9
10 мая 2025 г., 09:53
Душевные терзания Мао Мао не укрылись от взгляда старших сестёр. Они слишком хорошо её знали и не могли не заметить, что девушка стала более молчаливой и замкнутой в себе.
— Мао Мао, ты сама не своя после посещения того знатного господина, — сказала БайЛин после завтрака. Сейчас в комнате находились лишь Мао Мао с старшими сестрами. Они были заняты своими привычными делами: подготовкой одежды, украшений, музыкальный инструментов и прочего к очередному шумному вечеру в Медяном доме, — Что случилось, сестренка?
— Ничего такого, — отозвалась Мао Мао, понимая, что это прозвучало неубедительно.
— Разве? — БайЛин хищно улыбнулась, — Если не расскажешь — пущу в ход щекотку, — послышалась с её стороны угроза.
Старшая сестра не отступала, и Мао Мао недовольно дернула плечами.
«А может быть, лучше им рассказать…»
— Тот знатной господин хочет выкупить меня, — сказала девушка ледяным тоном.
— Правда? — глаза МейМей расширились в удивлении. Мао Мао кивнула.
— Он предоставил мне время на размышления.
— Вот это да, — произнесла БайЛин, покачав головой.
— Он не кажется таким уж плохим человеком, — заметила Джока, — Получше, чем некоторые ублюдки-клиенты. Правда, тогда тебе придется позабыть о своих собственных… Целях.
Мао Мао перевела взгляд на Джоку. Её слова резали, подобно острому ножу. От того, что это было правдой.
Конечно, сестры не знали о том, что Джинши обещал ей ресурсы для её лекарского ремесла. Мао Мао не могла рассказать им, кем он являлся на самом деле. И судя по их поведению, они все еще не догадались.
Может быть, если ей и суждено выйти замуж, то Джинши стал бы не самой плохой партией. Да, он порой раздражает… Но принц не похож на того, кто бьет и всячески истязает свою жену.
Вот только его социальный статус… В этом вся и проблема.
В представлении травницы бордель и Императорский дворец не сильно отличался. О жизни при дворе ей рассказывал папаша. Наложницы также не могли покинуть гарем, а внутри этого самого гарема царила вражда и конкуренция за внимание мужчины. Рано или поздно Джинши обзаведётся и другими супругами, и жизнь Мао Мао превратится в бесконечную борьбу за своё место. Она этого не хотела.
«С другой стороны, когда он увлечется другими наложницами, то я смогу заниматься своими исследованиями. Главное, чтобы не сослали в монастырь…»
Рой противоречивых мыслей кружился в голове Мао Мао, и она долгое время молчала. До тех пор, пока БайЛин не коснулась её плеча, возвращая в реальность.
— Если мужчина настроен серьезно, то должен доказать это действиями, — начала говорить старшая сестра, — Сделай так, чтобы и ты получила свою выгоду из этой ситуации.
В словах БайЛин был смысл, и в голове Мао Мао родилась безумная и дерзкая мысль. Она воплотит ее во время следующей встречи с Джинши.
***
Вечер в Медяном доме проходил также, как и обычно. Выпивка, танцы, музыка и девушки, которые пытались всячески угодить мужчинам. Мао Мао должна была полностью сконцентрироваться на работе и не думать о Джинши. Пока что не совсем получалось. Она слышала, как за одним из столиков её активно обсуждали. Кто-то назвал Мао Мао слишком тощей и некрасивой, но она привыкла к подобным высказываниям. — Зато она может вылечить любую болезнь, — ответил другой мужчина, и что-то активно зашептал на ухо собеседнику. — Тогда я ставлю сто золотых за вечер с травницей! — отозвался тот, подзывая Мао Мао к себе. Она недовольно фыркнула себе под нос. «Начинается…» — Тогда я ставлю двести! — послышался голос другого мужчины. Он был сильно пьян и едва держался на ногах. В этот момент Мао Мао почувствовала, как грудь сдавило неприятное чувство отвращения. — Триста и она моя! — послышался пьяный голос другого гостя. Ставок больше не было, и Мао Мао не осталось ничего иного, кроме как провести вечер вместе с этим мужчиной. Ей пришлось слушать несвязанную пьяную речь этого человека. Пару раз он пытался распускать руки, но, к счастью, находился в глубоко нетрезвом состоянии, поэтому Мао Мао смогла увернуться от чрезмерных касаний. Он просил изготовить лекарство для увеличения мужской силы, и травнице пришлось изготовить афродизиак. Она отдала его в одном из мешочков, а вот во второй насыпала лекарство, вызывающее расстройство желудка. Не сдержалась. «Так ему и надо. Заслужил.» — подумала она, когда этот мужчина снова начал поглаживать её бедро. «И все же вечера с павлином были приятнее.» — пришлось признать Мао Мао.***
— Ты согласна? — раздался над ухом шепот Джинши. Он притянул Мао Мао к себе за талию и совершенно не желал отпускать. Травница обернулась, рассматривая его красивый профиль и пытаясь уловить отблеск эмоций в глазах мужчины. Во взгляде Джинши было что-то незнакомое и чуждое для Мао Мао. Но при этом никто другой ни разу за всю жизнь не смотрел на неё подобным образом. — Почему я, господин? — вновь задала она вопрос. Теперь он касался не только навыков травницы. Подбородок Джинши мягко опустился ей на плечо: — Потому что ты удивительная девушка, Мао Мао. Мне даже жаль, что ты не можешь осознать это в полной мере, — он впервые назвал её по имени, и звук резанул слух, словно острый нож. — К тому же ты спасла мне жизнь. «Конечно, иначе меня бы казнили.» — подумала Мао Мао. Но это было не то, что можно произнести в слух. — Если вы так говорите, то у меня есть парочка просьб, — сказала Мао Мао спокойно, почувствовав, как пальцы Джинши сильнее сжимаются на её талии, сминая одежду ханьфу. Это было достаточно дерзко, но Мао Мао решила попробовать воплотить задуманное. Если уж ей и жить в золотой клетке дворца, то с некоторыми условиями. Возможно, Джинши придет в ярость… Но он был не из тех, кто велит казнить за малейшую провинность. Это Мао Мао поняла из общения с ним. К тому же он увлечён ею. БайЛин всегда учила извлекать как можно больше пользы из любой ситуации. — Ты смелая, — усмешка Джинши послышалась рядом с её ухом. Он отпустил её талию, разворачивая к себе и заглядывая в глаза, — Мне это нравится. Мао Мао выдержала его взгляд. — Говори, — сказал Джинши мягко. Травница привстала на носочки, не разрывая зрительного контакта с принцем: — Моя первая просьба касается приёмного отца, его имя Лоумен. Он — гениальный лекарь, но вынужден вести нищее существование в квартале удовольствий, — Мао Мао знала, что этот вопрос отчасти касался дел Императорской семьи. Но Джинши мог с лёгкостью помиловать папашу и вернуть ему должность, — Я буду признательна, если вы восстановите его в звании. Уверяю, господин, он будет вам очень полезен. Джинши задумался лишь на мгновение: — Хорошо. — Благодарю, господин, — Мао Мао склонила голову в знак благодарности. — И так, моя вторая просьба — доступ к дворцовой оранжерее. Я бы хотела выращивать лекарственные травы и проводить эксперименты не только в медицинском кабинете. Джинши вновь усмехнулся, глаза его сверкнули. Эта ситуация его забавляла, но не вызывала гнева. — Не вопрос, — ответил он. — И наконец, моя третья просьба, — продолжила говорить Мао Мао, — Я смогу навещать Медяный дом хотя бы раз в месяц. Джинши вопросительно изогнул бровь: — Разве ты будешь скучать по этому месту? Мао Мао покачала головой. — Дело не в этом. Я хотела бы видеться с старшими сёстрами. Джинши в ответ кивнул, в его глазах она увидела понимание. Но вскоре это выражение сменилось на другое. Принц теперь смотрел на Мао Мао с надеждой. — И если я выполню твои просьбы, то ты примешь мое предложение? — спросил он. Мао Мао набрала в грудь побольше воздуха. Она приняла решение — возможно, самое сложное за её недлинную жизнь. Она готова обменять стены борделя на золотое убранство дворца, ведь принц в любом случае не оставит её в покое. Но все равно Мао Мао чувствовала, как горечь разливается где-то глубоко внутри нее от мысли о том, что свобода теперь стала чем-то недосягаемым. Однако сначала Мао Мао должна получить желаемое. Чтобы обещания Джинши не были пустыми, а травница не осталась ни с чем. — Да, — отозвалась она, гордо вскинув подбородок, — Но сначала прощу исполнить мои просьбы. Мао Мао замолчала, чувствуя, как сердце в груди бьется пойманной птицей. Конечно же, она нервничала, потому что реакция Джинши могла быть непредсказуемой. В любом случае он не может выполнить пожелания Мао Мао без дозволения Императора. Даже Джинши подчиняется его воле. Это поможет травнице получить дополнительное время. А там как знать — вдруг принц и правда потеряет к ней интерес? В любой момент может появится наложница, которая в его глазах затмит Мао Мао. В ответ Джинши тихо рассмеялся. Девушка не могла сказать, что ей понравилась его реакция, но это было лучше, чем если бы он пришёл в ярость. Мао Мао поняла, что для него это было очередной игрой. Джинши знал, что он все равно победит и в конце концов получит то, что хочет. От этого осознания все попытки Мао Мао хоть как-то влиять на ситуацию казались ещё более бессмысленными. «В любом случае он должен сдержать свои обещания.» — Хорошо, — наконец сказал он своим самым сладким голосом, — Мы договорились с тобой, Мао Мао. Ей не оставалось ничего иного, кроме как кивнуть, соглашаясь с словами Джинши.
