Оседлать виверну

      — Это хорошо, да. И ещё проследите за заказчиками. Понятно, откуда ноги растут, но я хочу знать источники. Откуда в точности они забирают.       Сэм давал небольшие инструкции по управлению своими шпионами и разведкой. Фенрир кивал и записывал. Почувствовав, что его капитан уже устал, но продолжает давать указания сквозь слабость, в ультимативной форме распрощался, сказав, что если кэп не будет отдыхать, то он больше не зайдёт.       Самаэль лежал в палатке не один. На соседнюю койку по указанию Риоша положили Пирса. Сэм размышлял, как давно и как много знает принц, но почему-то его этот факт не смущал. Кажется, ему уже всё равно кто и что подумает, а горячая кровь глупых драконов усмиряется хорошей взбучкой. Да и под его началом сейчас остались хорошие солдаты, а не всякий сброд империи.       Посмотрев на оборотня, Сэм вздохнул. Хотелось лечь рядом и обнять, но между их койками был проход. Протянув руку, дракон ласково потрогал мужчину за кисть. Тот казался таким слабым и бледным. Сэм не застал его лечения, очнулся уже после, когда их обоих залатали и оставили отдыхать.       Пирс всё ещё был без сознания. Если быть точнее, он приходил в себя во время операции, но, пустым взглядом окинув потолок, вновь закрыл глаза. Драконы решили не мучить его лишний раз и дать отоспаться.       Раны на лице и руках были обработаны, но почти не перебинтованы. Мази давно уже впитались, позволяя работать волчьей регенерации. Место перелома затянуто плотной субстанцией, и укутанная в мягкую ткань нога была подвешена для снижения отёчности.       Спустя десяток минут, наконец почувствовав прикосновение к руке, Пирс тяжело вздохнул, повернув голову набок, в противоположную сторону от Самаэля.       Дракон замер, пытаясь понять, проснулся мужчина или нет. Но услышав равномерное дыхание, вновь погладил большим пальцем грубоватую кожу.       Он переживал за Пирса. Чувствовал вину, что обещал о нём позаботиться, а по итогу сперва тот чуть не погиб, а потом кэп и вовсе бросил его разбираться со всем вместо себя.       Оборотень прокручивал события, произошедшие недавно. Мысли душили изнутри, принося сплошную тяжесть, а осознание того, что кто-то рядом, вынуждало держаться и не раскисать на чужих глазах.       Послевкусие паршивого сна, в котором крупный дракон несётся с ним к облакам и теряет его из седла, никак не проходило. Зато нос вдруг почувствовал запах табака. Чей-то пальчик продолжал гладить руку.       — Курить хочу, — тихо прошептал мужчина.       Чужая рука дрогнула и отпустила. А потом в ладонь ему сунули сухой свёрток и коробочку.       Прощупав пальцами знакомую коробочку, Пирс открыл глаза и резко повернул голову в другую сторону. Глаза пробежались по комнате и остановились на лежащем на расстоянии руки Самаэле. Все мышцы лица содрогнулись, не понимая, какую эмоцию из нахлынувшего водопада чувств нужно выказать.       Дракон, увидев эту гримасу, пришибленно убрал руку:       — Извини, — посмотрел на потолок и покосился снова на соседа. — Ты как?       — Сэм… — сиплый голос дрогнул. — Я так рад…       Услышав свои же слова, Пирс почувствовал себя жалким. Слёзы хлынули сами, не ожидая разрешения хозяина. Губы дрожали. Хотелось отвернуться и не показывать своего странного состояния капитану, но он не мог отвести от него взгляд. Было сложно принять решение что сейчас сказать. Как оправдать эти слёзы и не выдать обременительных для дракона чувств. Но видеть Сэма было слишком приятно.       Тот, с блестящими теплотой глазами, снова протянул руку и сжал ладонь оборотня, словно пытался успокоить. Что-то в душе дёрнуло и тянуло, выворачивая ящера наизнанку.       — Я тоже, Пирс, я тоже. Мы оба живы.       Сэм смотрел с радостью и нежностью. Было непривычно видеть дерзкого и грубого кэпа таким. Он тоже это понял и смутился:       — Что-то мы расклеились совсем…       Видеть Пирса в слезах тоже было странно, но сердце билось быстро и радостно. Они живы. И, похоже, оборотень искренне за него переживал.       Обороткнь крепко держал руку Самаэля. Желанный коробок валялся рядом, совсем одиноко и забыто.       Повернув голову к потолку, Пирс вытирал лицо другой рукой. В своеобразной истерии его пробивало на смех. Ощущение, что всё закончилось, проблемы упали с плеч тяжёлым грузом.       — Меня Ланит вёз, — смеясь, тихо шептал мужчина. — Похоже, я отключился на его спине. Мне было так страшно, Сэм… Так страшно… — хотелось продолжить фразой: «за тебя», но он лишь закусил губу.       — Прости, — покаянно прошептал Сэм. — Я вообще пожалел, что взял тебя. Сперва чуть в пещере не сгубил, потом бросил там вместо меня со всем разбираться. Ещё и обратно тебя вёз кто-то незнакомый. Мне жаль, Пирс, честно.       Кэп сглотнул. Извинялся уже во второй раз. Что-то он косячит с оборотнем, ошибается раз за разом, подводит его.       — В пещере я сам виноват. Нужно было быть внимательнее, — успокоившись, бубнил Пирс, вытирая остатки слёз на лице. — Командование взял сам, переживая за ребят, Ланира… Не будь у меня переломана нога, я бы пешком пошёл! Сэм… Ты нигде и ни в чём не заставлял меня. Почти…       Повернувшись к капитану, оборотень уставился в его глаза:       — Заставил переживать за тебя, — слова звучали тихо, с неуверенностью, стоит ли говорить подобное. — Чувствовать себя виноватым в твоём ранении.       — Ты о чём? Меня же тот верзила приложил. Да и я сам дурак: лечу, чую, что что-то он больно тормозной даже для бронированного, но всё равно по старинке сверху напрыгнул…       И тут Сэм запнулся, осознав, наконец, смысл и построение фразы. В горле резко пересохло, мозг твердил, что это он сам себе придумал. Но всё же… в душе снова что-то дёрнуло.       — Я тоже переживал, Пирс, — тихо признался дракон, — там, в пещере. Еле собрался и смог командовать дальше.       Он не смотрел на Пирса, чувствуя сейчас себя уязвимым, но всё равно продолжал. Почему-то хотелось рассказать, поделиться своей слабостью. Но только с оборотнем.       — Честно говоря, удар того верзилы был куда слабее, чем твоя игра в прятки, — болезненно пошутил, криво усмехнувшись. — А тебя правда зовут Персиваль?       — Ты даже это услышал? — на порозовевшем лице потянулась улыбка. — Да. Так и есть. Сэм, лучше скажи, как ты. Твои ноги. Что сказал лекарь? Я же не шучу про таверну. Утащу тебя в своё логово и будешь до конца своих дней наливать пиво моим гостям, — от этой мысли Пирсу стало смешно и он расхохотался.       Сэм прыснул с веселящегося волка. Того шатало на эмоциональных качелях, выплёскивая накопившуюся нервозность.       — Вот даже не знаю. Такое заманчивое предложение, а у меня ещё и отпуска давно не было. Притвориться, что ли? — хитро посмотрел он на соседа. — Покатаешь меня на кресле-каталке, откормишь и отпоишь. Эх, разве что от Эфа уползать будет сложно. Придушит, как пить дать.       — Я ему заданий дам на несколько лет вперёд, — Пирсу стало комфортнее в такой непринуждённой беседе. — Как корни пустим, так его и днём с огнём не сыщешь. Сбежит, лишь бы ничего не делать. Эх… Курить хочу безумно.       Сжимая в руке ладонь Самаэля, Пирс снова повернулся и смотрел на лицо дракона. Мягкая ехидная улыбочка тянулась до уха. Самаэль покосился на одинокую сигаретку, валяющуюся на постели рядом с коробком спичек, на хитрую моську волка и фыркнул.       — Дожил, вместо сигарет меня стреляют. Прости, Персик, но сегодня я похож на сигарету как никогда: пожёван, прижжён и лежу бревном.       Пирс отпустил руку Сэма и, облокачиваясь на лежак, приподнялся. В палатке они были вдвоём. Посторонних оборотень не наблюдал. Усевшись, он, придерживая руками тряпицы, вытащил ногу и, зажав в ладонь сигарету, опустился на пол. Опираясь на одну ногу, он приблизился к капитану и, не дожидаясь его воплей, резко поцеловал.       Кэп замер и с внутренним трепетом ответил на поцелуй. В теле натянулась струна желания. Похоже, в отношении Пирса он был готов откликаться даже в полумёртвом состоянии. Протянув руку, кэп придержал подбородок мужчины, погладив ладонью скулу. В нём боролись два чувства. Одно: прежняя вредность и гордость, утверждающая, что он слишком расклеился и ведет себя не по-мужски. А второе: что его дрянной характер и так чуть всё не испортил, и надо смотреть правде в глаза. Ему нравится это мужчина, возможно, пришло время быть честным. Хотя бы с собой.       Нежность со стороны Самаэля будоражила кровь, отчего закружилась голова. Опираясь на руки, Пирс сладко целовал Сэма, лаская его языком. Но остановив себя силой, на секунду навис над его лицом и тяжело выдохнул. Он отпрыгнул на одной ноге назад. Было бы нехорошо, заметь его кто в таком виде. Непременно прилетело бы по первое число за то, что поднялся, потревожил раненого, так ещё и позорит неподобающим поведением.       Усевшись на койку, сунул ногу в петлю и опрокинулся на подушку, закидывая в рот сигарету. Всё словно так и должно было быть. Хотелось делать такие приятные пакости как можно чаще. Поджигая самокрутку спичкой, Пирс сладко затянулся, сравнивая ощущения от двух видов табака и определённо отдавая предпочтение первому.       «Ускакал. Застеснялся, что ли? Или после того раза боится, что опять завалю со злости?» — размышлял Сэм, прикуривая и сам тоже. Затянулся и закашлялся: только теперь вспомнил, что ему запретили курить. Отдышался, вытирая выступившие слёзы.       — Тьфу, и не покуришь теперь, — пожаловался волку, помолчал немного, — поцелуй опять, как докуришь, — посмотрел на соседа бесстыжими глазами. — Буду наслаждаться пассивно.       Услышав такую просьбу, Пирс обомлел. Сердце забилось в энергичном ритме, и он спешно затянулся несколько раз, испепеляя сигаретку. Подскочив уже знакомым движением, выпрыгнул из аркана и в один скачок вновь навис над Самаэлем. Глаза горели нестерпимой жаждой. Коснувшись израненным пальцем мягких губ капитана, оборотень сглотнул слюну и бережно поцеловал.       Но кэпу было мало. Запустив пальцы Пирсу на затылок, он прижал его к себе, сплетаясь языком. Запах собачьей шерсти и табака. Грудная клетка вздымалась до боли, но он этого не замечал. Хотелось больше. Больше прикосновений, разговоров, сигарет. Больше Пирса.       — Как же я… тебя хочу, — пробормотал, почти не осознавая, что говорит.       — И я… Я тоже тебя хочу, — шептал Пирс нежно поглаживая грубой ладонью по лицу дракона. — Целуй меня…       Мозг плавился от содеянного и сказанного, но останавливаться не было желания.       И Сэм целовал. Сладко сплетался языком. Гладил рукой сильную шею, тонкую косточку ключицы, выпирающую грудную мышцу. И представлял невольно, как вместо руки там его язык наслаждается вкусом и формой. Рот наполнился голодной слюной. Пальцы скользнули по рёбрам, обвели кубики пресса и нежно потёрли бедро, спускаясь ещё ниже. Самаэль ладонью обнял выпуклость паха, спрятанную штанами. Отпустил и взял снова.       В свою очередь Пирс трогал лишь шею и голову, сладко целуя. Картинка растерзанного мужчины не выходила из его головы и он безумно боялся навредить.       Наглые пальцы потянули с него штаны, расстегнув ширинку. Рука Сэма прильнула к паху, поглаживая тонкую кожу. А левой рукой дракон обнимал лицо мужчины, притягивая к себе, не позволяя разорвать поцелуй. Хотелось ещё. Обнять и прижаться. Или прижать к жёсткой кушетке. Из-под прикрытых век кэп посматривал на великолепное тело, чуть не капая слюной. Но ушатом холодной воды обрушился образ окровавленного грязного мужчины, едва дошедшего до седла и бессильно повисшего на чешуйчатом крупе.       — Пирс, ты как?       Дыша в лицо мужчина и осматривая его, тот улыбнулся.       — На мне всё заживает, как на собаке. Да и что хуже: перелом ноги, синяки и ссадины или переломанная грудина с позвонком?       Руки продолжали трогать лицо и гладить волосы. Член стоял, но мозг отказывался подчиняться Сэму, если тот решится на большее.       Шаловливые лапки нашли себе влагу. Одна потирала головку, растягивая ниточки вязкой смазки, игралась с уздечкой и исследовала перегиб. Самаэлю так нравилось ласкать волка. Казалось, грубый и дикий, тот почти вилял хвостом, поддаваясь его рукам. Вторая ладонь, намочив пальчик во рту, игралась с сосочками Пирса, пощипывая и окружая их настойчивой заботой.       — Если у тебя есть силы, ты мог бы залезть на кушетку. Тогда я до него достану, — показал глазами дракон на то, чего желает. — Сам я сегодня, увы, тот ещё совратитель. А мне так хочется… — у Сэма блестели похотью глаза, — больше твоего вкуса, Персик.       — Сэм, ты мозги все по дороге потерял? — улыбался Пирс. — Ты двигаешься с трудом, какие тебе члены? Ох, горе луковое.       Пирс придержал руку Самаэля и, опираясь на кушетку, прискакал поближе к голове. Расправляя штаны и достав полностью член, оборотень немного потряс им сбоку от лица Сэма.       — Хочешь?       Дракон облизнулся и только приоткрыл рот, чтобы лизнуть желанную головку, как тряпочная «дверка» палатки качнулась, и на пороге показалась массивная фигура.       — Хэй, это что такое? Ну-ка все по койкам! — прозвучал голос принца. — Шуры-муры будете делать, когда бинты снимут.       Смутившись, Пирс повернулся спиной к входу и заправил член в штаны. Молча, весь красный, волк запрыгнул на кровать и разместил ногу в петле. Ему было неловко. Он так не хотел попасть в такую ситуацию, и, как назло, пришёл именно принц.       Капитан с грустью проводил глазами удравшую жертву его похотливых посягательств и, ничуть не смутившись, повернулся к сюзерену.       — Риош, ты хоть раз в жизни стучался?       — Я принц, мне можно и нет, — принц с усмешкой сел на кушетку кэпа и посмотрел на красного как рак волка, не знающего, куда деть глаза. — Ладно, не смущайтесь. Все мы живые, и я тоже, — перевёл взгляд на Сэма: — Капитан, теперь ты понимаешь, как это сложно, когда все вокруг лезут своими лапами в твою личную жизнь?       — Всё не можешь простить мне проверку Теканора?       — Его избили!       — А ты бы хотел, чтобы это сделали без моего ведома и просто бросили в коридорах дворца истекать кровью? Риош, я всегда был на твоей стороне, просто доверяй моему чутью. Пацан жив, и моя заслуга в этом тоже есть.       — Ладно… Я вообще-то хвалить вас пришёл, но как-то не задалось.       Принц устроился удобнее, закинув ногу на ногу.       — Не считая ранений, операция прошла лучше, чем я боялся. Все остальные команды пошли по указанным точкам и уже в пути с выведенными оттуда детьми.       Сэм не выглядел удивлённым. Похоже, принц больше рассказывал для оборотня, поскольку кэп уже успел потыкать своих заместителей в ошибки и был в курсе дел.       — Но потеря капитана всё же не лучший итог. Хотя мы уже говорили с тобой, Сэм, о подготовке кадров. Думаю, сейчас самое время. Будешь курировать и раздавать подзатыльники. Пирс, для тебя тоже есть новости.       Оборотень повернулся, но взгляд смотрел сквозь принца.       — Да, господин, Риош.       Риош вздохнул, понимая, что волк ещё не отошёл от его появления в неподходящий момент.       — По моему приказу в принадлежащем мне предгорье сейчас будут строить таверну. Уже привезли материалы и туда выдвинулись строители. Это важная точка на моём торговом маршруте, а ещё я думаю основать там небольшой посёлок и устраивать межвидовые ярмарки и праздники. И хотел бы, чтобы ты стал управляющим. Хотя бы таверны, а если согласишься, то и всего поселения. Как ты на это смотришь? Земля будет официально твоя, только материалы потом отработаете.       В голове с трудом укладывались всё, сказанное Риошем. Пирс не мог найти слов, поглядывая то на одного дракона, то на другого. Конечно же, у него было в планах просить Риоша о куске земли, но о таком повороте он даже не задумывался. Отчего услышанное повергло его в шок.       — Высочество, ну ты прямо с места в карьер. Сперва зашёл в такой момент, а теперь сразу с приказами, — хмурился на него Самаэль, который был раздражен черствостью господина. — Пирс, Его Высочество нуждается в надёжных людях в той местности. Место будет хорошим, прибыльным и будет под охраной. Так что нападений больше не будет. Мы будем очень рады, если руководить им будешь ты.       Голос кэпа звучал мягче, чем у принца, он не давил и давал возможность отступить:       — Конечно, если тебе понравится эта идея. Ты не служишь принцу и волен отказаться. Но, честно говоря, я не знаю того, кто справился бы там лучше. Высочество там будет проводить встречи, там же будет товарообмен, возможно, империя будет подсылать своих шпионов. Дело непростое и хлопотное. Поэтому лучше подумать сперва…       Сэм посмотрел на принца суровым взглядом. На того физиономия кэпа не подействовала, он только фыркнул:       — Ладно, раз ты в курсе, сам расскажешь подробности. Но если Пирс откажется, искать туда хозяина придется тебе, — встал, бросил на кэпа саркастичный взгляд и пошёл к выходу, обернулся, уже раздвинув полы палатки: — И если что, обрабатывать вас будут уже завтра, а ужин в шесть. А пока можете отдыхать, — подмигнул коварный змей и скрылся.       Кэп стыдливо прикрыл глаза рукой, смущаясь поведение принца.       Восприняв это, как разрешение на пакости, Пирс в очередной раз выбрался из плена, но на это раз с другой стороны кровати. Приложив усилие, он сдвинул койки и довернул механизм с висящей петлёй для ноги. Запрыгнув обратно, он лёг ближе к Сэму и стал прерывисто целовать его в лицо:       — Чёрт… Конечно, я согласен, Сэм. Это лучшее предложение…       Самаэль тихо захихикал, улыбаясь его активности, и поймал лицо, наконец сливаясь поцелуем.       — На самом деле это будет ещё та головная боль, — прошептал кэп, отрываясь, — но я буду рядом. Там будет в горах аванпост и пункты подготовки солдат, — рот болтал о делах, а рука снова полезла вниз — раздевать.       — Сэм! — Пирс перехватил ползущую к паху руку. — Ты меня игнорируешь? Я узнаю о твоём самочувствии или нет? Любое неосторожное движение с моей стороны перечеркнет старания лекарей, — Пирс уткнулся лбом в лоб Самаэля, угрожающе рыча.       Кэп вздохнул, загрустив:       — Напрягать спину и ноги нельзя, на грудину давить тоже. Я на обезболивающих, так что пока ничего не чувствую. Лёгкое мне немного прижгли, но там не критично. Просто зарастать будет долго, — он погладил белокурую голову, улыбаясь. — Но возбуждаться никто не запрещал, — блеснул глазами. — Что, мы, два взрослых мужика, не придумаем как выйти из ситуации?       — Действительно, — расплылся в улыбке Пирс. — Ты просто император безрассудных поступков! Конечно, если очередной гость ворвётся в палатку, он непременно первым делом увидит оборотня, жёстко насилующего первого капитана в ужасном состоянии.       Окинув взглядом недвижимое тело, Пирс принялся подниматься выше, облокачиваясь о стену. Разместив задницу на подушку, оборотень стащил лёгкие штаны и повернулся к Сэму, шлёпая его членом по щеке.       — Ничего. Скажу, что я потом тебя наказал, — подмигнул снизу кэп.       Повернув член к своему рту, мягко поцеловал и лизнул кончик. Язык скользнул по уздечке в сторону, играясь с краем головки. Сладко облизал плашмя и шлёпнул по языку членом, снова облизал, играя с уздечкой.       — М-м, — Пирс наслаждался видом сверху. Даже в больничной койке капитан был неугомонный. — Курить нельзя, так он замену нашёл, поглядите на него.       Смущение как рукой сняло, и оборотень жаждал подначивать и изводить дракона.       — Смотри, так и привыкнуть недолго.       — Боишься, что начну преследовать с намерением отсосать? — хохотнул дракон и, прикрыв глаза, и с томным лицом обхватил головку губами.       Обвёл её влажным языком. Рот наполнился слюной. Яркий вкус и запах волка. Сэму хотелось обхватить ствол и двигать головой, поглощая его как змея. Но шевелиться было нельзя. Поэтому он просто водил по нежной коже руками, прижимал ладонью яички, массировал мошонку. От желания кружилась голова и тяжелел пах. Задница зудела, прося в себя хотя бы пальчик. Но дракон покладисто облизывал член, наслаждаясь мыслями о нём в другом месте.       — Я бы на твоём месте больше боялся барсучьих нор.       — Ах. Пха-ха-ха! — не сдержался Пирс. — Вредная ящерица. Открой рот пошире, помогу тебе.       Бёдра колыхнулись, погружая член в тёплую и нежную полость. Приходилось извернуться и неудобно корячиться, однако это того стоило. Оборотень понимал, что других вариантов особо нет.       — Ха…ысё, — обдал орган тёплым дыханием кэп с полным ртом.       Он сладостно посасывал, наслаждаясь двигающимся во рту стволом. Кожица щекотала ему язык, а головка ритмично блокировала дыхание. Всё внутри трепетало и тянулось к этому месту, и с краешка губ текла голодная слюна. Жадные руки сжали ягодицы Пирса и толкнули их вперёд, вводя член глубже. Капитан поднял глаза на нависающего сверху мужчину и чуть не захлебнулся от восторга.       Волк был хорош. В этот миг кэп назвал бы его влажной мечтой, потому что его член просто задёргался от желания. Рельеф мышц от паха с выпирающими косточками бёдер и до мощного разворота плеч сводил дракона с ума. Он застонал от грусти, что не может заняться нормальным сексом. Но протянул руку, чтобы хотя бы потрогать.       — Ручонки… — сквозь вздохи говорил Пирс, — назад положил. Терпи капитан, и я вознагражу тебя.       Щёки горели жаром. Смотреть на похотливого дракона было не впервой, но он всё так же откровенно возбуждал и будоражил всё внутри. Лучший вариант для Пирса был бы — развернуться в сторону ног Самаэля и насасывать ему в ответ. Но их болезненное состояние стало бы серьёзной помехой, а посему оборотень решил усладить капитана поочередными действиями.       — Потерпи птичка, я доберусь ещё до тебя.       Сэм прикрыл глаза, вытягивая губы в трубочку и затягивая член вакуумом рта. Загребущие ручонки вернулись на твёрдые мышцы сзади, разминая и подталкивая. Мигнув хитрыми глазищами, кэп провёл пальцем по дырочке, лаская влажной подушечкой.       — Негодник, — ворчал, поглядывая вниз, оборотень. — Так мы точно не остановимся.       Расцарапанной ладонью Пирс гладил скулу капитана и уходил назад, касаясь ушка и зарываясь пальцами в чёрные локоны. Член твердел, и с каждой секундой становилось сложнее себя сдерживать.       — До чего же ты хорош, капитан…       Сэм млел, распалённый своей похотью и возбуждением оборотня. Мощный член во рту и совершенно слабое беззащитное ощущение себя самого — всё кружило голову и будоражило.       Нежность со стороны огромного волка рассыпала по телу мурашки. Он тяжело дышал и прикрывал глаза, вторгаясь пальцами в задний проход Пирса. Дрожал от ощущения низкого тембра его голоса, тяжелых вздохов и не озвученных в них стонов. Отдавался своим желаниям и потягивал терпкий сок, вылизывая ствол со всех сторон. Казалось, он пытается просто съесть волка.       — Аха… ах, — Пирс облизывался, не смея отвести взгляд. Голова кружилась. Хотелось предложить ему бросить всё и остаться в таверне навсегда. Но всё, что мог произнести рот — лишь дразнящие вздохи и стоны.       Плотно сжатые губы Самаэля искушали. Пирсу было мало, большой палец поглаживающей капитана руки, скользнул по щеке и потянул за краешек губы. Как только член высунулся на половину, он устремился внутрь, надавливая на мягкий язычок.       Язык трепетал и ласкался влажной змейкой к пальцу. Ресницы дрогнули и карие глаза посмотрели снизу на волка. В них плескалось неприкрытое желание, а с членом во рту дракон был ужасно развратным. Вторя своему языку, Самаэль ритмично вводил свои пальцы, массируя податливые скользкие стеночки. В голове сменялись картинки — одна другой откровеннее. Ему хотелось и взять Пирса и отдаться ему. Но пока что можно было только играть с ним руками и ртом.       — Аах! Ха-а-а… — Пирс вскинул голову и быстро вернул обратно. — Я кончу, если ты продолжишь.       Кончики губ вокруг члена потянулись в улыбке. На левой щеке маленькой тенью образовалась ямочка. Сэм не останавливался и продолжал, лишь набирая скорость и глубину, подталкивая руками член глубже в себя, играл с ним языком. И снова погружал, почти утыкаясь носом в пах, сзади пальчики тоже входили до костяшек и нежно создавали волну.       — Мх! — буркнув, Пирс не мог сдержать животного чувства.       Опираясь на руки, он принялся двигать бёдрами, погружая член на всю длину. Тело зашлось приятным холодком от такой жёсткой наглости самого себя. Стало стыдно и мерзко, но прикусив слащаво губу, оборотень продолжал. «Всё же Самаэль желает этого, а как отказать больному?» — с этой мыслью Пирс еле сдерживался от смеха и настырно трахал капитана в рот.       Чувство завершения подкатывало, отчего голова и вовсе стала пустой и легкой. Напряжённый орган истекал, готовясь наполнить жадного дракона.       Сэм жадно хлюпал и трахал оборотня пальцами, добавив третий. Его собственный член заходился судорогой и тёк в желании войти в сладкую задницу. От запаха и нехватки воздуха кружилась голова, но затянутый в круговорот собственной похоти он не мог оторваться от вкусного члена и продолжал сосать.       Нарастающая волна достигла пика, и горячая струя плеснула в нëбо Самаэля. Вовремя вытянутый до середины член спас дракона от возможности захлебнуться семенем. Напрягшийся орган извергался, содрогаясь и пульсируя.       — Ах! Сэм! — Пирс растекался по кровати, стараясь не падать на мужчину. — Ты чертовски шикарен… М-м-м…       Самаэль смачно сглатывал, пробуя Пирса на вкус, и держался, чтобы не заржать. Подавиться сейчас было бы вообще не вовремя. Обсосав и облизав успокаивающийся орган, дракон блеснул глазами:       — Да, я такой. Сосу на совесть, чтоб просил добавки, — он вульгарно высунул язык и коснулся кончиком основания члена. — А потом буду сниться, чтоб просыпался со стояком.       И подмигнул карим глазом.       — Ах ты негодник! — смеясь, пробурчал Пирс и, взяв свой член в руку, шлепнул им по щеке капитана. — Подсадил меня на крючок! Кстати, о нём.       Пирс пересел на свою койку, расслабляясь после неудобной позы. Его взгляд был направлен на белое покрывало в районе паха Самаэля. Огромный возвышающийся бугор требовал ласки и внимания.       Сэм посмотрел туда же и повёл головой и зрачками, испытывая лёгкое смущение от своей реакции. Он не стеснялся Пирса, скорее стыдился шлюшьих замашек. Но тело рассматривало его моральные страдания как глупость и лишь качнуло горкой с покрывалом.       — Знаешь ли, с тобой рядом не только со стояком просыпаешься, но и живёшь со стояком. И почему в тебе всё такое возбуждающее? М? Даже язык твой острый! — Пирс нагнулся и, облизнув губы капитана, поцеловал.       Пододвигаясь ниже, оборотень приподнял белую простыню и коснулся набухшего влажного бугра.              — Кто бы говорил, — чуть сбившимся голосом отозвался кэп, протянув руку к мощной ноге и сжав мышцу. — При виде тебя у меня мозги отшибает напрочь, аж стыдно.       Но голос и вид у Сэма были такими, что ему как раз-таки явно было не стыдно.       Замерев, глядя на это, Пирс дрогнул бровью и вернулся к изначальной цели, чуть сдавливая в руке твёрдый член.       — Развратная ящерица. Ты бы сейчас видел себя. Будь мы в другой ситуации, я не раздумывая трахнул бы тебя за такие глазки.       Ухмыльнувшись, оборотень бросил ещё один взгляд на капитана, наслаждаясь его трепетом и желанием, а после коснулся языком стекающей по головке прозрачной капли.       — Ммм… — неожиданно даже для себя застонал Самаэль и захлопнул рот ладонью.       «Да что ж такое?! Каждый раз приходится сдерживать себя. Скорее бы уже нормально уединяться и ласкаться всласть!» — размышлял кэп.       Его живот подрагивал от каждого касания, и приходилось держать тело и ноги на месте, чтобы не начать елозить от восторга. Он был уже перевозбуждён от предыдущего акта, во рту ещё не пропал вкус чужой спермы. И бёдра ныли от желания ввести ствол в тёплую полость рта оборотня.       — Как же хочется занять твой рот делом… — шипела ящерица.       — Если только ты будешь меня просить об этом стонами, — похотливым взглядом оборотень наблюдал за покрасневшим лицом Самаэля.       Высунутый изо рта язычок мягко коснулся головки и прижался к ней. Чувствуя каждую выпирающую жилку на могучем органе, Пирс закатил глаза и принялся лизать член, словно самое вкусное на свете мороженое.       — Чёрт, Пирс… Если я буду стонать на весь лагерь, тут толпа сбежится как на цирк…       Но вопреки своим же словам он всхлипывал и прикрывал глаза. Пирс ласкал его, будто дикий пёс, вылизывая нежную плоть. Но почему-то это сравнение только подкручивало в Сэме градус безумия.       — Ааах… Бездна… Ещё, прошу…       По лицу ползла улыбка, стонущий и просящий капитан был слишком сексуален. Выполняя просьбу, Пирс лизнул член от самого низа и погрузил сладкую головку в рот, продолжая ласкать языком. Разгорячённое тело желало большего, но Пирс прижимал Сэма, сдерживая от лишних движений. Свободная рука скользнула между ног, трогая сжимающуюся дырочку.       — Тут? Наверное, очень жаждешь меня тут? — выпустив член изо рта, мурчал оборотень.       — Ммхах… — от одного прикосновения по телу побежали мурашки, качнулся поплавком стоящий член. — Бездна… Да… хочу тебя… внутри       Сэм дышал открытым ртом, поднимал веки, чтобы увидеть силуэт сгустка силы и ласки, таял от мыслей и ощущений. И сдерживал тело.       Пальчик помассировал анус и мягко погрузился внутрь на одну фалангу. Вторая рука придерживала тело Самаэля от возможных действий.       — Прямо тут? — ехидничал оборотень. — Мне можно сунуть туда два пальца? Капитан не против?       Сдерживая клыкастую улыбку, Пирс прижимался губами и языком к члену, стараясь обхватить его покрепче.       — Хда… Два… Лучше три       Мышцы подрагивали от невольных сокращений, но капитану удавалось удерживать себя. Рука на животе, словно напоминание, грела и возбуждала. Хотелось больше: ощутить на себе вес мощного тела, мягкость кожи и упругость мышц.       — Прошу, Пирс… войди.       Два пальчика погрузились внутрь, растягивая тёплую дырочку. Чувствуя податливость мышц, внутрь забрался и третий пальчик, разминая стеночки.       — Я передумал… Молчи лучше, — Пирс с трудом сдерживался. Голос Самаэля ласкал нутро. — Хотя, нет, расскажи мне. Расскажи, Сэм, какой секс со мной тебе понравился больше?       После этого вопроса оборотень, приподнимая бровь, наслаждался лицом капитана, вспоминающего горячие моменты их близости.       «Заноза… Даже не можешь определиться: хочешь моей болтовни или нет», — думал кэп, прикусив щёку изнутри. Он крутил лохматой головой, раскидывая непослушные локоны по подушке. Грудь в бинтах вздымалась, замирая от каждого чувствительного движения пальчиков внутри.       — Нн-не знаю… ах… — дракон облизнул губы, словно пробуя воздух на вкус, ему хотелось целовать и кусать узкие губы Пирса. — Последний раз, когда ты почти рвал меня огромным членом — был хорош… — на одном выдохе выговорил Сэм. — Но… Трахать твою сладкую задницу, Персик, мммм… — он застонал, вскинув подбородок и выгнув шею, — что может быть лучше?       На Пирса уставились пьяные карие глаза, Сэм улыбался безумно, приоткрывал для вдоха рот с растягивающейся меж зубами вязкой слюной. Ощущение было такое, будто он тёк со всех сторон. Прикрытый лишь бинтами, беспомощный и раненый, плавился под ласками волка.       — Обещаю, что когда тебе станет лучше, раскину ноги перед тобой в любой позе, — язык скользнул по члену, и оборотень сжал губы, захватывая член и ускоряя темп.       Дракон в шоке опустил взгляд, но тут же застонал от острых ощущений.       — Ах… Ты серьёзно? Хах… — губы растянулись в клыкастой улыбке, глаза стали отливать краснотой и в них прорезались щёлки змеиных зрачков. — Ооо… Пирс… Я буду ласкать тебя всю ночь… Ммм… И трахать под хвост. Только… больше не тащи к нам зверей, Персик. Хочешь третьего — пусть будет хотя бы разумный.       От губ волка голова шла кругом. Мягкое, тёплое и мокрое обволакивало член, играло на чувствительной головке. Пальцы трахали податливое тело, и яички начинали твердеть. Пальчики быстро входили и выходили, смазываемые стекающей слюной Пирса. Выпустив изо рта член, он недоуменно поднял взгляд на Сэма.              — Я сейчас не понял, тебе одного животного мало будет? Настолько ненасытный?       Дракон прыснул, подрагивая от смеха.       — Ахаха, кто знает?       — Ну уж нет, — оборотень растягивал пальчиками стенки в разные стороны. — Я сделаю так, чтобы кроме меня ты никого не хотел, крылатый. Твоё тело будет принимать только меня, а член реагировать на мой голос.       Взгляд хищника поедал Самаэля, выказывая полную уверенность в словах. Ответом ему были согласные стоны уже ничего не понимающего толком Самаэля.       — Аххаа… Хочешь, чтобы я принадлежал только тебе? И кончал по команде? — дрожала непослушная ященица. — Так заставь меня забыть обо всём, чтобы помнил только тебя и твоё тело.       — Вопрос времени, — ухмылялся Пирс. Мысль о том, что одним только сексом и развратом он сможет заполучить всего Сэма, чётко въелась в голову. — Буду стараться для этого вовсю.       Движения пальцев стали ритмичнее, а язык настырнее. Облизывая ствол со всех сторон и держа внутри Самаэля три пальца, Пирс умудрялся двумя переминать затвердевшую мошонку.       — Ммм… Ещё, Пирс, ещё — просил кэп.       Он был на грани. В голове гулял хмельной ветер, и глупый чешуйчатый говорил то, о чём, возможно, пожалеет на свежую голову. Но сейчас…       — Да, Персиваль, там… Ах… ах.       Губы сильнее сомкнулись на члене, будто выжимая из дракона терпкий сок. Это стало последней каплей. Прокручивая в голове, как будет трахать своего волка, Сэм закончил. Волна схлынула вниз, заливая рот оборотня семенем. Он не выгибался спиной лишь благодаря руке, удерживающей его на постели. И стонал, комкая простыни цепкими пальцами.       Облизав остатки белого десерта, Пирс сглотнул всё за один раз. Не желая заставлять содрогаться только что закончившее тело, он нежно поцеловал живот и накрыл белой простыней. Чуть постанывая от вернувшейся к ноге боли, волк улёгся на своей койке и сунул наконец больную конечность в петлю.       — Надеюсь, я удовлетворил тебя, похотливый ящер, — улыбнулся Пирс поворачивая голову к Сэму и укладывая её удобнее на подушку.       — У меня до сих пор яркие пятна в глазах, — сипло отозвался дракон, усмехаясь, и неожиданно признался: — Мне хорошо с тобой, Пирс.       Повернув голову, он тепло посмотрел на мужчину и протянул ему руку. Нежно взял за ладонь оборотня, сжал и убрал, оставляя в руке маленький свёрток из бумаги и табака.              Курить по привычке хотелось. Не хотелось лишь делать это одному. Почему-то сейчас одинокая сигаретка была нужна меньше, чем эти выразительные глаза.       Подсунув самокрутку под матрас, Пирс протянул свою руку к ладони Самаэля и крепко сжал её.       — Сэм, — неуверенно заговорил Пирс. — Не подумай ничего плохого, просто…              Сэм напрягся: «Уже пугаешь. Хорошенькое начало, пушистик…»       — Я понимаю, что, возможно, тебе это не нужно, но у меня нет желания скакать с одного на другое… Хотя я готов довольствоваться и малым, но… чёрт! В общем… Самаэль, ты хотел бы начать отношения со мной?       Пирс открыто нервничал, причём настолько, что на последних фразах даже не смог смотреть в глаза капитану, отвернув голову в потолок. Было стыдно, страшно. И ощущение, словно находится вне своей тарелки. Но оборотень был готов к любому ответу, особенно к отказу.       — Бездна, Пирс. Не пугай меня, — пытался отдышаться разволновавшийся дракон. — Я уж думал, ты хочешь разорвать… общение.       Повернулся, смотря честными блестящими глазами на беловолосого мужчину, пленяющего последний месяц все его мысли. Он тоже разволновался.       — Да, Персиваль. Я хочу встречаться с тобой, — потом подумал и сжал руку крепче. — Но тебе будет очень сложно со мной. Ближайшие месяцы я буду малость овощем.       — Я обещаю быть ласковым и нежным всё это время, — подтягиваясь головой и плечами к капитану, Пирс бережно целовал его губы, начиная шептать: — Боялся отказа… Так привык к вредному ящеру.       — Тебя не учили? Ящеры колючие лишь снаружи. Чтобы победить дракона, нужно целить в незащищённые места: рот, задница. Или пробить шею.       Кэп отвечал тепло, но был уже немного вялым. Силы ушли на акт, и сказывалась потеря крови. Но хотелось как можно дольше болтать и ласкаться с волком. Их разговоры, поцелуи и подначивания — это так успокаивало, словно вся эта война и смерти были где-то там, в другом мире.       — Кажется, я победил дракона, — хихикал Пирс. — В жопу сунул, в рот тоже. Хм. Сейчас…       Пирс приподнялся и, сунув голову к плечу капитана, чуть прикусил шею, а после мягко облизал и поцеловал.       — Всё, дракон побеждён, — укладываясь, с довольной улыбкой, оборотень взял удобнее руку Сэма. — Отдыхай, Сэм, нам нужно набираться сил. Тебе особенно.       Внутри взрывался бесконечный фейерверк. Счастью не было конца и края, даже сон, который так манил к себе, с трудом перебивал нахлынувшее чувство эйфории.       — Сладких снов, Персик, — шепнул Сэм.       Он улыбался, радуясь, что они поговорили. Был благодарен Пирсу за смелость. Глаза слипались, и с тёплым чувством капитан провалился в сон.       — Сладких, Сэм… Сладких…       Прикрыв глаза, волк ушёл в сон следом, так и не отпустив руку капитана.