солнечная встреча

Сено, 6:41 p.m. Молоко, камамбер, помидоры и вино.

Стэнли1990, 6:45 p.m.

А вино тебе зачем? Ты так скоро сопьёшься, если каждый раз, когда Сенку шлёт тебя нахрен, будешь напиваться.

Сено, 6:50 p.m. Этот молокосос совсем от рук отбился, кинул меня с нашим проектом, сказал, что у его мужика день рождения, и он будет отдыхать. Это такое скотское поведение.       Стэнли решил не отвечать, затянулся сигаретой на пару мгновений дольше, чем обычно, и расслабленно выдохнул дым через нос. Пока на светофоре красный свет, можно было спокойно покурить. Не то чтобы для этого нужны были какие-то особые условия, просто ему так нравилось гораздо больше. Взглянув в верхнее зеркало заднего вида, он заметил, что помада на губах почти стёрлась. Настроение почти сразу пропало. О какой закупке продуктов могла идти речь, если он выглядит как ободранная проститутка из нищих штатов или соседней Мексики.       Он потушил сигарету пальцами, выдавливая тлеющую часть табака в окно, и закинул окурок в пачку. Мысленно сделал пометку, что у супермаркета надо будет выкинуть весь мусор, скопившийся за час езды на машине. А затем задумался, сможет ли он взять внеплановый выходной. Он был на сто процентов уверен, что Ксено сейчас напьётся, купит билеты на ближайший рейс до Токио и уже совсем скоро будет кошмарить Сенку наяву.       Оставалось ещё немного времени, и Стэнли достал из косметички фиолетовую лаковую помаду, аккуратно нанёс её, смотрясь в зеркало заднего вида, а потом положил руку на руль, скучающе наблюдая за светофором. Водить машину было скучно, ему больше нравилось, когда Ксено на правах водителя.       А ездил он до безумия забавно: обозлённый взрослый мужик учёный, ненавидящий людей и мечтающий об анархии и своей дальнейшей диктатуре, в вопросах вождения был педантичен до безобразия. И даже руль держал двумя руками, чёртов старик. Стэнли усмехнулся, подавляя желание закурить. Всё равно сигареты кончились, а до ближайшего супермаркета ехать ещё минут десять. Наконец свет переключился, и он тронулся, на ходу показывая фак лысому мужику, пытавшемуся его подрезать.       Надо было ещё стекло опустить и плюнуть в его тачку.       За день укладка знатно попортилась, выпустив множество прядей на лоб. Стэнли, недовольно фыркнув, одной рукой, продолжая следить за дорогой, вытащил из бардачка чёрную заколку; в наиболее удобный момент от отпустил руль, почти мгновенно закалывая надоедливые волосы.       Ксено сдохнет от смеха.       Паршивая весна, как обычно, принесла кучу проблем на работе. Очередная кучка идиотов, подписавших контракт, которых закинули на обучение. А Стэнли, как обычно, словно мамка должен следить за их подготовкой, будто их не тренировали ещё до вступления в спецотряд.       С каждым годом он всё больше соблазнялся бросить всё это и жить на полном обеспечении Ксено. Тем более, он уже несколько раз предлагал это.       В магазине не было любимого тёмного шоколада Ксено; пришлось выкручиваться, выискивая ему на замену печенье. К счастью, всё обошлось, и вот Стэнли уже относительно довольный ехал домой, беззаботно потягивая сигарету. Сено, 7:36 p.m. Ты сдох там?

Стэнли1990, 7:40 p.m.

Через пять минут буду, жду ужин.

Сено, 7:41 p.m. Иди ты нахрен, Снайдер. Не заслужил.       Стэнли удивлённо выгнул одну бровь. Такой реакции он точно не ожидал. Оставалось лишь гадать оставшиеся минуты, что же такого Ксено себе успел придумать.       Может, обиделся на то, что я его алкоголиком назвал?       Подъезжая к дому, он не удержался, и громко выругался, нажимая на гудок. Ксено опять в его отсутствие мерзко постриг кусты и развесил отвратительный кусок тряпки с логотипом «Х». У него была необъяснимая мания превращать их дом в паршивую смесь средневекового замка со знамёнами и базу безумного учёного из дешёвой комедии.       Только вот Ксено буквально был безумным учёным.       Стэнли загнал машину в гараж, взял пакет с покупками, а затем, подходя ко входу в дом, со злостью сорвал убогий флаг.       — Ксено, твою мать, что опять? Почему ты не затыкаешься, говоря об элегантности, если тебе этот термин недоступен? Тебе что, десять?       Не услышав ничего в ответ из глубины дома, он оставил пакет с продуктами на кухне, а сам закурил, пытаясь успокоиться. Не в его духе так срываться, тем более на Ксено. Затем двинулся на поиски.       Нашёл он его в ванной, зачёсывающего волосы.       — Куда ты намылился?       — Никуда, я не могу нарядиться, если сижу дома?       Стэнли с интересом наблюдал, как Ксено старательно подводил слизистую мягким чёрным карандашом, сразу же тушуя его маленьким спонжиком. Тёмная дымка мягко перетягивала внимание с огромных мешков под глазами на себя.       — Что с ужином?       — Тебе лишь бы поесть, Стэн. В духовке жаркое. Через два часа приедет Луна. А через неделю мы с ней летим в Японию.       — Как мило, Ксено. Ты обиделся, выбрал себе нового протеже и едешь к своему нерадивому ученику показать, что он у тебя не единственный. Как низко ты пал! А теперь свали отсюда, я хочу принять ванну.       Не дожидаясь выполнения просьбы-приказа, Стэнли включил воду, а затем снял брюки и потянулся, разминая уставшее тело. Ремень, будь он неладен, сегодня давил, а одежда натирала. Ксено незаинтересованно посмотрел на него, тем не менее, задержав взгляд на пару секунд на бёдрах. Стэнли выгнул бровь, приняв как можно более надменный вид, и вильнул тазом, прежде чем расстегнуть застёжку боди.       — Долго не лежи. И не кури.       Горячая вода приятно расслабляла мышцы, казалось, обволакивая каждую клеточку организма. Вытянув ноги, он включил на фон какой-то подкаст и потянулся за сигаретами.       Курить в ванной — восьмое чудо света. Сено, 8:10 p:m. Собака, я же сказал тебе не курить!

Стэнли1990 8:10 p.m.

Я не курю, тебе кажется. Проверь духовку, думаю, у тебя жаркое горит.

Сено, 8:11 p.m. Не лги мне, Стэн, я отчётливо чувствую запах табака. Сука, из-за тебя уже весь дом провонял!       На фоне послышалась ругань Ксено, но Стэнли не обратил на это никакого внимания. Лишь вытянулся, принимая наиболее расслабленную позу, и продолжил курить, глядя на дверь.       Три…       Шум воды заглушал посторонние звуки, но слух Стэнли провести было тяжело.       Два…       Послышались тихие шаги.       Один.       Дверь распахнулась, и в ванную залетел разъярённый Ксено.       — Стэн, ты заебал, сколько раз я должен повторять, что курить в доме нельзя? — рявкнул он, склоняясь к нему.       Стэнли, ухмыльнувшись, демонстративно выдохнул дым ему в лицо, а затем максимально нахальным образом облизал свои губы, слегка обнажая белоснежные клыки.       Пускай помучается, он тоже умел в сексуальное давление.       Ксено скривился, размахивая ладонью перед носом, метнул взгляд на бортик — туда, где в наиболее широкой части лежала пачка сигарет и зажигалка, схватил это добро и удалился, процедив сквозь сжатые зубы:       — Хуй тебе, а не ужин, Снайдер.       — А я думал, что он идёт после ужина!       Стэнли с максимальным наслаждением вбирал в себя все прелести горячей ванны и подкаста на фоне. Всё было бы идеально, если бы не тот факт, что звук постоянно прерывался, ведь каждые секунд двадцать телефон выплёвывал из динамика богомерзкие уведомления о новых сообщениях.       Ксено бесновался основательно. Стэнли готов был поклясться, что иногда слышал клацание когтистых перчаток по экрану.       Скоро опять придётся ехать с ним выбирать ему новый телефон.       А всё потому, что Ксено обожал свои идиотские перчатки с металлическими когтями, которые царапали и разбивали со временем любой экран в хлам. Стэнли мечтал изрешетить его тело из пулемёта. Особенно после предательства в виде изъятия сигарет. А ещё за приглашение Луны.       Нет, он замечательно относился к ней, настолько, насколько мог. У него не лежала душа к людям. Она была смышлёной девчонкой, подавала какие-то надежды, хоть Ксено и рвал её отчёты почти каждый раз. У неё явно не всё в порядке с головой, раз она продолжала мечтательно плестись за своим наставником, таскаясь с ним в такие места, куда ни одной молодой душе не стоит являться. Стэнли усмехнулся. Ксено издевался над своими учениками по-разному, но лишь двоих пустил в свою жизнь ближе, чем следовало.       Только вот змеёныш Сенку регулярно кусал руку, выкормившую его, а Луна послушно ластилась, продолжая как губка впитывать новые знания.       А Ксено вымещал своё недовольство дома, ругаясь на Сенку так, словно тот ему запорол его самую первую диссертацию.       Телефон уже разрывался от сообщений, грозясь свалиться в воду из-за непрекращающейся вибрации. Стэнли схватил его, лениво глядя на экран. Сено, 8:25 p.m. Эта скотина сдвинула сроки сдачи отчёта, я её четвертую, когда она приедет. Сено, 8:26 p.m. Дура малолетняя, нахваталась дерьма от Сенку. Сено, 8:27 p.m. Ты тварь, ответь мне. Я тебя ночью застрелю из твоего же пистолета. У тебя есть десять секунд. В следующий раз я привезу из лаборатории кокаин. Ты будешь умолять меня, чтобы я не дал тебе смертельную дозировку. Ты сдох? Сено, 8:28 p.m. Вина ты тоже не получишь. Сено, 8:30 p.m. Ты спишь на диване. Сено, 8:31 p.m. Давай мы тебя отправим в Сирию. Сено, 8:35 p.m. Ужин готов.       Стэнли быстро напечатал ответ, но сообщение не было доставлено.       Усмехнувшись, он отложил телефон.

***

      Приняв душ, он вышел из ванной, шлёпая босыми влажными ногами по полу. Тело было ватным. Он зашёл на кухню, начав наблюдать за Ксено, накрывающего на стол. Ничего интересного не заметил, бросил взгляд на бумажный пакет из-под продуктов, стоящий в углу. Там лежала пачка сигарет, плохо скрытая всяким «мусором» типа чека за покупку. Улыбнувшись, он достал её и сразу же закурил, вызвав раздражённый выдох у Ксено.       — Луна приедет пораньше, приведи себя в порядок. И, чёрт возьми, оденься, прекрати ходить голым по дому.       Он усмехнулся, наслаждаясь раздражением Ксено. Выводить его из себя — одна из лучших частей его жизни, сразу после курения и прямо перед хорошим пивом в компании Майи и Шарлотты.        Ксено бросил на него настолько недовольный взгляд, полный нетерпения, на что Стэнли послушно поднял вверх обе руки, показывая, что со всем согласен и уже уходит. Может, ему и нравилось злить своего дорогого несносного мужа, но заходить за грань всё равно не стоило.       Иначе бедная Луна весь вечер будет слушать о том, какие они все дрянные мерзкие ублюдки, а Стэнли этого не хотел. Бедную девочку стоило хотя бы раз пожалеть. Хотя бы ради собственного спокойствия, ведь тогда она снова расклеится, и Ксено будет недоволен, разразится оскорблениями на несколько дней вперёд, не давая ничего дельного и конструктивного.       С ним по-другому не получалось.       Он всегда был таким, Стэнли с уверенностью мог это сказать, ведь они знакомы с детства.       Начинали как мальчишки, задиравшие друг друга, но проводившие почти всё свободное время вместе, а закончили мужьями, которые срываются с места и летят в Японию к их ученику-сыну-надежде, вправляя ему мозги каждый раз, когда тот разменивал своё время на ненужные вещи.

***

Стэн, 11:57 p.m. Спишь?

Доктор Х, 11:57 p.m.

Стэн, ты буквально находишься рядом со мной, видишь, что я держу в руках телефон, так какого чёрта ты мне пишешь?

Стэн, 11:58 p.m. Мне лень говорить.       Ксено усмехнулся, поворачиваясь к Стэнли и обнимая его. Приятная нега после секса на пьяную голову захватило его тело, и руки дрожали, не желая нормально покоиться на широкой груди мужа.       — О, у моего маленького чихуахуа появилось настроение на нежности?       — Заткнись, ты такой момент испортил.       Стэнли запустил руку ему в волосы, мягко массируя кожу, от чего Ксено довольно мурлыкнул, прижимаясь щекой к тёплой коже, совсем рядом с шрамом от осколочного ранения.       Размеренное дыхание Стэна успокаивало, и в голове на секунду даже промелькнула мысль милостиво сжалиться над Сенку, не портить счастливый конфетно-букетный период в отношениях своего то ли ученика, то ли сына, но он её сразу же отогнал. Если издёвку по поводу и правда заболевшего впервые полгода назад сустава прямо во время совместного опыта он ещё мог простить, то наплевательское отношение к обязанностям — ни за что.       Это не элегантно.       Да и просто не в его духе.       Пускай молодёжь учится на ошибках, пока он ещё волен давать им повод для этих самых ошибок.

***

Сено, 8:10 a.m. Стэн, я уже заебался! Японцы такие дотошные, просто кошмар. И транспортная сеть у них дерьмовая.

Стэнли1990, 8:12 a.m.

Ты почему ещё не спишь? Я тебя будить не буду, когда ты вернёшься со сбитым режимом.

Сено, 8:13 a.m. Я только что долетел, идиот. Взял такси, надеюсь мелкий гадёныш будет рад ощутить последствия своей тупости.

Стэнли1990, 8:13 a.m.

Нет, он будет рад, что его посетил профи по гейским штучкам с больной спиной и мешками под глазами размером с Юпитер.

Сено, 8:14 a.m. Иди ты нахрен, Снайдер. Ты мне будешь ещё должен за то, что не поехал со мной.

Стэнли1990, 8:15 a.m.

Извини, престарелая чихуахуа, но под меня не подстраивается вся система, и я не могу по своему желанию свалить на другой конец планеты. Тем более, у меня подготовка к миссии.

Сено, 8:16 a.m. Стэн, ты охренел? Почему я последний узнаю о твоих командировках? И куда на этот раз?

Стэнли1990, 8:17 a.m.

В Иран, жди меня с новым пулевым или осколочным. ;)

А теперь мне пора заниматься делами.

      Стэнли отложил телефон, закурил сигарету и тронулся с места по зелёному сигналу светофора. Хотелось в отпуск, устроить импровизированную гонку на мотоциклах с Майей, а не тащиться на работу. Тем более, с пониманием, что скоро опять ждёт отправка в горячую точку.       Телефон переодически попискивал, оповещая о новых сообщениях, но он игнорировал эти звуки. Он знал, что там ничего важного, ведь Ксено наверняка просто обругивает всё, что приходит ему на ум.       Тем временем телефон уже буквально надрывался, без остановки получая новые сообщения. Стэнли раздражённо выдохнул, зажал сигарету в зубах и схватил его свободной рукой, мельком взглянув на уведомления. Сорок семь. Интересно. Он устремил свой взгляд на дорогу, мысленно делая пометку, что новый телефон, который он купит Ксено, будет разбит уже его собственными усилиями. Иногда его натурально выводила из себя привычка Ксено писать кучу сообщений.       Остановившись на очередном светофоре, он снова обратил своё внимание на переписку. Пролистал в самый конец, решив не отвечать ни на что, кроме последнего. Сено, 8:30 a.m. Чёртов Стэнли Снайдер, мой муж и по совместительству самое ненавистное для меня лицо, если ты сейчас не ответишь мне, я арендую частный самолёт и прилечу как можно быстрее, чтобы ты ответил на мой вопрос. Скажи мне, паршивец, когда ты уезжаешь?

Стэнли1990, 8:34 a.m.

Через неделю.

      Стэнли выдохнул, напряжённо барабаня пальцами по рулю. Он соврал, поэтому сразу же для спокойствия души посмотрел расписания рейсов, опасных для его жизни. К счастью, на разборки с Сенку Ксено потратит достаточно много времени, тем более, в Токио у него есть и другие дела. В этом они и отличались. Ксено всегда сообщал ему о своих планах.       А вот Стэнли — очень редко.       У них была своя маленькая традиция: независимо от обстоятельств Ксено всегда провожал его. Только вот сейчас обстоятельства были неудачными. И Стэнли всё равно заботился о нём, поэтому не мог позволить своему вечно больному Ксено с постоянно трещащей от переутомления головой болтаться в самолёте туда-сюда.       Для здоровья вредно.       А ещё он просто не хотел видеть, как в этих чёрных глазах проявляется печаль. Это не в духе Доктора X. Он не хотел видеть Ксено в таком состоянии.       А всему виной была последняя миссия, с которой Стэнли вернулся в инвалидной коляске, потому что заработал пулю в бедро и превращённую в кучу фарша с костями левую ногу.       Не буквально, конечно.       Но почти.       Подумаешь, придавило обломками здания. С кем не бывает.       Подумаешь, перелом в двух местах. Всякое же случается.       Уже завтра вечером он улетает. Как так вышло, что он не нашёл в себе моральных сил сообщить Ксено о миссии, — он не знал.       Вернее, не хотел признавать, что обманывать мужа в таких вопросах попросту бесчеловечно. Сено, 8:50 a.m. Не лги мне, Стэн. А теперь будь моим послушным котёнком и скажи дату.       Стэнли вздохнул. Будь он неладен, Ишигами Сенку, приучивший Ксено переписываться так много. Это, конечно, очевидно, что когда ученик находится в другой стране, наставник будет ему писать сообщения по электронной почте.       Но не настолько, чтобы брать эту привычку и в обычную жизнь. Ладно, сейчас он находился в Японии, и Стэнли понимал, что это один из немногих способов общаться.       Но его всё ещё передёргивало от того, что Ксено вчера попросил его налить чай, пока сам находился на кухне. Между прочим, сам Стэнли сидел рядом с ним. За одним чёртовым столом.       Именно тогда стало понятно, что пора что-то менять.       Но пока что было не до конца понятно, что именно требует переработки.       Стэнли решил не отвечать на сообщения Ксено, ему было не по себе и от собственной лжи, и от феноменальной способности мужа чувствовать его ложь на любом расстоянии. Сено, 8:55 a.m. Снайдер, я только что узнал у Шарлотты всё о твоей миссии. Почему ты не сказал мне? Ты правда не понимаешь, что это отвратительно?       Да, Ксено, врать — не элегантно. Мерзко. Ужасно. И низко. Сено, 8:56 a.m. Если чёртовы боевики не убьют тебя, это сделаю я, когда ты вернёшься домой.       Стэнли улыбнулся.       Ксено тоже умел врать.       Но сейчас он лгал как ребёнок.

Стэнли, 8:57 a.m.

Не убедил, дорогой. Старайся лучше, я тоже умею чувствовать, когда ты врёшь.

      В конце концов, через два месяца, если всё пойдет по плану, он вернётся домой к Ксено, получит заслуженную порцию оскорблений и тёплых объятий. И тогда он будет слишком соскучившимся по Стэнли, поэтому не станет докучать ему сообщениями дома.