Оседлать виверну

      — А о чём ты думал, когда мы летели? Было страшно, что упадёшь? Или потому что полётом управлял не ты и не мог повлиять на него? На лошади же ты ездил.       Сэм неосознанно массировал волку позвоночник. Мягко приминал мышцы на шее, обводил пальцами каждую крупную косточку, которую мог нащупать.       — О чём ты? — говорил тише оборотень, наслаждаясь массажем. — Если бы ты впервые взлетел и был просто в воздухе, ты бы не исп… Ах да… Драконы такое не чувствуют. Считай, что мои глаза обманули мозг. Я посчитал, что подо мной не было ничего безопасного. Понимаешь?       Пирс ласково гладил в ответ капитана.       — Даа… Сплоховал я что-то. Но на лошади до границы этих земель три дня ехать… Попробуем на обратном пути сперва так полетать.       Руки лениво переползли на плечи и мяли сочные мышцы над лопатками.       — Есть хочешь?       — Я хорошо перекусил, — поцеловал в шею оборотень. — А вот покурить бы не отказался. Ты будешь?       Пирс дотянулся до сумки и подтянул её к себе, вытаскивая заветную коробочку. Положив в рот папиросу обратной стороной он подтянул её к губам Сэма.       Тот перехватил сигаретку и быстро подвинул её в угол губ. Оборотень закинул себе в рот вторую и поджёг, подсовывая спичку под обе самокрутки.       — Сэм, извини что отвлекаю от рабочих моментов, но… — оборотень щурился от едкого дыма. — Как много мужчин у тебя было?       — По согласию — один. А без… Не помню, если честно.       Самаэль размышлял, что, возможно, зря переводит табак. Сейчас он был спокоен как слон, и успокоительное курево не требовалось. Но почему-то с Пирсом курилось слаще.       — А у тебя? Были мужчины?       — Погоди, погоди, без согласия? — Пирс, улыбаясь, наклонил голову, заглядывая в глаза капитана.       Сэм мягко фыркнул:       — Без моего, Пирс.       — Оу… Прости, — лицо Пирса изменилось и, чуть помолчав, он продолжил: — Три. Пока держал таверну, пару раз ко мне клеились постояльцы. И изголодавшее тело было не против, хотя там я был сверху. А вот третий, — Пирс сделал акцент на это, — трахнул меня в лесу, вместо того чтобы вытащить из норы.       — Ууу… — заныл дракон, — ну прости… Ты возбудился, мне показалось, что ты не против. Ну зверина я, каюсь.       Уши кэпа горели от стыда, и он сильнее затягивал дымок. Теперь успокоительное было к месту.       — А до этого? Был кто-то в стае?       — У меня была жена, — коротко ответил Пирс, улыбаясь.       — Была?..       — Хах.       Тот день был переварен в голове сотни раз и рассказан с десяток, говорить об этом сейчас было намного проще, чем пережить тогда. Но дракону Пирс говорил об этом впервые.       — Что-ж… Моя стая имела огромное влияние на оборотней. И в один из дней император решил, что мы — помеха, — Пирс улыбался, продолжая нежно гладить Самаэля. — У оборотня в форме нет шансов против боевого дракона с седоком в виде такого же дракона. До сих пор не понимаю, как выжил я.       Руки Сэма дрогнули, и он нежно поцеловал доступное ему плечо, стараясь так передать частицу тепла.       — Мне жаль, Пирс. Но я очень рад, что ты выжил, — он переключился на лопатки, думая, как задать вопрос, но при этом не разбередить рану. — Расскажешь о ней? Или это… тяжело?       — Она… — Пирс задумался на секунду, вспоминая образ, который почти забылся. — Она была безумна, — засмеялся оборотень. — Я добивался её руки два года и когда устал от вечных отказов и издевок — сдался. Так знаешь, что сделала она?       Мужчина искря глазами смотрел на Самаэля.       — Она схватила меня за шиворот и собственноручно оттащила к вожаку, сказав что беременна и выбрала меня в пары. Нас расписали в тот же день!       Сэм заржал:       — Да… Думаю, она бы мне понравилась тоже… А были…       Дракон прикусил язык. Жена полбеды, но если Пирс потерял детей — эту рану ковырять было более жестоко.       — Дети? — оборотень приподнял бровь, понимая эмоцию капитана. — Нет. Она соврала вождю, чтобы тот дал добро на мгновенный брак. Как мы могли их зачать, если меня отшивали всё это время.       Прижавшись к Сэму, мужчина поцеловал его в подбородок.       — А после не получалось, — внезапно Пирс погрустнел. — Зато у меня было двенадцать братьев. Пять щенков меньше десяти лет. И когда это случилось… Им… — мужчина сглотнул, — им было плевать, кого убивать.       — Прости… — кэп пожалел, что вынудил рассказать.       Рука ласково забралась в волосы, то ли гладила, то ли массировала. Стало грустно и обидно. Император раздавил столько прекрасных счастливых миров. Уничтожил само понятие мирной жизни.       — Прости…       — Прекращай, я понимаю, что их уже не вернёшь, — улыбался Пирс, стараясь не нагонять тоску ещё больше, хотя выходило плохо, — зато я могу спасти других, верно? Там наверное много славных виверн хотят домой.       Сэм улыбнулся и фыркнул:       — Прикинь, боты мои сгрызли, поганцы. На один вечер ведь заночевал с ними, — Самаэль спустился одной рукой, разминая мужчине ребра и поясницу. — Пока строят большие дома по типу бараков. Чтобы побольше было с крышей над головой. И нянек завербовали из южан. Многие помнят до сих пор, как император силой заставил их подчиняться. Но всё равно медленно. Приходится проверять, чтобы не пустить к себе шпионов.       — Я могу строить. Сэм, и проектировать могу. Таверну строил собственноручно несколько раз, — Пирс вспомнил своё выживания после гибели стаи. — Да и до этого жильё… Сэм, я воин до мозга костей, но, пожалуйста, давай мне работу. Я многое могу.       Оборотень уткнулся носом в плечо капитана и мягко поцеловал.       — Всё устроим и построим, — успокаивающе гладил его кэп. — Я тоже хочу мира, Пирс. Все мы. Мы устали от войны. Поэтому будем строить новый мир. И защищать его, пока есть силы.       Помолчал немного.       — Можно, кстати, спроектировать дома. Нужны будут разные, для разных видов. Но никто из нас не знает особенностей. Особенно о тех, кто не с чешуёй. Даже лекарств нет.       — Я помогу, — оборотень поцеловал шею Сэма и не смог остановиться, учащая поцелуи. — Сделаю, как нужно…       — Тише, ковбой, — хохотнул дракон, положив на лицо оборотня ладонь, — нам ещё обратно лететь, а я и так выжат, как лимон.       Невольно ящер покосился на свой живот, будто его и вправду кто-то выжимал. Потом потянулся и слез с уютных коленей.       — Эх, сидел бы с тобой так и сидел. Пойдём, пушистик, труба зовёт.       — Какой же ты двуличный! Теперь я понял, чего тебе не хватает иногда, — Пирс засмеялся, поднимаясь на ноги. — Если голодный — значит я псина блохастая, а как трахнешь тебя — так на глазах пушистиком становлюсь.       Оборотень, заливаясь смехом, толкнул локтем Самаэля и двинулся к небольшому озеру.       — Не шаришь ты, блохастик, — исправился капитан, — если я буду пушистиком тебя до секса звать, нас же обоих стошнит. Представь только, — он обогнал крупного мужчину и стал кривляться, шагая спиной вперёд: — Ох сладкий, ты сегодня так хорош! Моя задница уже слиплась от пирожных, разлепи, будь котиком.       — Фу… Согласен, — оскалился Пирс. — Ругай меня, обзывай. Так ты будешь похож… — Пирс схватил рукой подбородок Сэма и приблизился, — на неё… А значит, шанса, что я тебя трахну лучше, станет больше.       Кэп дёрнул бровью:       — Да ты что? Может, это я тебя трахну? Ведь в отличие от неё, у меня есть член, — он отстранился и с довольной лыбой стал заходить в воду, — главное — найти подходящую нору. Ну и сигаретку туда кинуть. А дальше пёсик сам залетит.       — Пха-ха! — сорвался Пирс. — С капитаном принца шутки плохи!.. Сдаюсь в споре, но за секс пободаемся.       Пирс зашёл в озеро чуть выше колена и, развернувшись лицом к берегу, плюхнулся в воду. Нырнув, он всплыл и, словно поплавок, завис на спине.       Сэм не сдержался и подошёл со стороны головы. Скользнул руками по торсу, наклоняясь и целуя губы верх ногами.       — Ммм… Это преступление — быть таким сексуальным, — и резко выпрямился, будто ограничивал сам себя от сладкого, и легко нырнул-вынырнул, смывая с себя грязь.       — Накажешь меня потом, — пробубнил Пирс и нырнул. Под водой он ориентировался хорошо и, подплыв к дракону, укусил его прямо за ягодицу, всплывая рядом и обнимая.       — Пиирс, — со стоном и улыбкой заныл дракон, — я же возбуждаюсь. А нам ещё обратно лететь. Как мне в воздухе со стояком, что ли, парить? Он аэродинамику портит.       — Аэродинамику… — сплюнул в воду оборотень и нырнул обратно, уплывая в сторону берега. Поднявшись на ноги, хорошенько промыл тело.       — Вылазь, птеродактиль, полетели домой, — улыбался, Пирс уходя к их импровизационному привалу и виляя сочным голым задом.       — Иногда так хочется тебя отшлёпать, но боюсь, это превратится во что-то совсем непотребное.       Сэм несдержанно облизнулся, поймал себя на утекающих не туда мыслях и с широкой улыбкой пошёл к своей седельной сумке за полотенцем.       Быстро высохнув под солнцем, мужчины собрали вещи. Пирс с трудом одевался. Его невидимый костюм частично потерялся, а веселящийся от этого зрелища капитан позволил себе несколько минуток поиздеваться над оборотнем, после чего помог найти и нацепить.       За несколько десятков минут оба вновь были готовы к полету. Лёгкий мандраж вновь накрыл оборотня, когда осознание приближающегося полёта его настигло.       Сэм встал перед ним и водрузил руки ему на плечи:       — Спокойно, Пирс, сперва я буду бегать по земле. Представь, что я — лошадь-переросток. Как обвыкнешься — попробуем взлететь. Хорошо?       — Хорошо, — выдохнул оборотень. — Давай не будем тянуть. Если что — по старой схеме закрою глаза, и летим до дома.       — Понял, — кивнул кэп, тоже почему-то нервничая.       Потом подумал и плюнул: «Если что, займемся сексом ещё разок по прилёту». Отбежал и перекинулся в обтекаемую, но здоровую ящерицу с крыльями. Дракон качнул рогами и снова взял пастью седло и закинул на себя.       Пирс принялся затягивать ремни по памяти. Закончив, он приготовился лезть к седлу.       — Сэм… — оборотень повернулся к морде дракона. — Ты не позволишь мне упасть?       Дракон внимательно посмотрел на него и махнул в отрицании головой. Заурчав драконьим рокотом, обнял Пирса за талию шеей и защёлкал:       — Я тут и не позволю тебе упасть или пострадать.       Сам он лёг на землю, чтобы волку было проще забираться.       — Верю, — успокоился мужчина. — Верю тебе.       Пирс забрался наверх и, усевшись в седло, зафиксировал ремни. После прижался, обхватывая шип.       — Я готов, Сэм… Ух-Хух…       Дракон внимательно рассматривал каждое крепление, убеждаясь, что мужчина хорошо пристёгнут. И только потом мягко поднялся.       Выпрямился, вытянул вперед шею и медленно пошёл, катая своего седока. Хвостик сзади вился ласковой волной, а треугольная голова покачивала витыми рогами, маяча ими впереди.       — Уздечка, Пирс. Направляй меня сразу двумя. Попробуешь?       — Ха… Сэм, я в панике могу не туда её дёрнуть, — но руки уже взяли поводья и чуть потянули.       — Я не лошадь, всё равно не понесу нас к опасности. Просто попробуй. Всадник и дракон — это команда. А уздечка — способ разговора в полёте.       Самаэль покладисто поворачивал, реагируя на натягивание ремней. Легко, будто лошадь. Но сейчас ему хотелось поселить в душе волка чуть больше веры.       — Хах! Вроде несложно. Но в небе не ручаюсь за себя, Сэм. Извини.       Оборотень крепко держал поводья и сам поглядывал на ремни, убеждаясь, что всё закреплено. Но мужчина понимал: находиться на драконе верхом — это одно, а сидеть поверх прозрачного дракона — нечто иное. Приподняв голову, он взглянул на почти безоблачное небо.       — Ты никогда не представлял, что летаешь? — неожиданно прорычал дракон. — Я ведь вижу то же, что и ты. Внизу и вокруг ничего нет, только ветер гуляет. Разница лишь в том, что я чувствую ветер под крыльями.       Дракон стал шагать быстрее, переходя на конную рысь. Правда, в его исполнении в седле трясло не вперёд-назад, а влево-вправо.       — Наверное, я слишком приземлённый, — огорчился Пирс. — Да и как оборотень может мечтать о полётах, не имея возможности? Наверное, на это способны только люди. Интересно, что бы сказал Эф, если бы узнал, что я летал на драконе?       Вновь потянув поводья, мужчина наблюдал за реакцией дракона, запоминая движения. Мысли были тревожными, но Пирс уверял себя, что всё в порядке.       Тряхнув шкурой, дракон передал сигнал на костюм Пирса, чтобы тот стал видимым.       — Так лучше?       За разговором дракон тихонько раскрывал крылья, но взлетать пока не собирался.       — И думаю, Эф сказал бы, что он следующий.       — Да, спасибо. Так ловко у тебя выходит… Сэм, а как много таких драконов? Выходит, в империи тоже такие есть? — пытаясь отвлечься от взлёта, Пирс вёл беседу, стараясь смотреть вперёд.       — Когда император подчинял себе драконов юга, он вырезал большую часть моего вида. Не знаю, сколько сейчас нас, но пара-тройка сотен. Хотя некоторые считают наш дар ценным, чаще всего нас воспринимают как угрозу. В армии используют для разведки и шпионажа. Но много наших погибло, попав в плен. Невидимы да, но мы уязвимы и не очень сильны.       Дракон незаметно оторвался от земли и парил, подтянув ноги в длинном прыжке. Потом опустился и пробежался снова, планируя на малой высоте.       Короткий полёт Пирс наблюдал с замиранием сердца. Видя перед собой Сэма, переносить это всё было легче.       — Сэм, прошу, предупреди, когда будешь исчезать. Я попробую подготовиться. Пока что я в порядке, правда.       — Я думаю, мы пока полетаем и попробуем высоту видимыми. Без предупреждения исчезать не стану, обещаю.       Дракон оторвался от земли снова и заскользил над водой, отражаясь в её глади. Крылья мягко зачерпывали воздух. По краям крыльев Сэма была чуть растянутая перепонка, словно пелерина. Она постоянно болталась волнообразно, позволяя дракону лететь практически бесшумно и с минимумом движений. Без рывков Самаэль парил, поднимаясь совершенно незаметно.       — А как ты нашёл Эфа? — решил он отвлечь волка.       — Наткнулся на него в лесу во время охоты, — поддался на общение Пирс. — У меня в тот момент были не лучшие времена с таверной, и перепуганный наг вновь вернул меня к жизни, — оборотень заметил полёт, но постарался не смотреть вниз, продолжая рассказать. — Мне потребовалось время, чтобы забрать его. Войти в доверие, дать привыкнуть ко мне. А потом уже я унёс его в Таверну. Несмотря на то, что он выживал один, Эф умный малый и хитрый… Вредный паршивец. Но люблю его как своего сына. Представляешь, Сэм? Я всего лишь год с ним, а уже не знаю как без него жить.       Дракон фыркнул, выдувая клубы дыма:       — Представляю. И видимо, паршивцы — это твой конёк. Пирс, сейчас будет крен. Готов?       — Ха-а, — выдохнул мужчина и сжал крепче шип. — Давай.       Дракон наклонился влево, разворачивая себя в другую сторону. Но быстро выровнялся, стараясь как можно меньше тревожить седока в седле.       — А я когда-то тренировал новобранцев, — старался отвлечь он Пирса, — целая толпа бестолочей. Глупые, аж страшно. Но учились быстро. Балбесы сигареты у меня стреляли: интересно им было, чем мне курево нравится.       — Хах. И как? Подсадил всех на самокрутки? — скалился Пирс, щурясь и чуть прикрывая глаза.       Руки тряслись, сердце колотилось. Но было намного спокойнее, чем в первый раз. Видимый дракон и непринуждённая беседа помогали.       — Не. Но пока все попробовали, у меня месячная коробка закончилась. А до поставки две недели. Пару дней я страдал, а потом они мне приволокли — выпросили по чуть-чуть у кого-то.       Дракон делал едва заметные крены, почти не тревожа Пирса. Тихо и легко, будто они плыли на лодке.       — Хороший ты, Сэм. И молодняк тебя ценит.       Пирс чуть огляделся по сторонам. Наконец-то заметил горы, леса и кромку горизонта.       — Когда это всё закончится, я отстрою себе новую таверну. Как думаешь, господин Риош выделит мне клочок земли?       — Запросто. Он меня уже тормошил, мол, где наш господин оборотень жить хочет? Есть вариант как раз тут, где мы были. Это будет последняя таверна перед горами на пути караванов к восхождению. Или в горах. Там будет в поселении. Может, даже город построим.       Дракон за разговором пытался чуть двигаться, но не сильно. Скрытники в принципе летали не очень быстро, но зато очень плавно и тихо.       — Сэм… — оборотень стушевался. — А где будешь жить ты?       — Хм, наверное, на первом посту в предгорье. В общем первая вершина от земного тракта. Хотя никто не запрещает мне иметь жильё и на службу летать из дома.       — Я понял, — погряз в своих мыслях Пирс. Рассчитывать на продолжение подобного общения по завершении всей операции было глупо. Их свела случайность, направив на один путь. Но конечная остановка у них разная. Оборотню внутри стало немного грустно. Сглотнув это чувство, Пирс улыбнулся во весь оскал:       — Ты залетай ко мне, Сэм. Обслужу тебя как короля.       — А я думал у тебя в таверне поселиться… — дёрнул головой дракон. — Хотя… Я же солдат. Подохну где, тебе ещё раз переживать это… Но если захочешь…       Дракон тоже сконфузился. Секс для радостей — это одно, а совместная жизнь — серьёзный шаг. А у Пирса уже есть наг и когда-то была жена. Логичнее было бы жениться ещё раз и спокойно жить, а не ждать, когда вместо приятеля тебе приволокут урну с его прахом.       К серьёзному разговору дракон готов не был и неожиданно разволновался, взмахнул крыльями чуть резче, но тут же выровнялся и полетел снова тихо.       — Хах… — Пирс выдохнул от неожиданности и засмеялся. — Конечно, захочу! Тогда запланирую отдельную комнатку для тебя. Хотя к тому времени может и передумаешь. Знаю же, что по характеру я та ещё псина.       Стало чуть спокойнее, и полёт уже почти не пугал. Пирс отпустил поводья одной рукой и погладил толстую шкуру дракона.       — Характер у тебя нормальный, — выдохнул дракон дымок, — просто притягиваешь к себе вредных засранцев. Вот и крутим тебе мозги.       Дракон улыбался внутренне. Хотя внешне драконья морда не была предназначена для эмоций. Вместо улыбок могучее тело вибрировало на низкой частоте, издавая далёкий рокот.       — А с ночёвкой к тебе можно будет заглядывать? Или я тебе ещё в палатке надоел?       Ящера разрывало от наглости и смущения. Напрашиваться было стрёмно, но упускать Пирса Сэм не хотел. Он уже успел прикипеть и к нему, и к нагу. И даже с границы возвращался с новым чувством: желанием вернуться к «своим», к неразлучной парочке, поселившейся в его палатке.       — Я между нашими комнатами дверь сделаю! — оборотень похлопал по толстой шкуре рукой. — Приходи когда хочешь! Авось я и сам у тебя частым гостем стану.       — А то! — ящер довольно заурчал.       Бошка крутила рогами, а следом чуть поворачивалось тело. Дракон старался чутко и плавно добавлять новые элементы в свой полёт, чтобы дать к себе привыкнуть.       Пока морда не дёрнулась, следя за чем-то внизу, быстро движущимся.       — Хм, как странно. Нас зовут… Пирс, я снижусь и сяду на скалу, хорошо? Там мой разведчик.       — Зовут? — оборотень, придерживаясь, посмотрел по сторонам. — Делай как нужно, Сэм. Но если что не так — говори… — Пирс напрягся. Он не понимал, что можно ожидать в таких случаях.       Дракон волной перекатился телом в наклонное положение и двигался по касательной, к земле. Вырулив к горам, снизился и мягко скользнул на отвесный карниз скалы, тормозя лапами. На зеленеющем травкой откосе никого не было. Пока травка не пошла рябью и из ниоткуда не выполз ещё один ящер. Белый с чёрными и красными полосками, украшавшими обтекаемое тельце. И гораздо мельче. Змей, покачивая плечами крыльев и длинными рогами, поднёс Сэму кожаный мешок и защёлкал доклад:       — Капитан, меня отправил лорд Кайджин. Это посылка для господина Пирса, — белая морда посмотрела на всадника и вернулась к кэпу, — я возвращаюсь на облёт.       — Проверь посты на границе по пути, — попросил кэп, с любопытством поглядывая на мешочек.       Белая ящерица кивнула и сорвалась с края вниз, падая, набирая скорость и растворяясь в воздухе.       А Сэм уже засунул морду в мешок, обнюхивая на предмет подставы и опасности. Хмыкнул и подцепил кожаную сумку зубами. Извернув шею, протянул гостинец своему наезднику.       Недоверчиво Пирс взял сумку и всё же решился заглянуть внутрь. Там оказался бумажный сверток, который оборотень достал, поглядывая на морду наблюдающего дракона. Развернув бумагу, мужчина долго смотрел в содержимое, а после аккуратно достал невиданную вещицу. Тёмные широкие стекла были вставлены в чёрно-золотую оправу, которая крепилась на резинку. Покрутив это в руках, Пирс сообразил, что это пилотные очки, и, стащив с себя шлем, натянул их на лицо.       Изогнутое широкое стекло давало огромный обзор вокруг, не скрывая за оправой важных деталей, а особое покрытие успокаивало слепящее солнце, отчего становилось комфортнее. Блики не мешали смотреть даже широко открытыми глазами.       — Это очки? — удивился Пирс. — От солнца? Удивительно.       — Не от солнца… — нервно отозвался дракон, крылья поникли — он узнал этот товар с чёрного рынка. — Это очки для ловли скрытников. Делают из наших глаз. Ну-ка… — дракон пошёл волной и растворил себя, седло и Пирса в костюме. — Видишь что-нибудь?       — Еб… — оборвался Пирс и закрутил головой по сторонам, явно осматривая крылья и тело дракона. — Ты весь переливаешься! Как призрак… Ого!       Дракон фыркнул, смеясь:       — Что? Блистаю и искрюсь?       Хвостик ходил ласковой волной неприкрытой нежности к мужчине.       — Что ж, так летать будет проще. Но шлем всё равно придётся носить, а то летающая голова выглядит немного страшно.       Хмыкнув, Пирс натянул шлем поверх очков. Смотреть на хотя бы подобие дракона было спокойнее. Но не изменяя уже появившейся привычке, оборотень крепко сжимал поводья и придерживался шипа.       — Сэм, — обратился Пирс, когда они уже покинули область скал. — Ты сказал, что очки делаются из глаз…       — Мдааа… — протянул дракон, — из них. Считаются запрещённым товаром в империи, но из-за проблем с моим видом их часто возят контрабандой. Не парься, я рад, что эти достались тебе, а не какому-нибудь охотнику за головами.       — Действительно. Охотник за жопой куда лучше охотника за головой, — хихикнул Пирс, замирая от случайного взгляда вниз. Сердечко чуть ёкнуло, руки вспотели, но было терпимо.       — Смотря какой, — хохотнул дракон, плавно маневрируя. — Ну что? Летим домой? Или осмелел, и я могу полетать немного?       — Как хочешь, Сэм, — вздохнул оборотень. — Я на твоей спине заложник, делай как нравится. Пока что я живой, а как начну в припадке биться, так сообщу.       — Ладно, тогда просто прибавлю скорости. А то до лагеря опять час лететь будем.       Дракон плавно пошёл вниз, набирая скорость. Наполовину сложенные крылья шелестели по сторонам. Теперь полёт был шумным. Ветер свистел вокруг их тел. Сэм обернулся к всаднику:       — Лучше прижмись к седлу, чтобы тебя не сносило.       Последовав совету, Пирс тут же прижался, мягко поглаживая спину Самаэля. Ему было странно, что существо, которое он совсем недавно боялся порвать, несёт его на спине под облаками. Это пугало и радовало одновременно.       — Сожрет когда-нибудь, — шепнул себе под нос и захихикал он.       А дракон вышел в горизонталь и набирал скорость теперь крыльями. Зад чуть подбрасывало от резких движений, но не сильно. Дракон старался не травмировать лишний раз психику волка.       Обратно они добрались минут за тридцать пять. Но Сэм не расстраивался. Ему было радостно, что полетать вместе всё-таки получилось. Вряд ли, конечно, они будут наслаждаться полетами и совместными путешествиями. Но делать общее дело тоже доставляло удовольствие.       Сэм снизился на той же поляне и тормозил пробегом по земле, чтобы не хлопать крыльями. Стал видимым, уже когда дотопал до схрона, и обернулся на притихшего спутника:       — Я тебя не потерял?       — Как видишь — сижу. А ты, как я понимаю, видишь, — Пирс отстегнул ремень. — Я даже почти привык. В этот раз не было паники — достижение!       Как только оборотень сполз с Самаэля, он принялся помогать тому раздеться, а именно отстёгивать ремни и крепления.       — Спасибо, Сэм. Это было весело. Хоть и чертовски страшно!       Перекинувшись в человека, Самаэль дошлёпал до палатки и взял штаны:       — Что, в следующий раз будем летать по-настоящему? На скорости и с мёртвыми петлями?       Оборотень показательно схватился за сердце.       — Чёрт, Сэм, если только в очень далекий следующий раз. Хотя я же твой заложник в небе.       Сняв шлем и улыбнувшись, Пирс подходя к капитану, приобнял его за талию.       — Надеюсь, нас никто не видит, — облизав кромку губ Сэма, нежно поцеловал его.       — Тебя — нет, — прошептал кэп, целуя в ответ. — А вот я, возбуждающийся от воздуха — то ещё зрелище.       Он обнял Пирса в ответ, скользя пальцами по искрящему доспеху.       В лагерь они вернулись ближе к вечеру. Усталый кэп пошёл завершать все приготовления и проверять своих крылатых бестий. В палатку забрался, когда неразлучная парочка уже сладко спала, и пристроился к Пирсу, которому снился чудесный сон. На огромном чёрном драконе с золотистыми бликами он нёсся туда, где их новый дом.