Испробуй на вкус

Прошло несколько дней. Цинсюань день за днем изучал коридоры, стараясь найти хотя бы окно, но тщетно — казалось, это здание напрочь отрезали от внешнего мира! В конце концов, уставая бродить по тёмным коридорам, он следовал за стайками на удивление сообразительных рыбок, которые всегда приводили его обратно к личной комнате. Черновод за это время ни разу не наведался к нему, так что дни проходили даже чересчур спокойно, а время шло бесконечно долго. И хотя в комнате было достаточно развлечений, веселее от того не становилось. Приходилось всё свободное время медитировать и тренироваться — это лучшее, что он мог сейчас придумать. И вот, во время одной из таких медитаций из-за стены вдруг раздался какой-то сильный грохот. Именно с той стороны, где располагалась комната Хэ Сюаня. До этого случая ни разу оттуда не было слышно ни чьего-либо голоса, ни другого шума. Цинсюань вскочил на ноги и прижался к стене — снова тишина. «А если что-то случилось? Хотя какое мне дело… Но если вдруг! Но он явно моей смерти хочет. Опомнись, Цинсюань! Но ведь он сказал что не будет меня убивать. Что если что-то случилось… — он потер переносицу и решил: — Впрочем, мне всё равно нечем заняться. Проверю… Просто посмотрю и уйду!» Тихо выйдя из комнаты, он уставился на соседнюю дверь, — перед ней стояло несколько обеспокоенных демониц, тихо переговариваясь между собой. В руках у каждой были дорогие блюда. — Простите, а что здесь происходит? — осторожно поинтересовался Ветерок. Слуги тут же уставились на него. — Ох, Господин, вам не о чём беспокоится! — залепетала знакомая высокая девушка. Вслед за ней, начала говорить вторая: — Очень даже есть о чём! Владыка от голода совсем обезумел! Сказал принести ему разных блюд, а затем выгнал нас и начал крушить комнату! — Цыц, — шикнули на неё другие. — Голова совсем не дорога? Девушка втянула голову в плечи, но тут же продолжила уже чуть тише: — Но ведь это правда! Вдруг Господин сможет чем-то помочь, если узнает подробности. Демоны бросили на неё злобные взгляды, от чего она съёжилась ещё больше. Цинсюань окинул взглядом толпу и выхватил из рук той демоницы поднос. — Можете быть свободны. Я поговорю с ним. — Господин, вы наше спасение! — они поклонились и поспешно удалились во тьме коридора. С другой стороны подплыла стайка маленьких рыбок. Они покружились пару раз вокруг Цинсюаня, будто подбадривая, и поплыли дальше. Ветерок проводил их взглядом, собрался с духом и наконец постучал. — Мин-сюн, я вхожу. Ответа не последовало, по этому Цинсюань открыл дверь сам. Комната выполнена в чёрных тонах, свет в ней был приглушён — она полностью вписывалась в общий стиль дворца, в отличии от той, что принадлежит сейчас Ветерку. Однако в ней не ощущалась роскошь, которую ожидаешь увидеть в покоях Князя Демонов — напротив, всё было довольно простеньким. Одна из прикроватных тумб лежала вверх дном — видимо, именно ей не повезло попасться под руку Черноводу. Пройдя чуть глубже, Ветерок заметил на широкой кровати, покрытой чёрным балдахином, спящего Хэ Сюаня. Тот выглядел спокойно и даже немного мило, в противовес его вечно серьёзному и строгому образу. «Демонам не нужны ни сон, ни пища. Видимо, ты — какой-то особый случай», — усмехнулся про себя Ветерок, ставя поднос с едой на уцелевшую тумбу. Он принес на корточки и уставился на Хэ Сюаня: тот не сопел, грудь его не вздымалась. А на вид он стал каким-то более измождённым, по сравнению с их последней встречей. «Неужели и правда оголодал? — удивился Цинсюань и положил ему ладонь на лоб, — Холодный…» И правда, на что же можно было рассчитывать, трогая кожу демонов? — Что ты здесь делаешь? — раздался леденящий душу голос. Ветерок наконец заметил открытые глаза демона и быстро отдернул руку. — Я… я… — растерявшись, он начал заикаться, но затем взял себя в руки и выпалил: — Зачем ты беспокоишь слуг? Неужели так сложно поесть? Повисло молчание. Черновод немного приподнялся и они уставились друг на друга: Цинсюань — с вопиющим возмущением во взгляде, а Хэ Сюань — с безразличием и недовольством. Через довольно продолжительное время демон выдохнул и тихо сказал: — Уходи. Ши Цинсюань опешил от такого заявления. Он выхватил яблоко, что лежало на подносе, и протянул Хэ Сюаню, чуть ли не тыча тому в лицо. — Да неужели так сложно поесть? Ну же, у тебя ведь всегда был отменный аппетит. Мин-сюн, ну давай же, съешь хоть одно яблочко, сразу полегчает. — Прошу, уходи, — холодный тон звучал угрожающее, он сжал кулаки и отвел взгляд в сторону. — Мин-сюн, ну серьёзно, почему ты не ешь? Еда тебе не по вкусу? Раньше ведь всё было в порядке. Чего же тогда тебе хочется? Я могу попросить слуг, чтобы они… Цинсюань говорил, не прекращая, отчего вена на лбу Черновода вздулась, а глаза как-то нехорошо заблестели. Он схватил Ветерка за запястье и повалил на постель, тот сразу же замолк. Теперь они лежали там вместе, поперек кровати: Цинсюань — снизу, а Хэ Сюань — нависая над ним. Демон провел рукой по его голове, пропуская волосы сквозь пальцы, а затем приблизился к лицу и они слились в поцелуе, жадном и ненасытном, будто Черновод хотел целиком съесть Цинсюаня. — Мм! Ветерок был так удивлён, что яблоко выскользнуло из руки и упало, глухо, но достаточно громко стукнувшись об пол. Звук удара, видимо, заставил Черновода опомнится: он резко отстранился, отскочил на несколько метров от кровати и громко выкрикнул: — Я сказал — выметайся! Цинсюань еле как сел на кровати, перевёл дыхание и тоже перешёл на крик: — Да что с тобой такое?! То запираешь меня тут и целуешь, то игнорируешь и прогоняешь! Определись уже что тебе от меня надо в конце то концов! — Я… — Хэ Сюань отшатнулся назад и упёрся спиной об стену. — Ну давай, скажи что не знаешь или что запутался! — Ветерок встал и пошёл прямо к Черноводу, — Неужели я настолько очарователен, что меня так сложно убить?! — он прижал Князя Демонов к стене одной рукой и уставился ему в глаза. Но тот ничего не ответил и лишь отвел взгляд, — Да… Да ладно… Серьёзно что-ли? «Неужели ты из тех, у кого холодность — это признак симпатии? Что ж, я узнал о тебе что-то новое, Мин-сюн!» Ветерок вздохнул, обхватил лицо Черновода за щеки руками и повернул на себя. — Почему. Ты. Ничего. Не ешь? — спросил он, чеканя каждое слово. — Еда… Отвратительна на вкус. — Чего? Но ведь раньше ты уплетал её за обе щеки! Чего же вам тогда подать, Ваше Переборчивое Высочество? Черновод сначала как-то странно уставился на Цинсюаня, его кадык заметно дёрнулся вверх-вниз, а затем он снова отвернулся. Такую палитру эмоций на его лице Ветерок ещё никогда прежде не видел. — Хочешь меня? — в его тоне звучало столько уверенности, что Черновод застыл на месте и потерял дар речи. Но Ветерок не терял времени — он взял того за руку и, потянув, повалил на кровать. Теперь внизу оказался Хэ Сюань, а Цинсюань немного неловко, но предельно настойчиво наклонился и оставил поцелуй чуть ниже шеи. — Ты даешь себе отчёт в том, что делаешь? — Черновод краем глаза взглянул на макушку Ветерка и весь напрягся. — Вполне. — Ты… — он проскрипел зубами, схватил Цинсюаня и прижал к постели, — Ты забрал мою жизнь, мою судьбу, а я убил твоего брата! Как ты можешь так легко всё простить?! — голос пронёсся эхом по комнате. Ветерок насупился, а глаза угрожающе блеснули: — Не заблуждайся. Я никогда не прощу тебя за брата. Может быть он и стал в глазах других злодеем, но брат всего лишь пытался защитить меня, — его тон был до предела серьёзен. — Однако мне понятны и твои чувства. За это время я уже отпустил тот случай, нельзя ведь горевать вечно. Я зол на тебя, но… всё ещё считаю другом. Ну не выходит у меня забыть всё то время, проведённое вместе! Не могу я, ясно?! — под конец он перешёл на крик, а затем выдохнул, немного успокоившись, отвёл взгляд и продолжил: — Мин-сюн, ты поступил плохо, но… ты очень мне дорог, и это никак не изменится. — Глупо, — тут же изрёк Черновод. — Ты должен меня ненавидеть. — А ты этого хочешь? — почти что шёпотом спросил Цинсюань. Его тёплое дыхание обдало лицо Черновода, находящееся всего в паре сантиметров кверху, жаром. — Но, Мин-сюн, сейчас я желаю тебе помочь. К тому же, почему ты вообще так сомневаешься? Разве я не прекрасен? — он наигранно надулся и состроил глазки, даже не ожидая ответа на свой вопрос. — Прекрасен… — вдруг прошептал Черновод ему прямо на ухо, от чего лицо Цинсюаня покраснело, а снизу что-то приятно заныло, — Но я не Мин И, — Черновод вдруг укусил его за мочку. — Ай, ты собака что-ли? — у Ветерка аж слезы выступили. А Хэ Сюань продолжил оставлять дорожку из поцелуев и укусов на теле до тех самых пор, пока не дошёл до пояса. Он ненадолго застыл, смотря на них. — Можно? — вдруг спросил он, приподняв голову. — Так спрашиваешь, будто первый раз их снимаешь, — смущенно пролепетал Цинсюань. Но демон всё так же настойчиво смотрел на него, не осмеливаясь снять одежды, хотя во взгляде и читалось жгучее нетерпение. «Неужели он и правда ожидает моего разрешения? В прошлый раз всё было иначе…» Ветерку вдруг пришло в голову воспользоваться ситуацией и он произнес: — Разрешу, если ответишь на вопрос, — Черновод кивнул, а Ши Цинсюань продолжил: — Скажи, что ты ко мне чувствуешь? Какие у нас сейчас отношения? Князь Демонов, недолго думая, прошептал низким и немного томным голосом: — Мой, — и этим всё было сказано. Хотя Цинсюаня, впрочем, удовлетворил такой ответ, но прозвучал он настолько неожиданно, что сердце чуть не вырвалось из груди. Черновод, убедившись что разрешение ему дано, медленно стянул ненужные одежды и принялся оставлять лёгкие поцелуи на уже возбуждённом органе. А затем и вовсе целиком поглотил его, умело орудуя губами и языком. Хотя Цинсюань сначала и чувствовал себя уверенно, но при виде этой картины ужасно смутился и даже прикрыл глаза, тихо постанывая от удовольствия. Он потянулся к голове Хэ Сюаня и лёгким движением распустил тугой хвост — чёрные локоны рассыпались по бёдрам, немного щекоча. Черновод, не отстраняясь от процесса, потянулся к ноющей от предвкушения дырочке и вставил сразу два пальца. — Мм, Хэ Сюань… Князь Демонов на мгновение замер, услышав своё имя, и взглянул снизу вверх на Цинсюаня, а затем продвинул пальцы ещё глубже, задев чувствительную зону. — А-ах! — от резко нахлынувшего удовольствия Ветерок не сдержался. Белесая жидкость целиком и полностью вылилась в рот Черновода. Впрочем тот, совсем не смутившись, всё проглотил, а затем ещё и слизал потёкшие капельки, начисто вычистив всё на теле Цинсюаня. После чего спустился ниже и, вытащив пальцы, проник внутрь влажным и слегка прохладным языком. У Цинсюаня от такого аж голова кругом пошла. Непривычное щекочущее чувство заставляло издавать всё более неприличные звуки, а наслаждение окутало тело с новой силой. Черновод водил языком из стороны в сторону, параллельно с этим поглаживая бедра руками, из-за чего по телу проносилась волна мурашек. — Ммм! Хватит уже, просто вставь его! Хэ Сюань, кажется, послушался. Он отстранился, облизал свои губы и приподнялся выше, целуя Цинсюаня и попутно вставляя член в податливую дырочку. Орган резко вошёл, от чего Ветерок вскрикнул прямо в поцелуй. Но Черновод заглушил его стоны, проникая всё глубже как во рту, так и снизу. Толчки становилось всё напористее, Цинсюань обхватил талию Черновода ногами и сам начал отвечать на ритм, как будто стараясь протолкнуть его ещё глубже в себя. Всепоглощающее наслаждение затуманило разум и боль окончательно отступила. По комнате раздавались всхлипы, стоны и звуки хлюпающего столкновения двух тел. Цинсюань издал громкий протяжный стон и кончил уже в третий раз, после чего сразу ушел в забытье.

«Я так долго желал твоей смерти, но когда момент настал — не смог отнять жизнь. Неужели за время моего притворства я проникся к тебе чем-то иным, нежели исключительно ненавистью? Твоя улыбка грела душу, при мыслях о тебе сердце будто оживало, но затем тело пробирала дрожь: я сделал слишком много, пути назад уже нет, мы не сможем вернуть хорошие отношения — так я думал. И всё же…»

***

Проснулся Цинсюань, на удивление, далеко не в своей родной кроватке — уж больно темно было вокруг. Со спины его обнимали крепкие прохладные руки, а тело (по всей видимости голое) было надёжно укутано под одеялами. Цинсюань прислушался к своим ощущениям и обнаружил, что ничего не болит, всё лишь немного ноет от усталости. Видимо, сразу после процесса Черновод решил заняться лечением. Он осторожно повернулся к демону и зарылся тому в грудь. — Уже проснулся? — низким голосом прошептал Хэ Сюань. — Угу, — промычал Ветерок и улыбнулся, — А ты достаточно хорош в этом деле. Уже натренирован? — С тобой был мой первый раз, — коротко ответил Князь Демонов и крепче прижал Ветерка к себе. Цинсюаня такое открытие весьма сильно впечатлило, он расплылся в улыбке ещё сильнее прежнего и тихонько хихикнул. Его тешила ещё и та мысль, что он оказался для Черновода вкуснее всех прочих блюд и желаннее всех остальных людей. — Чего смеёшься? — Да нет, ничего такого… Просто подумал, что теперь мы сможем устраивать парные свидания с Се Лянем и Искателем Цветов, — Хэ Сюань на такое лишь фыркнул, а Ветерок вдруг произнёс: — Сюань, я люблю тебя. Черновод застыл на мгновение, подтянул Цинсюаня немного выше и почти невесомо поцеловал. А затем прошептал прямо в губы: — Я тебя тоже.

***

— И вы теперь вместе? — Да. Смотри что он мне подарил! — Цинсюань раскрыл перед лицом белый веер, расписанный серебряными узорами. Невероятно сложные и прекрасные детали выдавали исключительное мастерство и долгие труды его изготовителя. — Это же… — Се Лянь рефлекторно протянул руку к цепочке на шее. Ветерок на этот жест усмехнулся и, слегка приподняв подбородок, гордо продолжил: — Именно то, о чём ты подумал! — он улыбнулся ещё шире и залился радостным смехом. В соседней комнате сидели двое. Тут стояла немая тишина, ведь ни один демон не желал вступать в бессмысленный разговор друг с другом. С их острым слухом было немудрено слышать весь диалог за стеной. — Показушник, — кратко кинул Хуа Чен демону напротив и ухмыльнулся, не отвлекаясь от полировки своего клинка. — Сам не лучше, — буркнул в ответ Черновод, уплетая за обе щеки уйму разных блюд. — Неужели наконец появился аппетит? — он приподнял бровь и даже на мгновение перевёл взгляд на Хэ Сюаня, но тот лишь недовольно пробубнил что-то неразборчивое себе под нос, не отвлекаясь от еды. Градоначальник обвёл стол взглядом, уже прикидывая сумму долга, который стоит списать с товарища на этот раз, и вернулся к своей работе. На этом разговор Князьей Демонов завершился и в комнате снова стало тихо.