4
4 апреля 2025 г., 16:34
Джинши шёл на поправку. Цвет его лица приобретал здоровый вид, его больше не лихорадило, но пищеварение по-прежнему было слишком слабым, поэтому он требовал особого рациона. Сыпь на его теле также постепенно сходила. На шее следов не останется, а вот на руках возможно сохранятся небольшие отметины, но их можно будет скрыть.
Мао Мао по-прежнему усердно трудилась ради того, чтобы отравление не оставило у Джинши никаких последствий. Она порядком устала за это время, но сейчас её дни стали спокойнее, и Мао Мао даже могла высыпаться по ночам.
Сегодня утром девушку разбудил Гаошун. Она спала немного дольше обычного, и из-за этого чуть не пропустила время кормления Джинши.
Мао Мао резко открыла глаза, заставляя себя подняться с постели. Она быстро собрала волосы в хвост и оделась, на ходу поправляя некрасивые складки на юбке.
В Медяном доме появится в таком виде перед мужчиной было непозволительно, но, к счастью, сейчас Мао Мао находилась не там.
Гаошун принёс ей поднос с едой для Джинши. Она считала, что он вполне мог есть сам, но пациент настаивал на том, что кормить его должна Мао Мао. Другого выбора, кроме как согласится, у неё не было.
Девушка прошла к своему пациенту, держа в руках поднос. Завидев её, Джинши сел на край кушетки.
Мао Мао оглядела его: болезненная бледность постепенно ушла с лица, движения перестали быть скованными. Если все и дальше пойдет так, то Мао Мао скоро будет ему не нужна.
С одной стороны ей придется вернутся в бордель и принимать клиентов, с другой же — девушка успела соскучиться по старшим сёстрам.
Мао Мао пожелала Джинши доброго утра, сев напротив него на табурет. Он ответил ей тем же приветствием, а после добавил:
— Выглядишь сонной, — мужчина оглядел её с ног до головы, — Хорошо спалось?
Находясь здесь, Джинши явно скучал и часто донимал Мао Мао разговорами. Она предпочла бы в это время изучить оставшуюся часть книг и медицинских ингредиентов, или же просто отдохнуть.
— Да. Спасибо, господин, — ответила Мао Мао равнодушным тоном. Сначала она провела осмотр, а потом уже приступила к процессу кормления.
Девушка зачерпнула ложкой кашу и протянула к Джинши. Он послушно съел.
Когда они закончили, в комнате появилась гостья. Мао Мао не встречала раньше эту пожилую женщину. Но Джинши её знал, судя по тому, как он тепло поприветствовал её, радостно улыбаясь.
Мао Мао представилась ей. Пожилая женщина же сказала, что её зовут Суйрен. Они с Джинши обменялись несколькими фразами, которые касались его здоровья. В общем, ничего такого, чего Мао Мао нельзя было слышать.
— Вообще-то я принесла с собой кое-что, — женщина улыбнулась, глядя на Мао Мао. Она отлучилась на мгновение и вернулась в комнату с корзиной, в которой лежала свежая выпечка. Её ароматный запах наполнил комнату.
У Мао Мао заурчало в животе. Она всегда ела после Джинши, и сейчас была голодна. За время пребывания здесь, травница немного похудела, став ещё более костлявой. В какой-то степени это даже неплохо, ведь чем меньше её тело привлекательно для мужчин — тем лучше.
— Это для тебя, Мао Мао, — произнесла Суйрен, продолжая улыбаться, — в качестве благодарности за то, что ты сделала.
— Спасибо, — девушка вежливо поклонилась.
Пожилая женщина ещё немного поговорила с Джинши. Мао Мао в это время ушла в свою комнату для того, чтобы попробовать выпечку и наконец поесть. Ведь она не могла сделать это в присутствии Джинши или Суйрен.
Выпечка у этой женщины действительно была очень вкусная, несмотря на то, что Мао Мао не была большой любительницей сладостей.
Когда Суйрен ушла, Джинши вновь вызывал девушку, и она нехотя вернулась к нему.
— Как тебе выпечка? — спросил он с интересом.
«Неужели он позвал меня только ради того, чтобы спросить это?»
— Восхитительна, господин, — проговорила Мао Мао. Он кивнул.
— Я рад, что тебе понравилось, — после Джинши жестом указал девушке на табурет, — Присаживайся, я хочу кое-что спросить у тебя.
Мао Мао выполнила его указание. Ей стало тревожно на душе. Джинши выглядел абсолютно серьёзным и собранным, потому что решил поговорить на тему, которую не затрагивал с самого момента их встречи — подробности его отравления.
— Ты говорила, что эта рыба водится лишь в Южных водах, — по всей видимости, он или слышал это из разговора с Гаошуном, или же слуга доложил Джинши позже.
— Да, — она кивнула, — Господин, могу ли я высказать своё предположение?
— Говори.
— Я слышала, что недавно рядом с портом была крупная ярмарка. Если вы желаете отыскать виновных, то я думаю, стоит начать поиск оттуда. Рыбу могли доставить на кораблях.
Мао Мао не то что бы хотела вмешиваться… Но ей было бы спокойнее на душе, если она знала, что виновный в отравлении Джинши наказан. Это было бы справедливо.
— Это имеет смысл, — Джинши выглядел задумчиво. Он задал еще несколько уточняющих вопросов, на которые Мао Мао в скором времени ответила. Если её лечение помогло — значит она не ошиблась и причиной отравления стала именно эта рыба.
После этого Джинши сказал, что хочет немного отдохнуть, и Мао Мао вернулась в свою комнату. Она решила навести небольшой порядок в вещах, раз уж выдалось свободное время.
***
Вечером следующего дня этот дом посетила женщина. Травница не ожидала, что кто-то придет, и уж тем более не думала, что гостья пришла для того, чтобы лично встретиться с ней. Для этого Гаошун отвёл их в отдельную комнату, в которой Мао Мао раньше не бывала. Эта женщина, одетая в сдержанную, но явно дорогую одежду, своими чертами лица напоминала Джинши. О высоком статусе говорил и шлейф изысканного парфюма, который скользил вслед за ней. Гостью сопровождала пара слуг. «Похожи на евнухов.» — Наконец я встретилась с тобой, травница Медяного дома, — женщина улыбнулась, приглашая Мао Мао присесть. Она распорядилась о том, чтобы к их встречи подготовили выпивку, и один из слуг поставил бутылку дорогого вина на стол перед ними, разливая напиток по бокалам. Находясь в этой ситуации, Мао Мао испытывала дискомфорт. Однако она была рада тому, что у неё появилась возможность выпить. Травница испытывала некую слабость к алкоголю. Может быть, потому что у него с ядами было нечто общее. — Меня зовут Адо, но в основном меня знают как Императрицу-мать этой страны, — она сказала это так просто и непринужденно, что от её слов по спине Мао Мао прополз холодок. Значит, её мысли были верны. Джинши никто иной, как старший сын Императора. Мао Мао немногое знала о нынешней правящей династии. До этого дня она никогда не видела их вживую, и до неё доходили лишь слухи. Порой к травнице приходили чиновники и упоминали Императорскую семью. Мао Мао знала, что Император давно женат, но его жена редко появляется на публике. У них есть один сын, но помимо этого у Его Величества есть дочь от одной из наложниц. У неё с старшим принцем большая разница в возрасте, потому что долгое время правитель оставался верен лишь своей жене. Да и по слухам по сей день он к ней сильно привязан. Мао Мао сделала то, что ей было положено по статусу — встала и поклонилась так низко, что коснулась лбом пола. — Ваше Высочество, для меня честь разговаривать с вами. Любое неосторожное слово — и её голова слетит с плеч. — Встань, — сказала Адо, — Я не особо люблю все эти формальности. Мао Мао послушалась, вернувшись на прежнее место. — К тому же ты спасла жизнь моего сына, и я тебе очень благодарна, — Адо подвинула бокал с вином поближе к Мао Мао. Она не казалась высокомерной, скорее напротив — слишком уж прямолинейной для женщины, которая обладает самым высоким статусом в стране. Впрочем, как и Джинши. Да, манеры, внешний вид и окружающая его роскошь говорили о высоком происхождении. Но порой он позволял себе излишнюю ребячливость и бывал слишком навязчивым, что делало его в глазах Мао Мао обычным человеком, а не Сыном Неба. — Мой долг — служить вашей семье, — ответила Мао Мао. Адо взмахнула рукой, словно это все было чем-то неважным. — Я решила лично поговорить с тобой, потому что мы обе женщины и лучше понимаем друг друга, — она сделала глоток из своего бокала, — Что ты хочешь получить в качестве благодарности? Мао Мао замерла на месте. Она не смела просить их о многом. Травница напротив хотела бы, чтобы после полного выздоровления Джинши, они позабыли о ней навсегда. Иметь дела с Императорской семьёй слишком опасно. Мао Мао не желала резкого продвижения по карьерной лестнице, её ближайшая цель — выплатить весь свой долг старухе, при этом не торгуя телом. А после открыть собственную аптечную лавку. Она сможет выплатить свой долг самостоятельно. Может быть, кто-то и назвал бы Мао Мао трусливой, но она склона считать себя осторожной. Ведь она не была настолько наивной и знала, что для Императорской семьи люди — всего лишь фигуры на доске, которых можно перемещать и использовать, как им захочется. Папаша когда-то был их личным лекарем, и в итоге его с позором выгнали из дворца, лишив коленной чашечки. Но все же было кое-что интересующее травницу. Карга как раз позволила Мао Мао неделю выходных, потому что Гаошун раннее ей щедро заплатил. — Здесь я обнаружила несколько очень интересных для меня книг и пару медицинских ингредиентов, — глаза Мао Мао радостно засверкали при воспоминаниях, — Не будете ли вы против, Ваше Высочество, если я заберу их? — И это все? — Адо усмехнулась. Мао Мао кивнула, — Хорошо, как пожелаешь. Ты и правда так сильно увлечена своим делом, как о тебе и говорят. — Благодарю вас, Ваше Высочество, — травница склонила голову. — Тебя учил лекарь Лоумен? — от упоминания папаши по спине Мао Мао вновь змеёй прополз холод. — Да. Адо кивнула, выглядела она задумчивой. Императрица-мать задала Мао Мао ещё пару вопросов, и, к счастью, они касались только состояния Джинши. Она больше не затрагивала вопросы, которые напрямую касались травницы или её папаши. За всю встречу Мао Мао выпила бокал вина, сдерживаясь от того, чтобы не залить в себя сразу всю бутылку.***
Через два дня Джинши выздоровел окончательно, и Мао Мао почти собрала свои немногочисленные вещи для того, чтобы вернутся в Медяный дом. Она бережно укладывала книги вместе с медицинскими ингредиентами. Помимо того, что было в этой комнате, травница также попросила безоар. Достать его было непросто, но для Императорской семьи не существует преград. Она так увлеклась, что даже и не заметила, как в комнате появился Джинши. Она почувствовала, как руки его легли на её плечи, а после нежно дотронулись до волос. «Что это он?..» — травница не шевелилась, ожидая его дальнейших действий. Он провёл пальцами по её шее, шекоча, что вызвало у Мао Мао волну мурашек. А после наклонился к самому её уху, его горячее дыхание, казалось, способно обжечь: — Я очень тебе благодарен, — голос его был сладок, подобно меду. Вместе с его ослепительной красотой — это было страшным оружием. «На этом моменте дамы попадали бы в обморок.» — иронично подумала Мао Мао, по-прежнему не шевелясь. — Не стоит благодарности, — ответила она, и голос её звучал ровно. Без придыхания и сбивчивости, — Это мой долг. Похожие слова она уже сказала Императрице-матери во время их встречи. Мао Мао не решилась обернуться, но была почти уверена, что Джинши улыбается. Прежде чем он успел сделать или сказать что-то еще, на пороге комнаты появился Гаошун. — Все уже готово. Можем отбывать, — Джинши нехотя отстранился. Слуга нахмурился, меж его бровей вновь залегла глубокая борозда. В скором времени Мао Мао была готова к отправлению. Ей вновь на время дороги должны были завязать глаза. Джинши решил проводить её. — До встречи, травница, — сказал он на прощание, и в этот миг Мао Мао почувствовала, что она ещё увидит Джинши в будущем.
