Компашка

Голден Чиз вот уже как два месяца владеет соулджемом Изобилия. И всё это время задаётся вопросами: есть ли ещё печеньки, владеющие такими же мощными артефактами, и у всех у них ли такие же безбашенные помощники? С первого дня их знакомства и до сих пор грубый, громкий голос каждый раз врывался в её сознание и не затыкался на ближайшие пару часов. Ладно, если бы он болтал о безобидных темах и доставал бы свой нудностью, но всё было ровно наоборот. Бёрнинг Спайс Куки любил посмеяться, жестоко пошутить, и его даже не волновало, что единственный слушатель не разделяет его эмоций. Голден Чиз сначала пугали неожиданные звуки, издаваемые невидимым существом, к ним она быстро привыкла, в отличие от жестокости Специи. Каждый раз, когда она натыкалась на разбойников или на диких зверей, «наставник», как он сам себя называл, появлялся на периферии сознания и внимательно следил за боем, периодически говоря под руку: куда нужно бить или в какую сторону уворачиваться. Его хаотичные подачки совсем не помогали, а лишь отвлекали. А зверю хоть бы что: не хватало пива и чипсов для счастья. Худшее неизменно начиналось в конце битвы, когда соперник повержен и беспомощный лежит на земле, тяжело дыша. Сыр печенькам всегда предлагала стать её последователями, а зверушек либо отпускала, либо забирала под своё крыло. Такой расклад не устраивал Жгучую Специю, и их пререкания перерастали в неизменный конфликт. Он прямым текстам говорил, что так просто отпускать слабаков, которые проиграли не интересно. Их надо добить. Иначе сам становишься жалким слабаком неспособным на сильные поступки. Чиз каждый раз коробило от его предложений, но, конечно, не поступала так. Хоть она и посвятила себя физическому развитию, но умом Ведьмами не была обделена. Понять, что не от простой жизни печенью приходится добивать противников, было не так сложно. Возможно, одной из причин были суровые условия жизни Спайса, при этих неозвученных мыслях он всегда замолкал, ни подтверждая, ни опровергая её подозрения. Но его молчание было более говорящим, чем он сам на эту тему. Кроме того, сам он любил объяснять свою тягу к разрушению весельем. Специи было весело смотреть на страдания других. На их напуганные лица в ожидании смерти, трясущиеся тела, на то, как их тесто развевается по ветру. А после разорять жилища убитых исключительно ради еды и уничтожать то, что можно было присвоить. Голден Чиз не была согласна ни с убийством, ни с разрушением сокровищ. Она не понимала, как можно разрушить столько полезных вещей и, тем более, убивать опытных мастеров, тех, кто может построить великую цивилизацию, и простых, беспомощных жителей. Всех печенек, их достижения, будущие открытия и изобретения, всё до чего могут дотянуться её руки, Сыр желает забрать себе и построить великую страну, где будет вечный мир и покой, где не будет войн, а она будет во главе этого государства — богиней. Её жадность не знала предела. Жадность, которая стала двигать девушку вперёд, других следовать за ней, а соулджем посчитать её достойной большой силы и помощи в достижении благородной цели и защите Хлебоземелья. Амбиции Голден Чиз отчасти поощрял и Бёрнинг Спайс, ему нравилась её жадность и стремление к силе. Однако это можно было использовать и в более весёлых целях… Несмотря на их разногласия, они нашли параллели в любви к боевым искусствам и оружию. По рассказам зверя, он имел огромную секиру, которой не так-то просто овладеть. Это девушка поняла бы и сама, но гордый тон голоса Специи выдавал его хвастовство своей силой и боевыми навыками. Мало того что он использовал увесистое оружие, но и превосходно сражался на кулаках. Голден Чиз же не могла похвастаться впечатляющей мускулатурой, но была сильна в отточенных приёмах и владении копьём. Внешне она действительно выглядела хилой или хотела казаться такой, но вступив с ней в бой, противники зачастую жалели, что недооценили Голден Чиз Куки. Хотя находились и сильные противники, с которыми было интереснее сражаться, а запал Жгучей Специи, которой чувствовался в джеме, заставляли выкладываться на полную. Это правда, что изначально новый и бывший герои не поладили и считали, что никогда не поймут друг друга, но они оказались не правы. Наставления Бёрнинг Спайса вне боя, его помощь в тренировках и советы помогали расти Голден Чиз. Та, в свою очередь, целеустремлением, нравоучениями, в которых была не сильна, но которые, к удивлению, помогали, и светом камня Изобилия наставляла нового друга на путь искупления. Да, теперь Сыр внутренне звала его другом. В первый раз Специя громко рассмеялся над этим прозвищем, по его мнению, друзья — слабость, которая утянет за собой на дно. Но разве он и так не там? Заметив абсолютно серьезное и даже слегка обиженное лицо, он перестал смеяться, задумавшись. Раз он навсегда связан с птичкой, которая смогла пролить золотой свет в его жизнь и развеять скуку, почему бы не позволить себе такую вольность. Да! Ему была по душе эта идея и её наглость предложить богу Разрушения дружбу. Пожалуй, он позволит любимой преемнице такую вольность, какой не удостаивался никто из его приближённых. Единственные его друзья были остальные звери, с которыми он начал свой путь славы и закончил его во тьме. Но теперь всё начало меняться, может быть и ему стоило. Тем более не хотелось расстраивать пташку.

***

Её миссия была трудной, но не невыполнимой. Однако в пустыне не так-то просто выжить: нехватка ресурсов, вечная жара, бескрайний песок, практически полное отсутствие цивилизации. Чиз нужно быть сильной и не показывать слабость, особенно перед теми, кто решил за ней последовать. Она не могла позволить себе разочаровать тех, кто в неё поверил. Но иногда у всех бывают тяжёлые дни. Чаще всего это случается ночью, во время привала, пока все спят. Одна Сыр бодрствует, думая о будущем, и в каком направлении двигаться завтра, чтобы достичь цели. Так не может больше продолжаться: её сокровища сильно устали за это время, хоть вера в их богиню ни разу не пошатнулась, силы были на исходе. Она должна а ближайшее время найти пристанище для них, а самой отправиться на поиски лучшего места для её королевства. Во время этих тяжёлых размышлений Голден Чиз теряла свою вечную гордую, широкую улыбку и живой блеск в глазах. Успокаивая себя, девушка предпочитала начищать золотое копьё до блеска или рисовать на песке город мечты и счастливых жителей. Смотря на получившуюся картину, лёгкая улыбка касалась её губ, и опустошённая крылатая печенька ложилась на бок, подгибая ноги и укрывая себя крыльями, засыпала. А на утро уже была подрядчком, озвучивая план действий на день, подбадривая последователей. Но в этот раз девушка так и не смогла отдохнуть. Накопившийся страх и сдерживание эмоций дали о себе знать. Голден Чиз старалась улечься поудобнее, но так и не нашла удобной позы и…психанула. Такая мелочь на фоне ежедневного стресса, от которого не спасали даже ежедневные изматывающие тренировки, вылилась в слезившиеся глаза и тихие всхлипы. Даже сейчас она не могла дать своим эмоциям волю, так как не хотела будить остальных, они и так устали после долгой дороги. — А ты разве не устала? — вдруг в голове зазвучал непривычно спокойный, даже строгий голос. В момент осознания, что даже наедине с собой Сыр не может быть одна, стало ещё тошнее, но слёзы упрямо сдерживала. Она не могла себе позволить их показать перед наставником. Мало того, что он её засмеёт, наверняка, так ещё и разочаруется в ней и отвернётся от слабачки. Ведь Спайс больше всего не любит и презирает именно слабаков. Но и терпеть больше сил нет. Собрав остатки силы, Голден Чиз расправила крылья, взлетев, направляясь в неизвестном направлении и не разбирая дороги. Тело не справлялось с огромными нагрузками без отдыха, и её вскоре начало заносить в разные стороны. Оказывается, всё время, пока она летела, Жгучая Специя пытался достучаться до неё, но всё было бесполезно: печенька так погрузилась в себя, что не разбирала ни местности вокруг, ни посторонних звуков, кроме собственного голоса в голове, который твердил, что она никчёмная и как предводительница, и как воин, и как ученица. — Да остановись же ты! — громкий голос, больше похожий на рёв наконец вывел Сыр из пучин тёмных мыслей. Оглядевшись вокруг, она заметила, что летает вовсе не над сырными, пустынными дюнами, а над зелёной листвой невысоких деревьев. Сил на размышления не было, и Чиз начала стремительно спускаться в гущу листвы, желая поскорее коснуться земли, и дать телу передышку. Зверь наблюдал за сидящей птичкой в закрывшейся позе от всего мира. Прикрывающаяся крыльями, чтобы даже случайные путники или дикие животные не увидели её в таком подавленном состоянии. Как будто они смогли бы потом кому-то об этом рассказать… Жёлтая фигура на небольшой поляне сильно выделялась на фоне безграничной зелени. Вот уже поднимались первые лучи солнца, которые могли проглядываться лишь сверху, через макушки, из-за густого тропического леса вокруг. Несколько ранних лучей проникали на ту самую поляну, освещая сахарные цветы, которые красиво переливались. Слышались и утренняя птичья трель, однако самих певцов не было видно. Бёрнинг Спайс редко любовался красотами природы, но ощутимый контраст с красотой вокруг и поникшим настроением преемницы, заставил обратить внимание на окружение. Однако самой Голден Чиз было не до этого. Она могла ещё долго тут сидеть, когда вдруг на её плечо опустилась тяжёлая рука. Вздрогнув и отскочив на метр, Сыр большими глазами уставилась на неизвестного, который странно, тихо и неожиданно появился. Чтобы успокоиться, она хотела было прижать к себе покрепче копьё, показывая незнакомцу, что шутить с ней не стоит, но поняла, что оставила его в лагере. Несмотря на стресс, хранительница камня Изобилия бегло оглядела печенье перед ней. Это был накачанный мужчина с красным оттенком теста и неизвестными татуировками, почему-то полуголый. Красные глаза, обрамлённые чёрными, как и волосы, ресницы, смотрели на неё с мягким спокойствием. — Чего уставилась будто призрака увидела? — это был тот самый голос, который она слышала с самого первого дня, когда ещё девочкой получила говорящий камень. Только сейчас она заметила на груди у мужчины её соулджем, но перевёрнутый и красного цвета. — Хм, а где же тот легендарный топор, которым ты так хвастался? — быстро поняв в чём дело, Голден решила вместо того чтобы задавать глупые, неуместные вопросы, глупо и неуместно подколоть друга. Быстро вытерев слёзы, она вернула своё серьёзное выражение лица, отвернувшись, рассматривая наконец окружение. Что угодно лишь бы сейчас не видеть его лица. — Давным-давно отобрали, — сократив между ними расстояние, Специя сел рядом на землю, скрестив ноги и одной рукой опираясь на ногу, а второй подпирая щёку. Он смотрел в туже сторону куда и печенье рядом с ним. Тишина затянулась, а девушка так и не шевелилась, будто боялась, хотя ничего о своём тёмном прошлом Спайс ей не рассказывал. Жгучая Специя был далеко не мастером в поддержке, но сейчас пташке она и полезный совет от старшего были необходимы. Голден Чиз почувствовала лёгкие поглаживание на спине, но ни тепла, ни холода кожи не ощутила, будто и вправду призрак коснулся её. От этого сравнения мурашки пробежали по спине. — Так больше продолжаться не может: ты должна оставить их. — Ты предлагаешь бросить мои дорогие сокровища?! Ты с ума сошёл?!— негодование от слов наставника затмило остальные чувства. Как он мог говорить ей такое в лицо? Особенно когда он видит, что ей и так нехорошо. — Нет, конечно! Я знаю, что ты никогда не согласишься бросить этих слабаков на произвол судьбы, — тяжело вздохнув, зверь продолжил. — Нужно найти ближайшее поселение и оставить их там. А сама продолжишь путь в поисках лучшего места, потом за ними вернёшься. — Я не хочу их бросать. Что если с ними что-то случится, кто их защитит? — В таком состоянии и в одиночку твоя помощь ничем не поможет. Настоящему воину стоило бы это понимать, — молчание со стороны Голден Чиз означало, что она ушла в себя, задумываясь над его словами. — А ещё настоящие воины не плачут...но иногда нужно выпустить пар, просто каждый делает это по-своему… В общем, можешь не сдерживаться. Пару секунд девушка тупо смотрела на него, не веря в его слава. Бёрнинг Спайс принял её слабость? Специя, которая всегда твердил ей, что недолюбливает её слабых последователей, которые «распускают нюни». Он много раз предлагал ей натренировать их, но Сыр не хотела никого насильно заставлять. На её доводы Жгучая Специя всегда недовольно бухтел, но сделать с этим ничего не мог, кроме как задалбливать этими предложениями каждый день, хотя быстро перестал. Поняв, что наставник не станет её осуждать и вокруге никого нет, перестала сдерживать эмоци, заревев чуть ли не навзрыд.

***

Когда солнце уже было высоко в небе, Голден Чиз уже успокоилась и позволила себе единиться с природой. — Легче? —Да, гораздо... До этого ей крайне редко доводилось видеть зелёную мастику и цветы, которые требуют воды. В пустыне практически и не было растений. Так, перекати-поле, кактусы и несколько давно засохших кустов. Она аккуратно сорвала несколько длинных цветов под корень, рассматривая их в своих руках. Вдруг её будто осенило: Сыр вспомнила, как в раннем детстве, когда в месте, где она жила, росли похожие цветы, и старейшина деревни учила её и других ребят плести венки. Тогда ей не казалось это бесполезной тратой времени, а после занятия дети бежали играть. По окончании дня тому, кто больше всех одержал побед в играх, доставался пышнейший венок в качестве приза. А лучшей практически всегда была никто иная как Голден Чиз Куки. Сейчас накатившие воспоминания после выплеска эмоций казались необходимыми, а ещё девушке очень захотелось попробовать вновь сплести венок, как в детстве. Ободрав вокруг своего насиженного места букет, Сыр принялась за дело, попутно вспоминая, схему плетения венка. Наблюдавший за ней с интересом и недопониманием Бёрнинг Спайс, наконец решил заговорить после долгого молчания, не свойственного ему: — Что ты делаешь? — Венок плету, а что не видно? — Ха ха ха, ты ребёнок что ли? — и как маленькую девочку потрепал по волосам, ещё сильнее спутывая и так вьющиеся непослушные волосы. Его насмешки птичка пропускала мимо ушей. Если она не реагирует — ему быстро надоест издеваться. Спустя десять минут каркас был закончен, но чего-то не хватало. Тогда Сыр аккуратно поднялась на ноги, скидывая руку со своего плеча, и отправилась на поиски других цветов. Вскоре она вернулась на своё место с добычей: красные, жёлтые, оранжевые, белые цветы вплетались в венок с лёгкостью. Наконец «корона» была закончена, и Голден Чиз с гордостью и неподдельной радостью надела её на голову. — Ну как, я похожа на королеву? — Безумно… — возможно, для Золотого Сыра его признание прозвучало фальшивно-притворно, поэтому она лишь хмыкнула. Однако внутри Спайс действительно признал, что пташка похожа на королеву. Королеву его сердца. Это был первый раз, когда такая мысль появилась, и зверю она не сильна пришлась по душе. Ладно они поладили, ладно он сам вызвался тренировать её, допустимо ещё стать друзьями с тем, кого ещё полгода назад хотел раскрошить, но это… Что парадоксально, Спайс не хотел портить идиллию, поэтому просто подавил в себе эти чувства. Глубоко задумавшись, разрушитель не сразу понял, что на его шею что-то опустилось. Опустив взгляд, он увидел венок, но уже другой. Этот был больше, каркас был из красных цветов, с вплетёнными огненно-оранжевыми. Приподняв его в руках, бывший хранитель камня Изменчивости и Разрушения рассматривал цветы подробнее, что выглядело комично, но Голден Чиз держалась, ожидая вердикта. Вдруг он неосторожно коснулся одного цветка, отломав несколько лепестков и раскрошив стебель. Такая мелочь, меркнувшая на фоне всех его разрушительных поступков огромного масштаба, заставила участиться сердцебиение и вспотеть. Специя совсем не хотел так поступать сейчас, в такой интимный, момент, не хотел всё испортить. Пташка вроде ничего такого не заметила, продолжая смотреть на него любоваться, но стыдно всё равно стало, будто его уличили в непростительном поступке. — Что, так понравилось? — её вопрос вывел из транса, заставляя поднять взгляд и встретиться с глазами цвета плавленого сыра, выделенными бирюзовыми тенями. — Зачем мне эта безделушка? — девушку нисколько не задел его вопрос. — Я подумала, что нехорошо награждать себя одну, когда часть моих заслуг должна принадлежать и моему наставнику. Да! Я довольно щедрая богиня, поэтому смогу и впредь себе позволить вознаграждать всех, кто заслуживает этого! Стоявшая над Специей девушка с гордо расправленными крыльями, и вправду напоминала богиню. Однако вечно их поседелки не могли продолжаться. Скоро должно начать смеркаться, а Сыр до сих пор не вернулась к оставшимся в лагере печеньям, которые, наверняка, переживала за пропавшую предводительницу. Но была одна проблема… — А в какую сторону лететь-то? — разглядывание деревьев ничем не помогало и быстро она прекратила. — Хех, невнимательная пташка. Что б ты делала без меня? Оглянувшись на то место, где только что сидел мужчина, Золотой Сыр никого уже не увидела. — Ну, ты взлетаешь, или как? — насмешливый голос звучал нетерпеливо и лишь в голове теперь. — Ведьмы, не пугай так больше! — с этими словами Сыр взмахнула крыльями, оторвавшись от земли и лавируя между макушками деревьев, вырвалась в небо, замерев в нескольких метрах над лесом. Вокруг не было видно жёлтых гор, так что паника потихоньку начинала нагнетать. — А что переживаешь за меня? Как мило. — Размечтался. Показывай дорогу! Два венка бело-жёлтого и красно-оранжевого цветов остались лежать на притоптанной поляне, храня память о первом поступке Бёрнинг Спайса на пути к исправлению.

***

В лагере с утра стояла паника. Куда пропала Голден Чиз Куки? Вдруг с ней что-то случилось? Вдруг её кто-то украл? Звучало странно-смешно, что такое могло случиться с сильнейшим воином, которого они только встречали, но кто знал, что могло ещё случиться. В течение дня напряжение нарастало, а к вечеру уже начинали собираться добровольцы, которые вот-вот были готовы отправиться на поиски. Когда на закате кто-то крикнул, что увидел вдали силуэт печенья в небе. Все подняли головы в сторону, куда указывал ребёнок: девушка с крыльями приближалась в их сторону. У всех как камень с души упал. — Голден Чиз Куки! Это Голден Чиз Куки! — Голден Чиз Куки, где вы были? — С вами что-то случилось? Вас долго не было… — Не переживайте, дорогие друзья! Я ночью пришла к важному решению: вы должны остаться в ближайшей деревне, которую мы… я нашла недалеко, по дороге в тропический лес. Жители там гостеприимные, ресурсов достаточно, там есть несколько сильных ребят, которые вас защитят до моего возвращения в случае чего. — Госпожа, вы собираетесь покинуть нас? — Ты собираешься нас бросить? — у ребёнка, который успел привязаться к крылатой доброй печеньке, начали собираться слёзы в уголках глаз. — Нет! Конечно, нет. Просто я не могу больше заставлять вас страдать. Вы не можете сами за себя постоять, поэтому вы останетесь в безопасности, а я найду лучшее место для королевства и обязательно вернусь за вами. — Надолго ли вы покинете нас? — Что если с вами что-то случится, а мы и не узнаем, продолжив вас ждать всю оставшуюся жизнь? — Меня задевают ваши слова, что вы в меня не верите. Однако ваш страх оправдан, — взяв из рук одного марципанного парня своё копьё, Сыр гордо подняла его над головой, произнося клятву. — Я, Голден Чиз Куки, хранительница соулджема Изобилия, сильнейший воин во всём Хлебоземелье, клянусь вам: что небольше, чем за следующие пять лет достигну свой цели и вернусь к вам! Толпа взорвалась криками ликования и поддержки.

***

В серебряном дереве, в королевстве Фей Бёрнинг Спайс спустя практически сутки пришёл в себя. — Я сделал всё, как ты и хотел, — наконец прозвучал безымоциональный голос красного. — Отлично! Мука, как там твой подопечный? — довольный Шедоу Милк обратился к медитирующей девушке. — Это оказалось труднее, чем я думала. Воля у мальчишки несгибаемая. — Но ты ведь сделаешь то, что нужно? — на этих словах лицо зверя стало серьёзным, даже больше угрожающим. — Несомненно, просто нужно чуть больше времени. Лучше направить птицу в сторону Какао, для большей убедительности, — на птице, произнесённой Мистической Мукой, Спайс недовольно скривил губы. — Это не проблема, в отличие от некоторых, у меня всё идеально получается, и к тому же доверительные отношения с преемником, — девушке было всё равно на его подначивания, она просто его игнорировала, общаясь с Тенью. — Думаю, в ближайшее время я смогу убедить его. Однако ты уверен, что это необходимо? Столько сил потрачено, если это окажется бессмысленно… — Да, мне не очень-то хочется обманывать птичку. Да и ты вряд ли горишь желанием так поступать со своим «вором». — Сразу видно, что вы ничего не понимаете в лжи. Какой же это обман? Мы говорим им чистую правду, ладно почти. Поверьте мастеру Лжи! Герои сплотятся, больше шансов, что они помогут найти друг другу решение проблемы, новые герои станут нам больше доверять, вместе отговорим Белую Лилию от её идеи, спасём их "прекрасный мир", а они, в итоге, вызвалят нас, ведь мы так долго им помогали и столько сил в них вложили! В итоге, все в плюсе. — Грандиозно… Только вот не все в плюсе. Ты упустил важную деталь: нас охраняют феи-педанты и зануды, Король точно помнит все наши провинности и не станет молчать. Как минимум он не позволит им помочь нам. — Ой, да, кто станет слушать старого маразматика, которого они ни разу в жизни не видели, если он к тому времени вообще не помрёт. К тому же, мы столько времени провели вместе и вечность ещё будем: вот и думайте, кого они послушаются. — Ну пока, все звучит так идеально, что слабо в это вериться. Не удивлюсь, если проблемы начнутся вскоре, — Соль как всегда оптимистичен. — Сплюнь и надейся на лучшее. — Ну да, наш девиз на ближайшие года, так мило, — Сахар поддерживала настрой возлюбленного. — Сильнее всего раздражает, что лично не вмешаться и не исправить ничего. — Вмешаться-то как раз-таки можно отчасти, главное в обратную сторону все не испортить, — Шедоу уже надоели эти обсуждения его «грандиозного и гениального» плана. — Не стоит гадать о будущем, лишь зря накрутим себя, будем действовать по ситуации.