I've never been anywhere as cold as you

Дворецкий шёл по коридорам, а Тёмный Лорд следовал за ним в тени. Дворецкий, к его чести, казалось, прекрасно осознавал, что за ним кто-то идёт, и каждые несколько секунд замедлял шаг, ожидая, пока тот его догонит. Он был проницателен, мысленно похвалил его Тёмный Лорд, поскольку дворецкий, казалось, никогда не останавливался просто так, не подавая никаких признаков того, что невидимый человек следит за ним в коридоре. Он останавливался, чтобы отполировать дверную ручку или просто поправить свечу. Однажды он остановился, по-видимому, чтобы поправить стену с головами домовых эльфов, повернув её так, чтобы она смотрела вперёд, что, конечно, сопровождалось ужасающим скрипом, который, как вынужден был признать даже Тёмный Лорд, не был его любимым развлечением. (Честно говоря, это напомнило ему ужасный скрипучий звук, который издавала магловская ткань, когда её тащили по чему-то столь же неприятному, но он никогда бы не озвучил эту мысль вслух. От этого у него по спине пробежала неприятная дрожь, которая, казалось, дошла до самых зубов.) И, конечно же, только когда он уже был готов постучать ногой от нарастающей боли, его дворецкий заговорил. “ Не желаете ли принять ванну, сэр? “ Ты даже не представляешь, насколько сильно, Эванс, даже не представляешь. У Тёмного Лорда закралось подозрение, что он сделал это, но дело было не в этом. Двое мужчин шли вместе легко, их походка была непоколебимой. — Сегодня всё было довольно сумбурно; кажется, никто не мог перестать дурачиться. Неужели я похож на человека, который привлекает дураков, Эванс? Дворецкий, привыкший к молчаливому наблюдению, просто покачал головой. Он с юных лет усвоил, что вопрос и просьба о совете — это две совершенно разные вещи. — Полагаю, что нет; ваша проницательность, Эванс, — это то, что привлекло меня в вас, и всё же лишь немногие способны перенять эту вашу черту. Другой человек мог бы ошибочно предположить, что Дворецкий улыбался в этот момент. Они вместе вошли в ванную и сразу же разделились. Дворецкий, или Адриан, как иногда называла его Нарцисса, быстро наполнил ванну. Он знал, что нужно кипятить воду до тех пор, пока ему не понадобится наложить защитное заклинание на свою кожу. Он знал, какие масла нужно добавлять, какие ароматы будут достаточно тонкими, чтобы не оскорбить змеиный вкус. Он выполнял каждое действие с присущим ему характером, который свидетельствовал о большом опыте, несмотря на то, что некоторые предметы были добавлены в коллекцию только этим утром. По его приказу, конечно. И если бы кто-нибудь в тот момент выглянул из-за двери, например, нетерпеливая змея, возбуждённая перед долгой охотой, то увидел бы, как дворецкий делает что-то очень странное. Он приложил пальцы к вискам и закрыл глаза, словно очень сосредоточившись. Они могли бы увидеть, как он покачивался взад-вперёд, прежде чем его глаза резко открылись, а взгляд наполнился сосредоточенностью, вызванной особым видом амбиций. Такое честолюбие, которое возникает, когда знаешь, куда именно ведёт тебя путь, и знаешь, что это будет в твою пользу. Когда Тёмный Лорд снова вошёл, обнажённый и бледный, Дворецкий уже раздвинул занавески в ванной и с помощью осторожного трансфигурирования открыл им прекрасный вид на нетронутую пещеру. Это было очень романтично: приглушённый свет и журчащая вода. Тёмный Лорд всегда ценил вид, который открывался за узорчатым стеклом Малфоев и радужными отражениями. Маленькая тарелка с турецкими сладостями, стоявшая на недавно появившемся приставном столике, тоже, казалось, была ему на руку. Всё это время Тёмный Лорд не переставал говорить, позволяя своему дворецкому помочь ему погрузиться в горячую воду и прислониться к спинке ванны. Тогда, и только тогда, Дворецкий снял перчатки. Большинство людей в такой ситуации схватили бы голову тёмного лорда и отчаянно попытались бы утопить её, но у его дворецкого, похоже, не было таких наклонностей. Можно было бы даже подумать, что его дворецкий — спокойный, уравновешенный человек. Такой же непоколебимый, как океан, всегда готовый и никогда не прячущий хвост между ног. Он помассировал Тёмному Лорду спину и руки, уделяя особое внимание ладоням, кистям и пальцам. У него всегда была дурная привычка сжимать кулаки, независимо от того, была в них палочка или нет. Конечно, никто другой этого не замечал. Даже сам Лорд Волан-де-Морт, по правде говоря. Но он это делал. Бывали времена, когда сам Лорд Волан-де-Морт, будучи всемогущим существом, был совершенно уверен, что его верный, преданный соратник может читать его мысли. Однако он знал, что это невозможно: каким бы умным он ни был, ни один человек не смог бы проникнуть сквозь его ментальные щиты, по крайней мере, без его ведома. Нет, лорд Волан-де-Морт просто слишком привык к глупцам. Когда он наконец-то получил настоящего слугу и компаньона, который знал, что ему нужно, и не нуждался в том, чтобы его подгоняли и подталкивали. Иногда ему казалось, что один здравомыслящий человек в своих рядах — это всё, о чём он может мечтать. «Заключённые уже не раз сбегали! Они даже добрались до камина, прежде чем мне пришлось лично их окружить. Беллатриса также сочла уместным на прошлой неделе нажать на свою тёмную метку, и, как и ожидалось, у них не было Гарри Поттера. Они подобрали в лесу каких-то случайных детей, которые сбежали с помощью домового эльфа». Если он и заметил, что плечи его дворецкого слегка напряглись, то ничего не сказал. В конце концов, такой же прекрасный и тщательный массаж, какой он делал Тёмному Лорду, требовал некоторых личных жертв. Казалось, что его дворецкий ещё больше сосредоточился на том, чтобы избавить Тёмных Лордов от дискомфорта, снова и снова растирая одно и то же место на его груди, пока верхний слой кожи не начал отслаиваться. Темный Лорд совсем забыл, что ему пора на линьку. “Как ты узнал?” «Когда вашей коже нужно обновиться, ваши глаза становятся мутными, как будто на них наложили слой плёнки. Вам хочется есть меньше, чем обычно, а привычная жемчужная белизна вашей чешуи становится довольно интересным приглушённым оттенком». Темный Лорд внутренне воспрянул духом от этого комплимента. “ Ты так хорошо меня знаешь, Адриан. Лорд Волан-де-Морт нечасто называл своего дворецкого по имени. В конце концов, это имя было таким неудачным. “Мне хотелось бы так думать, сэр”. Его Дворецкий вернулся к легкому растиранию его кожи. Они оба знали, что Тёмного Лорда нужно оставить отмокать, поддерживая его, на несколько часов. Однако его дворецкий никогда бы не стал обременять или притуплять остроту его ума, говоря о чём-то очевидном. Цирцея надеется, что их обоих минует эта участь. И, очевидно решив, что такого уровня расслабления недостаточно, его дворецкий дотронулся до затылка своего господина. Два больших пальца прошлись по нижней части его черепа и описали маленькие круги. Руки массировали его кожу головы и то место, где должны были быть уши. Действие сработало настолько хорошо, что голова Тёмного Лорда опустилась на спинку ванны, на удобную подушечку для шеи. Лорд Волан-де-Морт мог бы поклясться, что почувствовал, как на его макушку подул свежий ветерок. Затем руки снова опустились на его плечи, слегка потирая ослабевшую кожу. Грудь его дворецкого прижималась к нему, грубая ткань сюртука почти царапала кожу, если бы не была так идеально вычищена. Тёмный Лорд с удовольствием отметил, что от его дворецкого чудесно пахнет, без каких-либо бесполезных духов или неприятных запахов пота. — Мой позвоночник требует больше внимания, — сказал Тёмный Лорд, мечтательно покачиваясь. Как всегда, тепло пара, казалось, смыло его тревоги и все мысли, которые были в его голове. Его неизменно преданный дворецкий ничего не ответил. Однако он не сразу выполнил приказ, а вместо этого протянул Тёмному Лорду кусочек рахат-лукума, который тот взял. Только тогда Дворецкий слегка надавил ему на спину, чтобы он откинулся на ноги. Он с отработанной сноровкой обработал нижнюю часть его позвоночника, стряхнув при этом несколько кусочков кожи и чешуи. — Сэр, к нам направляется домовой эльф. Я приглушил звуки вокруг двери, чтобы избежать неприятных шумов. Но имейте в виду, я не смог полностью устранить неприятный эффект. У дворецкого был голос, словно чистое масло или капающий яд. Он наполнял уши тёмного лорда и без труда проникал в его сознание. Появился домовой эльф, какое-то лохматое существо с короткими волосами и дрожащей улыбкой. В руках эльф держал какой-то поднос, который он быстро передал своему дворецкому. Эльф исчез, и единственным изменением стало небольшое изменение давления воздуха. “ Очень хорошая работа, Эванс. Его Дворецкий только улыбнулся. — Не думаю, что Нагини присоединится к вам сегодня вечером. Я видел её на охоте сегодня утром и сомневаюсь, что она успеет вернуться. Приготовить ей тёплый котёл, чтобы она могла расслабиться? Тёмный Лорд кивнул, и его дворецкий поспешил сделать то же самое. Для этой цели у них был маленький медный горшок. В нём была мягкая подкладка, а в центре — искусственное каменное образование, по которому она могла ползать. Тёмный Лорд понятия не имел, где его дворецкий купил этот предмет, и подозревал, что тот сделал его сам. Тёплая вода слегка плеснула, когда его дворецкий поднял её, и послышался приятный звук, когда она ударилась о стенки котла. Тёмный Лорд посмотрел в окно, на пещеру за ним, и ему почти показалось, что вода течёт там, а не в комнате рядом с ним. Но опять же, это вполне могло быть намерением его дворецкого. Волан-де-Морт почувствовал расслабляющее покалывание в воздухе, когда было наложено несколько различных чар стазиса. Он хотел бы, чтобы магия была с ним прямо сейчас, хотя бы на мгновение, чтобы почувствовать, как переплетаются их сущности, — почувствовать своего Дворецкого хотя бы на секунду. И, как всегда, как только желание пришло ему в голову, Дворецкий исполнил его. На этот раз он левитировал поднос с чаем над его грудью, позволяя смеси серой магии и чайного дыма витать в воздухе и ещё больше расслаблять Тёмного Лорда. Поднос оставался в таком положении довольно долго. Время от времени лорд Волан-де-Морт находил в себе силы поднять чашку к губам. Но в основном он разговаривал. «Мне нужны новые одежды, эти слишком тяжёлые для моей кожи». — Вы должны найти способ сделать темницы теплее для меня, а не для заключённых. Я не могу спускаться туда и дрожжать, как мышь. «Нам нужно больше кормить Нагини вручную, я думаю, что она слишком много охотится. Хотя она более чем способна на это, я беспокоюсь, что она может принести что-то нежелательное». Его дворецкий молча и неподвижно стоял в углу, внимательно слушая. Ему не нужно было ни отвечать, ни делать заметки. Тёмный Лорд ещё больше расслабился, осознав, что эти задачи, вероятно, уже были выполнены, а он даже не заметил этого. В конце концов, его Дворецкому нравилось это делать. В конце концов поднос левитировал обратно на ближайший стол, и Дворецкий поспешил взять полотенце. Тёмный Лорд не слишком беспокоился, он знал, что его пока не попросят выйти. Полотенца были аккуратно разложены: одно на полу, а другое сбоку от ванны. Просто взглянув на них, он мог сказать, что они были нагреты. Спокойный и расслабленный, Тёмный Лорд просто позволил своему дворецкому выйти из комнаты, полагая, что тот отправится выполнять какие-то бессмысленные поручения, которые каким-то образом улучшат его день. Таким образом, он не заметил, как его дворецкий снял очки (устало потирая глаза, что чаще всего делают пожилые люди) и заменил их круглыми чёрными очками, скреплёнными скотчем. Он также не заметил, как его дворецкий устало провёл рукой по лбу, словно вытирая пот после тяжёлого дня, и на его рукав упала полоска грима. Шрам странной формы, видневшийся снизу, также остался незамеченным. И, возможно, если бы какой-нибудь другой человек, возможно, с лицом, похожим на крысиное, наблюдал за происходящим из-за потайной двери, он бы увидел, как дворецкий подошёл к камину, прежде чем нырнуть за колонну. Возможно, крысе это показалось, но на секунду он мог поклясться, что из-за колонны вышел совсем другой человек. Но прежде чем он успел позвать на помощь или обратиться за помощью, которая никогда бы не пришла, огонь вспыхнул изумрудно-зелёным, мужчина вошёл в него и исчез. Гарри Поттер исчез.