Глава 2
10 апреля 2025 г., 13:57
Когда мы заходим в ресторан, Маркус сразу бежит радовать Эбби и Ваймака, он обнимает каждого и садится между ними, чтобы сразу рассказать обо всем произошедшем. А мне, чтобы подойти к столу необходимо приложить миллиарды усилий. Сет сидел возле Дэвида и смотрел в мою сторону, изучающим взглядом. Чего он так пялится, я сильно не принаряжался, остался в той же одежде, в которой провел все время на мостике тренера. Теперь он перестает казаться мне загадочным и таинственным. Сет изначально знал, что мы в любом случае встретимся, поэтому действовал поувереннее. Возможно, у него есть план задобрить меня, чтобы я выставлял его в первую пятерку, игнорировал его травмы и был снисходительным?
Садясь рядом с Нилом, полностью игнорирую присутствие Гордона за нашим столом. Эбби сразу начинает рассказывать с чего лучше начать поесть, но даже кусок в горло не лезет. Так, Кевин, соберись, ты должен быть выше этой ситуации и поставить выскочку на место.
– Что мы пропустили? – интересуюсь шепотом у Нила.
– Сет рассказывал твоему отцу про Торонто, почему решил согласиться перейти в клуб «Львы», а еще упомянул, что рад новому тренеру.
– Как он подлизывается, даже не скрывает этого.
– Брось, по-моему, для тебя Сет идеальный партнер.
– Нил, во-первых, он женат, а во-вторых, я его тренер и у нас будут исключительно делового формата разговоры.
– Он развелся с Элисон через год, поэтому не думаю, что его это волнует.
В этот момент причина наших обсуждений, встает из-за стола с бокалом в руке и говорит тост, смотря сначала то на Дэвида, то на нас с Нилом.
– Дорогой, тренер Ваймак, хочу выразить огромную благодарность за то кем ты меня сделал, если бы не ты, то я не стал бы игроком такого уровня.
– Мда, игроков такого уровня не зовут в аутсайдерские команды, сколько ему заплатили? Двадцать миллионов в месяц? Что у него за контракт? – шепотом спрашиваю у Нила.
Но тот не отвечает, сдерживает улыбку и на каждое мое очередное замечание бьет меня по ноге. Впервые вижу, чтобы игрока уровня топ-2 мира позвали в самую жопу. «Львы» никогда не поднимутся даже до плей-офф серии, какой им игрок класса S. Может Сет травмирован? Да, скорее всего, иначе как объяснить его беды с головой. Надо будет ему устроить тщательный медицинский осмотр, то небось уже летает в облаках о том, как к нему все будут относиться радостно и с распростертыми объятиями, прощать любые выкидоны и не явки на тренировки.
– …и да, поздравляю виновника нашей встречи с назначением на пост главного тренера «Львов». Тренер раскрывается не в лучшем клубе мира, а тогда, когда поднимает команду с дна на пьедестал.
– Какая прекрасная речь, Сети.
Еще чуть-чуть и Эбс расплакалась, сначала он похвалил и отблагодарил Ваймака, а теперь взялся и за меня. Ну, конечно, облизал ее любимчиков, только осталось ему еще сказать что-то приятное Маркусу и всё, вот он кандидат на моего супруга. Какой же вздор.
– Да, молодец, Сет, хороший тост. У меня тоже есть, что сказать, – подмигнув ему, встаю и беру бокал. – Я не такой оратор и подлизун, как ты, но что-то придумаю.
Мне даже не нужно смотреть на родителей и на Нила, чтобы понять их настроение и гамму эмоций, изображенную на лице. По тяжелому вздохнул Джостена, становится понятно, что он не рад моему решению и готов провалиться под стол и землю, соотвественно.
– Спасибо тебе, Гордон, что приехал и согласился играть за «Львов». Только дай узнать, что они тебе пообещали? Уровень твоей игры не с этой командой, уж поверь, я не буду дожидаться, когда пройдут эти три года. Я позабочусь о твоем переводе с первого дня работы тренером «Львов». Мне не нужен лишний балласт в команде.
– А что ты можешь им дать без меня? М?
– Гарантию на четвертое место в кубке Смита.
– Тебе не разрешат произвести транзит. Придется потерпеть меня три года.
– В таком случае, придется терпеть меня тебе.
– Я только рад.
Как он улыбается в данной ситуации вызывает дрожь во всем теле и воспоминания о вчерашней ночи. Сет явно затеял игру, в которой планирует выйти победителем. Мне хотелось еще многое ему сказать, но хватает одного взгляда на недовольное и расстроенное лицо Маркуса, чтобы замолчать. Сын полностью потерял интерес к нашему разговору, сидел ковырял вилкой в тарелке. Только, что я пытался задавить его кумира. Ставлю бокал на место и ухожу от всех на балкон, чтобы вдохнуть полной грудью свежий воздух. Я просидел за столом ровно пять минут, а уже устроил сцену и испортил всем настроение. Стягиваю галстук и сжимаю его в кулаке.
– Тебе нужно отдохнуть, – доносился голос Гордона, который неожиданно оказывается рядом со мной. Сет облокачивается о перила и смотрит своими серыми глазами прямо в душу.
– Нет, все нормально.
– Почему ты так яро отталкиваешь меня?
– Ты соврал мне. Ты не сказал, что перевелся в клуб, в котором я буду тренером.
– Разве это что-то меняет?
– Представь себе, меняет. Знаешь, как тяжело было тренировать Маркуса? На каждое мое замечание он обижался и не разговаривал со мной полдня.
– Я вроде бы не твой сын. И мы оба не подростки, чтобы смешивать личное и профессиональное.
– Гордон, что ты ко мне прицепился? Мы случайно переспали.
Сет улыбается. Он смотрит таким взглядом, под которым хочется получить поддержку и спрятаться. Сейчас он выглядит, как самое безопасное и комфортное место для меня. Но это все иллюзия. Не может быть такого, чтобы какой-то альфа так трепетно и нежно относился. Он уйдет, как и все предыдущие. Если не сейчас, то позже, когда добьется своего. Я знаю всех игроков лучших дивизионов то, что у них в голове не схоже с тем, что мне нужно. А что мне нужно? Всего лишь отец для Маркуса? Но у сына есть я, и больше никто ему не нужен.
– Не хочешь признаваться, тогда вообще не разговаривай со мной по пустякам. С этого дня между нами только деловые отношения. Завтра в семь утра жду на тренировке в спортзале.
Сет не позволяет мне закончить фразу, он обрывает на полу слове, притягивает к себе и целует так грубо, что выбивает весь кислород из груди. Его руки прижимают меня за талию к нему, слишком близко и слишком отчетливо слышен парфюм, смешавшийся с естественным запахом. Гордон пахнет невероятно. Он пахнет, как свобода мысли и действий, как начало чего-то нового, яркого и увлекательного. Его тело напрягается, альфа отстраняется всего лишь на секунду, прислоняется губами к моему виску и стискивает в таких объятиях, из которых сложно вырваться и сбежать.
– Боже, я так сильно хочу тебя сейчас, ты просто не представляешь. Меня слишком возбуждает твой грубой стиль и диктаторская манера. Что же ты делаешь со мной, Дэй?
– Ты вообще слышал, что я тебе сказал?
– О да, тренер, еще как слышал.
Эта фраза стала моей отправной точкой невозврата. Его голос стал необычайно низким и хриплым, если бы не семейный ужин, то я давно бы снял с него одежду и наслаждался прекрасным видом на торс Брайана.
– Через час, в моей квартире. Это будет последний наш секс, ты понял меня?
– Не-а, повторишь все это после того, как я вытрахаю из тебя всю дурь.
– Какой ты мерзкий!
– Зато честно...
Он отступает на шаг назад, Сет позволяет мне вернуться в коридор и провожает взглядом до самого стола. Десять баллов за верность своим мыслям, Дэй, десять баллов. Просто удивительно, как я смог забыть свои же слова всего лишь после его одного поцелуя.
– Все хорошо? – спрашивает Нил, оглядывая меня снизу вверх, наклонившись ко мне он добавляет еле слышно, – у тебя стоит так, словно течка началась. Иди уже потрахайся с ним, я прикрою.
– Не хочу я с ним трахаться, у нас ужин или что?
– У нас перекус, а у вас походу ужин друг другом намечается.
заливается смехом от собственной шутки, такой тупой и дурацкой, что удивительно, как она вообще попала ему в голову. Сет присоединяется к нам спустя пять минут, он извиняется перед отцом и Эбби, что ему приходится срочно уйти. Естественно, родители отпускают его не хотя, даже Маркус просит оставить автограф и сделать фото, пока «Звезда» не убежала. И только Нил все это время следит за нашими гляделками.
****
Маркус был на седьмом небе от счастья, когда я сказал ему, что он будет ночевать сегодня у дяди Нила и вместе с ним поедет на учебу. Сын даже не стал задавать вопросов о том, куда мне нужно срочно отъехать и почему он не может ночевать сегодня дома. Нил был прав, он уже стал совсем взрослым и сообразительным парнишей. Словно только вчера я впервые держал его на руках, боялся сделать лишнее движение и в панике звонил Эбби, чтобы она приехала и помогла. Помню сотню бессонных ночей, которые я проводил возле его кровати, когда он болел или, когда не мог уснуть из-за коликов в животе ночью. Всю свою подростковую жизнь я обижался на Ваймака, что тот сдал меня в интернат «Эвермор», что мы мало времени проводили вместе, особенно после смерти матери. Став дедушкой, Дэвид открылся для меня с новой стороны. Но сейчас на меня смотрел уже взрослый, толковый парень, который строит планы на девушек и мечтает о крутой машине. Маркус улыбался хитро, он был похож на своего отца в его годы. Рико также улыбался, когда что-то придумывал или находился на льду. Сет ждал меня внизу, возле входа в ресторан. Он курил электронную сигарету и выглядит нервно-напряженным, заметив меня Брайан идет навстречу и при обнимает за талию. – Нам нужно как можно быстрее приехать к тебе, а то я сейчас с ума сойдут от твоего запаха. Давай ключи, я сам поведу. – Еще чего, я не посажу за руль своей малышке какого-то неадекватного персонажа. Садись назад и не отвлекай меня. Сет приподнимает бровь, наблюдая за тем, как я открываю для него дверь в салон и жду пока он сядет. Перед этим он шепчет: «кто еще тут неадекватный из нас двоих». Видимо моя самостоятельность и независимость для него сродни шизофрении, либо вере в единорога. На удивление до дома мы доезжаем в тишине и быстро. Уже в квартире Сет проходится по всей мебели и картинам изучающим взглядом, он останавливается возле моей Джерси «Лисов», которую утром подарил Ваймак. Альфа невесомо поглаживает каждый трофей, находящийся на полках, начиная от золотой краги, которую я получил играю в молодежной лиге за «воронов» и заканчивая «золотой шайбой с крагой», это была награда за тренерский успех и за первое место «Лисов» в сезоне 2022/2023. Награду за действующий сезон уже получит Нил. Также Сет перебирает связку медалей, принадлежащих Маркусу, разглядывает семейные фотографии. – Ты чего там завис? – не выдерживаю такой тишины и подхожу к нему с бокалом виски. – У меня в Вашингтоне тоже есть личный «архив достижений», только ваш намного круче. Ты знал, что дома у Ваймака полно вырезок из газет с упоминанием успехов твоей мамы и тебя? Когда впервые увидел стены полностью увешанные вашими достижениями – меня пробрала дикая дрожь, так растерялся и удивился, что отец может гордится своим ребенком настолько сильно, что посвящает его успехам целую комнату. Он буквально коллекционировал с твоих первых игр, еще детские турниры, где тебе около семи лет. – Не знал, спасибо, что сказал, потом обязательно посмотрю. Сет оборачивается и его глаза наполнены слезами, смотрят прямо в душу. Не думал, что он может растрогаться от таких банальных вещах. Что было в его голове в тот момент? Неужели у него никогда не было такого человека, который мог гордиться им так же сильно, как делал это Ваймак? Гордон быстро собирается, снимает с себя пиджак, в котором находился весь вечер и залпом выпивает содержимое бокала. Он морщится от вкуса, после чего выдыхает, вновь переводит взгляд на наградную и усмехается. – Ты очень странный. Кажется, мы приехали не для разговора и не для экскурсии по моей квартире. – Одно другому не мешает. Я не выдерживаю первым и целую его в губы, обнимаю за шею, притягиваю к себе. Сейчас мне не нужны оправдания и скучные разговоры, спортивный интерес, вперемешку с животным инстинктом берет вверх. Наши запахи смешиваются, создают новый аромат, который еще надолго останется в квартире, пропитается простыней, осядет на подушках, а к утру рассеются точно также, он покинет мой обитель, оставит наедине с ежеминутно пожирающими. Сет поднимает меня на руки, придерживает под бедрами и слепо двигается в сторону спальни. Альфа быстро отстраняется, ногой отталкивает дверь и кладет меня на кровать, нависает сверху. Мы избавляем друг друга от одежды, оба ведомые внезапным дурманом страсти, как можно быстрее желаем увидеть и прикоснуться к обнаженной коже друг друга, вновь прочувствовать слияние душ, как прошлой ночью. Сет дышит, словно загнанный дикий зверь, способный дать отпор всем обидчикам вокруг, его взгляд затуманен возбуждением и алкоголем. Он оставляет влажную дорожку из поцелует от моего подбородка до лобка, мужчина поглядывает исподлобья, проверяет реакцию и убеждается, что делает всё правильно. Целую ночь мы целовались и меняли позы, брали перерыв, чтобы перекусить и немного отдохнуть, но нарушили тишину только перед тем, как уснуть. Гордон так тихо и неуверенно произносил эти слова, что мне изначально показалось, будто всё послышалось в полудреме. – Никогда не думал, что могу влюбиться так сильно с первого раза. – И не думай больше об этом, – небрежно отвечаю ему, позволяю усталости взять верх над разумом и провалиться в царство морфия, или вернуться в свои кошмары.****
Сон рушится из-за громкого звука, работающего блендер. Часы транслируют половину шестого, значит у меня около часа, чтобы собраться и начать выезжать на работу. Лень приступает к борьбе, за хороший сон, со здравым смыслом. Я прикладываю неимоверное усилие, чтобы подняться с кровати, наощупь ищу футболку с шортами, которые всегда находятся на кресле, возле окна. Звуки блендера продолжаются даже тогда, когда я заканчиваю принимать душ и чистить зубы. На кухне стоял Сет в джинсах и складывал фрукты в блендер, рядом творился полнейший хаос. Доска для нарезки продуктов была грязная, на ней лежал соус-бургер, грязный нож, испачканный в соусе, и остатки помидоров с авокадо. На тарелке были «красиво» расположены бутерброды с авокадо, с ветчиной и помидорами, а в тарелках чуть побольше, видимо находилась каша или рис. Заканчивая работу с блендером, Сет выливает содержимое в высокий стакан. – Доброе утро, так и будешь пялиться на мою спину или уже сядешь за стол? – комментирует Гордон, оборачивается. – Я думал ты уехал. – Зачем? Баул и спортивная форма у меня в раздевалке, не вижу смысла с ней таскаться. – К примеру, отдохнул бы дома, поспал подольше. Мы садимся за стол, Сет ставит передо мной тарелку с кашей и бутербродами, а сам принимается кушать макароны с сыром, пьет кофе и закусывает сэндвичем, у которого безумно сильно тянется сыр. Стоит отдать ему должное, готовить ПП-завтраки он умеет. Каша мягкая, мелко нарезанные фрукты, придают еде сладкий вкус, а хлеб хрустящий, словно может развалиться в любой момент, по его края стекает соус, пачкает пальцы. – Я уже достаточно отдохнул, как спалось? Что-нибудь болит? Могу массаж в таком случае сделать. – Обойдусь. Зачем остался? На мой вопрос мужчина не планирует отвечать, это заметно по тому, как он поглощает завтрак, с такой скоростью, будто за ним гонится стадо голодных и одичавших индейцев, которые впервые за сотни лет увидели ещё одного хомосапиенса, только голод и одичание сильнее любопытства. Прожевав еду, он поднимается и складывает тарелки в посудомойку. – Я схожу в душ, а потом можем ехать. – сообщает Сет, а затем удаляется в ванную комнату. Надеюсь, он не будет вытираться моим полотенцем, а додумается взять запасные. – Ну, сходи.***
Дорога до дворца «Чар-арена» заняла от силы минут тридцать, без учета пробок. Видимо, стоило покупать квартиру в районе приближенном к стадиону, по крайней мере, школы неплохие и рассчитаны на спортсменов. Если бы я не торопился продать старую квартиру в Пальметто, то подыскал варианты получше, а Маркусу не пришлось ждать несколько месяцев, пока я совсем разберусь и договорюсь за его учебу. Весь путь Гордон сидел молча и даже попросил высадить его за шестьсот метров до дворца. До собрания с штабом команды оставалось двадцать минут, я не нервничал и ни капли не переживал, что кто-то из них может думать обо мне невесть что. Это стоит мне пересмотреть дела каждого сотрудника и думать, нужна ли мне такая команда. Они десять лет вылетают из регулярки, не доходят даже до серии плей-офф игр. К счастью, или нет, но кубок «Нации» стартует через четыре месяца. За этот срок мне нужно научить этих львят рычать по-настоящему. – Мистер Дэй, - в фойе дворца, окликает меня пожилой мужчина. – Здравствуйте, - пожимаю ему руку и бегло изучаю. Он высокий, статный, лет под семьдесят, в черном костюме и с значком «Львов». Видимо генеральный директор. – Уэйн Абрам Джонсон, посчастливилось тренировать ваших родителей. – Ох, что ж, надеюсь, я вас не разочаровываю? – Напротив, наблюдать за вашей игрой в юности было одно удовольствие, жаль, что пришлось завершить карьеру так рано. Но, я рад, что у таких раздолбаев появился достойный тренер. Идемте, познакомлю со всем штабом. – Извините, не сильно осведомлен, но вы президент клуба? – Да, и когда оставалось решающее слово брать вас тренером или нет, я проголосовал в вашу пользу, Дэй. Мы шли не самыми короткими путями генеральный проводил мне экскурсию по дворцу, позволял изучить каждый плакат, фотографии почетных игроков, прославивших клуб, старые кубки. Мистер Уэйн еще много рассказывал за клуб и родителей, но больше говорил про маму. Из его рассказа, я подчеркнул для себя то, что и так знал: она была выдающейся в женской лиге. Период ностальгии быстро завершился с приходом в кабинет совета. За круглым столом уже расположились другие члены и представители клуба, агенты игроков, медицинский персонал. Заметив нас, они все встали. После быстрого рукопожатия и приветствия мистер Уэйн объявил о начале собрания. – Харрисону еще нужно пару месяцев, чтобы восстановить руку. – докладывает один из медиков. Харрисон являлся вратарем и получил травму кисти от игрока из Торонто. Неприятное столкновение в товарищеской игре при взятие ворот, неудачно сказалось на будущем вратарской карьеры. Медики предоставляли свежие заключения, а также агент вратаря под номером восемнадцать, успешно отстаивал интересы своего клиента. Он умело забалтывал, манипулировал и приводил общеизвестные факты, о том, что без Харрисона мы можем пропустить намного больше шайб. В прошлом сезоне он показал лучший результат западной-конференции, пятьдесят три сейва и пять сухарей. Я чувствовал себя словно в зале присяжных. Никто не обращал на меня внимание, поэтому оставалось самостоятельно просматривать анкеты и статистику каждого игрока. Майкл Смит – левый защитник, возрастной (32 года), двенадцать лет играет за «Львов», был самым молодым защитником и его личный рекорд в клубе – двести девяносто хитов (блокирований), хорошее количество ассистов, он не тот игрок, что летит вперед и думает о своей стате, командный персонаж. Основной состав. Уже неплохо. Бернард Джошуа – правый защитник, возрастной (32года), капитан команды уже около пяти лет, левый защитник, чаще остается за синей линей, страхует ворота. Основной состав. Боится вести команду вперед к взятию чужих ворот? Стоит пересмотреть его позицию, может слишком понадеялись ставить его кэпом? Аарон Бэйн – левый нападающий, возрастной (30 лет), когда «Львы» были на пике частенько являлся МВП матчей, пару раз получал титул результативного игрока сезона, личный рекорд для клуба около тридцати шайб в одном сезоне. Работает в связке со Смитом. Командный игрок. Все звучит слишком хорошо, жаль, статистика старая, за прошлый сезон. В этом сезоне они даже не прошли регулярку, не хватило пяти очков, чтобы оказаться на восьмом месте в турнирной таблице. Неужели все хуже, чем я предполагал? Что если меня загнали в эту команду, чтобы в случае поражения свесить на меня все обвинения и выставить посредственностью. Нет, этому не произойти, не дам позорить фамилию отца и матери. – Мистер Дэй, что вы на это скажите? Даем восстановиться или возвращаем на тренировки? – подначивает Уэйн. – Он получил травму в декабре, а сейчас середина июня. Прошу заметить, что у него сломана правая рука, а Харрисон является левшой. Пусть тренируется со всеми, но не забывайте о лфк и следите за восстановлением кисти. Ловушку он держит обычно правой, поэтому нагрузка должна пойти на левую. Включите в тренировку ловлю мяча и броски. – Само собой понятно, строит из себя сраного умника, - недостаточно тихо прошептал один из тренеров зала. Стоит запомнить его. – Не понимаю к чему нам Сет Гордон, нам стоит делать акцент на молодом поколение, почему они играли в третьем и пятой пятерке? У пяти игроков общее время за весь прошлый сезон около двадцати минут. Пятерка Лазарева, в большинстве выходила и забивала по два гола, а затем вы их меняли на старичков, которым уже пора на пенсию и сидеть резвиться с внуками. – Оспорю. Смит, Джошуа и Бейн одни из лучших игроков «Львов». Они много раз доказывали преданность клубу, у каждого по три шайбы «хет-трика», что уже говорит о многом. – Несомненно, но они были ими пять или даже десять лет назад. Они быстро устают, скорости не хватает угнаться за молодежью, отсюда и пропуск к пятаку и горящий счет в 5:0. Я не говорю, что хочу избавиться от них и заменить молодежкой, к нам сейчас никто не захочет идти, но их надо ставить не в одну тройку, а раскидать с молодняком. Их опыт и сила помогут отобрать шайбу и выполнить передачу к пятому, а ловкость и быстрота Лазарева, Кита и Рендана помогут доставить эту шайбу прямиком в ворота. – Но пацаны сыграли только один сезон с командой, - объясняет второй тренер, Ян Вильф. – Они еще не пристрелялись друг к другу. – Ну, а кто виноват в это? Вы не давали им и шанса, чтобы раскрыть свой потенциал. Еще, я заметил, что у Конрада была травма спины недавно, можем ли мы провести медосмотр всей команды, сегодня или завтра, а исходя из показателей будем делать выводы? – Да, легко. – Что насчет Гордона? – спрашивает Ян. – Я бы хотел отправить его обратно, но в ближайшие матчи регулярки сезона он нам пригодится, пока молодежь вклиниться. Сет хороший защитника и прекрасный нападающий, но у него много удалений за прошлую серию. С этим стоит быть аккуратным, его вспыльчивость может подвести команду и как в последней игре, в овертайме он сядет на скамью. Напомню, тот матч «Кэпиталз» проиграли и, увы, выбили в 1/4. - Для Гордона готовить запрос в марте-апреле? Я правильно понимаю. – удивлено спрашивает Ян, переводя взгляд с меня на Уэйна. – Да.
