Девушка с портрета

Утром Лира проснулась от приглушенных голосов, доносившихся из соседней комнаты. Сквозь тонкую стену просачивались обрывки фраз, и она не сразу поняла, о чём идет речь. Но постепенно, слова складывались в предложения, и смысл стал ужасающе ясен. Это говорили Купчиха и Мора. Сердце Лиры замерло, когда она расслышала слова Купчихи: — …я хочу купить её… продай мне девушку. Продать её? Снова? Неужели это возможно? Мора что-то отвечала, в её голосе звучало удивление, даже растерянность. — Но… зачем тебе такая? Она же… тень… Купчиха перебила её, и в голосе послышались твердые, уверенные нотки: — Именно это мне и нравится. Покорность. В ней есть что-то… что цепляет. Я заплачу хорошую цену. Назови свою цену, Мора. Дальше Лира почти не слушала. Она затаила дыхание, прислушиваясь к каждому шороху, к каждому звуку. Мора колебалась, это чувствовалось в каждом её слове, но золото… Золото победило. Лира услышала звон монет, тяжелый, соблазнительный звук. Мора любила деньги больше всего на свете. И когда Купчиха вытащила кошель, полный золотых монет, и высыпала их на стол, все сомнения Моры улетучились вмиг. — Забирай, — усмехнулась Мора, — хоть сейчас. Рада буду избавиться от этой… обузы. Купчиха не стала медлить. Не дожидаясь завтрака, она вернулась в комнату, где лежала Лира, и бросила ей на кровать грубое рабское платье. — Одевайся, — приказала она, голос был резким, отрывистым, совсем не таким, как вчера вечером. — Мы уходим. Лира смотрела на платье, на Купчиху, и не могла пошевелиться. Новая хозяйка? Что это значит? Чего ждать теперь? Будет ли лучше или хуже? Внутри всё похолодело от страха и полной неизвестности. Но тело, привыкшее к повиновению, действовало само собой. Руки дрожали, но послушно натягивали на себя ненавистную ткань. Из соседней комнаты донёсся смех Моры. Звонкий, жесткий, лишенный тепла. — Рада, что избавилась от этого полудохлого червя, — проговорила она, пересчитывая золото. — Толку от неё — как от козла молока. Лира вздрогнула от этих слов, как от удара плетью. Полудохлый червь… Вот кем она была в глазах Моры. В глазах всех. Ужас волной захлестнул обмякшее тело.. Она оглянулась на комнату, ища хоть какую-то опору в этом ненавистном, но таком привычном месте. Ее жизнь снова менялась, снова ускользала из-под контроля, унося её в неизвестность. Она замерла посреди комнаты, не зная, что делать, куда идти. Ей казалось, что это очередная уловка, жестокая игра, и за этой мнимой переменой снова начнутся побои, крики, унижения. Но Купчиха не дала ей времени на размышления. Резко схватив Лиру за локоть, она вытащила её из комнаты, а затем и из дома, на холодную, утреннюю улицу. Там, не говоря ни слова, она подхватила Лиру и подняла к себе на высокого коня. Накинула на плечи рабыни свой теплый плащ, защищая от пронизывающего ветра. И, окружённая своими молчаливыми спутниками, выехала из ворот дома Моры, увозя Лиру с собой, в новую, неизвестную жизнь.