WEST : THE SUN FROM ANOTHER STAR Атхит и Дао (Навсегда с тобой)

Даоток POV

После того как история с Мин и Доном закончилась так легко, я, честно говоря, страшно разочаровался. Я уже успел накрутить себя, думал, окажусь замешан в деле о международной наркоторговле, убийстве из-за наследства, грязных интригах какой-нибудь корпорации, фальсификации улик, как в дорамах. Я даже заранее завещание папе озвучил, если меня втянет в такое большое дело и придётся рисковать жизнью, я ни за что не позволю, чтобы ниточка потянулась к папе и отцу. Папа и отец должны быть в безопасности. И бабушка Пуангтонг тоже. А последнее распоряжение, все мои накопления тратить на содержание Джона, чтобы ни в чём не нуждался. Рассказал папе, а папа только вздохнул, привык уже. Даоток всегда был таким. Ну да. Сам виноват, что вообще чего-то ждал. Эх. — Дао… прости, — сказал Дон. — За что? — Прости, что меня просто взяли и убили. Прости, что я не связан с международной наркоторговлей. Прости, что моё дело оказалось вообще не захватывающим! Я тяжело вздохнул. — Не смотри так на меня! — заныл он. — Дон, — тихо окликнул я. Меня немного удивляло, что, хоть всё уже уладилось, Дон до сих пор никуда не делся. Ещё страннее было то, что наши частоты, как будто лучше синхронизировались, я теперь видел, как он ходит по комнате, и мог с ним говорить, даже не снимая браслет. — Что? — спросил он. — Помолчи, — сказал я. — …Хорошо. Дон сник, сел на край кровати и притих. Мне сейчас не хотелось с ним разговаривать, вот и всё. Появится настроение, тогда и поговорим. Я ещё немного следил за развитием дела, Олин сдалась полиции и во всём призналась. Мин подала иск о компенсации и добивалась справедливости. Потом прошла почти неделя, и я перестал отслеживать, чем всё закончилось. — Дао… — позвал Дон. — Мне страшно. — Чего вы боитесь? — Боюсь, что исчезну. Я же уже призрак. Как призрак и человек вообще могут любить друг друга, а? — Понимаю, — сказал я. — Ну… приободри хоть чуть-чуть. — … — К тебе кто-то идёт, — вдруг сказал он. — А? Дон забегал глазами, заметался, и тут же исчез. Я удивлённо оглянулся, никого. Через пару секунд в дверь моей комнаты постучали. Я посмотрел в глазок и удивился ещё больше. — Мин? Я приоткрыл дверь. — Йоу, — сказала Мин. — Добрый день, — ответил я. — Дон ещё здесь? — это была первая фраза, которую она выдала. Выглядела Мин совсем не так, как в последний день, когда я видел её в тюрьме. Тогда она была какой-то помятой, уставшей. Сейчас, яркий макияж, блонд с лёгкой химией, кроп-топ, джинсы, тату на животе. Ногти, длинные накладные, чуть мне глаз не выколола, когда она волосы закинула. Надо признать… выглядит круто. Я на секунду растерялся, обернулся вглубь комнаты, и увидел, как Дон жмётся за холодильником и смотрит на Мин с мокрыми глазами, тихонько мотая головой, не выдавай меня. Я нахмурился, но всё же решил сыграть по его. — Его нет, — сказал я. — А? — удивилась Мин. — В смысле, ушёл в мир иной? — Не совсем. Но сейчас его нет. — Врёшь. Не тебе говорю, — буркнула она. — Ему. — И протиснулась в комнату, окинула её взглядом. Не знаю, видела ли она сейчас Дона. Дон к тому моменту уже разрыдался и вцепился в край холодильника. — Я только что с храма, — сказала Мин. — Монах сказал, что он всё ещё здесь. Ну давай, покажись, а. — …Мин… — всхлипнул Дон. — Быстрее, — сказала Мин. — Я соскучилась. Дон разрыдался ещё громче, подскочил к ней и обнял изо всех сил, но Мин на ощутимый контакт никак не отреагировала. Видимо, у Мин пока нет никакой чувствительности, вот она и не чувствует. — Чё за хрень, — поморщилась она. — Мне как будто давит на грудь. Он меня обнял, да? Я кивнул. — А если я так? — Мин вытянула руки и ответила на объятие, но, конечно, схватила только воздух. — Так сойдёт? — …Ты… чем надушилась? — всхлипнул Дон. — Воняет ужасно. — Что он говорит? — спросила Мин. — Э… сказал, что ты сильно надушилась. — Это первая фраза, которую ты мне говоришь, да? — фыркнула Мин, глядя в пустоту. — Это не духи. Это формалин, в котором твоё тело замочили. — Жестоко… Ты меня больше не любишь, да? — пробормотал Дон. — Он сказал, что ты жестока, — перевёл я. — И спросил, не разлюбила ли ты его. — Конечно люблю, — хмыкнула Мин. — Я же Олин в тюрьму отправила. Ей там ещё устраивают весёлую жизнь. У меня полкамеры, мои парни. — Дон спрашивает, правда ли, что ты за пару месяцев успела под себя полтюрьмы подмять, — сказал я. — Когда я выходила, мы с охраной уже договаривались, как вместе бухать пойдём, — усмехнулась Мин. — Эх… — Она выдохнула и вдруг помрачнела. — Я к монахам ходила, так обломалась. Понимаешь, ты теперь холодный, уже не тёплый, как раньше… — … — Что он говорит? — Ничего не сказал, — ответил я. — Но обниматься перестал. Дон отстранился, лицо стало каким-то пустым. — Обнимай меня, пока можешь, идиот, — сказала Мин. — Где ещё я найду кого-то, кто пахнет так же отвратительно, как ты? Дон снова её обнял, на этот раз ещё крепче. — Люблю тебя, — тихо сказал он. — Ты помнишь, как ты ходил ко мне, будучи ботаном, и клеился ко мне? — Помню, — буркнул Дон. — Он говорит, что помнит, — передал я. — Забавно. Даже ни капли скромности. Я тогда королевой комнаты была, понимаешь? Ты ещё высокомерно смотришь, кого бы себе взять, и в итоге сам ко мне прицепился. И потом ещё умудрился сделать так, чтобы я согласилась. Когда его травили, кто его вытащил, а? Я, — усмехнулась Мин. — Я же тогда за него дралась. — Давай не вспоминать, стыдно, — буркнул Дон. — Он просит не вспоминать, ему стыдно, — сказал я. Мин заплакала, смеясь. Я почувствовал, что надо бы отойти, оставить их вдвоём. Но уйти полностью не мог, я всё ещё был их «переводчиком». — Эй, — вставил я. — Можно я немного отклонюсь? Оба повернулись ко мне. — На минутку, — я достал телефон и набрал Пуангтонг, вышел на балкон. — Ну, внук, — откликнулась она. — Бабушка Пуангтонг. — А? — Есть способ сделать так, чтобы обычный человек мог общаться с призраком? — А что тебе до этого? Это противоестественно. — …Бабушка, я уже давно с ними разговариваю. Несколько раз. Мы почти как друзья. — Вот как… — вздохнула она. — Способ, говоришь… Я не знаю. Попробуй поискать… как это… в гугле. — Можно так? И это сработает? — Откуда я знаю. Попробуй. — Хорошо, — сказал я. Мы ещё немного поболтали, я повесил трубку, в итоге всё равно полез в поиск. Способов увидеть призраков там было полно. Я отобрал пару способов и рассказал о них Мин. Сейчас было уже поздно. Похоже, что один из способов сработал: Мин начала видеть Дона и разревелась ещё сильнее. Я сложил планшет и бумаги в рюкзак и вышел из комнаты, оставив их двоих и перебравшись поработать в кофейню. Прошло почти три часа, прежде чем я вернулся. Мин всё ещё сидела и разговаривала с Доном. Как только я открыл дверь, они оба на меня глянули. — Прости, увлеклась, — сказала Мин. — Сейчас уйду. — Ты уже уходишь? — спросил Дон. — Не ной. Через пару дней я переезжаю обратно, — ответила Мин. — Хорошо… — тихо отозвался Дон. — Не делай морду кирпичом, — проворчала Мин. В руке у неё до сих пор был раскрытый зонт, один из тех методов, что советовали в интернете, раскройте зонт в комнате, увидите призраков. Кажется, действительно сработало. Они попрощались, и Мин вышла. Дон сел, опустив плечи. — Дао… — позвал он. — Да? — Мне страшно. — Всё ещё? — Я боюсь, что исчезну. Сначала думал, что остаюсь из-за незавершённых дел. А теперь всё завершено. И я не знаю, когда меня «выключат». — Ты не исчезнешь, — сказал я, тихо ставя рюкзак и доставая планшет. — По крайней мере, не из-за этого. Ты здесь не только из-за «хвостов». Ещё и из-за срока. — В смысле «срока»? — Срока жизни. — Я повернулся к нему. — Ты же не сам собой умер, а тебя убили. Поэтому ты не обязан повторять свою смерть бесконечно, как Права, которая прыгает с балкона, или как та, кто вешается. Но ты всё равно здесь, как и Крим, пока не исчерпается то, что тебе было «отведено». — Правда? — Да. Крим тоже всё ещё здесь, хотя её давно убили. — Понимаю… — Дон замолчал на секунду. — Но, если я останусь, будет ли это нормально? — Почему нет? — Потому что я призрак. А Мин жива. Мин так рада, что я всё ещё рядом, она даже обратно в этот дом собирается переехать. Это вообще правильно, что она будет жить ради меня? У меня же нет тела. Может, мне надо отпустить её, позволить найти кого-то живого, кто сможет о ней заботиться? Он выглядел мучающимся. Похоже, именно это его останавливало в первый раз, он не смел показаться Мин. — Не знаю, — сказал я, вернувшись к столу. — Мин похожа на ту, кому нужно, чтобы о ней заботились? — Не особо. Мы так-то друг о друге заботились. — Значит, она до сих пор хочет заботиться о тебе. — Но… — И выбор уже сделала Мин, — пожал я плечами. Дон замолчал, потом кивнул. — Спасибо, Дао. Я как-то легче себя чувствую, — сказал он. — Всегда пожалуйста, — кивнул я. Из-за всех этих людей вокруг, из-за Мин и других друзей, моё отношение к любви чуть-чуть сдвинулось в более светлую сторону. В общем-то, оно всегда таким и было, любовь это и хорошее, и плохое. Если повезёт, попадётся хорошая, и тогда всё класс. Но заранее не знаешь, повезло тебе или нет. А когда понимаешь, бывает уже поздно отступать. — Майкл… скучает по этому человеку, — вдруг сказала Эмма. — Не начинай, — отозвался я. Дон удивлённо на меня посмотрел. — Дао, ты с кем? С другим призраком? Почему я никого не вижу? — Майклу больно, — продолжила Эмма. — Уже не больно, — сказал я. — Дао, ты серьёзно с кем разговариваешь? Мне страшно, — забеспокоился Дон. — Он только что тебе писал, — сказала Эмма. — Не важно, — ответил я. — Я его заблокировал. — Не возвращайся к нему, ладно? — Не вернусь. — Обещаешь? — Обещаю, — тихо сказал я. Мы с Эмма обменялись обещанием, а Дон смотрел на меня с круглым, недоумевающим взглядом. — Какое ещё обещание? С кем вообще Дао разговаривает? — пробормотал он.

Атхит POV

Я скосил взгляд на Мин, которая отплясывала недалеко. Было видно, что она выложилась по полной. Ну, посмотрите на эту майку, на эти движения. Тут у половины мужиков уже всё встанет. И да, спрашиваете, смотрю ли я? Смотрю. Как у неё вообще получается так двигать бёдрами? Я даже немножко завидую, Дон, слышишь? Через какое-то время Мин, устав плясать, вернулась к столу, плеснула себе в стакан и залпом выпила. — Мин. — Чё, голос такой хриплый… Хочешь меня? — Веди себя нормально, а то я реально «помутнею» сейчас. — Ну давай. Будет у меня муж-доктор, — ухмыльнулась она. — А я тогда с кем буду? С «бывшим зеком»? — Я уже не сижу, — отрезала она и откинулась на спинку дивана. Мы сидели вдвоём на небольшом диванчике. Если смотреть со стороны, можно было подумать, что мы пара. Но Мин специально никого больше не звала, не хочет толпу. Так спокойнее. — Как ты с Дон поговорила? — спросил я. — Нормально. Я же переехала в комнату напротив тебя, — ответил Мин. — Договорилась с хозяином. — Точно решила? — Точно. Он тяжело вздохнул. — Дао сказал, что Дон ещё здесь, потому что срок ещё не вышел. Я и буду с ним до самого конца. — А если срок у него через месяц закончится? — Ну… будет грустно, — усмехнулась она. — Но я не жалею. Я уже всё обдумала. Как будто мне дали второй шанс быть с ним по-настоящему. Мы можем разговаривать. И… трогать друг друга. — В смысле «трогать»? — прищурился я. — Ну как у тебя, когда призраки к тебе лезут, — фыркнула она. — Помнишь, тебя же за ноги таскали? — Было, — признал я, отпив ещё. — А ещё ты дрочил при призраке, — добавила она. — Дон рассказал? — Ага, — Мин зажала рот, чтобы не заржать. — Я аж с дивана упала. Ты конченый, Атхит. Но честно, тот призрак слабак. Будь на его месте я, я бы на твою руку сама напрыгнула. — Ты ебанутая, — я не выдержал и расхохотался. — Прямо перехватила бы на лету, да? Смотрю, ты голодная. Ну и как, трогать друг друга получается? — Иногда. Не всегда, — сказала она. — Надо ещё кучу раз подкармливать его благими делами. И у нас с ним сильная связь. — Ну, раз можно трогать, то ты официально участник шоу «Люди трахают призраков», — фыркнул я. — Не-а, — поправила она. — Тут, скорее, призрак трахается с человеком. — Тоже верно, — сказал я. — Мир сошёл с ума. Хотя, учитывая всё, что я в жизни видел, тому, что кто-то спит с призраком, я удивлён меньше всего. Я ещё немного подумал и спросил: — Если срок не вышел, он всё равно останется, верно? — Да. А что? — Да так… Я не успел договорить, к нашему столу подошёл какой-то мужик. — Мин, давно не виделись, — улыбнулся он. — Ну да, — облокотилась Мин. — Я ж в тюрьме сидела. Мужик на секунду завис, не знал, как на это реагировать. — Мне очень жаль насчёт Дон, — сказал он. — Ага. Спасибо, — коротко ответила Мин. — Слушай… у нас ещё есть шанс? — спросил тот. — Нет, — сказала Мин. — У тебя член маленький. Мужика как будто током шибануло, лицо побелело. Я не выдержал и заржал так, что чуть из стула не выпал. — Ты чё ржёшь, — тут же накинулась Мин. — С тебя, — сказал я. — Ищешь проблем? — А что? — я приподнял бровь. — Не ищи проблем. Иди погуляй, — отмахнулась она от того мужика. — Пока мой друг Атхит тебе вмазать не решил. Атхит вообще актив. — Я с тобой это обсуждал? — отозвался я, всё ещё смеясь. Мужик, не выдержав, ретировался. — Жестокая ты, Мин, — сказал я. — Назвать маленький, это самый жёсткий удар по самолюбию. — Так он правда маленький, — пожала плечами Мин. — Откуда ты знаешь? — Это друг друга моего друга, — сказала она. — Мы как-то бухали вместе, он признался, что я ему нравлюсь. Я отказала. А он попытался меня изнасиловать. — Чё за жесть. И чем закончилось? — Я ему голову об стол раскроила, — спокойно ответила она. — Но, видимо, не до конца вразумила, если он ещё на что-то надеется. Маленький, наглый, ещё и тупой. — Пипец, — я снова рассмеялся. — Вообще-то, не преступление иметь маленький. Люди и так делятся по полу, расе, а теперь ещё и по размеру. Жить становится всё веселее. — То, как ты это защищаешь, выглядит подозрительно. Ты сам маленький. Я по глазам вижу, — сказала она, ухмыляясь. — Хочешь проверить? — ответил я. — Я тебя так оттрахаю, что ты неделю ходить не сможешь. — О, ты бросаешь вызов. — Мин, я серьезно. — Остынь, друг. Сейчас отвезу тебя в бордель, — фыркнула она. — Возбудимый ты какой. — А ты мне, когда дала нормально бухнуть в последний раз? — буркнул я. — Жалко тебя, — усмехнулся Мин. — Остальные друзья вообще не заботятся? — С чего им заботиться, — пожал я плечами. — У всех уже есть парни. — Так найди себе, — сказал он. — Вон, сколько желающих вокруг Атхит. Только не на одну ночь, а нормально. — Не хочу. — Почему? — Не вставляет. — Не вставляет любовь? — Ага. Меня больше вдохновляет «купить и забыть», — ухмыльнулся я. Мин расхохоталась. Мы выпили, пошутили ещё и в итоге разошлись. Я был в хлам, так что Мин, которая держалась, повезла меня домой. Я кое-как добрался до комнаты, нащупал карту и открыл дверь. В этот раз, к счастью, карта не потерялась. А то опять пришлось бы идти ругаться с управляющим, мы и так уже почти подрались из-за прошлых раз. Я стянул футболку и рухнул на кровать, но живот скрутило, пришлось бежать блевать в туалет. С сиденья унитаза я вспомнил наш разговор с Мин. Чёртова Мин. Повезло ей. Дон умер, а он всё равно рядом. Я вышел, взял телефон и набрал Дирека. Было уже за два ночи. Кто-то в таком состоянии звонит бывшим. Я в таком состоянии звоню Диреку. Он взял не сразу. — Спать людям мешаешь, пёс, — проворчал он. — Дирек… — Что? — Дирек. — Ты каждый раз, когда нажрёшься, звонишь мне. Как будто я твоя бывшая, — вздохнул он. — Сначала ты был папа, потом, друг, теперь, бывшая, — хихикнул я. — Очень смешно. Чего тебе, Атхит? — Да ничего. Скучно без тебя, — сказал я. На том конце воцарилась тишина. — Ты норм вообще? — спросил он. — Нормально, — сказал я. — Просто болит как-то… муторно. Он тяжело выдохнул. — Я завтра приеду, — сказал он. — Зачем. У тебя дел нет? Компания же рухнет без тебя. — Вот это рот, — буркнул он. — Не верится, что ты, самый удачный выстрел моей спермы. — Дирек, сколько можно. Это очень мерзко. — Почему, маленький сперматозоид? — Вот это ещё хуже, — я зажал лоб ладонью. — Какому ещё ребёнку так не повезло, чтобы отец называл его «маленький сперматозоид»? В телефоне у Дирека я, кстати, именно так и записан. — Зато честно, — засмеялся он. — Что случилось? — Ничего, — отрезал я. — Что случилось, Атхит, — твёрже повторил он. — Помнишь Дон, которого убили? — спросил я хрипло. Я сидел на краю кровати, держась за голову. В комнате было темно, только лунный свет с улицы. Кажется, ещё и дождь начался. — Он всё ещё здесь. Потому что срок не вышел. — Понятно, — сказал Дирек. — Дирек… — Не говори, — перебил он. — Я знаю, — сказал я. — Я сам всё понимаю. Это невозможно. Чёрт… извини. Я пьян. — Забей, — сказал он. — Иди спать. — Ты правда завтра приедешь? — Да. Поедим. — У тебя же работа. Может, я сам к тебе? В офис. — Ладно. — Он помолчал. — Приезжай к одиннадцати тридцати. И… хочешь, заглянем в церковь? — Нет. Нет, не хочу, — сразу ответил я. — Хорошо. Спи давай. У меня утром совещание. — Окей, — сказал я и сбросил. Телефон я швырнул на кровать, тяжело выдохнул. Алкоголь и вся эта история с Доном расковыряли то, что я обычно закапываю. Я попытался вытолкать это из головы, встал, вышел на балкон, в одних джинсах, без футболки и закурил. Дождь уже поливал по-настоящему. Я стоял под навесом, где не капало, и смотрел на луну криво через дым от сигареты. Чёрт. Больно. Я так скучаю. Зря я позвонил Диреку и вообще завёл эту тему. Как он теперь заснёт? Краем глаза я заметил, что сосед с балкона напротив уже стоит там. Даоток. Он стоял, прислонившись к перилам, и спокойно ловил ливень, весь мокрый, с банкой пива в руке. Он повернул голову. Мы встретились глазами лишь на секунду, и тут же отвернулись. Нечего нам было там друг в друге разглядывать. — Дай одну, — сказал он сквозь шум дождя. — Что именно? — Сигарету. — Не дам. — Пиво поменяю, — ответил он. — Я уже и так нажрался. — Но ты явно хочешь ещё, — спокойно заметил он. — Ладно, неси банку, — сдался я. Я подошёл ближе, протянул ему сигарету, он сунул её в рот и протянул мне банку. Я дал ему зажигалку, он щёлкнул, глубоко затянулся и вернул зажигалку. На вид не скажешь, что он курит и пьёт. Но людей по внешности не судят. С мокрых волос по плечам стекала вода, на плече у него я заметил татуировку. — Сигарета… запах хороший, — сказал он. — Импортная, — ответил я. — Скажи марку, — сказал он. — Ладно, потом скину, — отозвался я. Мы на этом и закончили. Он докурил до фильтра, я допил пиво. Потом мы молча разошлись по комнатам.