Искорки

Если Оскар решил, что Аластор не заметил телодвижения Майки в его сторону, то он катастрофически ошибся. Аластор мог казаться погруженным в перепалку с Воксом, но это вовсе не значило, что он не следил за окружением. Оскар – почти его кровинушка. Он его с семнадцати лет воспитал, сделав из ободранного подростка вполне себе миленького, вежливого юношу с идеальными манерами (пусть и твинка, но на это он повлиять не смог). И он ожидал от него влюбленности в кого угодно, да хоть в прости господи Энджела, но уж точно не в нагловатого, хамоватого ассистента говорящей коробки с картинками. Кошмар любого родителя — местный блогер или рэпер, но для Аластора не было хуже персоны, чем ведущий. Отцовскому возмущению не было предела. И успокоить его могла только дружеская беседа. Рози — отрада его души, свет очей. Подруга была для Аластора ближе Люцифера, и тот об этом прекрасно знал, и не претендовал на большее. Никто не мог переплюнуть ту, кто сопровождала демона с первых дней в Аду и знала его, как свои пять пальцев и сотни засахаренных других в своем магазинчике. Если кто и мог дать ему взвешенное мнение со стороны, то это Рози. Поцеловав мужа в щечку, Аластор отправился в гости. Приходить с пустыми руками невежливо, поэтому по дороге он свернул за букетом роз (ха-ха!). Букет был большой и дорогой, но каждая розочка того стоила, разговор ожидался напряженный. Магазинчик Рози встретил его тихим звоном колокольчика. В столь поздний час здесь никого не было, только хозяйка попивала чай в уголочке, где они сидели всякий раз, когда Аластор приходил с очередной порцией сплетен. Сегодня же он пришел как будто на сеанс психотерапии, потому что уже с порога Рози могла заметить, как дергался его правый глаз. Оглядев Аластора с ног до головы, она отставила в сторону чайничек с чаем и вытащила из-под стола бутылку вина. Когда букет был аккуратно поставлен в вазу, а вино разлито по бокалам, Рози позволила другу сделать несколько глотков прежде, чем начинать расспросы. — Дорогой, ты выглядишь так, как будто откинешь копыта в самое ближайшее время. Что случилось? — Оскар случился, — вино закислило на языке, Аластор слегка поморщил нос и зажмурился, делая глубокий вдох. — Твой маленький мальчик-библиотекарь, который тебе по пояс? — Он самый, — продолжил оверлорд. Он взял бокал между пальцев и слегка поболтал. — Из всех инструментов, на которых он умеет играть, на этот раз он решил сыграть польку на моих нервах. — Он такой безобидный малыш, что он мог сделать? Ты нагоняешь интригу! — Ты ведь помнишь последнее собрание? — Разумеется. Кармилла пообещала подвесить Вокса за ноги, если он не успокоится. Мы с тобой еще минут десять ухохатывались. — Помимо хороших моментов там все же были некоторые печальные. Я решил впервые взять Оскара с собой, показать, с чем ему предстоит работать. А Вокс притащил своего... своего, кто он там такой, не помню. Моль в костюме клоуна, — Аластор, раздраженный до предела, закатил глаза. Вообще-то, стиль у Майки был не такой уж и клоунский. Ну, по крайней мере не полностью. Вот характер — может быть, но одевался он достаточно очаровательно, чтобы приковывать к себе восхищенные взгляды, а не насмешливые. — И он поговорил с Оскаром. Не просто поговорил, дорогая! Позволил себе с какого-то перепугу раздавать моему ассистенту советы. Какие советы — мне выяснить так и не удалось, но от того и страшно, понимаешь? — А дальше что было? Ты не мог прийти ко мне на разговор только потому, что с твоим помощником поболтал человек из команды Вокса, слишком уж это мелочно с твоей стороны, — Рози прищурилась и сделала пару глотков вина. Ей на трезвую голову слушать взбесившегося друга было не легче, чем ему на трезвую голову все это рассказывать. — И тут началось самое интересное, — Аластор поднял палец, приковывая к себе внимание. — Оскар, мой Оскар, который первым делом оказавшись в этой дыре попросил купить ему этот... Ноту... Набу... — Ноутбук, дорогой. Ноутбук, — раз в десятый напомнила подруга, тихо хихикая. Аластор все равно не запомнит. — Да... Чтобы играть в игрушки, где нужно ставить кубики друг на друга, и который мог днями не вылезать из своей комнаты, если у него выдавался выходной, теперь после рабочей смены исчезает в неизвестном направлении, выдавая самые нелепые оправдания, вроде желания погулять. Погулять в одиннадцать вечера, когда ты половине демонов в Аду в промежность дышишь? Не в его стиле. Но если его что-то тянет... — И ты думаешь, что он бегает к ассистенту твоего врага, — уточнила Рози. — Я в этом уверен. — Допустим, что ты прав. В таком случае, почему это тебя так беспокоит? Когда Хаск... — Хаск — взрослый и способен постоять за себя, — перебил Аластор, но мягко. — Оскар — совсем молодой и наивный юноша. Во-первых, и я подчеркну, что это самое важное для меня, подобная "дружба" опасна для меня. Никто не может гарантировать, что там на уме у человека Вокса. Если он через Оскара захочет добраться до моих секретов, это не составит большого труда. — Во-вторых? — скептично спросила Рози. — Во-вторых, — подметил Аластор, — если уж он сам не захочет добраться до меня, то нашептать на ушко ребенку... — Ему двадцать два, — напомнила подруга. — ... какой-нибудь бред, чтобы настроить его против меня, он тоже может, — продолжил Аластор. — Оскар мне еще нужен. Он — ценный сотрудник, я вложил в него огромное количество ресурсов, и было бы очень неприятно потерять все одним мигом. — Ты недоговариваешь, — улыбнулась Рози, посмеиваясь. Зная Аластора уже почти сто лет, она легко могла сказать, когда он утаивал от нее какие-то подробности. Бегающий взгляд, нервное постукивание пальцев по столу, прикушенная губа. Демон переживал за большее, чем просто за свою шкуру. Аластор цокнул языком и отвел взгляд. — Что ж, — сказал он, на этот раз тише и более вдумчиво. — Я его, кажется, вырастил. — Выкормил, — хихикнула Рози. Что было правдой. Аластор, обычно жутко циничный, скользкий тип, когда дело доходило до незнакомцев, пригрел под своим крылом подростка в самый первый день в Аду, когда они едва ли были знакомы двадцать четыре часа. Рози была права, во всем права. Прятать то, что для нее было на поверхности, показалось слегка... глупым. — Да, — кивнул он. — Я владелец его души, но он один из немногих, кто не попросил за неё ни богатства, ни власти, ни защиты, и никогда не просил вернуть ее назад. Он, что страшно, верный, добрый и честный. Для Ада это непростительно опасное сочетание, даже если я вижу в нем нечто прекрасное. Там, где у меня хватает морального компаса не пользоваться этими качествами в корыстных целях, у других есть большие возможности присесть на шею. Потому что мальчишка еще и наивен и нежен до крайности. — Ну, ты перебарщиваешь, — пожурила Рози. — Дорогая, на Новый год и День рождения он рисует мне открытки цветными карандашами и расстраивается, если я не вешаю их на холодильник или не ставлю на рабочий стол. Они посмотрели друг на друга пару секунд. — Хорошо, ты меня убедил. Повисло молчание. Не неловкое, просто каждый обдумывал что-то свое. Аластор все еще варился в своем беспокойстве, Рози подумывала, каким образом его успокоить. Он не то что бы часто приходил к ней с такими душещипательными историями. Обычно это были дела оверлордов: кто-то что-то не поделил, там убили, здесь украли, завтра стрелка, послезавтра чистка, через неделю шабаш. Чуть реже они просто собирались посплетничать, поиграть на пианино и посмеяться над приятными воспоминаниями. Но совсем редко кто-то из них приходил к другому с личными проблемами. Рози делала это чаще, потому что ее романтическая личная жизнь текла поактивнее и уже существовала, когда Аластор попал в Ад. У Аластора какие-то сподвижки начались на тридцатый год их знакомства. Потом появился Люцифер — встречи участились. И вскоре появился и Оскар. Но про него Аластор почти не рассказывал. Аластор умел поддерживать. Он оказался из тех людей, у которых не было отношений, но они оказывались спецами в романтике. Рози получила столько полезных советов, которые срабатывали на её пассии, что не сомневалась, что у Аластора имелась думалка, когда дело доходило до эмоционального интеллекта. Но вот, дело дошло до его жизни, и он заглох. Но за этим он и пришел к ней? Как много лет назад, когда, смущаясь, он прошептал, что соскучился по матери до чертиков. Теперь же он столкнулся с глубокой эмоциональной привязанностью к подопечному, которая шла в разрез с тем, что у них был контракт. — Вот как ты поступишь, — она осторожно взяла его за руку, обращая внимание на себя. — Ты подойдешь к Оскару и спросишь, куда он убегает. И скажешь, что это вызывает у тебя крайнее беспокойство, потому что его благополучие на твоих плечах. — Он соврет. Ужасно и неумело, но соврет, — усмехнулся Аластор. — В таком случае, ты пойдешь за ним и поймаешь его за руку. И посмотришь, чем он там занимается с чужим ассистентом. Но, скажу честно, твой мальчик не дотягивает до злого гения. Улыбка Аластора стала шире. Слова Рози имели смысл. Очень много смысла. — Что бы я без тебя делал, — он осторожно поднял её руку и поцеловал. — Помирал с собственной драматичности, — хихикнула Рози, наслаждаясь нежностью. И все же, их дружба была подарком для них обоих.