Судьба. Перезагрузка

Проснулся я ни свет ни заря под мерзкий звон будильника. Естественно, мне было впадлу настраивать звонок, да и выбор был не велик. Достав из-под подушки телефон и выключив будильник, я проморгался, пытаясь понять, где я, кто я и почему меня не сожрали в детстве. Серьёзно, если бы, допустим, в детстве на меня напала стая комаров… Чисто теоретически, могли бы они выпить всю мою кровь и я бы откинулся…? Лучше мне с утра не думать. Со вздохом сев на кровати и удостоверившись, что будильник я не проспал — на часах показывало 5 утра, — пришлось вставать и собираться. Настроения, которое я и так по крупицам собираю, не было от слова совсем. Волосы торчали во все стороны после сна, глаза слипшиеся и на правой щеке след от подушки. Чем вам не диснеевская принцесса? Надеюсь, сейчас прилетят птички, обосрут меня, а после сожрут вместе с костями. Я бы и дальше спал, если честно, если бы не одно «но». После моей неудачной игры в героя я сам себя унизил и понял, что нужно совершенствоваться. Когда я был еще в клане, меня, конечно, тренировали. Изнурительно, с рассвета до заката и с наказаниями за каждую ошибку. Но была одна проблема. Тренировали в основном мое тело и мою выносливость, но на саму силу упора не было, так что я с ней ходил как неприкаянный. Так что да, без использования способности я довольно силен. Быстрое передвижение, меткая стрельба и метание ножей, прекрасное управление мечом, сильные руки и ноги… Да только вот сами мои техники никудышные, ведь почти всё время тренировал я их сам. Да и когда я эти самые техники использую, мое тело становится… пиздец каким слабым. Пример тому — мои прошлые сражения с проклятьями. Так что сейчас меня ждут тренировки, тренировки и еще раз тренировки. Конечно, я мог бы попросить сенсея или других учителей меня обучить, но унижаться перед ними своим незнанием и неумением не особо хочется. Мы, господа, гордые, ноги откусят — на руках пойдем. Собрав волосы в хвост, переодевшись в белую водолазку и черные джинсы, подхватил под руку Ху Лея и драпанул на улицу. Лей, проснувшись от движения, злобно зыркнул на меня глазом, подражал в руке, протестуя, но всё же успокоившись, покорно лег в ладони. Когда выбежал на улицу, в лицо тут же ударил утренний воздух. Поежившись, направился на тренировочное поле. Слава богу, во дворе колледжа еще никого не было, все спокойно спали, так что я мог начать тренировку без посторонних глаз. С чего там надо начинать…? А черт его знает, делаем по интуиции. Сев на землю и бросив меч рядом с собой, я глубоко вдохнул прохладный воздух и закрыл глаза. Обычно начинают с медитации, верно? Расслабиться получилось не сразу. Посторонние уличные звуки сбивали, но после я смог от них абстрагироваться, погружаясь в… медитативное состояние? Хрен знает, как это назвать. Первые минут 15 я просто сидел, расслабив всё тело. Но после по телу прошлось тепло, начиная с пяток и останавливаясь на макушке головы. В руках заструились теплые, почти горячие струйки энергии, протекающие по каналам, отвечающие за магию. Перед глазами заплясали разноцветные узоры. Энергия из рук потекла по всему телу, переходя в ноги, грудь и останавливаясь возле паха. Приятное ощущение. В такое состояние я погружался всего пару раз за жизнь, и могу с точностью сказать, что такого приятного ощущения у меня не было никогда. В груди эта энергия, казалось, собралась в клубок. Вышел я из этого состояния, когда этот клубок стрельнул током в голову. Открыв глаза, я разочарованно выдохнул. Хотелось бы посидеть так подольше. Глянув на экран телефона, который я взял в руку, удовлетворенно хмыкнул. Прошел почти час. Встав с земли и отряхнув джинсы, я попытался сконцентрировать силу в ладонях, что у меня мгновенно получилось. Черные языки пламени затанцевали в ладонях резво, будто до этого так и ждали, дабы высвободиться. После медитации энергии стало словно в 3 раза больше, и ее надо было куда-то деть, из-за чего огонь я еле удерживал на месте. В итоге, решив дать ему свободу, я распустил узлы, сдерживающие силу. Пламя тут же начало покрывать мое тело, согревая кожу. На солнце чернота переливалась, будто бы отдавая серебряным оттенком. Игра света, приятно действующая на глаз. Спустя время появившаяся энергия постепенно начала успокаиваться, так что я «проглотил» огонь, возвращаясь в обычное состояние. Трава возле меня, на удивление, не была выжжена, хотя силу я не особо контролировал. Что ж… А может, еще разок? В этот раз в медитативное состояние я погрузился намного быстрее. Но пришлось сквозь дымку расслабленности удерживать свое тело в сидячем положении, ибо я потерял связь с внешним миром от слова совсем, и возникло ощущение, будто меня крутят по кругу. Впрочем, это ощущение быстро прошло. На этот раз теплота началась с пяток и быстро заструилась наверх. Пальцы начало немного покалывать от сгустившейся на них энергии, а голову приятно пекло, создавая ощущение, будто я долго стою под солнцем. В этот раз тепло собралось в клубок над пахом. Но очнулся я не так приятно. Комфортная теплота внезапно стала до боли обжигающей, так что я распахнул глаза, рвано дыша. Все мое тело обвивали черные бутоны, а стебли от них, овивающие мои кисти и шею, были покрыты полусантиметровыми шипами. Намек понят, больше не медитируем. Поднявшись с земли, я заметил, что там, где я сидел, тоже распустилось пять бутонов. Из земли же тут же появились шипы, не внушавшие доверия. И не то чтобы стоять 10 минут с острейшими штуками по всему телу так круто. Как бы я ни старался, убрать сие чудо у меня не получалось. И только спустя названные 10 минут розы постепенно начали уходить под кожу. Неприятно, но не больно. Проверить, получилось ли поднять процент используемой силы или нет, можно лишь в спарринге, который сейчас я устраивать не собираюсь. Оказалось, прошло уже чуть более полутора часа, так что пришлось брать в руку Ху Лея, которого так и не использовал, и плестись обратно в свою комнату. Тело немного ломило, но в принципе чувствовал я себя хорошо. Зайдя в комнату, я кинул меч на стул, а сам завалился на кровать не переодеваясь. Подключив наушники к телефону, залез в интернет и, найдя более-менее хороший фильм, улегся поудобнее. Что ж, отдых я заслужил.

<•••>

Мой просмотр прервал стук в дверь, который повторился еще секунд через 10, когда я решил не отвечать. Серьезно, желания с кем-то общаться не было вообще, хотелось побыть одному хотя бы один свой выходной. Но, судя по всему, человека за дверью такой расклад не устраивал, так что стук стал настырнее, действуя на нервы. Выдохнув сквозь зубы, я отложил телефон и встал с кровати, направляясь к двери. И что ж, я ожидал Юджи за дверью, но не это белобрысое чудо. Стоит, улыбается во все 32. А мое лицо кирпичом можно, наверное, с крыш на головы людей кидать. — Годжо-сенсей, вы что-то хотели? — недовольство так и сквозило в моем голосе. — Да! Погодка нынче хорошая, знаешь ли. Так что как тебе идея прогуляться? — Сатору покачнулся с пятки на носок, а я уже перебирал в голове уйму отмазок. — У меня нет выбора, да? — все же выдохнул я, понимая, что все эти отмазки будут глупыми и банальными. Годжо закивал, показывая, что в любом случае выход только один — переться с ним непонятно куда. Хотя погода и вправду хорошая. Сейчас намного теплее, чем раньше, птички поют, да и намеков на дождь нет. Ну, в конце концов, погулять не такая уж и плохая идея. Буркнув, что сейчас выйду, я закрыл дверь и поплелся к стулу, на котором висели мои вещи. В кои-то веки не униформа колледжа… В ней впору зимой ходить, а не в… Сколько там градусов? 15? Ну ни хера себе, 15 градусов в октябре. Ой е, сейчас уже октябрь… Время оказывается быстро летит, когда ты не лежишь на кровати и не пинаешь один известный орган. В итоге, напялив на себя черную водолазку и брюки карго, а также повесив себе на шею наушники, все-таки вышел в свет. Возле двери стоял Сатору, что-то просматривая в телефоне. — Ну давай, веди. А то вдруг я случайно потеряюсь и неведомым мне образом уйду обратно в комнату. Все может случиться, — фыркнул я, пытаясь пошутить. Кажется, это прокатило. Да ладно, я так умею, обалдеть. Годжо захихикал и подошел ко мне, похлопав по плечу. Я дернулся, пытаясь ускользнуть от прикосновения, но все тщетно. Вот гад. — Пойдём, я знаю та-а-ак много крутых мест. Только тсс, не рассказывай никому о них, это будет наш секрет, — что-то мне подсказывает, что об этих «крутых» местах знает половина молодежи уж точно. Но да ладно. Кстати, я заметил, что в этот раз беловолосый выглядит… по-домашнему, что ли. А еще без этой надоевшей повязки. Вместо нее черные очки. Ну, это уже какой-никакой прогресс.

<•••>

В итоге Годжо предложил сходить в кино. А я, дурак мелкий, согласился. И если честно, хуже фильма я не видел. Даже та итальянская комедия, просмотренная мной пару лет назад, была лучше. А это о многом говорит. А Годжо по этому человеку-червю, кажется, фанатеет. — В следующий раз фильм выбираю я, — буркнул я недовольно, выходя из кинотеатра. Сатору заулыбался на это. В итоге, решив зайти взять перекусить, мы заказали, на удивление, почти все одинаковое. Картошку фри, куда же без нее, один маленький бургер, милкшейк… Он тоже его взял. Взрослый дядя, здравствуйте. Кстати, в этом и отличия. Я взял клубничный, а он — шоколадный. В общем-то, все. И пока мы стояли, ждали заказ, мне пришло сообщение на телефон. Маркус, таракан прямоходящий: Киряяяяяя Мой золотой, мой хороший Я вижу, что ты читаешь сообщения 👺

Вы:

И тебе привет.

Что случилось, мелкий?

Маркус, таракан прямоходящий: Что значит что? Ты значит у нас геройствуешь, хотя мне все детство затирал о том, что так делать нельзя, а нам с Ричи даже не пишешь? Мне Рич всю плешь проел, волновался, кричал(

Вы:

Прости, просто никак руки не доходили до телефона. Я сейчас в порядке, отдыхаю.

Маркус, таракан прямоходящий: Точнаааа? 😏 А то, что отдыхаешь — это хорошо

Вы:

Так, говоришь, Ричи ругался? Опять его накрыло?

Маркус, таракан прямоходящий: Видимо Ругался на всех, на меня, на прислугу Но больше всего на себя Ну ты же его знаешь ( ཀ ʖ̯ ཀ)

Вы:

Сочувствую.

Я постараюсь почаще писать, правда. Еще раз извини.

Я выключил телефон, а после вздрогнул, когда понял, что Сатору все это время пялился на экран через мое плечо. — Манерам не учили? — вопросительно поднял бровь я, незаметно увеличивая расстояние между нами. — Прости-прости. Было просто очень интересно, — Сатору поднял ладони вверх, хотя искренними его извинения вообще не выглядели. Голубь. Так и подпишу. Голубь общипанный. А что, ему подходит. В итоге, когда наши заказы были готовы, мы вышли из душного помещения на улицу, болтая о всяком. Еда быстро закончилась, так как я за весь день так и не поел, а Годжо, видимо, в принципе любит покушать. И вот, идем мы, обсуждаем разные проклятия… И налетает на меня сзади маленький вихрь, обнимая поперек торса со спины. Конечно, первым желанием было оттолкнуть человека, а после желательно сломать ему нос. А потом я узнал эти маленькие ручки. — Маркус, милый, ты чего тут забыл? — развернувшись, я сверху вниз посмотрел на младшего брата, который сиял улыбкой. Он был не сильно младше меня, ему было 12, но ростом он не вышел. — Да вот, он мне сказал, что ты ответил. Решили тебя навестить, — прозвучал знакомый голос, и я, подняв голову, встретился глазами с Ричардом. Вот те на. — Я пытался его остановить, но он решил все-таки приехать… — раскаявшимся голосом пролепетал мелкий, отлипая от меня. А после, посмотрев на Годжо, ослепительно улыбнулся: — Вы ведь Годжо Сатору? Приятно познакомиться! Он словно маленькое солнышко. Мои губы дрогнули, и на них появилась слабая улыбка. Посмотрев на Ричи, я увидел ее и на его губах. Ричард, если честно, очень сильно отличался внешностью от меня. Да и характером, хоть и не так сильно. Ему 38, дед уже. Шатен, яркие фиолетовые глаза и подтянутое тело. Внешностью в мать пошел. Царство ей небесное. Да и мелкий, если честно, больше на маму похож. Хотя и от отца черты есть. Он чуть светлее, чем Рич, глаза темно-голубые — та самая черта от отца. Это я у нас отличаюсь из-за сыгравших шутку генов. А так, наверное, тоже был бы похож на мать… Или отца… Хер его знает. — Очень приятно увидеться воочию с тем, кто преподает у моего младшего брата, — размеренным тоном произнес Ричард, подходя ближе и кладя руку на мое плечо, при этом не сводя взгляда с Сатору. Он всегда был слишком подозрителен к тем, кто меня окружает. Ох уж эта забота… — Мне тоже крайне приятно познакомиться с семьей моего ученика. Может, если хотите, поболтаем? — Годжо ярко улыбнулся, но Ричи это мало проняло. Хотя он наверняка хотел поговорить с Годжо о моей учебе и травмах, которые я получил. — Может, зайдем в кафе? Я по пути видел очень миленькое заведение, — предложил Маркус, и мы решили, что это прекрасная идея. Уже в кафе Ричард и Сатору общались между собой, обсуждая мои задания, атмосферу в команде и еще какие-то штуки. Я не особо вдавался в подробности, больше следя за мелким. Он поедал пирожное и рассказывал о тренировках, которыми занимается в поместье, о том, как случайно свалился с яблони и сломал ветку, о том, что один из поваров приготовил вкуснейший яблочный пирог для него. И я с интересом слушал, иногда вытирая выпачкавшиеся щеки Маркуса салфеткой. Единственное, о чем я пожалел и жалею до сих пор после того, как ушел из поместья, так это о том, что не взял младшего брата с собой. Хотя к нему самое лучшее отношение в семье, так что он чувствует себя, вроде как, хорошо. Зависть иногда вспыхивала при мысли о том, что к Маркусу такое хорошее отношение даже со стороны отца, но я ее душил на корню. В конце концов, это же Маркус. Мое маленькое чудо, за которым присматривать нужно, как за новорождённым котенком. Все это время с моих губ не сходила легкая улыбка, которая появляется очень редко. — Кирилл? Земля вызывает, прием, — Ричард пощелкал перед моим носом пальцами, так что я отвис, хотя даже не заметил, как погрузился в свои мысли. — Я думаю, мы сейчас домой поедем. Постарайся больше не влипать в неприятности и писать почаще? — шатен встал из-за стола и помог спуститься с барного стула мелкому. — Не волнуйтесь, я прослежу за тем, чтобы с ним все было хорошо, — усмехнулся Годжо, тоже вставая вслед за всеми. Ну-ну, надейся. — Я постараюсь, — кивнул я брату. Уже прощаясь на улице, я, немного подумав, притянул в объятия Ричи, а после и Маркуса. Все же, я действительно скучал. Хоть у нас с Ричардом и бывают ссоры и недопонимания, но он все еще моя семья. Мой брат. А за мелким я всегда скучал. В итоге ребята сели в тонированную машину, которая уже ожидала, и уехали. — Хорошие у тебя братья, — произнес Годжо, а я кивнул. Замечательные.

<•••>

Я больше никогда не доверю Годжо выбирать аттракционы. Никогда в жизни. Чертовы, мать его, американские горки. Я боюсь высоты. Очень. А тут еще такая жопа. А ему хорошо, он смеется. А я, кажется, прирос к сиденью. И поседел. Это учитывая, что я альбинос. Спасибо, больше я туда ни ногой. Потом по списку были кривые зеркала. Я не совсем понял, что в этом смешного, но Сатору вроде понравилось, значит это я просто дуб дубом. Потом я гонялся по всему парку аттракционов за кошкой, которая явно не хотела, чтобы ее трогали. А я хотел. В итоге я всё-таки достал эту кошку. Она, кстати, попыталась расцарапать лицо голубоглазому. Выкусил, а? Коты меня любят. Потом мы объелись мороженого и сладкой ваты, какая-то тетушка назвала нас сыном и отцом, после чего я шел с кислой миной, а Сатору еще минут 15 меня подкалывал. Очень смешно, спасибо. В общем и целом, было весело, хотя на моем лице это не особо отображалось. Но мне правда понравилось. Но «классные места» мне так и не показали. Обидно. — Ты любишь уток? — внезапно произнес Годжо. — Одна из них пыталась меня однажды съесть, — пожал плечами я, отходя в сторону и пропуская бегущих мимо детей. — Значит, любишь, — кивнул Сатору. — Я знаю хороший пруд, там есть утки. Их даже можно кормить. Пойдем, — это был даже не вопрос, а просто констатация факта, что мы туда пойдём. Ну а я не то чтобы против. Так как уже вечерело, то начали зажигаться вдоль парка, где мы были, фонарики. Мы довольно быстро пришли к обещанному озеру. На дне прудика под мостом, на котором мы стояли, была включена подсветка. Плавало несколько уточек, то ныряя, то появляясь обратно. Сатору протянул мне несколько кусочков нарезного хлеба, на что я благодарно кивнул. Я не был уверен, можно ли здесь кормить этих птичек, но раз надписей об этом нет, значит можно. Очень быстро закат прошел, и начала подниматься луна. Подсветка на дне пруда красиво создавала блики на воде, а фонари вокруг создавали какую-то сказочную атмосферу. Внезапно послышались тихие взрывы, а после в воздух начали вылетать фейерверки, окрашивая небо в разные цвета. Некоторые фейерверки создавали разные фигуры, некоторые переливались всеми цветами радуги, так что я с любопытством маленького ребенка уставился на это представление. Годжо сзади подошел ближе и, кажется, протянул руку, но прикосновения не последовало, и он просто встал рядом. — Это прекрасно… — прошептал я, наблюдая за красотой в небе. — Да, — кивнул Годжо и отвел взгляд, кашлянув. Ну, в конце концов, день прожит не зря, да? — Помнишь, я говорил тебе за классные места? — спустя время подал голос беловолосый, когда фейерверки начали утихать. Я повернул к нему голову и кивнул. — Могу показать, если все еще хочешь, — на губах мужчины заиграла ухмылка. — Почему бы и нет, — я пожал плечами и отлип от поручня, на который опирался прежде. И вот, мы уже уходим из парка, как и многие другие посетители. Видимо, такое представление фейерверков тут частое явление. Мы свернули налево и пошли по узкой тропинке, вдоль домов. После дома закончились, а мы свернули вновь, идя уже черт знает куда. Извините, а наш Сенсей случайно не маньяк? А то что-то мне подсказывает, что маньяк. Ну все, заведут хрен пойми куда, прирежут… В итоге дома вновь появились, но уже не многоэтажные, а маленькие, с небольшими двориками. Мы подошли к какой-то заброшке, и я вопросительно посмотрел на Сатору. — Не боись. Оттуда открывается шикарный вид, пойдём, — а выбора у меня особого и не было. Пришлось пролезть под забором, но я справился, хоть и не сразу. В итоге, побродив вокруг здания, мы остановились возле большого дерева, верхушка которого заканчивалась на крыше четырёхэтажного здания. Не люблю я лазить по деревьям. Ну не мое это. Если в детстве я еще умел по ним карабкаться, то сейчас у меня это совершенно не выходит. Видимо, Маркус этой любовью к деревьям в детстве в меня пошел. А Сатору уже наступил на первую большую ветку, после переступая на следующую, хватаясь руками за ствол дерева. А может, плюнуть на все это и в общежитие пойти? Дорогу я вроде запомнил… Годжо уже проделал половину пути и помахал мне рукой, мол, давай залазь. Вздохнув, пришлось реально лезть. По пути я на удивление не загнал себе занозу. Только ладони немного покраснели от такого. Вот хорошо Мегуми и Юджи, их не взяли, они сейчас в кроватке нежатся, может даже спят. С горем пополам у меня получилось залезть по этому дереву на крышу. И, должен признать, из-за того, что заброшка находилась на утесе, вид действительно был завораживающим. Я подошел к краю и посмотрел вниз, борясь с желанием отскочить куда подальше. Луна была яркой, тучи её не закрывали, что делало ситуацию еще лучше. Сатору сел рядом со мной, свешивая ноги с крыши здания. Я, подумав, сел рядом, прижимая колени к себе. Все же я еще не на столько осмелел, чтобы свешивать ноги. Подул ветер, из-за чего волосы полезли мне в лицо, так что я скривился, отплевываясь от прядей. Годжо рядом засмеялся, так что я недовольно посмотрел на него. Сатору, немного помедлив, снял очки. Его и так яркие глаза будто бы блестели в свете луны. Он не смотрел на меня, любуясь звёздным небом. Его скулы казались еще острее из-за темноты, волосы под ветром откинулись назад, открывая его лицо лучше. На губах играла легкая улыбка, а глаза казались чем-то мистическим. Я отвел взгляд. Сердце странно ёкнуло, наливаясь теплотой. Я попытался подавить странное чувство, но оно все еще тлело внутри. — Ну, и как тебе? И только говори, что не нравится, — усмехнулся Голжо, поворачивая голову ко мне. — Я искал это место очень долго, и если ты его кому-то раскроешь, я больше не буду носить тебе вкусняшки, — подняв указательный палец вверх, произнес беловолосый. — Здесь и правда… красиво. Как в сказке, — произнес я тихо. Я знал очень мало сказок, но думаю, что красота и волшебство там бы описывались, как этот момент. И, возможно, я говорю не только о виде на небо.