Оседлать виверну

      Сэм, вытягивая меж ног оборотня свой хвост, лёг набок. Посмотрел в расслабленное лицо притворно спящего, скосил глаза на его пах, прикрытый большой ладонью. Медленно и с улыбочкой оглядел аппетитное тело, которое минуту назад явно занималось непотребством.       Дракон приподнял чужую ладонь, посмотрел на поднявшийся член Пирса, подсунул под руку ещё и свой и накрыл обратно. И замер, лёжа вплотную к мужчине.       Горошины его сосков при дыхании задевали чужие грудные мышцы, а дышал он и вовсе ему в лицо. Хитрый чёрный хвост постепенно выбрался на свободу и нежно вильнул по ноге оборотня.       Пирс сглотнул. Еле уловимым движением сжал ладонь, прижимая друг к другу два эрегированных органа.       Глаза открывать не хотелось. Казалось, что капитан следит за его движениями, чтобы поймать на горячем. Куда лучше было бы остановиться и уснуть, но интерес и приятные ощущения внизу не позволяли. Поэтому Пирс продолжал по-детски прятаться за шторкой закрытых глаз и медленно ласкать уже два члена крепкой ладонью.       Сэм скользнул рукой по мощному торсу. Под пальцами перекатывались сладкие мышцы. Хотелось спуститься и облизать мужчину целиком. Но цепляющее ощущение ласк на члене прерывать кэп не стал.       Пальцем погладил розовый сосочек, нажал, ожидая реакции. Но волчара всё так же лежал с закрытыми глазами, подёргивая два члена.       «Да посмотри ты уже на меня!» — думал Сэм, а вслух сказал:       — Ты там что, вместо меня кого-то другого представляешь, а, Блохастый?       Грубовато притянув к себе Пирса, он прижался к его губам. Проник через полусжатые губы в рот языком. Хвост зазмеился выше, потираясь теперь между булок.       Частое дыхание через нос и податливый ответ на грубый поцелуй. Ладонь Пирса сжала члены, придавив их сверху большим пальцем. Грудная мышца дёрнулась, заигрывая с ласкающей рукой капитана.       — Так это ты, Сэм, — сонно приоткрыв один глаз, оборотень смотрел на кэпа после поцелуя. — А я думаю, что за извращенец ко мне пристаёт?       «Вот же говнюк! Теперь делаешь вид, что спал?!» — злился кэп мысленно, а вслух:       — Серьёзно? Ты от такого возбуждаешься? Чего тогда обиделся утром?       Наглая драконья морда придвинулась, прижимаясь всем телом. Губы присосались к шее, рука сжимала мышцу на спине. А хитрый хвостик раздвинул булочки собой и обкрутил нежно яички.       Самаэлю нравилось обволакивать Пирса со всех сторон. Сексуальное тело манило дракона, хотелось ластиться и потираться о него. Дыхание кэпа сбилось от соприкосновения их торсов, но он не позволил себе низменно застонать от удовольствия. И только член выдавал возбуждение хозяина. Не слушая доводов разума, он сладко подрагивал в чужой ладони.       — Знаешь ли, — оскалился в темноте оборотень, — ты тоже не похож на недотрогу, который не даёт свой член в чужие руки.       Пирс сделал несколько волнообразных движений, лаская и сжимая оба члена. Капли смазки, стекая с двух головок, смешались воедино.       — С этим несомненно что-то нужно сделать.       «С членами? Или путаницей?» — не понял Сем.       — Ммхм, — затянул мочку в рот, сладко посасывая и обдавая дыханием ухо Пирса, — какие будут предложения?       — Сложно предполагать, когда не знаешь намерения человека, — Пирс поменял руки и освободившейся ухватился за ягодицу Сэма. — Вдруг с утра проснётся дракон и обвинит меня в домогательстве?       Язык оборотня скользнул по шее капитана.       — До сих пор дуешься, что тобой овладели? Ладно, признаю: переборщил и был не прав. Но как же ты бесишь, волчара!       Сэм подрагивал от желания. Запустил руку в белоснежные волосы и потянул, отрывая Пирса от своей шеи и открывая доступ к его. Губы тут же присосались к кадыку. Ласкали сильные мышцы, канаты вен и перекатывающиеся жилки.       Но потом рука отпустила оборотня, и кэп отстранился, представ перед мужчиной с чуть покрасневшим от похоти лицом и приоткрытым от частого дыхания ртом.       — Это ты меня бесишь! — просунув ногу между ляжек капитана, оборотень упёрся коленом в яички, чуть придавливая их. — Ходишь весь такой правильный и послушный, светишь по ночам своей ж.       Пирс приложил усилия и развернул капитана, прижимая того лопатками к полу. Сам в это время навис прямо над Сэмом, упираясь ему в живот влажным членом.       — Издеваешься надо мной с первого дня, подкармливаешь моего сына, забираешь всё внимание, провоцируешь, потом игнорируешь, а потом ещё!.. — Пирс сбавил голос, понимая, что он слишком громок. — Пахнешь ещё как свежая самокрутка…       — Я тебе вместо табачной жвачки, что ли? — окрысился дракон и зашипел под ним рассерженной фурией. — Ты вообще-то тоже табаком пахнешь. И псиной. Да и выглядишь как заправский кобель.       Самаэль и сам не знал, зачем несёт эту чушь. Природная вредность требовала отвечать и опускать в ответ.       Поза снизу отозвалась струной возбуждения в теле. Нависающий великолепный Пирс, его член в непосредственной близости от паха кэпа и злобная гримаса с оскалом ярости. Злость невероятно шла волчаре.       — Заправский кобель? — возмутился, рыча, Пирс. — А какого чёрта ты этого дворнягу под хвост с таким наслаждением имел?       — Ну… — внезапно сбился Сэм, не зная, что ответить. — Твоя жопа была в той позе уж очень хороша…       Внезапно не к месту дракона прорвало на хи-хи, и губы невольно растянулись в кривой улыбке: «Сэм, стой… Сейчас тебя и оттрахают, и отпиздят».       — Вот значит, как? Моя хороша значит в той позе? — глаза наливались кровью. — А в других позах, значит, кобелиная жопа? Я, знаешь ли, твоей чешуйчатой в любой позе любуюсь, неблагодарная ты ящерица!       Дракон, чувствуя себя идиотом, загоняющим себя в угол, ухмыльнулся шире.       — Из твоих уст звучит как признание в любви. Но знаешь, я тебе не верю, — кэп качнул бёдрами, потираясь своим членом о чужой, — ты только языком мелешь. Трахать будешь? Или мне взяться за дело?       — Не льсти себе, крылатый. Я не из тех, кто по уши втюрится за пару суток и коробку папирос… — взгляд скользнул по голому телу капитана, и непроизвольно Пирс сглотнул сладкие слюнки. — Трахать буду… — добавил он чуть тише, поедая взглядом накачанную грудную мышцу и чёрный рисунок беркута. — У тебя похоже, как и у меня, долгое воздержание. Не могу же оставить товарища в беде.       — Будь ты доктором, я б давно помер. Честное слово, Пирс…       Дракон сильными руками притянул упирающегося оборотня и засунул язык ему в рот. С трудом подавил стон. Но вот отказывать себе в действиях не стал. Ответ он уже получил и теперь похотливо прильнул накачанным прессом, прогибаясь в пояснице. Свободное бедро поехало вверх, обнимая узкие бёдра волчары. А чёрный хвост, скользнув вниз кончиком, потёрся между членами, собирая смазку.       Пирс бросил на него взгляд, а после снова поднял на лицо Сэма.       — А кто сказал, что я — доктор? Я боец. И сейчас поведу тебя в бой с воздержанием.       Губы опустились вниз и принялись целовать рисунок на теле. Лаская язычком ключицы и спускаясь ниже, прихватывая зубами сосочек.       — Будем трахаться до смерти, Сэм…       — Бесишь… — почти рычал Самаэль.       Его член подрагивал, упираясь в сладкие мышцы. По груди рассыпались мурашки от горячих губ. Хотелось двигаться, и он невольно приподнимал бёдра.       Чёрный хвост выскользнул из ловушки и потёрся о промежности, смазывая влагой анус Сэма. Раскрытые губы уже не скрывали частых вздохов, но он пока удерживал себя от стонов. Было бы весьма глупо оповещат лагерь об их маленьком междусобойчике.       Облизывая грудь и ребра Самаля, Пирс заметил ускользающий хвостик и немного приподнялся:       — Куда это он…       — Мой опыт говорит: хочешь, чтобы хорошо получилось, сделай сам, — отозвался дракон.       И со стоном прикрыл глаза, потому что влажный кончик хвоста стал потихоньку проникать внутрь.       — Ох! — Пирс приподнялся на колени и сел между ног Сэма. Даже в темноте с его зрением открывалась отличная картина, в которой дракон самоудовлетворялся. — Чёрт тебя дери, Сэм… А я-то тебе на кой тогда нужен? Похоже пострадавший тут как раз заправский кобель…       Взгляд приковался к раскрытой дырочке, в которую постепенно проникал извилистый хвост. Взволнованно дыша, Пирс наслаждался зрелищем.       — Собственный хвост в моей же жопе меня не сильно возбуждает, знаешь ли, — отвечал Сэм, а про себя думал: «А вот твой взгляд сейчас — просто смак. Значит, ты у нас немного вуайерист, да?»       Словно желая раззадорить волка, он сильнее развёл ноги. Чуть прогнул спину, напрягая мышцы торса и представляя себя в самой выгодной позе.       — Хоть потрогай меня, чего расслабился?       Сэм выглядел слишком горячим. Настолько, что член Пирса начинал дымиться от одного лишь желания оказаться в нём. Хотелось погрузиться и сгореть там, мгновенно превращаясь в пепел.       — Потрогать, — скомандовал сам себе Пирс. И приподняв рукой одну ногу, положил её себе на плечо, поглаживая пальчиками.       Оторваться от промежности Сэма было ужасно тяжело. Пересилив это чувство, оборотень наконец уделил внимание ноге и, высунув язык, лизнул икру по всей длине до сухожилий стопы. В обратную сторону посыпался град поцелуев, при которых мелкая щетина щекотала кожу. При этом мужчина всё равно косил взглядом на хвост, играющий с дырочкой.       По ноге рассыпались мурашки до самого паха, отзываясь в нём сладкой судорогой. Дракон распалялся и сам всё сильнее, представляя мысленно вместо хвоста входящий в него ствол Пирса.       Он и сам смотрел на волка. Тяжёлое тело перекатывалось мышцами. На сильной шее билась жилка. Он уже представлял, как этот вес придавливает его к лежаку. Читал во взгляде оборотня ту же фантазию: как тот трахает дракона до потери сознания. И, не сдержавшись, застонал.       Испуганно захлопнул сам себе рот ладонью: «Я идиоооот!».       — О-о-о! Даже настолько хвост хорош? — Пирс оскалился в улыбке. — Завидую.       Придерживая ногу Сэма, он свободной рукой потянулся к хвостику. Потирая сбоку от него, оборотень чуть надавил между колечком и хвостом, погрузив одну фалангу внутрь.       — Если так продолжишь, то мне придётся довольствоваться своими руками.       Хвостик мягко выскользнул из попы и вильнул к свободному горячему заду.       — Хочешь, я тебе могу засунуть? — с дикой улыбкой во весь рот спросил Сэм.       — Изверг! — обронил резко Пирс и, заприметив освободившуюся дырочку, юркнул туда двумя пальцами. В мыслях уже ютился вопрос: «Каково это — трахать мужчину, когда в твоём заду его хвост… "       Сбросив ногу с плеча и поджав её к себе, Пирс навис над Сэмом, упираясь головкой члена между яичками и выходящими из ануса пальцами. Взгляд поднялся в глаза капитана.       — Я могу войти?       — Ты ещё постучись… — закатил глаза распалённый капитан.       Ошарашенный такой наглостью дракона, Пирс взял в руку свой член и трижды стукнул им по лобку Самаэля, а после, не дожидаясь ответа, вернулся к намеченной цели и сунул головку внутрь.       Дракон выгнулся от резкого чувства. Осознанив, что и чьё в него входит, тело отзывалось трепетом и бабочками в животе. Сэм сдержался, чтоб не закатить глаза уже на собственные реакции — Пирс мог не так понять его гримасы.       — Ещё, — невольно тянул руки дракон.       Хотелось чувствовать это великолепное тело, гладить и облизывать.       — Ещё? — Пирс нагнулся ниже, чтобы шептать прямо на ухо: — Ты хочешь больше вонючей псины?       Бедра колыхнулись, и орган принялся погружаться в капитана. Уверенный шёпот с долей иронии и издевки звучал, пока губы едва касались уха.       — А не боишься пропахнуть мной и превратиться в кобеля? М-м? Сладкая табачная жвачка…       Тело дернулось, и Пирс вошел на всю, выбившись до упора и замерев, выжидая, когда прекратятся содрогания и мышцы ануса Самаэля расслабятся.       — Умммм… — сдерживал стон дракон.       Его член в исступлении толкался в железный пресс волчары. Было болезненно, но от сладких спазмов по телу рассыпались искры. Нависающее тело будоражило. Приподняв ноги, Самаэль закинул их Пирсу на поясницу, прижался сильнее.       — Хочу… Трахай меня ещё, грязная псина…       — Дрянная ящерица! — зарычал Пирс и встал над Сэмом, облокачиваясь на одну руку. Второй он крепко сжимал ягодицу капитана и подталкивал её навстречу толчкам, которые набирали амплитуду.       Плавно покидая тело на треть, Пирс словно тараном вбивался, похлопывая по ягодицам.       — Как жаль, что по окончании на тебя не нападёт барсук!       На лице кэпа, сменяя похотливый экстаз, расцвела честная улыбка. Содрогаясь прессом, он беззвучно ржал, не в силах игнорировать.       — Не смеши меня, я же сбиваюсь, — сквозь слёзы и сдавленный смех просил он.       — Что? — возмутился Пирс. — Тебе ещё и смешно? Ну птенчик, сам напросился.       Пирс чуть приподнялся и перекинул через себя ногу Сэма, силой поворачивая его набок, после чего прижимая ладонью его таз, принялся вбиваться. Теперь анус был приподнят, а член Пирса погружался по максимуму, надавливая на внутренние стеночки.       Наклоняясь над телом капитана, оборотень нагло облизывал и кусал за руки и бока, не замедляя темп секса. Мужчина превращался в зверя, заполучившего свою добычу.       — Чёрт… Вот чёрт, Пирс… Это… Ммм, — дракон потерялся в словах и смыслах.       Чего он хотел? Вроде попросить о чём-то? Но мозг ловил лишь сигналы удовольствия от жёсткого секса. Ощущение власти над ним. Им крутили и вертели, ласкали и кусали. И трахали грубо, не интересуясь его ощущениями. Похоть волчары рассыпала по телу парня мурашки восторга.       — Рот… Закрой мне… — вспомнил Сэм и бросил взгляд из-под дрожащих ресниц в сторону тёмной тени мужчины.       — Рот? Но мой член уже занят, — усмехнулся Пирс и потянулся рукой к лицу капитана. Достать до губ и при этом продолжать активно брать Самаэля было сложно.       — Чёрт тебя побери… Как пианино. Прежде чем играть, настроить надо…       Пирс вынул член и снова развернул силой капитана, выгибая его раком. Вогнав член, оборотень потянул дракона за руки на себя. Одну ладонь, предварительно обильно облизнув, он крепко прижал к губам Сэма. А второй придерживал его за живот, начиная очередной разгон со шлепками.       — Тебе нравятся вонючие псины? Тогда будем по-собачьи…       Теперь капитана жёстко брали прямо сзади. Зажимали рот рукой, отчего он глухо постанывал и не мог продолжать огрызаться. Звонкие шлепки доволили тело до исступления. Влажная рука напоминала о поцелуях и минете, о котором так радушно напомнил оборотень.       Дракон прогибался в спине, подставляя задницу, и отзывался на каждый шлепок. Рвал когтями постель, погруженный в ощущения, пока мускулистая спина не пошла волной спазма.       Налившийся член залил спермой постель, пока его владелец прикусывал пальцы и хрипел в чужую ладонь. Голос переходил в далёкий низкоголосый рокот.       Пирс был так же близок к завершению и, ощущая это, он приоткрыл рот Самаэлю, засовывая за щёку палец.       — Скажи, капитан, — шептал он, касаясь губами спины и двигаясь ритмично, но медленно, — мне выйти или кончить в тебя? Приказывай…       — Фыйти, — шипел ящер.       Он всё ещё подрагивал и с ужасом осознал, что при таких ощущениях может дойти и во второй раз: «Нет-нет-нет, это что за подростковые выкидоны?! Я зрелый дракон! Никаких вторых разов!»       — Какая жалость… — Пирс лизнул по позвоночнику. — А этот кобель ещё не кончил.       Выпрямившись и приподняв капитана, подтягивая его за приоткрытый рот, оборотень вновь зажал его губы и принялся входить. Скорость упала, но качество оставалось на том же уровне. Погружаясь по самую мошонку, Пирс напрягал мышцу, и член внутри натягивал стеночки.       Рот мужчины тоже был в деле. Приблизившиеся плечи капитана оказались как нельзя кстати. Тлея от дикого возбуждения, оборотень покусывал шею и плечи, а после облизывал, словно залечивал рану, посапывая в перерывах от удовольствия. Вторая рука скользнула по животу и коснулась мокрого члена Самаэля.       «Так мне не показалось? Он что, уже кончил?» — размышляя об этом, Пирс почувствовал себя говнюком, не умеющим остановиться на достигнутом удовольствии партнера.       Самаэль таял и плавился. Горячий кобель трахал его от души, ощущения проходили от паха через всё тело до самого горла, а там рот зажимала сильная ладонь. Губы и зубы на спине оставляли искрящее чувство. Хотелось ещё. Больше Пирса! Он тихо радовался, что ему зажимают рот, и он не стонет, на радость оборотню выкрикивая имя и умоляя не останавливаться.       «Хорошо хоть он про загривок забыл. Если кончу ещё раз, буду просто какой-то сучкой для оборотня! Соберись, Самаэль. Ты не стараешься!»       Он прижался к телу волка, прогибаясь спиной. Голова запрокинулась, обволакивая шеей чужое плечо и шею. Задница упёрлась упругими ягодицами.       На Пирса накатывало блаженство. Осознавая, что больше держаться он не сможет и звериный раж уже не остановить, отпустил рот капитана. Силой толкнув его на лежак и приподнимая выпячивающийся зад, оборотень упал на Самаэля и вцепился в загривок зубами, словно удерживая шкодливого щенка.       Руками он упирался в пол и в стойке-планке жестко вгонял свой член в уже прилично растянутое пространство между булок. Этот момент был коротким, но достаточным, чтобы точка кипения пересекла финишную прямую и горячая струя наполнила Самаэля внутри.       «Чёрт-чёрт-чёрт, что ж ты делаешь, Пирс?!» — капитан утыкался ртом в лежак и приглушённо стонал.       Член сокращался, выдавливая содержимое под животом. Тело извивалось и подрагивало, перекатываясь мышцами. По нему распозалась нега слабости. И в глазах плясали яркие пятна от недостатка кислорода.       — Я же сказал выйти… — слабым голосом, повернув вбок лицо, заметил Сэм.       — Эгоист… — буркнул обижено Пирс и дёрнулся, чтобы вытащить член. Однако разбухшее достоинство отказалось покидать тёплую обитель, и трясущиеся от напряжения руки сбросили обессиленного оборотня на капитана.       — Агх… — выдавил кэп, получив нежданный бонус килограмм на девяносто. — Ты там жив?       Он размышлял, потянет ли сейчас перекатить мужчину вбок? А ещё — хватит ли сил поменять напрочь мокрую постель?       — Нет… — Пирс выдохнул, понимая, что произошла сцепка. — Передай хвостику, что я любил его как сына.       Подтаскивая руку повыше, оборотень попытался приподняться на руки, чтобы облегчить жизнь лежащего под ним тела.       — Эээ, не дёргайся! — зашипели на него снизу. — Я же это чувствую. Погоди, я сам, — Самаэль подсунул к лицу руку и укусил себя, помогая болью начать защитную реакцию в организме.       — Что ты сам? — заворчал Пирс, прижимая тело капитана собой. — Ты мне член не оторви! Я в сцепке!       — Спокойно, волчара. Мне моя жопа тоже ещё нужна.       Под телом оборотня происходили изменения. На коже кэпа возникла чёрная чешуя с золотистыми краями. Она покрыла тело, и то стало чуть меняться, увеличиваясь немного в размерах.       Когда Сэм закончил обращение, приподнялся на изменённых руках и осторожно поджал бёдра, отпуская чужой орган.       — Каучуковая ящерица… — буркнул Пирс, внутренне огорчаясь. Тяжело выдохнув он скатился на спину высвобождая капитана.       — У тебя член разбух, а я каучуковый? — вредничала ящерица.       На дрожащих ногах он стащил испачканную простыню и достал заныканную замену из коробки. Застелил, перемещаясь на коленках. Себя вытер влажной тряпицей, с завистью думая о господах, проживающих в особняке. Дополз до оборотня и рухнул на его бок, оказываясь половиной тела сверху.       От обиды Пирс прокручивал ответ в голове. Хотелось сказать, что было достаточно хорошо, чтобы произошло это, но что если самому дракону не понравилось и в своей длинной жизни он встречал партнёров и получше? Решил не говорить, а когда Сэм упал рядом, накрывая оборотня сверху собой, и вовсе забыл, о чём думал.       Пирс замер боясь, пошевелиться и спугнуть капитана.       Но пошевелился сам Сэм, устраиваясь поудобнее. Закинул подальше на волчару ногу, обнял рукой торс и по-хозяйски прикрутил его хвостом. И затих, обдувая кожу волка тёплым дыханием.       — Сэм, — оборотень шептал, подсунув под голову капитана руку, и прижал к себе. — Курить хочу… Ты меня опять на полдня и всю ночь голодным оставил. И от тебя ещё табачком так сладко пахнет.       — Зачем сигареты-то вернул тогда, балда? — с улыбкой прогудел дракон ему в ухо. — Коробка возле входа лежит. Бери и кури, не спрашивай. Только давай не больше пяти в день, а то до поставки двоим не хватит. Выпустить тебя?       Хвост плавно стал разматываться.       — Нет… — Пирс уткнулся носом в голову Сэма. — Лучше поцелуй, и я успокоюсь…       Щёки горели от такой просьбы. Не хотелось в глазах капитана выглядеть слабым. Но с диким желанием не поспоришь, да и Сэм сейчас, видимо, в хорошем настроении.       Сэм без издёвок и споров потянулся сам, накрывая узкие губы и просовывая влажный язык. Хоть тело и успокоилось, ему тоже хотелось целоваться. Хвост, пользуясь отвлечённостью оборотня, снова обкрутил его ногу, стараясь не пережимать вены. (прим.авт.: как трахнули — сразу присмирел). (прим.авт2.: укротили!)       Пирс отвечал страстью, стараясь не слюнявить мужчину. Он же не пёс, в конце концов.       Ещё не успел отдышаться после секса, а губы Сэма отнимали последнюю возможность на глубокое дыхание. Обнимая капитана, мужчина старался не думать об этом, главное, что он вёл себя достаточно тихо во время соития. По крайней мере, считал так.       Самаэль оторвался, чтобы что-то сказать.       — Эй, Пирс, тебе хоть понравилось?       Рука с длинными пальцами поглаживала мужественный подбородок оборотня.       — Весьма неплохо, — мужчина провёл по спине вниз и сжал ягодицу капитана. — Но я думаю, ты можешь лучше.       Эф дёрнулся и повернулся во сне, утаскивая с собой на другой бок забитый мягкими вещами вещмешок. Пирс прижал к себе Сэма, вглядываясь в темноту и примечая движения нага. Вроде спит.       — Хорошее лекарство у тебя, Сэм…       — Ага… вырубает и дракона, — криво усмехнулся.       — Не буду спрашивать, зачем оно тебе… — Пирс крепче обнял капитана, сжимая его хвост ногами. — Закрывай глаза и спи. До рассвета далеко. А то я начинаю подозревать, что нужно продолжить, чтобы утомить тебя.       Самаэль низко хохотнул и обвил рукой чужую шею, уткнув в неё нос. Голова покоилась на плече Пирса. Запах волка был резким, но нота табачного дурмана и сильные тёплые мышцы, которым кэп теперь доверял, убаюкивали. Незаметно даже для себя он заснул.