Девушка с портрета

Утро прокралось в каюту сквозь щели заколоченных окон, слабым лучом падая на грязный пол. Лира пришла в себя медленно, выныривая из глубокого колодца тьмы. Первое, что она ощутила — нестерпимая боль, пронзающая каждую клеточку тела. Она лежала на жестком полу, обнаженная, покрытая ранами и ссадинами. Кожа горела огнем, каждое движение отдавалось острой болью. Синяки и кровоподтеки расцветали на нежной коже, тёмные цветы на бледном полотне. Лира опустила тяжелую голову, взгляд её упал на внутреннюю сторону бедер. Кровь… везде кровь. Запекшаяся корочка темнела на коже, свидетельство пережитого ужаса. Между ног пульсировала невыносимая боль, напоминая о грубом вторжении, о потере невинности, о поруганной чистоте. Стыд обрушился на неё тяжелой волной, заставляя съежиться и закрыться от всего мира. Стыд и омерзение к самой себе, к своему искалеченному телу, к своей беспомощности. В памяти всплыл образ Алии, сильный и уверенный взгляд, обещание защиты. Но Алия… Алия упала за борт, поглощенная темной пучиной моря. Надежда умерла вместе с ней. Лира осталась одна, абсолютно одна, в руках жестоких врагов, без защиты, без помощи, без надежды на спасение. Мать мертва, Алия мертва… кто теперь защитит её? Никто. Она была брошена на милость судьбы, жестокой и безжалостной. Отчаяние захлестнуло Лиру с головой. Слезы ручьем потекли из глаз, беззвучные, горькие, обжигающие щеки. Она рыдала, стараясь делать это тихо, чтобы не разбудить чудовище, храпящее на кровати рядом. Мора развалилась на узкой койке, туша морского зверя, грубое дыхание наполняло каюту тяжелым смрадом перегара и пота. Лира смотрела на нее с ужасом и отвращением, не понимая, как такое существо может носить человеческий облик. Сожаление волной накрыло Лиру. Сожаление о том, что она не отдалась Алии добровольно, не почувствовала её нежности и ласки, не узнала любви в ее руках. Как глупо и трусливо она поступила, отвергнув предложение королевы, испугавшись неизвестности. Первый раз… он должен был быть с Алией, полный нежности и любви, а не насилием и болью в руках этой ужасной пиратки. Теперь всё потеряно, осквернено, отравлено горечью и унижением. Чистота утрачена безвозвратно, оставив после себя лишь зияющую пустоту и нестерпимую боль. Лира рыдала тихо, бесшумно, глотая слезы и отчаяние, понимая, что впереди её ждет лишь тьма и безысходность, без Алии, без надежды, без будущего.

***

Мора проснулась, тяжело дыша и держась за раскалывающуюся голову. Похмелье мучило ее, мир казался тусклым и враждебным. Она оглядела каюту мутным взглядом, замечая в углу темную фигурку Лиры, съежившейся на полу. В памяти всплыли вчерашние забавы, и уголки рта Моры дрогнули в предвкушающей усмешке. Рывком поднявшись на ноги, она подошла к Лире, грубо схватив её за волосы. Не говоря ни слова, Мора подняла девушку в воздух и швырнула её на кровать. Пружины койки жалобно скрипнули под ударом слабого тела. Насилие продолжалось. Мора нависла над Лирой тяжелой тушей, её зловонное дыхание обдало лицо девушки волной тошнотворного запаха рома и гнили. Пиратка оскалилась, пытаясь накрыть губами губы Лиры, навязывая поцелуй, полный отвращения и унижения. Лира забилась в отчаянии, отворачивая голову, пытаясь избежать прикосновения. Она кусалась, царапалась, но грубая сила Моры была непреодолима. В глазах темнело от боли и отвращения. Сознание начало меркнуть, унося с собой хоть какое-то ощущение реальности. Лира потеряла чувствительность, погружаясь в спасительную пучину беспамятства. Но избавление оказалось недолгим. Боль вернула её к жизни, резкая, пронзительная, невыносимая. Лира открыла глаза, не понимая, где находится, что происходит. Мир вокруг плыл и качался, словно в бреду. Но одно она понимала четко — её грубо насиловали. Не рукой… чем-то чужим, жестким, неестественным, разрывающим тело изнутри. Боль была такой сильной, что Лира закричала, голос её сорвался на хрип, полный отчаяния и беспомощности. Мора остановилась лишь на мгновение, недовольно рыча. — Заткнись, мелкая птичка, — прошипела она, злобно сверкая глазами. — Или будет еще хуже. Вместо того, чтобы остановить мучения, Мора нашла веревки и грубо привязала руки и ноги Лиры к изголовью кровати, растягивая ее тело в мучительной позе. Лишённая возможности двигаться, Лира осталась беспомощной жертвой, прикованной к ложу пыток. И насилие продолжилось, еще более жестокое и изощрённое, чем прежде. Несчастная девушка билась в своих путах, не в силах скинуть с себя это чудовище, не в силах избежать ужасной участи, уготованной ей судьбой. Отчаяние захлестнуло её, оставляя после себя пустоту и безысходность.