Необходимое. Когда проснулась в чужой постели

      Когда она вошла в камин и произнесла: — Малфой мэнор, — то думала, что она никуда не попадёт, что так и останется стоять в своём камине, но на удивление перемещение случилось и она сейчас стояла в каминном зале поместья Малфоев.       Сердце продолжало усиленно стучать, да так, что она слышала его в голове. Да и дышать становилось труднее, словно воздуха вдруг стало меньше.       Гермиона пыталась собраться и успокоиться. Она вышла из камина, сжимая волшебную палочку в руке, и думала, что двери тут же распахнутся и кто-то из хозяев войдёт в зал…       Хоть бы это был не Люциус! Хоть бы это был не Люциус…       Но не Люциус, не младший Малфой не вошли в этот зал. И Гермиона решила идти без сопровождения, ведь дорогу она помнила и в её голове прозвучал голос Драко, что указывал ей путь. Двери открывались, стоило только ступить порога, словно она являлась хозяйкой поместья. Поднявшись по лестницы девушка выбрала правильное направление и наконец оказалось у спальни, дверь в которую была приоткрыта. Она толкнула её и зашла в комнату. Кровать была застелена, свет в помещении был тусклым, а портьеры плотно закрывали окно. Гермиона оглянулась и заметила дверь, что прежде не замечала. И она тоже была приоткрыта.       Гермиона подошла к ней и заглянула. Это был кабинет. А за рабочим столом сидел Малфой, в руке его было сжато перо и он медленно водил им по пергаменту.       — Ты мне соврал!       Она увидела как его рука остановилась и только потом он поднял голову и их взгляды встретились.       — Доброй ночи, Грейнджер, — сказал он.       — Ты открыл для меня камин?       — Если ты тут, то значит да, это так. Догадывался, что ты захочешь навестить меня.       — Ты не мог этого знать заранее, сама-то не знала.       — А я знал, что ты вспомнишь и придёшь, чтобы вероятно меня убить, угадал?       Гермиона видела как его взгляд был прикован к волшебной палочке, что она плотно сжимала в руке.       — Верно, и именно это я и хочу сделать.       Драко отложил перо, встал и она услышала скрип стула, отчего вздрогнула, и вот он уже шёл к ней. Волшебница выставила палочку вперёд, да так, что когда он подошёл, то она упёрлась ему в солнечное сплетение.       — И что же ты вспомнила, Грейнджер?       — То, что ты хотел утаить от меня!       — Может быть я не хотел тебя шокировать, и знал, что ты постепенно всё вспомнишь?       — Зачем ты это сделал?              — Я этого не делал!       — Врёшь! Я помню, точнее я вспомнила! Живо снимай рубашку, Малфой!       И он улыбнулся.       — Неужели ты хочешь повторить?       — То есть ты уже не отрицаешь того, что между нами всё случилось? Ты же только что сказал, что этого не делал?       Он засмеялся, а потом стал медленно расстёгивать рубашку. Как медленно тянулось время, слишком медленно. Гермиона чувствовала напряжение, что легко на её плечи, и сердце, что не переставало усиленно стучать. Как же её раздражала эта ситуация. Всё вышло слишком нелепо, глупо, но почему-то она почувствовала внезапный жар, что стал подниматься снизу вверх, пока она смотрела на него. Как же он медленно растёгивал рубашку. А ещё ощутила бешеное притяжение, которое уже не могла остановить, и вот рубашка упала к их ногам. Драко повернулся к ней спиной и она увидела татуировку из сна или воспоминаний, и опустила палочку.       — Я вспомнила именно эту татуировку.       — Ты вспомнила только её?       — Я вспомнила как прикасалась к ней. — И она повторила движение в точности как было в воспоминании или во сне, ведь она уже не понимала происходящего, а он развернулся и притянул её к себе.       — Я не хотел тебя врать. И знал, что ты не захочешь принять ту реальность, которая случилась.       — Как ты это допустил?              — Я не знаю, просто это случилось и всё.       — И просто ты хотел, чтобы я не вспоминала об этом!       — Я просто хотел дать тебе время.       — И что теперь?       Он смотрел ей в глаза, а потом резко притянулся за шею и его губы оказались на её губах. Гермиона почувствовала их тепло в контрасте с холодом его кожи и выдохнула ему в рот, а потом не смогла остановиться, углубляясь в поцелуй. Того, кого казалось ненавидит всей душой, а сейчас испытывала к нему притяжение, да такое, что кажется лишилась способности думать. И тело его было ей знакомо, она прикасалась к нему пальцами, и ощущала, что знает каждый сантиметр этого тела, словно проходила уже этот маршрут. Другой рукой она продолжала держать волшебную палочку, и он с лёгкостью и без её препятствия забрал её, разрывая поцелуй. Драко подошёл к столу и положил её палочку, а потом подошёл и взял её на руки.       И в эту минуту Гермиона подумала, что нужно всё это прекратить. Тогда она была пьяна и это стало случайностью, а сейчас, вот сейчас она могла всё прекратить, ведь была трезва, почти трезва, если не считать то, что он её пьянил: его аромат, его прохладные пальцы… Промелькнула мысль, что они могут об этом забыть. Но он уже положил её на кровать и его ладонь прошлась по её щеке. Он был так близко, рядом с нею, нависая над ней и его дыхание ласкало её.       — Зачем тебе это? — спросила она.       — Наверно, потому что попробовав раз — я уже не смогу остановиться.       Она закрыла глаза притягиваясь к нему за поцелуем. И больше не хотела останавливаться, ощущала, что её кровь опьянена и разум тоже. Она больше не слышала сумасшедшего биения сердца и все тревоги и беспокойства отступили. Наверное, под натиском его пальцев, что несли прохладу. А какие нежные были поцелуи...       Драко помог ей освободиться от джинсов, снять футболку, бельё, касался её волос и, она боялась смотреть ему в глаза, чтобы не увидеть в его взгляде осуждения, а потом он проник в неё. Выдохнув, девушка вцепилась ему в плечи ногтями, сгибая ноги в коленях, и чувствуя каждый проникающий сантиметр его плоти. Внутри неё происходило что-то незнакомое и знакомое одновременно, словно её тело узнавало его. Словно она была настроена под него и никак иначе.       Его движения были такими медленными, словно время остановилось, чтобы эти двое принадлежали друг другу. Его прохладная кожа и жаркие поцелуи, и медленные движения, что заставляли её дышать всё громче и громче… Она почувствовала, что сейчас в ней разливается река, словно она становится водой, перевоплощается здесь и сейчас, а он погружается в этот водоём. И вскрикнула, позволяя себе стать ещё громче и громче, и… Гермиона открыла глаза, а он уронил голову в подушку, сжимая её запястье.       Девушка закрыла глаза, и не знала что ей сказать. И нужно ли сейчас что-то говорить, а может стоит удалиться или притаиться?       Гермиона попыталась думать, но тепло разливающееся в её теле и усталость, что сковала её, мешали мыслям. И думая —она уснула.

***

      Гермиона открыла глаза, чувствуя как свет проникает под веки. Наступило утро, что заставило её вздрогнуть. Она захотела сесть в постели, как вдруг почувствовала тяжесть чужой руки на себе, и медленно повернула голову и увидела его лицо. Всё это не было сном. Всё это случилось на самом деле. И она снова была в Малфой Мэноре, а рядом лежал Драко.       Девушка попыталась поднять его руку, но он резко зашевелился и протянул её к себе.       — Снова уйти не получится. Нужно будет поговорить.       Он не спал.       — Я не знаю, что говорить.       — Можешь ничего не говорить, а собрать свои вещи и переехать от родителей ко мне. Ты уже взрослая девочка и можно начать жить самостоятельно.       — Что?       — В твоих ушах нет этих штук с музыкой и поэтому не притворяйся что ты не слышишь и ты не глупа, чтобы не понять что конкретно я тебе предлагаю?       Драко освободил её, убирая руку, и потянулся, а потом резко оказался над нею. Он смотрел на неё своими серыми глазами и, Гермиона выдохнула.       — Это безумие...       — Что именно?       — Всё что ты сейчас сказал.       — Я так не считаю. Может быть всё это конечно весьма неожиданно, но это уже случилось и мне понравилось.       — Что именно?       — Всё что произошло, — с улыбкой ответил он.       — Малфой, мы не...       — Меня зовут так Драко. И мне приятно познакомиться, — сказал он и всё что хотела сказать она вдруг перестало существовать.       — Меня зовут Гермиона и мне тоже приятно познакомиться.       — А как тебя называют родители? Может полным именем? — Гермиона смотрела на него так серьёзно, что он снова рассмеялся. — Ну что ты так смотришь на меня? Я же просто спросил как называют тебя родителей, это совсем не Министерская тайна.       — Миона. А тебя?       — Мама меня называла мой дракон и мне было бы приятно если бы ты называла меня также.       Он засмеялся, а Гермиону продолжила хмуриться.       — А что скажут твои родители?       — А твои?       — Вообще-то я первая спросила. Нет, ну серьёзно, а что скажут твои родители? Мои не знают кто ты такой, я же не посвящала их во все эти подробности, а вот твои... Я думаю Люциус...       — Мне всё равно что скажет и подумает Люциус.       Драко коснулся ладонью её лица, а потом его пальцы нырнули под одеяло и девушка почувствовала как они проскользнули по её животу, устремляясь ниже.       — Малфой, — вскрикнула она.       — Мы только что перешли на имена. Или Дракон, помнишь?       А его пальцы уже пробрались под трусики.       — Прекрати, Мал... Да-а, Драко, подожди... — Гермиона попытался освободиться от его хватки, но почувствовала как пальцы пробираются всё глубже и глубже, а её тело начало просыпаться, отзываясь.       Он коснулся губами её губ и всё о чём она думала улетучилась, словно ничего больше и не существовало.       Гермиона погрузилась в поцелуй соглашаясь на всё, совершенно на всё, а он разорвав поцелуй коснулся её уха и прошептал:       — Если бы я знал, что тебя всего то нужно бы напоить, то я бы совершил это раньше, ведь я давно тебя хотел, Гермиона. Но это не всё. Не только хотел. Главное то, что я люблю тебя и всегда любил, — это стало признанием, которое она никогда не ждала.       Это было как сон, что-то нереальное, словно происходило не с ней и не сейчас, но ей это нравилось. И ей это больше чем нравилось. Ей это было необходимо.