ШГШ Не детские шалости

Ксюша вскочила с кровати, её фиолетовый дилдо упало на пол с глухим стуком, глаза округлились от шока. Перед ней из шкафа вывалились Дима и Полина — её парень и его бывшая, с которой у Ксюши когда-то была страстная связь. Они были голые, потные, одежда болталась на щиколотках. "Вы что, с ума сошли?!" — крикнула она, голос дрожал от ярости и обиды. Дима попытался прикрыть свой большой член, всё ещё блестящий от соков Полины, ладонью, Полина хихикнула, натягивая шорты на упругие бёдра. Ксюша выбежала, хлопнув дверью так, что рама задрожала, её сердце разрывалось от предательства. Она вспоминала, как ласкала Полину, как её мягкие губы дрожали под её пальцами, и как Дима клялся, что любит только её — всё это теперь казалось ложью. К ужину она решила отомстить, хоть гнев уже смешивался с тоской. На веранде, пока Дима и Полина болтали, она разлила воду по стаканам, незаметно подсыпав в их порции слабую дозу снотворного из пузырька в кармане сарафана — чтобы усыпить ненадолго. "Пейте, жарко же," — сказала она с холодной улыбкой, скрывая бурю внутри. Дима выпил, не заметив мятного привкуса, Полина тоже осушила стакан, морщась от духоты. Через полчаса их потянуло в сон. Дима рухнул на кровать в своей комнате, не снимая джинсы, и заснул, его член слегка напрягался во сне от воспоминаний о шкафе. Полина скинула шорты, обнажив гладкую киску и круглую задницу, и выключилась в своей спальне, её пышные груди третьего размера колыхались под топом. Ночь опустилась, луна светила через шторы, отбрасывая серебристые полосы. Ксюша дождалась тишины и прокралась к Полине. Та спала крепко, кожа блестела от пота, дыхание поднимало её груди. Ксюша схватила её под мышки и потащила в комнату Димы — всё на одном этаже, — уложила на пол у кровати и закрыла дверь на щеколду. Из-под кровати она достала чёрную коробку: красные верёвки, два вибратора (длинный чёрный и толстый розовый), прищепки с цепочкой, кожаный хлыст и фиолетовый дилдо — тот самый, что она использовала раньше. Ксюша сорвала с Димы футболку, обнажив его крепкую грудь с тонким пушком волос, связала его руки к спинке кровати, затянув верёвки, и стянула джинсы, высвободив его большой член — толстый, с багровой головкой, слегка вставший. Полина была следующей: Ксюша задрала её топ до шеи, обнажив сочные груди с тёмными сосками, сняла шорты с трусами, бросив их в угол, и уложила её на кровать на живот рядом с Димой. Руки Полины она привязала к спинке, ноги широко развела и закрепила к углам рамы, открыв её влажную, розовую киску и тугую попку, блестящую от пота. В рот вставила кляп — резиновый шарик с ремешком, затянув его, слюна начала стекать по её подбородку. Она взяла чёрный вибратор, плюнула на него и медленно ввела в попку Полины, раздвинув её ягодицы пальцами — та дрогнула во сне, её дырочка сжалась вокруг гладкого ствола. Розовый засунула в киску, протолкнув глубоко, пока он не упёрся в стенки, и включила оба на среднюю мощность. Гудение наполнило комнату, Полина сжала бёдра, её соки потекли, капая на простыню, киска блестела в лунном свете. На соски Ксюша нацепила прищепки с цепочкой, потянув их — они впились в нежную кожу, груди натянулись, соски покраснели. Она ударила хлыстом по её заднице — кожа вспыхнула красным, оставив чёткий след. Полина проснулась, глаза распахнулись, она замычала в кляп, пытаясь вырваться, её тело задрожало от вибраторов, груди колыхались, цепочка звякала, соки текли по бёдрам, оставляя мокрые дорожки. Ксюша подошла к Диме и дала ему пощёчину — щека покраснела, он очнулся. Увидев её — сарафан задран, трусов нет, киска блестит, розовые губы раскрыты, клитор набух от возбуждения, — его член встал, головка налилась багрянцем, вены проступили. Ксюша замерла, её гнев смешался с тоской по Полине и желанием вернуть Диму. Она передумала их мучить. Сорвала с себя сарафан, обнажив упругие груди второго размера с твёрдыми сосками, и села на член Димы, направляя его в свою горячую, мокрую киску. Она опустилась медленно, чувствуя, как его толстый ствол раздвигает её стенки, головка упёрлась глубоко, заполняя её. Дима застонал в кляп, его бёдра напряглись, член пульсировал внутри неё. Ксюша начала двигаться, её груди подпрыгивали перед его лицом, соски касались его губ через резину кляпа, её соки текли по его яйцам, смачивая простыню. Она наклонилась, её волосы упали ему на грудь, и прошептала: "Ты мой, а не её." Ксюша ускорила темп, её киска сжималась вокруг него, стенки обхватывали плотно, она чувствовала каждую вену на его члене, её клитор тёрся о его лобок. Дима напрягся, его стоны заглушались кляпом, и он кончил — горячая струя ударила в неё, заполняя её до краёв, Ксюша задрожала, её оргазм накрыл её одновременно, её соки смешались с его, стекая по его бёдрам, её тело содрогалось от удовольствия. Дыша тяжело, она слезла с Димы, его член всё ещё стоял, блестя от их влаги, головка пульсировала. Ксюша повернулась к Полине, чьи глаза были полны смеси боли и желания. Она наклонилась, медленно вытащила чёрный вибратор из её попки — тот вышел с влажным чавканьем, оставив её тугую дырочку раскрытой, слегка дрожащей. Затем вынула розовый из киски, раздвинув её пухлые губы пальцами — Полина дёрнулась, её соки брызнули на простыню, киска блестела, стенки пульсировали, выделяя густую влагу. Ксюша схватила цепочку прищепок, дёрнула резко, срывая их с сосков — Полина замычала громче, её груди подпрыгнули, соски покраснели, набухли, по телу прошла дрожь, она выгнулась от резкой боли и облегчения. Ксюша развязала верёвки на её ногах, затем на руках, сняла кляп — слюна стекла по её подбородку, Полина выдохнула с хрипом. Ксюша развязала Диму, сняла его кляп, бросила всё в коробку и посмотрела на них. "Достаточно," — тихо сказала она, её голос смягчился, и вышла, оставив их вдвоём. Дима рухнул на спину, его член всё ещё стоял, пульсируя, головка блестела от их соков, тело было мокрым от пота. Полина, тяжело дыша, подползла к нему, её груди дрожали, соски горели, киска всё ещё текла. Они переглянулись, слишком измотанные, чтобы говорить, и рухнули рядом на кровати, прижавшись друг к другу. Сон накрыл их — Дима обнял Полину, его стояк упирался в её бедро, её груди прижались к его груди, и они выключились. Утро пришло с первыми лучами солнца, пробивающимися через шторы. Полина проснулась первой, её тело ныло от ночи, но она открыла глаза и увидела, что у Димы всё ещё стоит — его большой член торчал, головка багровая, вены проступали, капля влаги блестела на кончике. Она усмехнулась, наклонилась к нему, её волосы упали на его живот, и взяла его в рот — глубоко, до горла, её губы плотно обхватили ствол, язык скользил по головке, слюна текла по его яйцам. Дима застонал во сне, его бёдра дрогнули, и он проснулся, моргая от неожиданности. "Полина, ты чего..." — пробормотал он, но его голос сорвался, когда она заглотила ещё глубже, её горло сжалось вокруг него, она давилась, но продолжала, её глаза слезились, слюна капала на простыню. Дверь открылась, и вошла Ксюша, держа в руке тот самый фиолетовый дилдо. Она замерла, глядя на них — Дима с растрёпанными волосами, Полина с его членом во рту. Её лицо напряглось, но затем смягчилось. Она поняла, что ничего не изменить, и решила смириться. Ксюша подошла к кровати, опустилась на колени рядом с Полиной и раздвинула её бёдра — её киска всё ещё была влажной, губы блестели. "Раз уж так," — сказала она тихо, вставила дилдо в Полину, медленно, раздвигая её стенки, и начала двигать им — сначала нежно, затем глубже, сильнее. Полина застонала, её рот вибрировал вокруг члена Димы, слюна текла сильнее, она ускорила темп, заглатывая его до основания. Ксюша трахала её дилдо, её движения были ритмичными, она наклонилась, её дыхание касалось бёдер Полины, дилдо входило глубоко, соки текли по её руке. Дима стонал, его руки вцепились в простыню, он кончил — горячая струя ударила в горло Полине, она проглотила, кашляя, слюна и сперма смешались, капая с её губ. Полина задрожала, её киска сжалась вокруг дилдо, и она кончила, брызнув на руку Ксюши, её тело обмякло. Ксюша вытащила дилдо, вытерла руку о простыню и встала. "Делайте что хотите," — сказала она спокойно, глядя на них с усталой улыбкой, и вышла, оставив дилдо на кровати. Дима и Полина рухнули обратно, тяжело дыша, их тела блестели от пота, и заснули снова, прижавшись друг к другу.