Juventus ventus.

      Мысли в голову иногда приходят совершенно странные и совершенно несвоевременные. И в таком случае лучше их сразу озвучивать, пока не потерялись, на крайний случай хотя бы записать. Иначе через минуту уже можно забыть то важное, что было.       — Когда мы с тобой последний раз нормально отдыхали, Саш? — Олег устраивается удобнее в чужих руках, укладывая голову на плечо брату.       Утро раннее совершенно, нежное и размеренное. Двигаться никуда не хочется, да и в ближайшие полчаса, откровенно говоря, не надо. Первый будильник только в семь и, при огромном желании, можно будет отложить подъём ещё на чуть-чуть.       — Так вроде бы недавно был выходной, разве нет? — Саша зарывается пальцами в чужие тёмные пряди, круговыми движениями почёсывая кожу головы.       — Не-ет, это было так, совсем мало, — младший едва ли не мурлычет, подставляясь. — А потом тебя вообще в Мастерскую выдернули, испортив всё. А вот чтобы прям отпуск... Я такого уж и не помню.       Олег тихо, расслабленно вздыхает. Хочется хотя бы сутки не видеть окружающий мир, отключить телефоны и загрести брата в своё личное пользование. То ли от юности натуры, хотя двадцать пять не такая уж и юность уже, то ли от желания всегда иметь как можно больше для себя, но того времени, что они сейчас проводили вместе не хватало катастрофически.       — И что ты предлагаешь? — Александр слушает внимательно, интересно, до чего его зверёныш дошёл на этот раз.       Явно ничего плохого не будет, не тот Олежа человек, чтобы нести вред в мир. Саша этому каждый раз искренне радовался, значит, смог всё-таки правильно воспитать. На все подростковые драки он честно старался закрывать глаза, было и было, не со зла же, а от буйности натуры.       — Я предлагаю... — Олег переворачивается, притираясь плотнее и целуя в шею, — уехать куда-нибудь на пару дней, чтобы с минимальной связью, без людей и природа. Тем более, у нас заслуженный отдых от съёмок. Ну так?       — Дай только дела закончить, чтобы не беспокоили, — Александр перекатывается, подминая брата под себя. Ведёт носом под тихий довольный выдох. — И, будь добр, выбери нормальное место, а не глушь таёжную.       — Ага, у меня уже мысль даже есть...       Дальше нормально соображать не получается. Не тогда, когда тебя настолько правильно гладят и покусывают, одновременно с этим растягивая ещё чуть влажный с ночи сфинктер. Не тогда, когда двигаются настолько правильно (повтор), что кроме как стонать, периодически вышёптывая любимое имя, ничего не выходит.       Под Сашей вообще ничего нормально делать не получается.

* * *

      У Олега чётко сидит в голове мысль, что отдых в себя должен включать ещё и хотя бы попытку свидания. В конце концов, он имеет право что-то подобное сделать раз в жизни со своим любимым человеком, тем более, что нормального периода ухаживаний и не было — просто не имело смысла, и так всю жизнь вместе. А вот романтики, чтобы как в фильмах или каких-нибудь тупых любовных романах очень хотелось.       Долго с планами не мудрил. Дача во время их импровизированного отпуска оказалась совершенно свободной, ни родители, ни братья с сестрой в ближайшее время там появляться не планировали. Уговорить уехать туда брата — тоже проблема не большая, особенно после тыканья в близость с природой и всем подобным. А там и силы восстановить, и почиститься заодно можно.       — Так, как хочешь, но мы обязаны встретить рассвет на речке, — Олег кидает сумку в прихожей, потом разберёт. — Завтра не предлагаю, только с дороги, но вообще.       — Не замечал за тобой таких наклонностей, — Саша на всякий случай прижимается губами к чужому лбу, меряя температуру. Правда же волнуется, вдруг что-то серьёзное? — Не заболел случайно?       Младший только фыркает, мотнув головой. Подумаешь, предложил нечто, для себя не совсем типичное, так и что? Люди склонны меняться, и то, что было нормально пусть даже месяц назад, сейчас так работать уже не будет.       — Я подумаю, — старший тянет брата к себе, коротко целует. — Но предложение заманчивое.       Получается только через три дня, сначала был отсыпной, потом зарядил дождь, а после него, на сырой и мокрой земле романтика получилась бы так себе. Подхватить как минимум простуду было бы значительно проще.       Всё для условного свидания Олег организовывает сам, совершенно не подпуская брата к походной корзинке. Он точно знает, что хочет и в данном случае, пусть и самые любимые, советы что, как и куда будут совершенно ни к месту. С Саши было только не забыть взять пледы, утром у воды тепло не бывает, и чай-кофе с собой заварить.       — Как думаешь, не проспим? — младший жмётся под бок на диване в гостиной, укладывая руку на чужое бедро. Без намёков, просто приятно. — Ты ж вроде хорошо будильники слышишь?       — Есть более интересное предложение, — поцелуй в нос, ещё один в губы. — Вообще этой ночью не ложиться.       Младший, в общем-то, согласен на любую авантюру, лишь бы с любовью всей жизни, как бы пафосно это не звучало. Факт есть факт, от него никуда не денешься. Тут тоже соглашается сразу, зная, что выдержат. А устроить ночь мультиков, как предложил Саша, он рад в двойне. Ещё совсем старые, на кассетах, раритет, но очень дорогой сердцу.       Завернуться в плед — жаль, что не в один на двоих, — и улечься к Саше головой на колени одна из излюбленных поз в таких случаях. И удобно, и тепло, и ничего, в общем-то, не затекает, по крайней мере лично у него. В случае чего всегда можно изменить местоположение в пространстве.       Всё это как-то сразу переносит в детство, совершенно беззаботное, в котором максимум, что могло беспокоить — это двойка по русскому. Тогда было так же тепло, хорошо и легко.       Утро выдаётся ленивое, немного сонное, но на прохладе улицы это всё быстро уходит куда-то в прошлое. Ощущение, как будто не двадцать пять, а пятнадцать; ещё чуть-чуть и получится любые горы свернуть.       — Ничего не забыл, Саш? — Олег брата ловит на крыльце, прижимая к перилам и целуя. Имеет право, рань ещё, да и забор высокий. — Я так, на всякий.       — Совесть твою, которой и не было, — Александр прикусывает за шею, просто для профилактики. — Всё остальное с нами.       Кивок и тихое шипение после ещё одного, чуть выше, укуса. Даже если наследят, ничего страшного, за оставшееся время сойдёт или отмазаться можно при необходимости.       По пути до места в Олеге просыпается где-то глубоко и давно спавший ребёнок. Ещё темно, только-только светлеть начинает, так что можно. Росы в ладонь собрать, например, и под тихое хихиканье стряхнуть на старшего. За что получить подзатыльник и такую же пригоршню в лицо.       Попытаться поговорить с полусонной собакой и искренне дуться, когда та с большей охотой идёт ко второму в паре, доверчиво тычась носом в коленку. Почти от сердца приходится отрывать бутерброд, дабы подкормить зверушку. Хотя вот что-что, но голодным тут никто не выглядел, зато обнаглевшим в край — да.       На речке спокойно, тихо, только лёгкие волны о берег шуршат, настраивая на какой-то поэтический лад и совсем расслабленное состояние.       — Можно ли считать это полноценным свиданием, как думаешь? — Олег греет подмёрзшие руки о кружку с чаем. — Или так, пикник на природе?       — А ты сам чем это считаешь? — Александр с размаха хлопает по чужому плечу, вызывая волнение в кружке. — Комар. Что ж ты не взял ничего от них, м?       — Не подумал, — вид виноватый, но зато честный. — А так, думаю...       — Очень полезная вещь, молодец.       — Саш! Думаю, что можно. Романтика, красиво, любящие друг друга люди. Повторим когда-нибудь?       — С большим удовольствием, но только если ты сам захочешь.       Солнце постепенно поднималось над горизонтом, подкрашивая всё в малиново-рыжие тона — любоваться и любоваться. Собственный запрет про использование телефонов на некоторое время забылся, взял-то только на всякий случай, а вот же, пригодилось. Галерея пополняется снимками реки, деревьев, рассвета и, что самое важное — его брата. Это уже в личную, запароленную папку и пересматривать, когда захочется чего-то такого: теплого, родного, проникающего в самую душу.       Сам тоже с удовольствием позирует, стоило только попросить. В самых лучших местах и с самых лучших ракурсов. Пару «влюблённых» селфи тоже получается сделать, пусть и смазанных. Всё же сидя на пледе, постеленном на голую землю, целоваться не очень удобно, а снимать лёжа ещё хуже.       Любовью и искренним счастьем фонит так, что даже лягушки притихают, задумавшись, а из воды высовывается любопытная рыба, посмотреть, что ж тут такое делается.