Глава 11
31 мая 2026 г., 11:54
･｡ﾟ☆: *. ☽ .* :☆ﾟ｡･
— Что за сделка? — вслух спрашивает Рей, предлагая свой ответ голосу. — Следуйте по проложенному перед тобой пути, и мы обсудим все более подробно. Что это за причуда с развоплощенными голосами, которые всегда так нарочито туманны. Это так несносно. Впрочем, если это способ выбраться из этого ада и вернуться к его звезде, он его выслушает. Рей активирует элементарное зрение и идет по тускло-голубому следу, попадая прямо в очередные врата. В этом месте Бездны все совсем по-другому. В отличие от других частей Бездны, представлявших собой бесплодные руины, здесь все было ухожено. Если не считать различных трупов тварей Бездны, заваленных мусором. От каждого трупа исходит более сильная аура Бездны, словно яд, питающийся ими и не дающий им рассеяться в энергию. Честно говоря, это напоминает ему о Неистовом Наследии Чайлда. След энергии продолжает вести его дальше, к большому зданию, напоминающему оружейный склад, и дверь со зловещим скрипом открывается сама по себе, приветствуя его внутри. — Приветствую тебя, божественная марионетка. — говорит мужчина, выходя из тени. Внешне он похож на Пьерро: половину его лица закрывает маска Бездны. Его тело, похоже, тоже испорчено, на нем надеты такие же доспехи, как и у других павших рыцарей. — Кто ты и что ты предлагаешь? — отвечает Рей. Он не доверяет этому загадочному человеку. Ни в малейшей степени. — Когда-то меня звали Сурталоги, Великий Грешник Кхаенри'аха. Теперь, однако, я просто Скверна. — Великий Грешник? — Да, один из пяти. Стремясь к совершенству в своем ремесле, мы нарушили небесные табу и погрузились в Бездну. Мы ответственны за падение нашей нации, и все, что осталось, - это те занятия, ради которых мы пожертвовали своей человечностью. Рей внимательно следит за тем, как тот представляется. Он видел, на что способен Чайлд с такой силой, и если этот человек - ее порождение, как он думает, то он очень опасен. — Ты оцениваешь меня как опасного зверя. Если бы я хотел причинить тебе вред, то не стал бы предлагать сделку. — Да? Но ты так и не сказал мне, что это за сделка, так что прости меня за настороженность. — Это понятно, ты знаком с силой моего Неистового Наследия. Этот мальчик доказал, что обладает потенциалом, превосходящим мои самые смелые надежды и мечты... В общем, да, мое предложение. — Сурталоги задумчиво хмыкает и подходит к столу в центре комнаты. — Я хочу испытать свои отточенные боевые искусства против божественного, а ваша организация намерена бросить вызов Небесным Принципам. Я помогу вам в ваших начинаниях, если вы гарантируете, что мои будут участвовать в этой грандиозной битве. Хех. В целом, это неплохая сделка. Этот человек явно обладает знаниями и некоторым контролем над Бездной, а получить его помощь в обмен на место в финальной битве? Он был бы сумасшедшим, если бы не согласился. — Тебе понятны все мои цели? — Ты хочешь освободить Принцессу от влияния Бездны и вернуться в человеческое царство. Это не все? — Более или менее. — Для меня это приемлемые условия. Вздохнув, Рей отвечает: — Тогда, думаю, мы договорились. Сурталоджи кивает и, отвернувшись, идет в большую пустую комнату. Он протягивает руку и достает небольшую пространственную сферу. — Мы должны подождать, пока мой подмастерье вернется с задания. Можешь занять себя, чем пожелаешь. — говорит Сурталоги и бросает сферу на землю. Она быстро смещается и расширяется, пока не превращается в огромного рифтхаунда... правда, он отличается от обычного рифтхаунда. Сам зверь излучает гораздо больше силы, чем обычная гончая, но при этом, кажется, разваливается по швам. Какая-то потусторонняя сила влилась в него, улучшив его боевые качества, но сделав само его существование нестабильным. Прежде чем он успевает изучить его, Сурталоджи вступает в бой и сталкивается с наделенной силой гончей лицом к лицу. В отличие от Чайлда, он никогда не находил особого развлечения в подобных схватках, тем более после объединения с Эфиром, поэтому он предпочитает исследовать этот уголок Бездны. Покинув тренировочную площадку, он идет по коридорам оружейной, бегло осматривая каждую комнату (и, к своему разочарованию, не находя в ней ничего интересного). Пройдя еще немного, Рей находит помещение, которое, вероятно, служило столовой для солдат, когда-то размещавшихся здесь, хотя большая его часть была превращена в некую импровизированную лабораторию. Как бы он ни ненавидел этого парня, он был благодарен за то, что провел рядом с Дотторе достаточное количество времени, чтобы разобраться в тонкостях работы лабораторий. Журналы и записи, которые он нашел, написаны на кхаенри'ахском, что делает их практически неразборчивыми, поэтому у него остаются только детали окружения, чтобы собрать эти эксперименты воедино. В центре комнаты - большая цилиндрическая камера, достаточно просторная, чтобы вместить Сурталога или любое другое существо его размера. От камеры отходят трубки, соединяющие ее с различными чанами и резервуарами, содержащими испорченную воду и другие вещества Бездны. Лучшее предположение? В этой камере он создал рифтхаунда, хотя конструкция очень грубая и неэффективная. Логично. Парень не похож на ученого. Если бы Рей понял теорию, на которой построена машина, он мог бы усовершенствовать конструкцию, но... Это не входит в условия сделки. Бросив последний взгляд на тексты в поисках знакомых ему кхаенри'анских слов или терминов и ничего не найдя, он покидает зал и продолжает исследовать. Еще одна дверь выводит его наружу, открывая (не очень) прекрасный вид на пустоту Бездны, эквивалентную гелеобразному средству, в котором хранится множество жемчужин в законсервированном состоянии. ... Как бы ни была ужасна Бездна, сами цвета довольно красивы, разве нет? ... Как давно он здесь? Учитывая, как течет время в Бездне, кажется, что он застрял здесь на целую вечность. ... Веками не видя солнца. Не видя его солнца. Его Эфир... ... Он хочет разделить этот вид с его возлюбленным. Или, как он полагает, теперь жених. Он ведь успел сделать предложение, прежде чем все пошло прахом. Рей присел на скамейку с видом на Бездну и погрузился в размышления, с нетерпением ожидая прибытия этого "подмастерья". Он хочет выбраться отсюда. Он хочет уйти. Он хочет вернуться домой. ... Дом... Безумно приятно думать о том, как быстро Эфиру удалось перевернуть его мир с ног на голову. Его прошлое «я» не выдержало бы сентиментальности и не назвало бы любое место «домом», но теперь... теперь это приносит чувство комфорта. Чувство стабильности и уверенности. Их с Эфиром отношения изначально строились на проблеме взаимной брошенности, и хотя многие могли бы назвать это нездоровым для них обоих, их одержимость нежеланием быть брошенными привела к тому, что они так привязались друг к другу, что ни один из них даже не думал о том, чтобы бросить другого. Это нездорово, но для них это прекрасно. Кто сказал, что любовь должна быть идеальной и здоровой? Когда есть такие сломленные жизнью люди, как они двое, идеальная, безупречная любовь невозможна. Их любовь несовершенна и ущербна, но она их. Полностью и неповторимо их, во всей своей несовершенной красоте. Даже сейчас, когда он больше всего переживает из-за разлуки, единственное, о чем он может беспокоиться, - это как Эфир справляется с этим. Его кошмары, вероятно, стали еще хуже, а блеск в глазах, вероятно, исчез. Если Паймон будет рядом, это, возможно, уменьшит его боль, но эта боль не пройдет, пока они не воссоединятся, как и боль в его собственной груди. Один из его пальцев медленно скользит по замысловатому кольцу, которое он создал, и нежно поглаживает его, словно надеясь передать ободряющие мысли и чувства владельцу его пары. Рей надеется, что, чем бы Эфир ни занимался сейчас, он продолжит двигаться вперед с той силой, которая горит в нем, и что их разлука не сломит его во второй раз.***
Вздремнув на неопределенное время, Рей просыпается от ощущения, что стены их карманного пространства раскачиваются от вторжения. Он вскакивает со скамьи и оглядывается по сторонам, прежде чем его взгляд останавливается на женщине с длинными белоснежными волосами, которая держит в руках клинок Бездны и смотрит прямо ему в глаза... Закончив осмотр, она резко отворачивается и заходит в оружейную. Должно быть, это и есть подмастерье. Рей последовал за ней, снова вошел в здание и пошел по коридорам к тренировочному кольцу. Сколько бы он ни спал, Сурталоджи, должно быть, все это время сражался, и даже не вспотел. Прежде чем он успевает заставить рифтхаунда исчезнуть и вернуться в сгущенный шар, нестабильная энергия внутри него взрывается, разбрасывая куски неорганического тела по комнате. Не обращая внимания на это зрелище, женщина опускается на колени перед Сурталоджи и произносит. — Я нашла вашего питомца, мастер. — Извлечение было невозможно? — На данный момент - да. Он слился с Первозданным Морем, предотвращая любые попытки захватить его. Мальчик, которого я обучила, сражается с ним уже около месяца, но он быстро достигает предела. — Он все еще не достиг гармонии с Бездной... — Нет, мастер. Они определенно говорят о Чайлде, но с чем он сражается и где? Это существо стало частью Первозданного моря? Как, черт возьми, такое вообще возможно? Что это, блядь, такое? — А что насчет Гидро Архонта? Первозданное Море находилось под их юрисдикцией, так почему они позволили этому случиться? — Кто знает? Честно говоря, нынешний Гидро Архонт не впечатляет. Пустая трата силы. Сурталоджи качает головой и обращает свой взор на Рея, привлекая внимание и своего ученика. — Ты знаешь, кто это, но он не знает тебя. Это моя ученица, Скирк. Именно она научила этого снежнайского мальчишку моей технике. — Я уже понял. — Рей пожимает плечами, честно говоря, эта деталь его не интересует. — А теперь мы можем приступить к делу? Сурталоджи жестом указывает на дверь, и они втроем выходят на улицу. — Скирк, ты поможешь ему избавиться от влияния Бездны на Принцессу и вернуться в Человеческое Царство. — Понятно. Рей с любопытством смотрит на нее, приподняв бровь. — Ты даже не собираешься спрашивать подробности? Скирк лениво поворачивает голову в его сторону, и ее впалые глаза впиваются в его глаза, когда она встречает его взгляд. — Подробности не имеют для меня значения. Мой мастер дал мне задание, и на этом все. Рей лишь пожимает плечами в ответ. Если она из тех, кто слепо следует за своим начальником, то так тому и быть. Сейчас это работает на его пользу. Очевидно, что отсутствие у нее чувства формальности не ограничивается только этим, ведь она не теряет времени на подготовку к этой миссии, уже вызывая портал в другую часть Бездны. — Место, куда мы направляемся, опасно. Я бы предпочла не нянчиться с ребенком, так что будь начеку. Он усмехнулся. — Как будто меня нужно нянчить. Скирк еще несколько мгновений смотрит на него, а затем идет прямо в портал. Рей оборачивается, чтобы взглянуть на место, где раньше стоял Сурталоги, но тот исчез без всякого прощания. ‘Ну и ладно.‘ - думает он и запрыгивает в портал.***
Предстоящее путешествие, конечно, опасно, но это далеко не то, с чем он не может справиться. Впрочем, ему и не нужно ни с чем справляться, ведь Скирк быстро разделывается с любым зверем, который только взглянет в их сторону. Это почти то же самое, что путешествовать с Чайлдом, который всегда был более чем счастлив в одиночку справиться со всем, что стояло на пути их миссии. Всегда приятно, когда кто-то другой делает всю грязную работу, а ты просто прогуливаешься рядом. Во время короткой минуты затишья Скирк решает спросить его: — Значит, ты не чувствуешь азарта битвы? — Не против таких слабаков, как эти. — Тогда ты вообще его не чувствуешь. Азарт битвы - это то, что проходит через моего мастера, меня и моего ученика. — Да, конечно, как скажешь. — безразлично отвечает Рей. Этот разговор его не особо волнует. Она, похоже, понимает подтекст и уходит, чтобы продолжить свою охоту, а он продолжает мирно прогуливаться в одиночестве. Его мысли бродят где-то неподалеку. В последнее время он часто так делает, но когда ты проводишь несметное количество часов, шагая по бесплодным землям, не остается ничего другого, кроме как думать. И как всегда, его мысли устремляются к Эфиру. Глубокий страх быть покинутым грозит ударить прямо в грудь каждый раз, когда он думает о том, что блондин может предать его, но кольцо, символизирующее их обещание, держит его в узде. Рей идет целеустремленно, не позволяя страху и пустоте диктовать ему свои мысли. Эфир так же предан Рею, как и Рей ему. Куникузуши назвал бы его идиотом за то, что он верит в кого-то подобным образом, но он верит. Он верит в Эфира. Только что-то настолько сильное может помочь ему сохранить рассудок в этой дыре. В его правом ухе раздается низкий рык, и из тени на него прыгает рифтонд. Он готовит клинок ветра, чтобы разрубить его пополам, но ему даже не нужно стрелять, так как Скирк появляется в мгновение ока и отрубает ему голову. Она тут же исчезает снова, когда он отпускает клинок, и он пожимает плечами, продолжая идти вперед. Еще несколько шагов - и они оказываются в совершенно ином пространстве. Воздух тяжелый, и сквозь окружающую его пелену проникает очень мало света. Из центра пространственного кармана исходит тяжелая, почти слякотная аура, омрачающая воздух энергией Бездны. Земля разлетелась на десятки кусков, все они свободно парят в пространстве, но удерживаются на месте какой-то невидимой силой. Все сгущается вокруг корчащейся черной массы, от которой в Бездну тянутся усики. Что. За. Хуйня? — Это было великое открытие Кхаенри'аха. Второй Пришедший». объясняет Скирк. Рей наблюдает за пульсацией и делает шаг вперед. В его уши проникает голос, такой же густой и тяжелый, как отвратительный воздух, пронизывающий пространство. — Марионетка, созданная из человека и Бога, я приветствую тебя. Добро пожаловать в мою Бездну. — Так это из-за тебя все это дерьмо существует? — Твои слова грубы и неправдивы. Я не создатель. — Значит, ты паразит, питающийся от чего-то, что уже существовало. Кто бы ты ни был, для меня это не имеет значения, я здесь только для того, чтобы решить проблему. Воздух вокруг него вибрирует, а масса издает звук, похожий на рычание. — Я не проблема, а ее решение. Бесконечный свет - это паразит, ибо он захватил этот мир и переделал его по своему образу и подобию. Паразит должен быть выкорчеван и истреблен, и я этого добьюсь. — Уничтожая при этом этот мир. — Творения Непреходящего Света - это мерзость, которая должна быть очищена. Этот мир потерян и должен быть обращен в прах. Итак, Бездна контролируется каким-то самодовольным сгустком тьмы, преследующим то, что создало Небесные Принципы. Замечательно. — Ну что ж. Не знаю, действительно ли ты разумен или просто бездумно следуешь одной-единственной цели, но я скажу кое-что очень четко. Ты освободишь Люмин, звездного близнеца, на которого ты имеешь влияние. Затем ты сдашься мне, и я использую твою силу, чтобы уничтожить Небесные Принципы. Все вокруг яростно сотрясается, сопровождаясь низким рычанием. Разломы начинают извергать полчища рифтундов, вероятно, для того, чтобы уничтожить тех, кого теперь считают нарушителями. — Неужели тебе обязательно было его злить? — спрашивает Скирк, размахивая мечом. Рей оглядывает стаю, которая теперь смотрит на них... И ухмыляется. Он вытягивает силу горящего в нем огня, формируя десятки усиков, которые цепляются за волков, как поводки, и силой приказывает им — На колени. Волки склоняют головы, оказывая лишь слабое сопротивление, и Рей гогочет. — Ты знаешь, что у меня уже есть половина твоей силы, ты никак не мог этого не почувствовать. Что ты собираешься сделать без своей "воли"? — Ты родился из моих знаний, дарованных существам этого мира. Ты склонишься передо мной. — голос зарычал в его ушах, и к нему полетели усики массы. Один из них вцепился в него и тянется к пламени, но отступает, когда он направляет пламя, чтобы опалить его. Пламя отвергает зов своего бывшего хозяина. Ха... Хахаха! Рей идет вперед. Рифтхаунды следуют его приказу, подлетая к расколотым кускам земли и скрепляя их между собой, образуя путь, по которому он может подойти к корчащемуся сердцу. Усики пытаются вернуть себе контроль над ситуацией, набрасываясь на него, чтобы заставить его отступить, но его объединенные силы раз за разом отвергают их. Они набрасываются на гончих, расщепляя их в мгновение ока, как только те вступают в контакт. — Ты не можешь отвергнуть меня! Я должен очистить этот мир от его мерзкого порождения! — сердце Бездны шипит на него, когда он приближается, и бьется в последнем акте сопротивления. — Ты всего лишь создание, обязанное повиноваться! Рей прижимает руку к массе и начинает пробиваться сквозь нее своим бездонным огнем. — Знаешь, я тоже когда-то так думал. — отвечает Рэй, глядя, как огонь разгорается все ярче. — Я провел большую часть своей жизни, желая и надеясь найти цель, после того как моя мать бросила меня. Я поверила, что мое предназначение - быть кому-то полезным, что мне не суждено жить собственной жизнью, но... я ее обрел. Пламя горит чистым темно-синим цветом, подпитываемое более яркими эмоциями, когда он представляет себе улыбку его возлюбленного. Мягкий, любящий взгляд, который встретит его утром после крепкого сна. Нежные, но навсегда надежные объятия, в которых он сможет спокойно выплеснуть свои эмоции. — Тебе и Первородному не место в этом мире. Даже если мы были неправильными творениями, этот мир все равно остается нашим домом, и мы обязаны все исправить. А теперь уходи и откажись от своей силы. Рука Рея пронзает сердцевину массы, и тьма вырывается наружу. Он использует свое пламя, чтобы закрепить кровоточащую энергию, и притягивает ее к себе, пытаясь вновь соединить с пламенем. Несмотря на время, проведенное в разлуке, отдельные силы легко собираются вместе, и Рей вбирает их в себя, сжигая остатки сознания. — Селестия падет. Даю слово. Сочащаяся масса полностью сгорает, освобождая сферу от своей власти. По мере сгорания трубок исчезает и темная трясина, окутывающая каждое карманное пространство. Вновь обретя силу, Рей отгоняет рифтхаундов, которые все еще были связаны поводками, и отворачивается от некогда занимаемого пространства. Он смотрит на Скирк, которая выжидающе наблюдает за ним, и сам открывает портал, возвращаясь в оружейную Сурталога.***
В отдельном карманном пространстве, далеко от Сердца, Пиро Лектор охраняет свою Принцессу. Она корчится и кричит в агонии, когда существо, вторгшееся в ее разум, сжигается очищающим пламенем, и ей становится ясен весь масштаб ее деяний. Когда боль покидает ее, остается лишь душевная боль от того, что она видит разбитый взгляд брата, у которого она вырвала его сердце. Придется загладить свою вину, и ей остается лишь надеяться, что он простит ее.✦ . ⁺ . ✦ . ⁺ . ✦
— Рей...? — спросил Эфир, совершенно потрясенный тем, что увидел здесь своего возлюбленного. — Эфир... — отвечает Рей и идет вперед, ускоряя шаг, пока они оба не бросаются навстречу друг к другу, прижимаясь как можно сильнее, словно желая никогда больше не расставаться. Эфир быстро растворяется в объятиях жениха и рыдает. — Я так скучал по тебе, Рей. Очень, очень сильно. — Я знаю, солнышко. Я тоже по тебе скучал. Очень сильно. — отвечает Рей и зарывается лицом в шею Эфира, чтобы сдержать слезы. — Ну что ж, теперь с этим разобрались». говорит Скирк со своего места у портала и идет вперед. «Вы двое чуть не убили питомца моего мастера. Невиллетт выходит вперед, видя, что Эфир не в том состоянии, чтобы вести подобные разговоры, и обращается к Скирк. — Да. Питомец твоего мастера чуть не стал причиной катастрофы в Фонтейне. Я не стану извиняться за то, что разобрался с угрозой для людей. — Все в порядке. Это должно было стать для меня тренировкой, но Всепожирающий Нарвал явно вышел из-под контроля. Я уверена, что мой мастер найдет для меня другое занятие. — Кто твой мастер? Рей на мгновение приподнял голову, чтобы сказать: «Я могу объяснить это позже», а затем снова зарылся головой в шею Эфира. — У него был шанс поговорить с моим мастером напрямую, так что он, вероятно, сможет ответить на ваши вопросы лучше меня. В любом случае, я считаю целесообразным сообщить вам, что кипящая Гидро энергия, высвобожденная в результате поражения Всепожирающего Нарвала, окажется трудной для переваривания глубокими морями планеты. — В смысле? — спросил Невиллетт, чувствуя первую искру нервозности за все это время. — Это значит, что Фонтейн на поверхности, скорее всего, ввергнут в хаос. Другими словами, пророчество, над которым вы так долго ломали голову, должно быть в самом разгаре. Услышав это, Эфир вскидывает голову и смотрит на Невилетта, который спешит его успокоить. — Воды поднимутся, но фонейнианцы не растворятся. Я отпустил людям их грехи. — Тогда, похоже, здесь все под контролем. — говорит Скирк и создает за собой портал. — Я ухожу. Не беспокойтесь о моем ученике, я верну его в вашу организацию позже. С этими словами Скирк входит в портал, который закрывается за ней. Невиллетт поворачивается и смотрит на Эфира и новоприбывшего, который, судя по совпадающему кольцу, является пропавшим женихом Эфира. В нем заключена вся сила Бездны, хотя она уже не так непостоянна и опасна. Она ощущается почти... мирной. Как спокойное озеро, отражающее луну и звезды в ночном небе. Эфир, хранящий силу звезд, в партнерстве с тем, кто владеет силой пустоты. Селестия предстанет перед судом, в этом можно быть уверенным. Он лишь надеется, что в неизбежном конфликте силы не перекинутся на жителей Тейвата. Они возвращаются в Оперу Эпиклезы через разрыв, оставленный нарвалом, и обнаруживают ее промокшей и совершенно пустой. Втроем они выходят из здания и обнаруживают Фурину, которая смотрит на толпу своих людей, празднующих свое выживание, и цепляются друг за друга так, будто от этого зависит их жизнь. Невиллетт проходит вперед и встает рядом с ней. Он молчит, пока она не поворачивается к нему лицом, и тогда он говорит: «Вы хорошо справились, Леди Фурина. Надеюсь, вы простите меня за то давление, которому я вас подверг. Я приношу свои глубочайшие извинения». — Я... Я понимаю, Невиллетт. Ты не знал того, что знал я. Ты действовал, опираясь на ту информацию, которая у тебя была. Я прощаю тебя. — Теперь вы вольны жить так, как хотите, Леди Фурина. Мы можем обсудить все позже, а пока я займусь всеми бюрократическими вопросами. Пожалуйста, отдыхайте. На ее глазах появляются слезы, когда Невиллетт говорит это, и она поворачивается, заметив Эфира, который смотрит на нее с нежной улыбкой, хотя кто-то, кого она ни капли не узнает, цепляется за него. Тем не менее она бросается вперед, чтобы обнять его, и возвращается в оперный театр, чтобы отдохнуть. — Кто это, черт возьми, был, Эфир? — спрашивает Рей, в его голосе отчетливо слышится чувство собственничества. Эфир хихикает и целует его в щеку. — Рей, я гей. Может, в ней и есть что-то от принцессы, но она не в моем вкусе. — Хорошо. — Кхм... — Невиллетт прочищает горло, привлекая их внимание. — Ты можешь вернуться в Дом Очага, Сора. Ты заслуживаешь времени, чтобы отдохнуть и отпраздновать возвращение твоего жениха. Не волнуйся, я выполню наш договор завтра. — Спасибо, Невилетт. Тогда до завтра. — отвечает Эфир и машет ему рукой. Эфир переносит себя и Рея к путевой точке возле отеля "Буффес д'эт" и указывает на здание. — Не поможете мне добраться туда? Я потратил много энергии, сражаясь с нарвалом. Рэй кивает, подхватывает возлюбленного на руки и, призвав Анемо, взмывает в небо, осторожно пробираясь к отелю, стараясь не слишком трясти Эфира. Когда он поставил блондина на ноги, Эфир протянул руку, чтобы открыть дверь, но тут они услышали позади себя какой-то звук. — Эфир, ты в порядке. Обернувшись, Эфир увидел Лини, Линетт и Фремине, таких же промокших, как и все остальные жители страны. — О, привет, ребята. Нарвал исчез, мы сделали это. — А это...? — Да, это Рей. Мой жених. Лини широко улыбается, протягивает руку Реи и смело целует тыльную сторону ладони. — Очень приятно познакомиться с тобой. Лицо Рея вспыхивает ярким красным цветом, он хмурится, отдергивает руку, словно обжегшись, и смотрит на фокусника сверху вниз. — Ты ведь понимаешь, что я Предвестник? — Хорошо понимаю, но ты прежде всего жених Эфира, и он не позволит тебе причинить мне вред. — Эфир, — говорит Рей и смотрит ему прямо в глаза. — пожалуйста, позволь мне задушить его. — Нет, любимый. Кроме того, мы останемся в его спальне. — Мы что? Эфир предпочитает не повторяться, заходит в дом и тянет Рея за собой по лестнице. Лини следует за ними, когда они заходят в его спальню, и Рей, увидев ухмылку Лини, бормочет: — Наглый ублюдок. — Я не мог спать один без жутких кошмаров, поэтому я жил здесь с Лини. И не волнуйся, Паймон тоже была с нами. — Ш-ш-ш. — Рей приложил палец к губам Эфира. — Я знаю, что ты меня не предашь. Кроме того, я сомневаюсь, что он способен доставить тебе такое удовольствие, как я. — Рей! Лини приподнимает бровь и отвечает: — Хочешь проверить? — Ты- Ты- Что!? Эфир смеется над шокированной реакцией возлюбленного и целует его в щеку. — Не обращай на него внимания, он очень кокетливый. — На самом деле, вы оба - первые, кто привлек мое внимание. Вы уникальны и исключительны, как по красоте, так и по способностям. — поясняет Лини. На этот раз Эфир краснеет вместе с Реем, и они оба поворачивают головы в разные стороны, подальше от фокусника. — Но я отошел от темы. Эфир выглядит измотанным, так что, если вы обещаете вести себя хорошо, я сегодня посплю в другом месте. Рей смотрит на своего партнера, видит, как трепещут его глаза, борясь со сном, и вздыхает. — Эфиру нужен сон. Я не собираюсь мешать ему спать этой ночью. Лини улыбается и кивает. — Тогда я прощаюсь с вами обоими. Спокойной ночи и приятных снов. Поклонившись, он выходит из комнаты и закрывает дверь, оставляя Рея и Эфира наедине друг с другом. Ну... не совсем наедине. Возле головы Эфира появляются фирменные звездные символы, а Рея внезапно обнимает некое маленькое существо. — Ты вернулся! Эфир так расстроился, когда тебя похитили! — восклицает Паймон, а он свободной рукой нежно гладит ее по голове. — Да, Паймон. Я вернулся, и на этот раз никто меня больше не похитит. — Подожди, ты что-то сделал с Люмин? — внезапно спрашивает Эфир, поднимая голову и заглядывая в глаза своему жениху, в его глазах отражается паника. — Ш-ш-ш. С твоей сестрой все в порядке. На самом деле, ты можешь поговорить с ней в ближайшее время. Не волнуйся об этом сейчас. Ты устал, и я все объясню, когда ты выспишься. Рей уводит Эфира в ванную и говорит Паймон: — Мы скоро вернемся. — когда дверь закрывается, он начинает снимать более тяжелые части наряда со своего возлюбленного. — Звезды Рей, твоя одежда такая грязная. — говорит Эфир и начинает снимать с себя порванную официальную одежду, которая была на нем с тех пор, как его похитили с праздника. Когда все снято, они оглядывают друг друга с ног до головы, и Эфир снова притягивает его к себе, чтобы обнять. — Я все еще не могу поверить, что ты здесь. — Я тебя не виню. Ты, наверное, не ожидал, что я появлюсь вот так из ниоткуда. — Хех, нисколько. Но я рад, что ты это сделал. — Эфир счастливо вздыхает, тая в объятиях своего партнера, наслаждаясь этим интимным моментом так долго, как только может, прежде чем они отправятся в постель. — Ты выглядишь и пахнешь как смерть, но тем не менее это ты. — Грубо. — Рей, ты когда последний раз смотрел в зеркало? — Думаешь, в Бездне есть зеркала? Рей ущипнул Эфира за щеки и потянул их, заставив Эфира заливисто рассмеяться. Он поворачивает голову в сторону, чтобы посмотреть в зеркало, и просто говорит: — Ох, черт. — Да, но все в порядке. Мы сможем привести себя в порядок завтра утром. — Думаю, это хорошая идея. Эфир дает ему пижаму, чтобы он ее надел, и благодарит за то, что они носят одежду одинакового размера. Когда они оба одеты и готовы ко сну, они выходят из ванной. Паймон уже спит на своем обычном месте в центре кровати, и оба улыбаются при виде этого. Вместо того чтобы улечься по разные стороны кровати, Рей ложится прямо за Эфиром и, натянув одеяло, обнимает его за талию. — Приятных снов, аната. — говорит Рей и целует Эфира в макушку. — Обязательно, раз уж ты вернулся ко мне.
