Overtime: Passion on the ice and in life

      Будильник звенит уже минут пять, сонно тяну руку к прикроватной тумбе, чтобы найти телефон и выключить эту сигналку, вибрирующую так, словно планируется нашествие инопланетян. Приходится приложить усилия и разлепить сонные глаза, потирая их подушечками пальцев. Находя телефон рядом с часами, смотрю на время. Восемь утра. Вот, черт! На сотовом десять пропущенных от Ваймака и двенадцать от Нила. Ко всему этому присутствуют сообщения с призывом взять трубку.       Через два часа у меня последний матч в качестве тренера команды «Лисов», а я тут валяюсь в постели. Я видимо слишком резко подскакиваю на кровати, от чего голова начинает кружится. Все таки, вчера вечером переборщил с выпивкой. Собственно, а что было вчера?       Я помню, как мы с Нилом пришли в один бар, чтобы отметить мою новую должность главного тренера национальной «Львы». С учетом их игры, я бы назвал эту команду «львята». То как они проводили последнюю серию матчей вызывало разочарование и желание прострелить колени каждому члену команды. Когда мне только предложили стать тренером, а точнее спасательным кругом, для этих представителей семейства кошачьих, то мне показалось, что Вильям Долан смеется надо мной. Мой уровень игры и профессионализм никак не поможет не способным увидеть шайбу этим слепым котятам. Долгое время я отказывался от этого предложения и предлагал найти кого-то другого, но отец, Ваймак, попросил серьезно подумать над предложением. Если я сейчас откажусь от него, кто знает может мне никогда больше не предложат должность тренера в НХЛ? Я так и буду тренировать молодежные команды и брать, который раз подряд кубки в лиге? Совру, если скажу, что согласился принять данное предложение не из-за Дэвида. Может этот шанс для меня сродни овертайму? Я слишком рано завершил карьеру, только благодаря поддержки семьи смог с уверенностью стоять рядом с отцом и помогать ему в работе тренера. Мне даже не хочется думать о том, как бы сложилась моя жизнь, если бы я сделал так, как хотел Кенго.       Но поразмышлять об этом мне не дает чья-то сильная и крепкая рука, которая слишком сильно сжимает мою талию и принудительно возвращает обратно в постель, прижимает к себе. Приходится медленно обернуться и взглянуть в лицо, того кто лежал все это время рядом. Сет, мать его дери, Гордон. Я успел позабыть о том, что именно он подошел к нам с Нилом в клубе, с ним еще были два других альфы. Но угораздило же меня проснуться именно с ним в одной кровати. Придется говорить ему, что все произошедшее было чередой случайностей и больше не должно повториться.       Когда я стараюсь аккуратно убрать его руку, Сет лишь сильнее ее сжимает и подтягивает меня ближе к себе, настолько близко, что я на своем лице ощущаю его дыхание, какое оно спокойное. Мужчина выдает легкой улыбкой то, что не спал. Вот, гаденыш.       – Гордон, отвали и отпусти!       – Какой буйный омега. А ночью ты был посговорчивее.       Сет смеется и отпускает меня, отодвигаясь. Взгляд серых глаз устремлен на меня, шрам на брови делает его хмурое лицо лишь привлекательнее. Одеяло скрывает его шикарное тело, натренированное за годы матчей в Вашингтон Кэпиталз. Ему осталось около десяти голов, чтобы побить рекорд одного русского хоккеиста, который установил за всю свою карьеру матчей в НХЛ и КХЛ. На счету Сета около 884 гола, а ему всего лишь тридцать два года. Статистика Гордона удивляет, два года назад он получил серьезную травму колена, но уже через полгода успешно выступил за «Кэпиталз» и вывел команду к третьему месту, на его счету множество силовых приемов, многие игроки боятся рядом с ним оказываться у бортов, а также у Сета около пятнадцати штук золотой шайбы за карьеру. Он может получить и шестнадцатую, только почему-то сейчас он торчит здесь. В этом пятизвездочном отеле, рядом со мной. Почему он сейчас в Чарльстоне, а не в Вашингтоне?       – Ох, опять этот взгляд. Принцесса, твоя голова, когда нибудь отдыхает от подсчетов и тактик? – Сет пальцем щелкает меня по лбу, мягко улыбаясь, а после вновь притягивает к себе, целуя в губы.       Нет, нет. Это должен быть наш последний раз. Но мне так не хочется отстраняться. Чертова, омежья сущность. У меня так давно не было хорошего секса, что я готов расплыться лишь от одного поцелуя этого парня.       – Нет, Гордон.       Я со всей сжатой в кулак уверенностью и строгостью в голосе, отстраняюсь от него.       – Боже, расслабься. Ты – ахуенный, сексуальный омега. Если бы я не уехал в столицу, то давно бы начал таскаться за твоей накаченной задницей.       – Какой ты мерзкий.       Я ударяю его подушкой, после чего встаю и стаскиваю одеяло с парня, укутываясь в него, как в свой спасательный жилет. Телефон вновь вибрирует, оповещая о новом сообщении. В этот раз оно приходит от Маркуса.       «Пап, матч через два часа, а тебя еще дома не было? Ты у дедушки или у дяди Нила?».       Вот черт, все-таки я безответственный родитель. Я сказал, сыну только то, что буду с Нилом, но не предупредил, когда вернусь. Нужно ему срочно позвонить и спросить поел ли он чего-то.       – Прикрываться не обязательно, я итак все видел уже.       – Ты можешь заткнуться хотя бы на минуту? Дай мне подумать.       Но вместо выполнения моего желания, Сет лишь встает с кровати во всей своей красе. Его идеальный торс, точно останется в моей памяти еще на долгое время. Как на зло парень играет грудными мышцами. Он рукой проводит по своей, короткой, стрижке и напрягает бицепс. Сет идеальный. Спасибо господь за такое создание.       – Тебя уже все потеряли, кто такой Маркус? Твой муж?       – Сын.       И попадание прямо в ворота. Сет удивлено смотрит. Пока он прибывает в явном шоке, я быстро обхожу его и по пути собираю свои разбросанные вещи, а после удаляюсь в ванную. Нужно срочно принять душ и ехать домой.       Горячий душ подобен чему-то невыразимому на всем свете. Он испепеляет любые мысли, просящиеся влезть в мою голову. Но только от одной мысли не удается скрыться. И она посвящена Гордону.       Мы много раз виделись на соревнованиях, когда были еще подростками и играли в молодежке, но все эти встречи были мимолетными, без взаимодействия. Даже на поле мы не пересекались, Сет не мог никогда догнать меня и выбить шайбу. Он даже не мог заблокировать меня. Впервые мы заговорили пятнадцать лет назад, когда я вместе с Эбби и Ваймаком отправился в Колумбию. Тогда мне не хотелось ни с кем общаться, но он был первым из всей команды кто заметил еще одного члена экипажа. Он подсел ко мне и без слов предложил перекусить или попить воды, я помню, что в тот момент отверг все его предложения и мы были вынуждены ехать пять часов в тишине. С того дня я часто ловил на себе его взгляд вовремя тренировок «Лисов» или в общежитии Пальметто, когда приходил в гости к Нилу и к «монстрам». Мне нравился его взгляд, он был таким изучающим и смотрящим прямо в душу. Мы никогда не разговаривали вне команды. Я знал, что у него есть девушка Элисон, с которой он вскоре сыграл свадьбу, после первого матча за «Кэпиталз». Именно в тот момент мое увлечение этим сероглазым, стриженым под зека, нападающим закончилось. Его маленькие знаки внимания перестали мне казаться романтичными. Разве может чужой альфа принять малолетнего омегу с прицепом, тем более от другого парня? Не возможно. Многие мужчины против растить не своего ребенка, тем более, считали позорным то, что я забеременел в шестнадцать лет.       Я не мог перестать думать о том, что сыну будет нужен отец, но найти замену настоящему отцу никак не мог. Долгие годы я старался знакомиться с другими альфами и честно признавать, что у меня есть ребенок-подросток. Но я сдался. Маркусу не нужен был отец, я сам заменил ему обоих родителей, он никогда ни в чем не нуждался, ведь окружен безмерной любовью дедушки и бабушки, а также дядь.       Когда я выхожу из душа, переодетый в одежду, Сет уже сидел в кресле. На нем была бежевая футболка и серые спортивки. В углу комнаты лежал не разобранный чемодан. Замечая меня альфа встает и подходит ближе.       – Кевин, я не хотел…       – Да, я тоже. Поэтому сделаем вид, что произошедшее было случайностью и больше не повторится. Мне не нужны лишние проблемы.       – Ты не понял.       – Нет, Сет, это ты не понял. Мне нет дела до тебя. Мы переспали и все. Мы оба были в стельку пьяные, обязательства нам ни к чему. Возвращайся к своей команде и забудь, что было.       Забрав свою сумку с кошельком, с ключами от автомобиля и телефоном, быстро обуваюсь и ухожу, пока Гордон не успел сказать еще что-то.

***

      – Маркус, я дома! – сообщаю, переступая порог квартиры.       Услышав, что кто-то пришел первым встречать меня выбегает щенок хаски по кличке «Хит», он радостно виляет хвостиком, ставя две лапы мне на колени. «Хит» живет с нами уже полгода, его Ваймак с Эбби подарили Маркусу на день рождение. Мы с сыном много времени спорили кто же будет за ним ухаживать, я настаивал на то, чтоб Маркус сам занимался его воспитанием. Мне хотелось дать ему понять, что взять домой животное – большая ответственность, с которой он на удивление справляется прекрасно. Первое время я думал, что мой сын не будет ходить гулять с щенком рано утром перед школой, и тем более после утомительных тренировок. Но Марк бежит домой, чтобы провести больше времени со своим питомцем. Я и сам упустил момент, как полюбил «Хита». С его появлением в нашем доме словно зародилась новая жизнь. Только сейчас, замечаю, что его серые глаза удивительно напоминают глаза Сета.       – О, привет, я уже с ним погулял и покормил.       Маркус облокачивается о стену, рассматривая меня. Этот парнишка стал выше меня на десять сантиметров уже. В меня он пошел характером и ростом, но глаза у него отца. Каждый раз, смотря в них, вспоминаю Рико, с которым мы ни разу не общались за все эти годы. Я много читал о нем в интернете, смотрел все его матчи, но не решался отправить банальное «привет». Раз он не искал связи со мной, значит нам этого и не нужно.       – А ты поел?       – Да, я разогрел то, что бабушка вчера принесла и заказал еще продуктов. Приготовил яичницу, будешь?       – Только если быстро, ты кстати вещи собрал? – я подхожу к нему и целую в висок, от чего парень морщится.       – Ну, пап! Я же уже не маленький, не надо меня целовать.       – Ах, да? Не маленький он уже, ну тогда приготовь мне чай, а я пока переоденусь. Позавтракаем и поедем на стадион.       – Окей, босс.       Обходя сына, бросаю сумку на диван в гостиной и ухожу в свою спальню. Она большая и светлая, в ней много книжных стеллажей, заполненных старыми книгами по истории, а также биографией многих спортсменов. Видимо, Маркус, утром открыл шторы и в моей комнате. Яркий свет наполнял всю площадь комнаты, от чего казалось, что в ней отсутствуют темные углы. Пройдя у гардеробную, сбрасываю грязные вещи и достаю темно-серый, скорее дымчатый, костюм с белой рубашкой. На карман пиджака прикрепляю металлический значок лисьей лапы. Смазываю волосы гелем, чтобы они лежали идеально. Сегодня мой последний матч в лице главного тренера «Лисов», мой пост займет Нил. Когда я беру духи том Форд, неосознанно вспоминаю то, как пахнет Сет. Точнее, как он пах в нашу ночь. От него веяло ярким ароматом дикой вишни, или даже лесных ягод. Вот, как выглядит первый секс после длительного воздержания. Я теперь повсюду слышу и вижу его, вспоминаю его касания и наше дыхание в унисон. На губах остался привкус его утреннего поцелуя. Как же не хотелось заканчивать ту ночь и это утро. Но я не могу себе позволить, разрушить его карьеру.       – Все хорошо? – спрашивает Маркус, заглядывая в комнату.       – Да, ты собрался?       – Так, я давно готов. Это ты долго. Кстати, а с кем ты был? От тебя пахнет, альфой.       – Пойдем кушать.       – Э! Папа, не отвиливай!       – Это еще что за словечки, может тебе всю игру сегодняшнюю просидеть на замене?       – Ладно, победил!

***

      Возле «Fox-арены» собралось множество болельщиков, все они держали плакаты с лозунгами «Вперед лисята! Победа вас ждет!», «Ян наша надежда и вера в сухарь», «Маркус мы любим тебя!». Все они были в наших джерси, на многих видны даже автографы игроков. Многие из игроков уже приехали, они стояли возле фанатов и оставляли им автографы на различных предметах.       – Не строй хмурое лицо, улыбнись и поблагодари болельщиков. Матч важен, но их поддержка намного больше значит для нас.       – Пап, я знаю.       Сын выходит первым из машины, улыбается и машет, а после идет к товарищам по команде.       Сегодня мы играем против «Гиен», они третье в топе лиги. Их вратарь берет любые шайбы, а защита отрабатывает на двести из ста процентов. В нападении они не так сильны, но все равно опасны. У многих игроков «гиен» часто залетают в ворота шальные шайбы, они в основном отрабатывают рекошеты и любят засовывать в потасовке на пятаке шайбу. Опасные ребят, но интересные.       В самом холле арены установили несколько столов с продуктами, открыли зону для покупки игрового мерча от обеих команд, также «лисицы» веселили публику вместе с маскотом. Мне нравится во что превратилась арена и команда с моим приходом, лишь благодаря девочкам из смм группы мы смогли заполучить еще больше внимания и признания. Долгий и тяжелый путь. Я нахожу Ваймака и Нила в своем кабинете, Нил уже сидел в кресле главного тренера и что-то бурно обсуждал с Дэвидом.       – Ты где пропадал? – спрашивает друг и наливает еще в один стакан воду. Количество выпитых бутылок говорит о том, что Нил единственный из нас двоих страдал сильным похмельем.       – Крепко спал.       – Маркус в раздевалке?       – Ребята оставляют автографы фанатам, я им сказал, чтобы минут через десять уже шли в раздевалку.       Дэвид кивает и встает, чтобы обнять меня. Он улыбается и протягивает пакет черного цвета. Отец не любит выбирать подарки и не знает, что дарить. Обычно таким занималась Эбби, поэтому мне стоит ожидать чего-то в моем вкусе. Это была моя Джерси за «Лисов». В ней я отыграл около десяти матчей, а после был вынужден уйти в тренерский состав. Мало игр, но приятно, что он сохранил. Я думал, что выкинул её еще тогда, когда он категорически запретил мне выходить на лед. Джерси была аккуратно сложена в рамку со стеклом, на ней был мой автограф. «Ваймак-Дэй 2»       – Не думал, что ты сохранил ее. Я же выбрасывал все вещи.       – Напомнить? Ты попросил меня выбросить все, у самого рука не поднималась. Ты правда думал, что я – твой отец это сделаю?       – Спасибо, а я вам ничего не приготовил.       – Как это ничего, а победа? а переход в лучший клуб НХЛ? А лучший нападающий, который остается с нами? Кевин, ты для нас всех сделал намного больше, чем мы все. Если бы не твое рвение к славе и желание, чтобы все узнали «Лисов», у нас не было бы новой арены, такой базы фанатов и просто ахуенных игроков.       Нил поднимает стакан после своей пламенной речи и залпом выпивает воду, словно там была не вода, а рюмка водки, к примеру. Но по его взгляду я вижу, что нам придется поговорить еще чуть позже.       – Ладно, вы готовьтесь, я пойду встречу Сета, он попросил у меня билеты на матч.       Сет. Как же я сразу не подумал о том, что он мог приехать на игру и поговорить с Дэвидом. А я уже на фантазировал себе глупый подростковый роман. Один ноль в пользу Гордона.       Когда отец уходит, Нил перестает сдерживать свое любопытство и начинает серию из расспросов, скорее допросов, только после того как я сажусь за стол.       – Итак, вы переспали? Тебе понравилось? Вы начали встречаться? Как Маркус отреагировал?       – Мы переспали, мне понравилось. Но этого больше не повторится. Даже не смотри так на меня, это была случайность. Мы слишком много выпили.       – И что? Вас тянуло друг к другу.       – Мы перепили.       – Ты боишься, что Сет поступит также, как и другие твои ухажеры?       – Нил, он удивился, когда я сказал, что у меня есть сын. А всем известно, что Маркус мой сын. Это говорит о том, что он не интересуется мной.       – Ты слишком категоричен. Кстати, ты знаешь почему он приехал?       – Нет.       – Ладно.       Мне не нравится его улыбка, ой как не нравится.

***

      Любой хоккейный матч начинается с грандиозного представления. Шоу открывают «лисицы», девушки в ярко-оранжевых платьях выезжают на лед и исполняют разученную месяц назад хореографию. Они заводят болельщиков, к ним присоединяются два маскота «лис» и «гиена», оба персонажа играют в волну и перекличку болельщиков. Вскоре прожектора наводят на команду-гостью нашей арены. «Гиены» под перечислением игроков, диктором, выезжают на лед, занимают свои позицию и стучат клюшками по льду, в ожидании наших игроков. «Лисы» по одному начинают выходить на лед из сделанной пасти лисы (мы много времени убили на воспроизведение данной концепции), оранжевый «салют» окрашивает всю арену, когда команда в полном составе становится напротив «гиен».       Диктор приглашает всех встать, прослушать гимн страны и гимн команды. Маскоты устанавливают красную дорожку, микрофоны. Для стартовой речи приглашают президента МХЛ и Ваймака.       – Для меня честь открывать столь интригующую игру, от наших команд мы ждем зрелищной игры, великих моментов. Я привез из Вашингтона статуэтку золотой краги, держащей шайбу. Многих великих игроков сделали великие тренера и для меня честь вручить эту награду Кевину Дэю, за его вклад в развитие молодежки, за такую патриотическую любовь к своему клубу!       Мое сердце делает кульбит. Вот чего, чего, а этого я не ожидал. Весь стадион сотрясается от бурных аплодисментов, игроки создают бит моего сердцебиения, постукивая крюком о лед. Даже барабаны подключились к этой симфонии. Нил подталкивает меня ко льду с а мне страшно выходить. Я знал, что достоин этих почестей, но не думал, что получу.       Я ударяю кулачком всему штабу команды, пожимаю руку отцу и президенту лиги. Впервые меня одолевает сомнения и волнения от вида этой статуэтки, которую держит Долан.       – Спасибо, федерации и президенту Долану, за такую возможность поддержать в руках великую награду. Мой путь в карьере тренера был долгим и кропотливым, все закаленные наши фанаты знают, сколько времени ушло на поднятие «Лисов» до такого уровня. Все мы помним нашу первую арену, обычный студенческий стадион, который вмещал в себя две тысячи болельщиков, но если вы оглянетесь сейчас, заметите что нас больше. На сегодняшний день «Fox-арена» принимает всех фанатов и любителей хоккея, около пятнадцати тысяч болельщиков насчитывается на сегодняшнем матче! Огромное спасибо всем кто был с нашей команды с самого нуля, а такие есть, я знаю. Десять лет я являюсь главным тренером молодежки. Долгих десять лет бок о бок с командой. Десят лет совместных побед и поражений. Побеждает команда, а проигрывает тренер. В заключении хочу сказать, что это награда не для меня, а для моего отца, генерального директора и тренера юношеской сборной команды – Дэвида Ваймака. Если бы не он, всех нас с вами здесь не было. С разрешения мистера Долана, я хочу вручить награду своему отцу.       Долан кивает и призывает всех похлопать. Ваймак в явном замешательстве, но принимает золотую крагу. Он улыбается мне и крепко обнимает. Президент отходит на «почетное вбрасывание», папарацци запечатлели такой момент и все расходятся.       В кармане я крепко сжимаю лист с четырьмя пятерками, которые будут сражаться в этом матче за победу. Нил чертит на доске положение игроков, дает советы правофланговым.       – Льюис, не опускай слишком низко левую руку, придется перебрасывать. Делай это только в случае, если решишь что нужно пару секунд, чтобы собраться. – напоминают нашему капитану.       «Лисы» отбивают кулачки оставшимся на скамье игрокам, тренерскому штабу и занимают свои позиции на льду. Я смотрю на Маркуса, который подъезжает и становится ко мне спиной на синей линии. На его спине написано «J.Day» и светится цифра 2. Младший Дэй.       Льюис выигрывает вбрасывание, шайба оказывается у нашей команды, отлично. Чем больше побед на вбрасывание, тем больше шанс владеть игрой. Игроки передают шайбу из зоны в зону, они кружат возле ворот «Гиен», тем сразу создают сильный заслон для нападающих и не дают возможности найти лазейку для броска.       Игра без остановки идет уже две минуты, шайба в основном у «Лисов». Льюис передача на синюю линию шестому игроку, затем передача обратно Льюису, и вновь шайба переходит к шестому игроку, тот взглядом находит возле пятака Маркуса и отправляет ему передачу, удар в одно касание, шайба оказывается в воротах «Гиен» и счет открыт на третьей минуте матча. Маркус поднимает одну ногу и прокатывается, создавая руками движение ворона. Празднование гола завершается.       – Хороший гол, - комментирует Нил.       – Неплохо для молодежки.       Ответка по воротам прилетает через двадцать секунд. «Гиены» сравнивают. У нас преимущество во владение шайбой, уже нанесено 10 ударов в створы ворот и отражено шайб от «гиен» восемь. Они проигрывают нам по ударам, но побеждают в силовых приемах. Один из игроков «гиен» выставляет высоко клюшку, возле бортов, рефери свистит после падения Льюиса, и выезжает к судейской коллегии, чтобы огласить решение: «Две минуты, игроку под номером 28, игра с высоко поднятой клюшкой».       Отлично у нас большинство. 75% на успешное завершение двух минут. Нил показывает новую раскадровку игры, рекомендуя игрокам занять позицию вдоль бортов и синей линии. Он предлагает взять «гиен» в кольцо.       – Они будут играть один – два - один. Аккуратнее на пятаке, старайтесь забивать с расстояния, как только начнете сближаться к средней линии и подъезжать к воротам, они тут же встанут на защиту. – советую.       – Реализуйте большинство, и не давайте им произвести смену. Они начнут выбрасывать шайбу, чтобы потянуть время.       «Лисы» возвращаются к вбрасыванию в зоне «гиен», и вновь шайба у нас. Они идеально выполняют установку, шайба перемещается быстро от одного игрока к другому, удар по шайбе от двадцатого игрока и вратарь отбивает, защитник «гиен» уводит ее за свои ворота и передает по борту. Льюис отвоевывает шайбу, отдавая пасс через ногу Маркусу, вновь щелчок и шайба отскакивает от штанги. Остается тридцать секунд до выхода пятого игрока. Трибуны сокрушительно скандируют: «нужен гол, нужен гол». И они получают заветное на пятой секунде до выхода штрафника. Шестой номер находит открытое пространство между вратарем и штангой, он получает пасс от Маркуса и пользуется моментом, пока вратарь не успевает перейти к правой штанги, забивает в нижний угол.       2:1 в пользу «Лисов».

***

      В раздевалке после первого периода царил хаос. Игроки обсуждали моменты с упущенной возможностью взятия ворот, вратари общались между собой, один из игроков предложил всем после матча сходить в бар и отметить победу.       – Рано говорить еще о победе, они спокойно могут отыграть одно очко, – сообщаю им, заходя в раздевалку.       Нил заходит следом, кладя на стол новую расстановку и наброски возможных игровых моментов во втором периоде.       – Но вы можете сходить в бар и без победы, я за все плачу.       Команда срывается на одобрительный гул и все начинают аплодировать, и восхвалять мою щедрость. Только Маркус сидит и смотрит вниз, рассматривая коньки. Он вытирает пот с лица, хватая бутылку с водой и выливая себе на голову. Что-то случилось. Нил тоже это подмечает и решает самостоятельно узнать причину странного поведения.       – Маркус, все нормально? Плечо не болит, то тебя сильно приложил один из защитников.       – Ерунда.       – Ладно, ребята, у вас есть еще десять минут, чтобы перевести дух и подготовиться к второму периоду.       Мы одновременно выходим из раздевалки и направляемся в более менее тихий коридор. Джостен останавливает меня за плечо.       – Кое кто хочет с тобой поговорить, – он кивает головой назад, в сторону стоявшего с букетом цветов Сета.       – Боже, Нил. Давай просто уйдем.       – Кевин, ну, вы же уже не дети, чтобы бегать после перепихона. Смотри он даже постарался, купил букет цветов.       – Самонадеянно.              – Да, поговори ты с ним. Хватит строить из себя холодного принца.       – Какой в этом смысл?       – Может и никакого, но вдруг итог будет великолепным?       – Он скоро уедет, наши пути разойдутся. Не хочу ловить очередной приступ безответной любви и страдать потом. У меня много дел.       – Справедливо, но дай ему шанс, хотя бы ради меня или, вон, Ваймака. Ты же знаешь, что Сет всегда был его любимчиком.       Нил знает куда бить, и сейчас ударяет в самое уязвимое место. Манипуляции под прикрытием отца самая неприятная, но рабочая. Оставляя Нила одного в коридоре, иду навстречу к Гордону. Он был в серых джинсах, черной худи, синей куртке и кепке с эмблемой «Лисов», даже шарф прикупил. Сет не предпринимает попытку обнять, а просто протягивает цветы. Тюльпаны, белые.       – Прекрасно, но зачем? – прищурив глаза, интересуюсь.       – Решил, замять наше недопонимание утреннее. Предлагаю вечером сходить в ресторан и спокойно пообщаться.       – Не могу, у меня ужин в кругу семьи и друзей.       – Как здорово, что меня тоже пригласили.       – Я не приглашал тебя.       – Ты - нет, а вот твой отец – да.       – Чего ты добиваешься, Гордон?       – Вопрос не верный, кого я добиваюсь, Кевин? – он прислоняется к стене и глядит на меня сверху вниз.       – Прекрасная шутка, за цветы спасибо.       – Поздравляю с новой должностью тренера в НХЛ. Давно пора.       – Да уж, я безумно рад тренировать кучку не способных имбицилов что-то делать.       – Прям так жестоко? Они, естественно, не в топ-4, но шансы есть. Тем более, прошлый тренер подписал двух отличных игроков, не думаешь?       – Я еще не изучал дела спортсменов, а ты откуда знаешь?       Сет меняется в лице и яркая улыбка в тридцать зуба, красуется на его мордашке. Он пониже опускает кепку, подходя ближе и наклоняется       – Тебе стоит внимательно изучить дела, думаю ты будешь рад.       – Ты что-то темнишь.       – Пусть так, – он делает шаг назад и поднимает руки в знак отступления. – Прекрасная игра, твой сын весь в своего папу.       Сет уходит, оставляя меня в ворохе вопросов и догадок. Его явный интерес ко мне, не сказать, чтобы совсем не греет душу, он пугает. Мне становится страшно от его дальнейших действий. Если альфа планирует ухаживать за мной, придется ему ясно дать понять, что отношения меня не волнуют.

***

      Второй период проходит слишком монотонно и не интересно. Было много удалений, как у нашей команды, так и у противников, но никто не смог забить гол. В конце второго периода команды играли 4х4, из-за двух обоюдных удалений. Оба игрока проявили неспортивные действия. Они зацепились прямо возле ворот «гиен», завязалась потасовка, входе которой оба получили по штрафному времени. За этот отрезок мы могли дважды реализовать меньшинство. Маркус с Льюисом вдвоем поехали к вражеским воротам, перебрасывали шайбу друг другу, но забить не получилось. Маркус опустился на колено, стараясь щелчком атаковать в ворота, но попал в штангу. Второй раз они устроили возню на пятаке «гиен» и вновь не удалось им всунуть шайбу между вратарем и штангой.       В третьем периоде игра приобрела более живой цвет. Третья пятерка удивляла своей скоростью и смекалкой, они не смотрели друг на друга, а играли опираясь на старую сыгранность и чутье. В таком составе нам удалось забить еще раз гол, в этот раз ответа не последовало, ведь вновь шайба оставалась у «лисов».       Весь период «гиены» уставшие, но целеустремленные пытались перехватывать и блокировать любые передачи, удары, сейчас они играли по аккуратнее. Меня даже начала напрягать такая ситуация.       Тренер «гиен», Жак Палмер, решил снять вратаря и выпустить шестого полевого игрока. Противники оседали возле наших ворот, сильно прессингуя и не давая возможности произвести замену уставших игроков, на новых полных сил.       Нам пришлось запросить тайм-аут, после выведения шайбы из зоны.       – Сэм, нужно вывести шайбу за ворота противников и получить проброс, тогда вратарю придется вернуться. Позвольте им овладеть шайбой до синей линии, а когда вратарь начнет возвращаться на скамью и будет смена на шестого игрока, выбивайте шайбу и покатите в пустые ворота.       – Окей, тренер.       «Лисы» возвращаются на свои позиции. Происходит в точности по моим словам. Шайба отправляется на проброс, игроки занимают свои позиции, вот уже «гиены» выигрывают вбрасывание и ведут шайбу к синей линии, даже заезжают за нее. Я ловлю взглядом момент, когда вратарь не следя за игрой возвращается быстро на скамью, а шестой игрок выезжает на лед возле синей линии. До конца периода остаются пять секунд. Сэм тоже замечает эти движения и выбивает шайбу у защитника «гиен», ближе подъезжает к борту и отправляет шайбу скользить по льду к пустым воротам. Только вышедший на лед игрок, срывается с места и бежит обратно к воротам, он падает и скользит до пятака с вытянутой клюшкой, в надежде хотя бы сбить траекторию броска. Но шайба оказывается а воротах.       Диктор оглашает фамилию забившего игрока и называет счет матча. Оставшиеся секунды проходят быстро. Моя последняя игра в качестве тренера «Лисов» оканчивается победой со счетом 3:1.       Впереди их уже ждет новое будущее, новые успехи и начинания под руководством Нила.

****

20:30.

      Наш званый ужин в честь моего перехода в новый клуб начался около тридцати минут назад, а мы с Маркусом все это время провели в дурацкой пробке. Я был готов закричать на всю округу, чтобы машины, наконец-то, двинулись. Но это произошло и без моего вмешательства. Сын всю дорогу пересматривал нарезку из лучших моментов и свое интервью, то и дело повторяя слова вслух и довольно улыбаясь.       - Вот, видишь эту девушку по середине. – показывает он мне «лисиц». – Это Камилла, я ей нравлюсь. Думаю, позвать ее завтра к нам.       - Можешь звать, только не забывай предохраняться, это во-первых. А, во-вторых, как дела с учебой?       - Та пойдет, мне как спортсмену ставят все и так. Завтра пойду сдам домашку, получу новую и на тренировку.       - Главное, не проспи, потому что я уеду раньше.       - Вас понял, босс. Кстати, а что за чел был, с которым общался все время дедушка? Похож на Гордона из Вашингтона.       - Да, Сет приехал на пару дней, скоро уедет.       - О-о, ты еще называешь себя хоккейным экспертом. Пап, разве ты не знаешь, что его подписали в «львы» еще в прошлом году? Ты будешь его тренером, возьмешь для меня автограф?       Видимо я торможу слишком неожиданно, от чего машины за нами начинают лихо объезжать и сигналить. Мое сердце готово выпрыгнуть из груди и попасть под колеса, какой нибудь рухляди.       Сет Гордон новый нападающий «Львов», а я узнаю об этом только сейчас. Зато теперь есть куда более серьезная причина делать вид, что между нами ничего не может быть.