Глава I. Счастье - это...
3 июля 2025 г., 11:00
Бэйкед Бин, принц Эквестрии и Жеребец Солнца — хотя он ещё не был уверен, как относиться к этому титулу — напевал себе под нос весёлую мелодию, направляясь по коридору к завтраку. Солнечный свет от «светила» его жены лился в окна, вызывая головокружение, и каждый пони, которого он встречал в коридорах, радостно приветствовал его, на что он был очень рад ответить взаимностью. В общем, в тот день всё уже складывалось как нельзя лучше, и Бин, как ни старался, не смог бы сдержать улыбку.
Пока он добирался до блинчиков своей возлюбленной, его мысли блуждали по событиям, которые привели его туда, где он сейчас находился. Для него всё ещё было невероятным вспомнить, что по какой-то фантастической случайности к его носу прикоснулась своим сама принцесса Селестия. Он определённо благодарил звёзды за то, что она влюбилась в него — а он в неё, разумеется — и с радостью осознал, что ни на что на свете не променял бы события последних трёх чрезвычайно напряжённых недель, будь они хорошими, плохими или какими-то ещё. Теперь для него было величайшей честью остаться с ней и занять своё место рядом с ней в качестве её принца, и одна эта перспектива наполняла его безграничной радостью.
Однако ему ещё многому предстояло научиться. За исключением одной петиции, которую он одобрил, пока Селестия болела, у него действительно не было опыта самостоятельного правления, и он был полон решимости быть максимально полезным своей жене и Королевству, которое она любила. Он всё ещё хотел закончить написание своей истории. Это было одной из основных причин, по которой он оказался в таком положении, что его с самого начала обхаживали. Ему предстояло многое сделать и многому научиться, но, если бы Селестия поддерживала и направляла его, он смог бы и покорить мир.
— Доброе утро, сэр, — вывел его из мыслей Хоки Поки.
— О! Доброе утро, сержант! — Бин повернулся к стражнику, который только что подошёл к нему. — Как дела, Поки?
— Всё отлично, сэр, — ответил он, стукнув копытом. — Вы, кажется, тоже в приподнятом настроении, если позволите заметить.
— Определённо, — усмехнулся Бин. — Но можно ли за это винить?
— Вовсе нет, сэр. — Поки слегка улыбнулся. — Но мне действительно нужно обсудить кое-какие детали для безопасности вашей предстоящей поездки, если у вас найдётся минутка.
— Конечно! — с радостью ответил Бин. Селестия упомянула тем утром, что хотела бы встретиться с остальными родственниками мужа и жены в эти выходные, и Бин согласилась, что было бы неплохо устроить семейную встречу, даже если обстоятельства будут немного необычными. — Много чего нужно уточнять?
— Никак нет, сэр. Но в этом-то и проблема. У нас есть адреса ваших кузенов, но больше ничего. Принцесса Селестия предложила нам встретиться в «Зуэрст», но я не уверен, что это хорошая идея.
— Разве там есть какие-то проблемы с безопасностью? — удивился Бэйкед.
— Не больше, чем в любом другом месте, сэр, — ответил сержант.
— Погоди-ка, а это не из-за того, что они временно закрыли заведение? — спросил Бин, и Поки кивнул. — Ну разумеется. Готов поспорить, мои родители были бы готовы закрыться даже на несколько часов для очередной семейной встречи. В конце концов, им всё равно пришлось бы закрыть заведение, чтобы встретиться с нами в другом месте. У нас есть кто-нибудь, кто мог бы связаться с ними?
— Я могу прислать посыльного через пять минут, сэр, — отрапортовал Хоки Поки.
— Тогда так и поступим. Отправьте им сообщение с вопросом, смогут ли они в это воскресенье собраться всей семьёй и навестить нас. Я бы очень удивился, если бы они сказали «нет», но, если они согласятся, мы сможем придумать что-нибудь ещё.
— Вас понял, сэр, — ответил Поки. — Далее, нужно ли организовать какие-то особые поездки для вашей семьи в Лас-Пегасус?
— Если вы доставите их по железной дороге, всё будет в порядке, — ответил Бин с коротким смешком. — Но я не думаю, что вам когда-нибудь удастся усадить дедушку Сой и бабушку Полли на колесницу. Они всегда говорили, что с летающими пони что-то не так.
— Им не нравятся пегасы? — спросил Поки, слегка взмахнув крыльями.
— Нет, им нравятся пегасы. Просто у них есть странное убеждение, что пони не должны летать. Я сам никогда этого не понимал, но это как-то связано с концепцией, согласно которой у пони не должно быть крыльев. Мы пытались поговорить с ними об этом, но они не поддались на уговоры. Пока мы не будем поднимать эту тему, всё будет в порядке.
— Но ведь у принцессы есть крылья, сэр. Не означает ли это, что их невестка, так сказать, нарушает устои семьи?
— Да, но мне как-то больно думать, что тысяча двухсотлетняя принцесса-аликорн может быть внучкой современного пони, — усмехнулся он. — Всё будет хорошо. Мои бабушка и дедушка не хотели бы обидеть принцессу, поэтому они будут вести себя прилично.
— Как скажете, сэр, — ответил Поки. — А остальные члены вашей семьи живут в Солт-Лике, верно?
— Да, — кивнул Бин. — Так что всё, что нам нужно сделать, это сказать «будьте там-то в это время», и они будут там. Если только у местной команды по бакболу, — добавил он.
— Очень хорошо, сэр, — ответил Поки. — Я посмотрю, что можно сделать. Если мне понадобится что-то ещё, я дам вам знать.
— Хорошо.
Поки быстро кивнул, прежде чем уйти, и Бин понадеялся, что он не обидел своего верного королевского стражника. Родители его матери всегда были немного странными, но никто в семье не придавал особого значения их странным «крылатым» наклонностям. Возможно, стоило бы, но трудно было поверить, что в их идеалах есть какая-то скрытая злоба. В конце концов, за эти годы в их собственном ресторане работало множество пегасов, и они с радостью обслуживали всех гостей-пегасов с тем же радушием, с каким обслуживали единорогов и земнопони.
— Что ж, — пробормотал Бин себе под нос, — может быть, когда он их встретит, всё будет в порядке.
Тряхнув головой, чтобы привести мысли в порядок, Бин перешёл на ровную рысь, чтобы побыстрее добраться до столовой. Ему не терпелось отправиться в путь сегодня, так как в расписании Селестии появилось свободное время, когда Благотворительный Орден Грифонов и Эквестрийский Полк отменили свои встречи. Теперь у них оставался час до обеда, который они могли провести вместе, занимаясь чем-то, не связанным с управлением Эквестрией, и Бин надеялся, что они смогут ещё немного поработать над его романом. Но, на самом деле, пока он был с ней, ему нравилось всё, что они делали, даже просто сидеть и смотреть в её восхитительные пурпурные глаза.
Тогда у него возникла мысль, что, возможно, ему следует попытаться сделать то, что хотела бы сделать она. Несмотря на то, что он любил свою Селли больше жизни, ему ещё многое нужно было узнать о ней, и он действительно мало что знал о её личных интересах и увлечениях. Раньше, когда выдавалась свободная минутка или две, Селестия обычно бралась за чтение, но должны же были быть и другие вещи, которые она находила интересными или которые ей нравились. Но прежде всего нужно было позавтракать, а также насладиться любовью своей жены.
Он бросил быстрый взгляд на свой бок и широко улыбнулся, вспомнив тот грандиозный момент на облаке, когда его кьютимарка изменилась. Чем больше он думал об этом, тем больше ему нравилось, как обстоят дела сейчас. С её солнцем, поддерживающим книгу, и её словами на страницах он, наконец, почувствовал, что у него есть судьба, гораздо более возвышенная и значимая, чем всё, что он когда-либо мог себе представить. Она будет позади него, чтобы поддерживать, она будет впереди него, чтобы направлять, и она навсегда останется рядом с ним, как часть его. Точно так же, как он сейчас был частью её. Теперь у него было место в этом мире, и это место было с ней.
Бин слегка замурлыкал от этой мысли и попытался перейти на лёгкий галоп, но заметил, что, несмотря на то, что его ноги двигались вперёд, он почему-то пятился назад. Он безуспешно попытался подавить игривый смешок и начал яростно размахивать ногами, но это привело к тому, что он попятился назад под действием золотой магии, которая удерживала его в воздухе.
— Куда это ты собрался, мой маленький пони? Раздался звонкий голос Селестии с нотками шутки. — Обычно пони бегут ко мне, а не от меня.
— Правда? — игриво спросил он.
— Правда. Пожалуйста, присядь. Мне нужно с тобой поговорить.
На мгновение Бин озорно улыбнулся, затем его мордочка исказилась от ужаса.
— Мне так жаль! — простонал он. — Я понятия не имел, что вы там, и я заплачу любой штраф за то, что растоптал цветы! Только, пожалуйста, не бросайте меня в тюрьму, или не высылайте меня в Вечнозелёный Лес, или не стройте тюрьму в Вечнозелёном Лесу и не бросайте меня туда, или...
Магия Селестии мягко закрыла ему рот, прежде чем он смог продолжить лепетать, и Бин ощутил прилив чистой радости, охвативший всё его существо, когда он развернулся в воздухе и встретился взглядом с этими великолепными пурпурными глазами.
— О, Создатель, и почему все пони думают, что я собираюсь заточить их в том месте, куда я их отправляю? — спросила она, нежно похлопывая его по плечу. — Я никогда этого не делала. Я никогда даже не угрожала кому-то подобным.
— А возможно, стоило бы, — ответил он, лукаво приподняв брови. — Я бы с радостью отправился в изгнание вместе с тобой.
— Ох, не искушай меня, — проворковала она, прижимаясь к нему. — У нас ещё впереди медовый месяц, которым мы сможем насладиться вместе.
— Ты действительно думаешь, что мы сможем уехать в свадебное путешествие? — спросил Бин, когда она осторожно опустила его на землю.
— В традиционном смысле — нет. Но это была та единственная вещь, о которой я хотела бы с тобой поговорить.
— Я слушаю, — навострил ушки Бэйкед Бин.
— Я подумала, что нам было бы неплохо отправиться в путешествие по Эквестрии, — ответила она, когда они продолжили свой путь по коридору. — Только мы вдвоем. И, вероятно, парочка стражников, без которых мы не сможем ходить, — призналась она.
— Мне уже нравится, — ответил он. — Продолжай.
— Очевидно, что мы могли бы появляться на публике и осматривать основные достопримечательности нашего королевства, но мы также могли бы приложить усилия и посетить более незначительные места, которыми, возможно, немного пренебрегли. Возможно, мы сможем провести в каждом месте всего по одному-два дня, но я думаю, что пони нашего королевства были бы рады нас видеть, и мы всё равно были бы вместе.
— Это действительно звучит довольно занимательно, — ответил Бин с сияющей улыбкой. — Я считаю, что мы должны это сделать.
— Тогда я попрошу Вистерию заняться этим прямо сейчас, — ответила Селестия, улыбаясь ему в ответ. — Сержант Поки уже говорил с тобой о «воссоединении семьи»?
— Да. Он собирается послать гонца, чтобы узнать, смогут ли они закрыть «Зуэрст» на время и приехать сюда. Не думаю, что мои родители сказали бы «нет».
— Но не повлияет ли это негативно на их бизнес? — поинтересовалась Селестия.
— Если они так заняты, как говорят, то, честно говоря, им будет только в радость отдохнуть лишний денёк. Обычно это доставляет проблемы, да. Но, поскольку принцесса Селестия приезжает в гости к ним, это действительно поможет. Пони захотят есть там, где ела ты.
— То же можно сказать и про тебя, — отметила она. — Есть пони, которые заплатят больше, чтобы посидеть на том же стуле, что и ты, и подышать тем же воздухом, что и ты.
— Держу пари, тебя это быстро начало бы раздражать, — посмеялся Бэйкед.
— Да, но я бы смирилась с этим, — вздохнула она. — Я мало что могу с этим поделать, кроме как принять какой-нибудь закон или постановление. На самом деле, пони делают такие вещи, потому что уважают меня, так что я воспринимаю это как комплимент.
— Это лучше, чем когда тебя встречают у парадных дверей с вилами и факелами, — пошутил Бин.
— Если это когда-нибудь случится, то, думаю, я просто передам все дела Луне и отправлюсь поближе к солнцу.
— Звучит... сексуально, — улыбнулся Бин.
— О, это не так уж и плохо, — ответила Селестия, хихикнув. — Конечно, мои накопытники могут расплавиться, но на самом деле это довольно приятно, когда привыкаешь.
— Я просто поверю тебе на слово. — Он усмехнулся в ответ. — Я бы предпочёл этого не узнавать.
— Да. Побереги свою головушку, — ответила Селестия и быстро поцеловала его.
— Сколько блинчиков ты сегодня испекла? — уточнил принц.
— О, всего пять дюжин или около того. Надеюсь, ты проголодался, — игриво ответила Принцесса Солнца.
— Для тебя я всегда буду голодным, — ответил он, быстро прикусив её шею, и она взвизгнула от восторга, прежде чем отпрянуть от него.
* * *
— Итак, мой дорогой Бин, чем мы займёмся в свободное время? — спросила Селестия своего возлюбленного. — Ну, я хочу знать, не хочешь ли ты чем-нибудь заняться, любимая, — ответил Бин. — В самом деле? — спросила Селестия, поворачивая в коридоре налево. — Да. Я немного беспокоюсь, что мы делаем только то, что я хочу. Я хочу узнать о твоих интересах, увлечениях. Мне не хватает знаний в этой области, и я хочу это исправить. Селестия быстро потрепала его по гриве. — Это очень заботливо с твоей стороны, но у нас может возникнуть небольшая проблема, — вздохнула принцесса. — Проблема? — спросил Бин. — Как твои увлечения могут быть проблемой? — Когда ты живёшь тысяча двести двадцать четыре года, ты перепробуешь всё возможные хобби, и все они тебе наскучат, — слегка вздохнула Селестия. — Живопись, коллекционирование камней, сочинение музыки, резьба по дереву, плетение корзин, ожерелья из сухих макарон и так далее. Ты назови любое, и я, наверное, уже это попробовала. В голове Бина мелькнула великолепная идея. — Подожди, тебе же не может все надоесть. Тебе по-прежнему нравится преподавать, — сказал Бин. — Ну да, есть такое. Бин попытался сдержать улыбку, но это ему не удалось. — Ты когда-нибудь проходила подготовку стражников? Она бросила на него игривый взгляд, который показывал, что она прекрасно понимает, к чему он клонит. — Всего несколько сотен тысяч раз. — Но когда-нибудь один на один? — спросил он и, поднявшись на задние копыта, принял боевую позу. — Ты же не хочешь, чтобы я оказался беззащитным в критической ситуации, правда? — Нет, я определенно этого не хочу, — промурлыкала она в ответ. — Так что, может быть, если ты не возражаешь, мы могли бы сделать это вместе. Но только если ты сама этого захочешь! — добавил он в спешке и с беспокойством. — Правда! Я не хочу, чтобы ты что-то делала только потому, что я веду себя несносно из-за этого. Селестия подошла к Бину и быстро чмокнула его в щеку. — Я ещё не пробовала учить своего мужа чему-то новому. У меня нет возражений против твоей идеи. Я могу научить тебя некоторым защитным маневрам или помочь тебе дописать книгу. — Я боюсь, что слишком настаиваю на этом, — замялся Бэйкед Бин. — Вовсе нет! Мне очень понравилось наблюдать за тем, как ты пишешь. У тебя хорошее воображение, ты хорошо улавливаешь тему и тональность. Мне очень интересно, откуда ты берёшь свои идеи. — Я, наверное, сброшу их прямо со скалы, — засмеялся Бин. — Только не в мое дежурство, — хихикнула Селестия. — Но почему бы нам пока не поработать над твоей книгой? А потом мы поговорим с лейтенантом Спир Пойнтом о том, чтобы провести время на частных тренировках в казармах. — Звучит заманчиво. Я просто не хочу, чтобы тебе приходилось беспокоиться о моей защите, когда ты пытаешься защитить других. Селестия кивнула, но затем на её мордашке появилось очень довольное и похотливое выражение, в то время как её взгляд блуждал по Бину. — Хм, — промурлыкала она, — готова поспорить, что в доспехах ты выглядишь фантастически. — Доспехах? — переспросил он. — Ага. — Селестия протянула эти звуки в радостном предвкушении. — В конце концов, кобылам нравятся жеребцы в форме. — Но ты же генерал гвардии, так что и у тебя тоже должен быть где-то свой комплект. — У меня есть, но я уже довольно давно его не надевала. По шкуре Бина пробежал ощутимый холодок, и шерсть у него встала дыбом. — Но я уверен, что ты выглядишь в нём очень, очень хорошо. — Тебе просто нужно подождать, и всё увидишь, — ответила Селестия, дразняще покусывая его за шею и приглашающе взмахивая хвостом, прежде чем медленно отойти. — Я самый счастливый жеребец в Эквестрии, — пробормотал Бин себе под нос, прежде чем броситься вслед за женой.* * *
— Так, дай-ка подумать, — сказал Бин, просматривая бумагу, которую только что дала ему Вистерия. — Мои родители в воскресенье. Кристальная Империя во вторник — после чаепития с Флаттершай и Дискордом — и наша «официальная» свадьба через неделю. — Да, Ваше Высочество, — кивнула секретарь. Бин поднял на неё взгляд. — Тебе действительно обязательно каждый раз называть меня «Ваше Высочество»? Это закон или просто из уважения? — В основном из уважения, Ваше Высочество. — Может быть, мы можем это немного изменить? — Почему так? — спросила Вистерия с вопросительным взглядом. — Охранникам сходит с копыт то, что они называют меня просто «сэр». Ты могла бы так же ко мне обращаться. — Можно попробовать… сэр. — Вистерия сделала акцент на последнем слове. — Правда? Я знаю, что я принц, и у меня есть всевозможные забавные титулы и почётные звания, которые применимы ко мне сейчас, но я хотел бы иметь напоминание о том, что когда-то я был обычным пони. — Как насчёт того, чтобы называть вас «сэр» во дворце, но вернуться к обычному обращению снаружи? — Ну, можно и так, — кивнул Бэйкед. — Тогда я так и сделаю, сэр. Так, что у нас там дальше… Мы всё ещё ждём ответа от ваших родителей, но я уверена, что он поступит с минуты на минуту. Единственное, что сейчас происходит, — это дневное заседание. — Есть ли в очереди интересные докладчики? — поинтересовался принц. — Пока нет. Кажется, это обычные прошения. Хотя я бы всё равно посмотрела, но готова поспорить, что Селестия спросит ваше мнение о многих докладах за сегодня. — Да, у меня тоже такое чувство, — ответил он, прежде чем открыть заднюю дверь. — Это должно быть забавно, а? — Могло бы быть, но, поскольку я ещё не видела Дискорда сегодня, то скажу, что это будет забавно лишь отчасти. — Меня бы это вполне устроило, — рассмеялся Бин. Вистерия хихикнула вместе с ним, когда они вошли, но оба замолчали, увидев лейтенанта Спир Пойнта, который быстро и вполголоса разговаривал с Селестией и Луной прямо перед троном. Бин почувствовал, как у него в животе образовался небольшой комок беспокойства, и, приближаясь к ним, старался производить как можно меньше шума. — ...и нам нужно убедиться, что всё подготовлено должным образом. Предстоящая свадебная вечеринка должна выглядеть для них как фуршет, на котором можно съесть всё, что угодно, и что может быть лучшей местью за то, что случилось с капитаном Армором и принцессой Каденс? — О, а вот и ты, Бин. Присоединяйся к нам, — сказала Луна, взмахнув копытом. — Тебя этот разговор тоже касается. — А что именно меня касается? — спросил Бэйкед Бин. — Чейнджлинги. — Мордашка Луны потемнела от гнева. — Лейтенант мудро указывает на то, что свадебная вечеринка по официальному празднованию вашего брака с Селли — идеальное время для попытки нападения. Нам нужно убедиться, что подобное не повторится. — Как ты думаешь, во дворце есть чейнджлинги? — спросил Бин преданного начальника стражи. — Нет, но я тоже не хочу рисковать, — ответил он. — Меры безопасности, принятые капитаном Армором после последнего вторжения, предотвратили новые нарушения, но я провожу ещё одну проверку всего личного состава, просто на всякий случай. Я бы также хотел удвоить охрану и организовать непрерывное патрулирование неба. Очевидно, мы будем сканировать всех гостей, которые приходят во дворец, и я собирался подумать о том, чтобы, возможно, наложить магическое блокирующее заклинание на всех единорогов, просто на всякий случай. — Я не решусь на такой шаг, лейтенант, — с тяжёлым вздохом ответила Селестия. — Одно дело блокировать магию, чтобы предотвратить мошенничество во время Эквестриийских Игр, но я не уверена, что риск для нашего мероприятия оправдывает такие действия. — Пони бы поняли, сестра, — подметила Луна. — Они сделают всё, чтобы ты была в безопасности во время праздника. — Я знаю. — Селестия сделала долгую паузу, прежде чем медленно выдохнуть. — Хорошо. Давайте на время заблокируем магию из-за излишней осторожности. — Спасибо, принцесса, — ответил лейтенант. — На этом у меня всё. — Спасибо вам за вашу самоотверженную службу, лейтенант, — поблагодарила Луна, и Спир Пойнт отсалютовал, прежде чем уйти быстрым галопом. — А я так надеялась... — тихо пробормотала Селестия. — Надеялась на что? — спросил Бин, уткнувшись в неё носом. — Когда Луна вышла замуж за Стар Страка, в Эквестрии была такая вечеринка, какой ещё никогда не видели, — ответила она задумчиво вспоминающим тоном. — Мы буквально распахнули ворота старого замка и впустили всех пони, кто только мог бы прийти. Я помню, как тепло и жизнерадостно мне было. Это было так волшебно — просто находиться в окружении друзей, а не наших подопечных, и разделять их веселье. Я была безмерно счастлива, потому что они были счастливы. В течение одного дня и одной ночи у них не было ни страхов, ни забот, ни проблем. Казалось, что весь мир был прекрасен прямо здесь и сейчас. Всё, что я хотела для своих маленьких пони, конечная цель работы всей моей жизни. Это длилось одно мимолётное мгновение. Я была разочарована, когда это чувство прошло, но, когда я нашла тебя, я действительно надеялась, что смогу снова всё это испытать. — Я уверен, что сможешь, — тихо ответил Бин. — Даже если это не так. Я бы хотел, чтобы у всех пони было такое чувство, и держу пари, если мы поговорим с Каденс и Пинки Пай, у нас всё получится. — Бин говорит правду, сестренка, — добавила Луна с лёгкой улыбкой. — Само по себе проведение вечеринки уже вызывает у наших подданных много легкомыслия и веселья. Ваша официальная свадьба с Бином станет моментом, который они запомнят навсегда, и я верю, что она будет ещё более пышной, чем моя собственная. — Надеюсь, что нет, — ответила Селестия со своей собственной лёгкой улыбкой. — Я бы предпочла, чтобы они были равны. Но вы оба правы. Когда мы навестим Каденс, я расскажу ей обо всём этом, и я уверена, что можно будет составить какой-нибудь план, чтобы выявить лучшее в наших пони. — Если эти двое ничего не смогут придумать, то, боюсь, нам конец, — усмехнулась Луна. — Ваши Высочества? — пропищала Вистерия из-за спины Бина. — Не хотелось бы прерывать, но нас ждёт довольно много просителей. — Я встречусь с вами обоими после восхода Луны, — предложила Луна, — и мы обсудим планы лейтенанта. Как только мы их получим, у нас будет лучшее представление о том, что делать дальше. — Приятных снов, сестра, — с улыбкой ответила Селестия и быстро обняла её. Затем сержант Поки быстро подошёл к Бину и Селестии, в то время как Луна отошла, и в уголках его рта появилась хитрая улыбка. — Да, сержант? В чём дело? — спросила Селестия. — У вас посетительница, мэм, которая настаивает на встрече с принцем. Она угрожает выломать дверь, если её требования не будут выполнены. — Почему вы её не задержали? — спросил Бин. — Потому что подумал, что арестовать герцогиню Лиму Бин было бы очень неудачным решением в карьере, сэр, — почти протараторил сержант. — Мама?! — Бин вскрикнул от изумления и счастья. — Бэйкед?! — В коридоре раздался голос Лаймы. — Подойди, пожалуйста, сюда! Мне бы сейчас очень пригодилась твоя помощь! — Луна бы не посмела так себя вести. — Бин взглянул на Селестию. — А она посмела?! — Я очень сомневаюсь, что ей что-то угрожает, но тебе лучше пойти и убедиться, — ответила Селестия, хихикая. — Я сама здесь справлюсь. — Спасибо, я люблю тебя! — крикнул Бин через плечо, направляясь к двери. — Держись, мам! Я иду!* * *
— Ты уверен, что мы можем остаться здесь? — спросила Лима. — Я бы не хотела вас напрягать. — Нет, всё в порядке, — ответил Бин, пока они оба наблюдали, как Селестия выносит решение по прошению, касающейся того, является ли помидор фруктом или овощем. — Пони всегда приходят и уходят. У нас всё в порядке. — Я очень надеюсь. Кстати, твоя новая кьютимарка выглядит неплохо, — подметила кобыла. — Спасибо. Итак, что привело вас во дворец, герцогиня? Я же просто ждал, что вы ответите на сообщение, особенно учитывая, насколько вы, по вашим словам, заняты. — Ты помнишь, я говорила тебе, что хорошего может быть слишком много? — спросила она, и он кивнул. — Что ж, именно это и произошло. Мы с твоим отцом выбивались из сил, пытаясь быть в курсе всего. Нам пришлось нанять ещё одного повара и пятерых официантов сверх того, о чём я писала тебе в письме, и мы увеличили график работы, но в итоге мы всё равно были забиты до отказа, и в конце вечера нам пришлось отказывать только что пришедшим. У бедняги Грампса вот-вот случится сердечный приступ, и даже Сип выглядит немного потрёпанным из-за того, что ему пришлось работать сверхурочно. — Ага... Так ты всё ещё думаешь о переезде? — уточнил Бэйкед. — На данный момент либо этот вариант, либо мы делаем тотальное обновление ресторана и расширяемся. Твой отец также обсуждал, стоит ли нам открывать второе заведение. — На самом деле, это неплохая идея. Раньше ты говорила, что хотела бы открыть заведение на главной улице. Ваше имя известно, и я готов поспорить, что, подав прошение Короне, вы сможете получить ссуду, чтобы запустить его в работу. — Принцесса одолжит нам денег? — У Лимы загорелись глаза. — На самом деле, она порекомендовала бы несколько хороших мест, где можно приобрести всё необходимое, — ответил он. — Существует правило, что мы не выделяем средства напрямую. — А, понятно. Тогда я поговорю об этом с твоим отцом. Лично я хотела бы увидеть реконструкцию «Зуэрст»: интерьер начинает выглядеть устаревшим, и кое-какое новое оборудование тоже было бы полезно. — Возможно, вы могли бы сделать и то, и другое. Я действительно не думаю, что в ближайшее время у вас будет недостаток в клиентах. — Нет, я так не думаю, — усмехнулась Лима. — Но это была не единственная причина, по которой я пришла. Я хотела узнать, как ты здесь держишься, как идут дела. Я беспокоюсь о тебе, дорогой, и о том, как ты ко всему приспосабливаешься. Ты хорошо спишь по ночам? — Лучше, чем когда-либо, — ответил Бин, подавив радостное фырканье, вспомнив свою последнюю ночь с Селестией. — А ты по-прежнему хорошо питаешься? — поинтересовалась кобыла. — Да, мам, — сказал он, закатив глаза. — Здешние повара действительно хорошо следят за порциями и разнообразием блюд. — Хорошо. Я боялась, что ты просто начнёшь всё время есть пирожные и тортики, — с наигранным беспокойством произнесла Лима. — Знаешь, я ещё ни разу не видел, чтобы Селли съела хоть кусочек торта. Луна — та, кто постоянно этим занимается. — Правда? — с интересом спросила Лима. — Я всегда слышала, что принцесса Селестия любила торты. В любом случае, ты всё ещё моешь за ушами и внутри, верно? — Да, мою. — Дай-ка я посмотрю, — потребовала Лима, и Бин издал тихий протестующий возглас, когда его мать схватила его за ухо и начала осматривать его изнутри. — Мам! Серьезно?! — недоумевающе спросил Бэйкед. — Я не хочу, чтобы моя невестка подцепила какого-нибудь ужасного паразита из-за того, что мой Бинни не вымыл за ушками, как следовало бы. — Но тебе обязательно делать это здесь?! — продолжал сетовать Бин. — Да, — спокойно ответила Лима Бин. — А теперь перестань ёрзать. Иногда ты бываешь таким же непослушным, как твой отец. Бин сделал, как ему сказали, но ему это не понравилось. Он скрестил копыта на груди и заворчал, когда его мать, осматривая, поводила туда-сюда одним ухом, и застонал, когда она лизнула его за другим и начала тереть копытом. — Мама, не надо. Это так смущает, — запротестовал он. — Идёт заседание, а ты ищешь несуществующий компромат? — О, здесь грязь, — ответила Лима и принялась тереть ещё усерднее. — У тебя всегда были проблемы с ушами. — Добрый день, герцогиня! — крикнула Селестия. — Всё в порядке? — Если бы Бэйкед тщательно мыл за ушами, это было бы здорово, — пробормотала она. — Я согласна. — Бин нахмурился и ещё сильнее скрестил копыта на груди, чтобы подчеркнуть свою точку зрения. — Я думаю, что пятнышко грязи, которое вы пытаетесь удалить, на самом деле родинка, — предположила Селестия, подходя к ним. — Я тоже это заметила, и оно совсем не сдвинулось с места. Бину наконец удалось вывернуться из железной хватки матери, и он бросил свирепый взгляд на стоявших рядом стражников, которые всё это время хихикали. — Я прослежу за чистотой его ушек, если это вас успокоит, — предложила Селестия. — Я, конечно, хочу, чтобы он ещё и за ушами помыл. — Спасибо вам, принцесса, — поблагодарила Лима. — Отлично, — проворчал Бин. — Теперь против меня зреет заговор. — А оно так и работает, Бэйкед, — ответила Лима со смешком, которым она поделилась с Селестией. — Рада снова видеть вас, герцогиня. — Селестия обняла её, что было принято с радостью. — Что привело тебя в Кантерлот? — На самом деле, кое-что, что хотела бы обсудить с вами, но в основном я беспокоюсь о том, как ведёт себя мой маленький Бинни. Если всё в порядке, я бы хотела остаться на время здесь и вернуться домой с вами и Бэйкедом в воскресенье. — Конечно! — радостно ответили Селестия и Бин в унисон. — Как хорошо, — обрадовалась кобыла. — Кроме того, когда вы закончите с заседанием, я хотела бы вам кое-что показать. Глаза Бина сузились до размеров булавочных уколов, и он издал вздох ужаса. — Нет, пожалуйста, нет, — в страхе взмолился он. — Только не это… — Что «только не это»? — спросила Селестия, переводя взгляд с одного на другого. — Бин, о чём она говорит? — О фотоальбоме, — прошептал Бин в ужасе.* * *
— ...и вот эта! Ха! На этой фотографии ему, по-моему, всего около тринадцати месяцев. Я до сих пор не знаю, как он забрался на прилавок, но после этого я ещё несколько недель находила муку в его подгузнике. Бин застонал со смущённой улыбкой, когда Селестия и Луна захихикали над выходками Маленького Бэйкеда Бина. Селестии, естественно, было интересно услышать все компрометирующие и унизительные истории, которые её свекровь рассказывала о своём сыне, и Луна сразу ворвалась в библиотеку Селестии, как только проснулась и услышала, что Лима здесь. Бин заставил её поклясться на луне, что она ничего не будет записывать, но он был почти уверен, что её острый, как бритва, ум всё равно записывает все эти инциденты для использования в будущем. — Моя маленькая Твайлайт однажды проделала нечто подобное, — заметила Луна. — Мы тогда только собрали урожай яровой пшеницы, и она каким-то образом забралась в большую кучу зерна, пока мы помогали обмолачивать и отделять мякину. Я была уверена, что в грязи за каждым ухом у неё вырастут неплохие всходы, и я использовала этот факт в своих интересах, чтобы убедиться, что она тщательно их вымыла. — Я не знала, что у вас есть дочь, принцесса, — сказала Лима с ноткой интереса. Луна улыбнулась, и в её глазах промелькнули тёплые воспоминания. — Твайлайт Старбрайт, да. Моя маленькая проказница. Она была умной, но вечно проказничала. Я уверена, что знаю только о половине шуток, которые она устраивала над старым добрым Старсвирлом, но она всегда была первой, кто подскакивал и помогал во всём, что нужно было сделать. — У тебя были брекеты? — спросила Селестия, разглядывая другую фотографию. — Ах, да, — простонал Бин. — Эти стальные штуки были проклятием моего существования. Я не мог дождаться, когда смогу их снять. — Ты всё ещё носишь свою пластинку, Бэйкед? — спросила Лима. — Нет. Мне это и не нужно, — ответил он с лёгким раздражением в голосе. — Нет, тебе это нужно. Доктор Смайл Брайт сказал, что нужно носить её всю оставшуюся жизнь, чтобы справиться с тем искривлением зубов. — Мам, я сломал эту штуку через месяц после того, как мне её поставили, — резко ответил Бэйкед. — Ты сломал её?! Святой создатель, сынок, мы потратили кучу денег на эти брекеты! У тебя, наверное, во рту полный бардак! — Я думаю, там всё просто идеально, — прошептала Селестия, подмигнув своему осаждённому мужу. Бин в ответ слабо улыбнулся. — Открой рот, дай посмотреть, — потребовала Лима и неодобрительно хмыкнула, когда Бин подчинился. — Хмм… По крайней мере, ты хорошо чистишь зубы. Этот парень не чистил зубы весь свой предпоследний год. А обнаруженный доктором пульпит, наконец, вылечил это. Луна очень старалась не рассмеяться… ну, хотя бы сдерживалась. — Я полагаю, что там всё выглядит не так уж плохо, — наконец объявила Лима. — Я полагаю, у вас есть доступ к стоматологу, так что тебе, мистер, лучше регулярно проходить осмотры и чистки. Я не хочу слышать ни о каких кариозных полостях, хорошо? — Да, мам, — ответил Бин, потерпев полное поражение. — И тебе лучше обязательно сходить к врачу по поводу твоего... — Схожу! — быстро перебил её Бэйкед. — Пожалуйста, мы можем не обсуждать это сейчас?! — Хорошо, но просто убедись, что ты за этим следишь, — ответила Лима, прежде чем слегка усмехнуться и переключить свое внимание на Селестию. — У нас с Гарбанзо было несколько разговоров о том, как нам лучше всего опозорить Бэйкеда перед его особой пони. — Естественно, — понимающим тоном ответила Луна. — Но в глубине души он действительно милый. — Лима улыбнулась сыну, и он смущённо улыбнулся ей в ответ. — И я рада, что он оказался здесь, с вами. Когда Гарбанзо отправил его искать себя, я забеспокоилась о том, что с ним может случиться. Я думала, что его место с нами, в «Зуэрст», на кухне. Что, если он нарвется на хулиганов или головорезов, или что, если какая-нибудь кобылка обманом выманит у него то, что мы ему дали? Что, если он поранится, или потеряется, или не сможет найти что-нибудь поесть? Я просто хотела, чтобы он был в безопасности, в тепле и счастлив. Могу сказать, что с вами обеими он обрёл все это. У него всё хорошо. — Может, стоит рассказать ей о твоём тёплом приёме? — спросил Бин Луну и слегка хихикнул, когда она залилась румянцем. — О каком ещё приёме? — спросила Лима. — О, всё было не так уж плохо, — ответила Луна, пытаясь оправиться от смущения. — Я просто пригрозила казнить его, а затем швырнула об стену. Какая невестка не сделала этого? — Твоя тётя Сива пригрозила кастрировать твоего отца, когда познакомилась с ним, — ответила Лима шутливым тоном. — И дедушка Сой был предельно точен в отношении того, как твой отец должен обращаться со мной, и какие наказания последуют, если он этого не сделает. Просто удивительно, что они его не прогнали. Я уверена, вы просто давали Бэйкеду понять, что не потерпите никаких выходок, верно? — Именно так, — согласилась Луна, серьёзно кивнув головой. — И с тех пор, за редким исключением, он вёл себя прилично. — Хорошо. А теперь, Бэйкед, скажи-ка мне, ты собираешься заняться спортом? Ты станешь совсем дряблым, если не будешь бегать пару раз в неделю, а нам не нужен обрюзгший принц. — Ты уверена, что тебе обязательно оставаться здесь до воскресенья? — спросил Бин с притворной болью и улыбкой одновременно.* * *
— Северная башня — лучшая комната во всём дворце, — сказала Селестия Лиме, когда они выходили из библиотеки. — Вам там должно быть удобно. Просто следуйте за сержантом Кловер Лиф, и она позаботится о том, чтобы вы получили всё, что вам нужно. — Спасибо, принцесса, — ответила Лима с улыбкой и зевком. — Это очень любезно с вашей стороны. — Это меньшее, что мы можем сделать для семьи. — Думаю, это будет первый раз, когда я лягу спать до рассвета после вашей свадьбы, — со смешком ответила кобыла. — Я собираюсь насладиться тишиной. Спокойной ночи, Ваше Высочество. — Спокойной ночи, мам, — ответила Бин. — Увидимся утром. — Мне тоже пора возвращаться к своим обязанностям, — заметила Луна, когда Лима и Кловер ушли. — Желаю вам обоим спокойной ночи и приятных снов. — Спокойной ночи, Лулу, — ответила Селестия, быстро обняв ее. Луна отошла от них на несколько шагов, но затем остановилась и оглянулась через плечо. — Возможно, вам обоим стоит сегодня вечером вести себя потише. Если я могу слышать вас в своей комнате, то я уверена, что Лима сможет услышать то, что… ну, вы понимаете. Те личные, интимные вещи, которые лучше не слышать герцогине. — Ты всё слышала?! — потрясённо спросила Селестия, а Бин покраснел и смущённо пробормотал что-то себе под нос. — Доброго вечера, вам обоим. Затем Луна просто исчезла в вихре своей тёмной магии, и Бин мог поклясться, что после этого он услышал озорной смешок. — Она действительно может нас слышать? — спросил Бэйкед. — Какой позор, если это правда. — Я думаю, она просто шутит, — ответила Селестия, прежде чем поцеловать его. — Но на всякий случай, если это не так, я просто знаю заклинание, заставляющее онеметь. — Ты самая лучшая жена в истории Эквестрии. — Это действительно так, — ответила она, уткнувшись носом ему в ухо. — И я намерена доказать это прямо здесь и сейчас. — Ну, кто я такой, чтобы отказывать принцессе? — мягко ответил Бин. — Пойдем отсюда, моя дорогая.
