Источник счастья

***

Начиная со школьного возраста Джисон думал, что не будет готов к отношениям никогда. Его чувства к людям всегда отличались от тех, что демонстрировали сверстники. В то время, когда он начал стажироваться в компании, он искренне не понимал, как парни могут позволить себе тратить такие заветные минуты сна на встречи со своими предметами обожания. Джисону хватало той любви, которую он отдавал друзьям и родителям. А всю романтическую натуру он мог выплеснуть в тексты песен, которыми хвастался на занятиях и просмотрах. В то время, как остальные делились секретами о первых поцелуях, — Джисон претворял в жизнь все слова, которые не мог сказать с искренней любовью другому человеку. Он не мог усидеть на месте. Часто сменяющиеся увлечения и хобби. Предпочтения в еде и досуге. Он просто думал, что и с отношениями будет так. Джисон не сможет остановиться если начнёт. Потеряет себя, пока будет стараться обрести новые эмоции. Он зависим от всего, что вдохновляет его. Минхо же пробовал себя во многом. Начиная от мастерства танцев и вокала, заканчивая благотворительностью и кулинарией. И хоть работа в мясном ресторане была лишь способом заработка денег, а значит — выживанием в этом сложном мире. Но даже там он радовался каждой мелочи, что заставляла его чувствовать счастье. И в отношениях Минхо состоял не раз. Пробуя себя в длительном союзе с некими обязательствами, в романтическом уикенде на выходные или обычных связях на одну ночь. Минхо любил отдавать всего себя, лишь бы ощутить те крупицы счастья в глазах другого человека. Счастья, причиной которого являлся он. Со временем Минхо понял, что зависим от дофамина. Изнуряя себя дополнительными тренировками и срывая голос на занятиях по вокалу, что никак не желал подчиняться ему. Помогая младшим участникам группы, когда те не могли уснуть из-за перегруженности и страха вновь напороться на сонный паралич. Проверяя Чана, который еле держался на ногах, возвращаясь в общежитие поздней ночью. Жертвуя средствами на благотворительность. Пересылая заработанные деньги родственникам, чтобы те смогли сделать ремонт или прожить некоторое время, не отказывая себе в отдыхе. Минхо знал, что зависим от чужого счастья, которое позволяет и себя чувствовать не менее счастливым. А Джисон знал, что Минхо готов пожертвовать всем ради любви, которую так желал подарить младшему. Оба поняли, что их тянет друг к другу самыми сильными магнитами. Джисон не смог сдержаться, чтобы не пялиться на самого красивого человека, что он встретил за свою жизнь. На том самом пятом этаже компании, где зародилось новое чувство в его душе. Где он поймал непонимающий взгляд и поспешно отвернулся. Где он узнал, что не хочет двигаться дальше без Минхо. Старший же не являлся столь романтичной натурой. В любовь с первого взгляда не верил. И вовсе перепугался, когда увидел Джисона, который прославился званием «пубертатная язва» в компании. Но Минхо хотел быть ближе к каждому. Старался найти общий язык даже с Джисоном, который упорно отталкивал его несколько недель, смотря на старшего со страхом в глазах. Лишь спустя несколько лет, в шутку они назовут первым свиданием тот поход в ресторан, когда Минхо не выдержал обжигающих искр в свою сторону и отвёл Джисона в заведение поблизости компании, заставляя поужинать и объясниться. Возможно, Минхо был слишком резок поначалу, но то счастье, которое Джисон излучал, стоило ему попробовать первое блюдо, — не могло не смягчить настрой Минхо. Джисон не смог найти слов, чтобы объяснить свои чувства, а Минхо и не нужно было их слышать. Он ощущал доверие в их разговорах. Нежность и тепло в каждом лёгком прикосновении. Поддержку в словах и действиях. Любовь в чужих глазах. Он не мог сказать об этом, но хотел подарить всё то счастье, что только мог. Показать насколько много заслуживает Джисон, и отдать ему это без зазрения совести. Их первый искренний разговор завёл Минхо. После того, как Джисон в десятый раз за день назвал Минхо своим соулмейтом и мужем. Но старший знал, что не сможет завершить разговор, если Джисон не поймёт его с первой фразы. Он долго думал, наслаждаясь веселящимся Джисоном, который развалился на ковре в своей комнате, поедая ночной перекус, который Минхо принёс для просмотра фильма. Было до одури страшно. Руки потели, а сердце бешено колотилось, когда он наблюдал за счастьем в любимых глазах, которое могло погаснуть в любой момент. Одно неверное слово. Одно слишком навязчивое действие. Одна правда могла испортить всё. — Ты хочешь довериться мне? — всё же собрался Минхо, выдавая странную и только ему одному понятную реплику. — О чём ты, хён? — всё так же смеясь уточнил Джисон, вглядываясь в серьёзные глаза друга. — Я доверяю тебе больше чем себе. — Я не совсем об этом, — морщится Минхо, разглаживая лоб подушечками пальцев. — Я хочу, чтобы ты полностью был моим, а я — твоим. Он смотрел в неспокойные глаза парня, который пытался анализировать его слова. Понять, правда ли Минхо имеет в виду то, о чём Джисон и мечтать не смел из-за страха. Его губы распахивались, желая сказать что-то в ответ. Но язык не слушался, а глаза слезились от чувств, которые он прятал глубоко внутри, стараясь не думать о них лишний раз. Джисон подполз к Минхо, устраиваясь на полу у свешенных с кровати ног. Всхлипывая, уложил голову на чужие колени, позволяя пальцам Минхо зарыться в его волосах. Не мог поверить в то, что эта ситуация реальна, но сжимал мягкие спортивные штаны, стараясь заземлиться и вернуться к реальности. Минхо наслаждался бликами любви в чужих глазах, когда обладатель наконец поднял голову. Вытирал мелкие слезинки с розовых щёк, улыбаясь, ведь не мог сделать большего. Заключил Джисона в объятия, когда тот всё же смог вымолвить тихое: — Очень хочу. Их отношения не были похожи ни на одни другие, за которыми они наблюдали в книгах или фильмах. Они мало говорили о серьёзных вещах, когда оставались наедине, за что Минхо часто ругал себя, ведь знал, что говорить нужно. Но Джисон лишь улыбался в ответ, поглаживая пальцами чужую ладонь, когда Минхо говорил о своих переживаниях. Они всё ещё оставались коллегами, которым приходилось быть вместе большую часть времени. Как и все другие они не могли не уставать друг от друга, хоть и предпочитали проводить свободное время вместе. Бывали тяжёлые дни, когда одному из них хотелось быть рядом, а второму — тишины в одиночестве. Ссоры по этому поводу быстро сошли на нет, ведь они научились уважать границы друг друга. Молча и без лишней тревоги. Их первый поцелуй произошёл спустя несколько недель после неловкого предложения от Минхо. Джисон решил, что он обязан взять всё в свои руки, ведь Минхо сделал самое главное в их отношениях — предложил их начать. Джисон соврёт если скажет, что не думал об этом каждый день. Строил планы, желая сделать это так романтично, чтобы запомнить на всю свою жизнь. Потребовалась целая неделя, чтобы решиться, но это даже близко не было похожим на то, что он успел нафантазировать за это время. Минхо выходил из душа, когда Джисон проходил мимо по коридору. Их взгляды встретились, и Джисон просто не смог устоять, чтобы не прикоснуться к мокрым волосам парня. Прильнул ближе, желая насытиться свежим запахом геля для душа. Лишь на секунду прижался сухими губами, ощущая влагу на чужих. Смущённо отстранился, собираясь отойти, но был прижат к разгорячённому телу. Минхо не отпускал Джисона, пока тот не перестал дрожать, а после и сам коснулся желанных губ. Целовал медленно и нежно, что сердце Джисона до боли колотило в грудной клетке. Раздирало изнутри, моментально залечивая раны. Оставляя самые приятные надрезы, которые затягивались коркой в тот же момент. Они тяжело дышали, прижавшись лбами. Улыбались друг другу, наслаждаясь моментом. Не обращали внимания на громкие разговоры парней на фоне. Многие знали о их чувствах, но никто не смел возразить или попросить прекратить. Каждый боялся дальнейшего развития событий, но счастье было куда важнее. Их первый секс был наполнен чередой неловких слюнявых поцелуев, запутанных в одеялах конечностях и тихим смехом. Они дарили друг другу нежные комплименты и стоны от удовольствия. Доходили до пика и спускались на первый уровень, повторяя вновь. Выжимали друг из друга наслаждение, не боясь, что всё закончится. Их счастье было вечным, пока они были рядом. Когда было принято решение разъехаться на четыре квартиры, никто и не думал, что Минхо откажется переехать к Джисону. Так и произошло. Был лишь один единственный разговор, в ходе которого они сказали единогласное «да» и приступили к переезду. В первую ночь Джисон задержался допоздна, но всё же пришёл в едва ли обустроенную комнату Минхо. Лёг под тёплый бок, наслаждаясь тем, как Минхо тут же притянул его в объятия, укутывая в одеяло. Джисон знал, что старший не спал, дожидаясь его, но не сказал ни слова, погружаясь в спокойный сон. Но не всё было так гладко. Удивительно, но неловкость затянула их, словно они начали свои отношения лишь вчера. Было странно и непонятно находиться рядом в их общей квартире. Лишь вдвоём, не опасаясь, что кто-то может стать свидетелем их любви. Казалось, что спустя столько лет они не должны стесняться друг друга. Но страх нарушить лишние границы был слишком силён. Они проводили время вместе на нейтральной территории. А на ночь расходились по своим комнатам. Воздух в их квартире был тёплым и влажным. Казалось, что с Минхо общежитие преобразилось до неузнаваемости, хотя изменилась лишь старая комната Хёнджина, в которую и въехал Минхо. Они не боятся тишины, которой стало наполнено некогда шумное помещение. Тишина не давит, а лишь позволяет спокойно выдохнуть и отдохнуть от громкой и насыщенной жизни вне стен их общего дома. Разбавляют тишину лишь их тонкие голоса, которыми они в унисон поют знакомые песни, наслаждаясь друг другом. Начинает один, а второй тут же подхватывает. Им не нужно выкладываться на всю мощь, использовать весь диапазон голоса. Они почти что шепчут рифмы о любви, посвящая их друг другу. На кресле в гостиной лежит забытая джисонова кофта. И тот бы давно её убрал и выстирал, но однажды он заметил, как Минхо накидывает её на свои плечи, прикрывая глаза. Наслаждается запахом от недолгой носки, вдыхая аромат своего парня. Оба желают спать в одной комнате, но отчего-то стесняются этой мысли. Будто даже за столько лет отношений мысль о том, чтобы прийти на ночь смущает и кажется странным. Джисон задерживается в постели Минхо с каждым вечером всё дольше. И Минхо не прогоняет, а лишь прижимается ближе, завлекая в тёплые объятия. Засыпает, но сквозь сон чувствует, что Джисон выпутывается из его крепкой хватки. Оставляет пару поцелуев на щеках и уходит. В одну ночь они не спят до самого рассвета. Наслаждаются киномарафоном, не желая покидать друг друга. Но последний фильм заканчивается, а Джисон остаётся на прежнем месте. Зевает, натягивая одеяло выше. Он собирается уйти, но не может заставить себя. Переворачивается, чтобы заглянуть в сонные глаза напротив. — Можешь взять коврик для йоги, — шутит Минхо, припоминая историю, что Джисон сочинил на съемках шоу. Джисон кивает, но не встаёт, чтобы уйти. Улыбается и заставляет Минхо развернуться к нему спиной. Обнимает крепко, прижимаясь грудью. Не собираясь уходить.

***

Кажется, что не прошло и часа, как Джисон просыпается от ёрзанья у своих ног. Он отказывается открывать глаза, когда ощущает, что Минхо ложится рядом, стягивая одеяло. Утренний воздух холодит кожу, пуская мурашки по всему телу. Джисон недовольно мычит, рыская рукой по кровати, стараясь найти одеяло, чтобы укрыться вновь. Но Минхо тихо посмеивается в ответ, поглаживая оголённые бёдра, и скидывает одеяло с кровати, не давая парню дотянуться до него. Спать хочется больше чем бороться с холодом, но Джисон вздрагивает, стоит Минхо нежно стянуть его нижнее бельё. — Приветик, — улыбается он, когда Джисон распахивает глаза. И желание погрузиться в сон чуть затупляется, когда Минхо нежно поглаживает его ещё мягкий член, пока второй рукой старается избавиться от трусов. — Привет, — хрипит Джисон, дёргая ногой, чтобы скинуть мешающую ткань. — Мне не нужно в душ? — Всё в порядке, — заверяет Минхо, проводя носом по выпирающей тазовой косточке. — Поспи ещё. — С тобой поспишь, — тихо возмущается Джисон, но не мешает действиям своего парня. Удобнее устраивается на подушке и закрывает глаза. Прикосновения Минхо нежные и чуть ощутимые. Джисону и вправду удаётся задремать, пока старший гладит его твердеющий член и оставляет поцелуи на нежной коже бёдер. Безумно приятно ощущать ласки сквозь пелену сна. Ощущения притуплены, словно растворены в воздухе, окутывая парня вместо простыней. Грея куда сильнее чем самое тёплое одеяло. Он чувствует, как Минхо касается языком основания члена. Тихо мычит, посылая вибрации к яйцам. И Джисон не может сдержать вздоха, стоит языку Минхо скользнуть выше и покрутиться на головке. Член полностью затвердел, и Минхо не отказывает себе, чтобы погрузить его в рот, придерживая рукой. Замирает, грея головку на языке, пока второй рукой гладит бедро уже чуть увереннее и настойчивее. Джисон выдыхает с тихим стоном, когда Минхо опускается ниже и вновь скользит вверх, выпуская член изо рта. Тот плюхается на живот, размазывая его слюну. Он удовлетворённо мычит, проводя языком по всей длине, делая Джисона ещё мокрее. Вновь насаживается, не стараясь взять глубоко. Доходит до середины и поднимается, кружа языком на головке. Движения медленные, но уверенные. И Джисон не может отказать себе, чтобы не открыть глаза. Волосы Минхо растрепались от сна, щёки раскраснелись от возбуждения. Он такой красивый и домашний. Член во рту дёргается от нового вида, и Минхо улыбается, поднимая потемневшие глаза. Минхо замечает, что Джисон уже полностью проснулся, и наращивает темп. Разводит его ноги в стороны и заводит руки под ягодицы. Сжимает мягкие и упругие мышцы, подмахивая, чтобы Джисон толкался ему в горло. Слюна стекает вниз, щекоча нежную кожу, и Джисон стонет громче от того, как Минхо сдавливает его внутри. Джисон чувствует, что совсем скоро кончит, если Минхо не замедлится. Но ему хочется, чтобы и Минхо получил удовольствие. Хоть старший и сам ответно стонет, наслаждаясь своим действом. — Подожди, пожалуйста, — хрипит Джисон, чуть оттягивая Минхо за волосы. Он ловит непонимающий и чуть недовольный взгляд, когда Минхо отстраняется, вытирая тянущуюся густую слюну. — Всё хорошо, — посмеивается Джисон, дотягиваясь до чужого лица, чтобы стереть влагу. — Просто… ты можешь? Не получается одновременно говорить и делать, ведь он перекидывает ногу через Минхо и переворачивается набок тазом, оставаясь лежать на спине. Скользит рукой по своему члену, собирая вязкую слюну, смешанную с естественной смазкой. Заносит между бёдер, растирая влагу по коже. — Можешь так? И Минхо кивает в ответ. Стягивает нижнее бельё до колен и резко дёргает ноги Джисона на себя, подтягивая выше. Младший наивно думал, что Минхо приляжет рядом, продолжая их ленивый утренний секс. Но тот быстро скользит твёрдым членом между бёдер, задевая яички с каждым толчком. Минхо не внутри, но анус Джисона сжимается от удовольствия, словно готовый принять любимый член. Толкается в быстром темпе, заставляя разноситься громкие шлепки по комнате. Смазки не хватает, но Минхо собирает слюну во рту, сплёвывая между бёдер. Джисон мечется по кровати от силы движений Минхо и слабого трения, тянется к своему члену, желая почувствовать ещё больше, но старший резво откидывает его руку, накрывая плоть своей. Движется в такт своему темпу. Быстро, гонясь за оргазмами обоих. Джисон скулит от силы. Всё же тянется вниз, накрывая рукой чужую головку, что то и дело показывается между его бёдер. Давит и массирует, наслаждаясь прекрасными хриплыми стонами сверху. Лоб Минхо взмок, он дует на чёлку, но та прилипла к коже, оставаясь на месте. Он закидывает голову тяжело дыша. Джисон понимает, что оргазм уже совсем близко. Он стонет громче, прикрывая лицо свободной рукой. Его ноги дрожат и не слушаются, но Минхо сильно давит на бедро, заставляя их прижиматься друг к другу. — Я так близко! — отчаянно выстанывает Джисон, закусывая губу от удовольствия. — Ты такой красивый, Ханни, — шепчет Минхо и тянется, чтобы оторвать его руку от лица. — Я так сильно люблю тебя. Джисон распахивает глаза от слов Минхо. Старший редко говорит о своих чувствах, стараясь показать больше действиями. Джисон знает, что если Минхо донимает его на протяжении всего концерта — он любит. Если Минхо просыпается раньше своего расписания, чтобы позавтракать вдвоём — он любит. Остаётся на выходные в Японии, потому что Джисон не хочет возвращаться домой — он любит. Любит сильно. Самой нежной и крепкой любовью. — Ещё, — просит Джисон. Минхо ускоряется, думая что именно об этом просил Джисон. Двигает рукой быстрее, сильнее надавливая на головку. — Скажи ещё раз, — хнычет Джисон, не зная куда себя деть от наступающего оргазма. — Люблю тебя, Хан Джисон, — громче проговаривает Минхо. — Так сильно, что сожрать хочу. На Джисона эти слова действуют самым приятным образом. Он напрягается всем телом, кончая в руку своего парня. Громко стонет и почти плачет, когда Минхо продолжает двигаться догоняя свой оргазм и продолжая джисонов. Кончает следом, ведь Джисон так сжимает бёдра, что становится трудно продержаться дольше. Падает сверху, размазывая сперму по их телам и кровати. Оба долго приходят в себя, наслаждаясь тяжестью и усталостью. Знают, что им следует принять душ, но до будильника осталось ещё пару часов, поэтому они ложатся поудобнее, желая насладиться этим временем. — И я тебя люблю, — шепчет Джисон сквозь накатывающую дрёму. Минхо тихо смеётся в ответ: — Это хорошо.

***

Они проводят день порознь, ведь их расписание не совпадает. Но разлука не пугает, ведь они встретятся вечером. В их общей квартире. Заснут в одной постели, наслаждаясь друг другом. Подарят всю любовь, которую накопили в себе за этот долгий день. Джисон довольно усмехается, когда видит Минхо на пороге его же комнаты. Младший уже пару часов, как вернулся домой и дожидался парня в его постели. Минхо искренне улыбается, когда прижимает к себе любимого человека. Не боится, что тот уйдёт, ведь он обещает быть рядом утром. Завтра и все последующие дни, если это позволит их работа. Они — счастье друг для друга. Источник дофамина и вдохновения. Причина жить и работать. Наслаждаться каждым днём, пока они вместе.