракон всегда будет в состоянии защитить свою пару, — важно молвил Фанпеш. И это действительно так. Как бы ни был дракон ослаблен, сколько бы ему ни было лет, сколько бы в нем ни было сил, любой дракон костьми ляжет перед парой, но не позволит ничему с ней случиться. — Даже юные драконы, которые ещё не раскрылись, из-за пары могут дебютировать раньше положенного срока. — Делился тайнами драконов Фанпеш. Он уже давно рассказывал обо всём Росе, чтобы та знала. Ей ведь еще воспитывать будущего ребенка. А дети, рожденные в смешанном браке, только по достижению совершеннолетия раскрывают свою сущность. До этого момента они будут обычными человеческими детьми. Но вдруг у них родится дракон, тогда Роса должна знать к чему быть готовой.       И, как выяснится в будущем, все эти рассказы были не зря. Ведь у них, кажется, родился маленький дракоша.       — А про детей Фанпеша и Росы расскажите? — задумчиво тянет Петя, а Полина внимательно смотрит на брата, сжимая его горячую ладонь.       — Росы и Фанпеша, — мимоходом поправляет Филипп. — Когда у драконов рождаются дети, имя матери произносится первым.       — В другой раз, солнышко, — с улыбкой в голосе говорит Роза. — Сейчас пора спать.       — Вы же останетесь? — с надеждой в голосе спрашивает Полина.       — Конечно, — отвечает Филипп, обнимая дочку. — Сегодня семейный вечер.       Роза заливисто, но тихо смеется, обнимая сына, что уже стал выше неё, однако Петя всё равно чувствует себя в безопасности в объятиях мамы. Что бы с ним ни происходило, он не один, и в беде его не бросят. И, кажется, теперь Петр готов принять сторону Тимура и поверить во все эти сказки про драконов. Ведь до этого вечера Петя никогда не чувствовал в теле столько силы и жара. А уж столько ярости, как когда Тимур упал на пол, не испытывал и, надеется, больше не испытает никогда. Он серьезно готов был убить Марка, если бы тот не отступил.       Но в нежных объятиях матери, сжимая руку сестры, Петя плавно проваливается в сон. Напряжение этого вечера всех отпускает. Ночник продолжает гореть, проецируя на потолок и стены разноцветные звезды и луну.       Филипп осторожно поднимает голову, глядя на Розу, которая тоже немного приподнялась. Они с любовью улыбаются друг другу и только после этого разрешают себе заснуть, но готовые отреагировать на любой посторонний звук. Они никому и никогда не дадут своих детей в обиду.