Лишь несбывшаяся судьба...

Я стою за кафедрой, обвожу глазами зал и жюри, потные от волнения ладошки мнут рукописный текст доклада.

Преподаватели были уверены что я поменяю тему доклада, но...

Вот какого грешного магистра мне взбрело в голову написать выпускной доклад на тему "Влияние существования, развития и активной деятельности орденов, сект или иных магических групп на существование, целостность и бесперебойную работу Сердца Мира, необходимого для существования Мира как цельной конструкции, объекта или варианта реальности, что необходимо для существования, выживания, деятельности и развития человечества и прочих видов живых существ, как разумных, так и не обладающих сознанием" 105 дня 810 года эпохи Орденов? Кто, в здравом уме и трезвой памяти, напишет доклад на эту тему в разгар практически абсолютной власти этих самых орденов, сект и иных магических групп?

Правильно, Я...

Сколько раз я слышал о том, что мне давно пора выбросить из головы весь этот бред, о том, что я позорю славную фамилию отца, о том, что Его Величество не желает агрессивно изменять ситуацию, о том, что я задену все возможные интересы и потревожу все слои населения. Почему, дырку надо мной в небе, так сложно было послушать?! Почему мне обязательно надо выделиться, сиять, как небо, окрашенное сильнейшим орденом?! Плакала моя будущая карьера при дворе, да и в большинстве орденов меня не ждут. - "Что, выступил? Доволен? Дырку над тобой в небе, грешные магистры, мы с тобой поговорим!" Вот и разозленный отец... Проблем ему со мной не хватает, приличный мальчик, ну да, ну да... Я спускаюсь в зал под гнетущую тишину, собираю вещи и выхожу в комнату Ждущих. В аудитории мне сейчас делать нечего, только ещё больше волновать публику. Формально, все требования выполнены, тема выпускного может быть любой, и потому свидетельство об отлично законченном обучении в Высокой Королевской Школы мне должны выдать.

Должны... Но не обязаны, да?

(Кто мне это говорил?.. Уже не помню. Неважно)

А нужно оно мне, это свидетельство? Собрав оставшиеся вещи и последнюю, выпускную стипендию, я пошёл. К маме. Зачем? Я боялся отца. Незаконно рождённый ребенок, с самого детства приносящий проблемы, устроил грандиозный скандал. Поднял больную тему, решение которой Его Величество не может придумать уже очень долго, почти с насмешкой предлагая простейшее решение. После такого я буду очень долго ходить в синяках, возникших от тяжёлой отцовской руки.

***

- Мааам, ты дома? Я пришёл! Зачем было так орать? Не знаю, просто... предчувствие, что-ли? Или я просто устал? Все вокруг было как в тумане. Заглянув в её комнату, я убедился, что всё в порядке. Да, я просто ужасно устал. Она спала, не до конца раздевшись, прямо в сапогах. Сколько раз я пытался её убедить не перегружаться, отдыхать. То, что ты Главный Королевский Лекарь, совершенно не означает, что ты должна Искру на работе потерять, работая как загнанный менкал. На кухне все как обычно - из еды только корм для кьёльхав, которые, вообще-то, уехали отсюда ещё три дюжины лет назад, когда я к отцу переезжал и поступал на учёбу. Теперь они наверное умрут, их там никто не любит и кормить не будет. Можно конечно вернуться, но...

Не хочу.

Я заказал еду в ближайшем трактире, сел на подоконник и стал ждать. Дома все было как обычно. Грешные магистры, дома. Как же я соскучился. Я грохнулся с подоконника. Громко, больно и нецензурно. На меня смотрели льдисто-голубые глаза, чей владелец только что влетел в окно и занял мое место, скинув меня самого с этого грешного подоконника. - Вурдалаков тебе под одеяло, Макс! Ты всё-таки выступил! И как выступил, грешные магистры, как выступил! Жаль, что я только на середину успел, ты всем нос утер. И как всегда сбежал. И куда... Вот зачем, а? Я тебя всё равно нашёл, а другие, представь себе, за тобой не побегут. Но, тысячи закатных солнц, Макс, ты понимаешь что у двора тебя теперь точно не ждут? Тут ни отец, ни мать не помогут, только если... - Да тихо, ты, тихо! - я честно постарался шикнуть на него - не было сил слушать то, что у меня самого в голове с середины выступления вертится. Иногда у меня получается его остановить. - Мама спит, её дежурство только на закате закончилось. Я не сбежал, просто ушёл, поплохело. И слезь с подоконника, я ужин заказал. После этих слов гроза всего Левобережья и Порта, бессовестный и беспощадный хулиган, наполовину беспризорник, жулик в законе, колдун-самоучка, мечтающий поступить в Королевскую Школу Холоми, мой личный ветер, с лёгкой руки которого начинаются все крупные и мелкие перемены в моей жизни, ближайший друг или просто Лойсо Пондохва соизволил слезть с окна и, взяв меня на руки как маленького ребенка, переместился на пуфик, стоявший возле стола. Удобно сев, он поместил меня рядом, положив голову себе на колени.

Почти как в детстве.

- Ты злишься, да? На что? Мне казалось, тебе нравится твоя тема, да и рассказал классно. В чём дело? - Я... - а что, собственно, я? Правильно, сам выбрал, сам выступил, теперь сам расхлёбывай результаты, а не ной и прячься за маму в 76 лет. Захотел выступить - отвечай. Я не знал что ему сказать, да и не хотелось ничего говорить, лёжа на таких родных коленях. - Я дулак. - случайно сшепелявили остатки моего мозга. - А? Мне кажется, ты почти спишь. Поплохело ему. Вот уж действительно, "дулак". Пошли спать. - А еда? - попытался слабо отпереться я - Зря что-ли заказывал? - Ой, забудь, завтра съедим, если что. - Мама тебя не ждёт - последняя попытка остаться у него на коленях. - Леди Кириса и тебя не ждёт. Будем считать, что мы идём в комплекте. - он отмахнулся от моих замечаний так легко, что на мгновение стало обидно. Однако после того, как Лойсо отнёс меня в спальню, практически самостоятельно переодел, уложил, накрыл и лёг рядом, я простил ему абсолютно все его грехи за всю жизнь. Уже засыпая, я слышал как он пытается меня успокоить: - Разберемся, Макс, со всем разберемся. Как всегда.

Тихо зашелестела знакомая с раннего детства колыбельная.