Падение крепости

В карликовом Королевстве Новоселич был всего один город. Город-государство. Иногда Соне казалось, что, выйдя на балкон замка, она могла окинуть взглядом всю столицу. Жизнь подданных — как на ладони, словно ничто не в силах скрыться от внимательных глаз… включая саму Соню. Куда бы она ни пошла и как бы ни замаскировалась, все бы тут же признали в ней принцессу и относились соответствующе. С уважением, восторгом, страхом, раболепием или подхалимством, — но никогда бы не увидели в ней в первую очередь человека, а уже во вторую — особу королевских кровей. И сегодня был один из таких дней. «Вот бы хоть ненадолго стать обычной школьницей…» — и тут же корила себя за эти мысли, спеша потопить их на дне разума. Нельзя позволять себе праздные рассуждения. Что это, как не бегство от своих обязанностей перед народом? Уход от ответственности — неподобающее поведение для человека её статуса. Как же она будет управлять целой страной, если сомневается уже сейчас? Но каждый раз, когда приходилось отказываться от своих увлечений в пользу обучения военному делу либо дипломатии, или от прогулок за пределами внутреннего двора, ведь «негоже принцессе просто так бродить по городу», Соня чувствовала, что стены цитадели всё сильнее сжимаются вокруг замка, сковывая сердце цепью. Чтобы не выходило за рамки. Чтобы играло свою роль. Чтобы не отвлекалось по пустякам. Потому что у будущей правительницы не могло быть своей жизни. Каким образом люди должны разглядеть в принцессе личность, если её нет? Соня не человек, а лишь слуга своего королевства. Королевства столь небольшого, что каждый подданный наверняка видел её вживую. Столь небольшого, что в нём совершенно некуда было сходить. Даже персонажи всеми любимого аниме регулярно развлекались на ярмарках и в парках аттракционов, но для жителей Новоселича это было непозволительной роскошью. Как подозревала Соня, именно поэтому оно им и нравилось. Однако оно занимало её внимание по совсем другой причине. Главная героиня радикально перевоплощалась, всего лишь надев маску, и становилась самой собой. Её переставало волновать чужое мнение и возложенные на неё ожидания. Что это, если не полная свобода? …А что бы делала с ней сама Соня? Куда бы её позвало сердце, не будучи прикованным к крепостным стенам? Было ли ей на что рассчитывать в этом гипотетическом сценарии? Разве бы она рискнула своим статусом, обменяв его на призрачный шанс пожить обычной жизнью? Настоящая королева даже не стала бы задаваться этими вопросами. Особенно такими абстрактными и не имеющими отношения к реальности. Но, возможно, уже не слишком абстрактными? На столе лежало так и не вскрытое письмо, пахнущее бумагой и свежими чернилами. Соня несколько раз провела пальцем по краям конверта и обвела по контуру хорошо знакомую печать в виде надреза, рассекающего перо. Сомнений быть не могло — это эмблема престижной заграничной академии… в которую поступали только по личному приглашению. Что это, правдоподобная подделка? Чья-то шутка? Или, может, ошиблись адресом? С чего бы школе на государственном финансировании набирать иностранных студентов, даже самых одарённых? Кроме того, разве у Сони был абсолютный талант? Разумеется, она готовилась к роли будущей королевы с раннего детства, но ведь ей бы не пришлось этому учиться, родись она в обычной семье. Все успехи Сони — результат упорного труда, а не дара. С другой стороны, Япония могла использовать это как предлог, чтобы наладить отношения… Сердце провалилось в желудок, и ноги перестали чувствовать под собой опору. Мысли закрутились в вихре с бешеной скоростью. Предлог, чтобы наладить отношения. Предлог. Формальный повод. А что мешало сделать то же самое? Соня поднесла конверт к лицу и ещё раз внимательно осмотрела. Если это не жестокий розыгрыш… перед ней был билет в жизнь, о которой та всегда мечтала, но не решалась попробовать. Обучение длилось всего лишь три года — это не отказ от трона насовсем, а отличная возможность распространить свою культуру и узнать побольше о чужой. Провести обмен знаниями и опытом. Реформировать систему образования. Увидеть мир глазами обычных людей. Совмещение приятного с полезным — кому от этого плохо? В конце концов, аристократы нередко отправляли своих детей учиться за границей, и в этом не было ничего странного. Соня бы просто посмотрела на жизнь с обратной стороны, сделала выводы и без сожалений вернулась домой. Если же письмо окажется шуткой… терять всё равно нечего. Нужно всего одно аккуратное движение. Печать легко поддалась.

***

Возвращение в физическое тело. Уход за фамильярами. Школа для простых смертных. Исследования для оккультного блога о скрещивании демонических зверей. Выход в астральный план. Завтра повторить; продолжать, пока не надоест. Сегодняшний день ничем не отличался от предыдущих, и это утро должно было стать таким же, как и вчерашнее. Пока что получалось не очень, но раз всё равно опоздал, то можно уже не торопиться. Особенно когда первый урок — занятие по тренировке выносливости бренного тела. Выбегать с сэндвичем в зубах и попадать под грузовик — удел главных героев. Злодеям полагалась размеренная, уверенная походка. И, к сожалению, недолгая — в этом городе всё было близко. — Танака? — окликнул знакомый голос, стоило переступить порог школы. — Не приближайся! — Гандам рефлекторно взмахнул рукой, активируя защитные барьеры: не хватало ещё рисковать взаимным заражением. — Что, не нашлось заклинания под названием «будильник»? — на лице исчадия, занявшего оболочку старосты, расплылся дьявольский оскал. — Или такому мощному колдуну даже оно не под силу? Зажмуриться. Сделать глубокий вдох и выдохнуть. Сложить руки на груди — надо выглядеть уверенным. — Твои низкоуровневые проклятия на меня не действуют. Сгинь с глаз моих долой, пока я не изгнал тебя обратно в ад. — Очень страшно, — демон цокнул и засунул руки в карманы, — но, в отличие от всяких второкурсников, у меня нет времени на игры. Некоторые из нас приходят сюда учиться. — Убегая, он попытался задеть Гандама плечом, но тот успел отстраниться. Он стиснул зубы и ощутил несильное покалывание пальцев — скопившаяся энергия искала выход. В груди слабо разгоралось инфернальное пламя, растекаясь по венам вместо крови. Может, испепелить это исчадие взглядом? Гандам посмотрел ему вслед, сконцентрировался на мысленном образе… нет, всё же подвергать кого-то бессмысленной смерти — слишком жестоко, даже если это рядовой демон. Вдохнуть, выдохнуть, вдохнуть, потушить внутренний огонь, выдохнуть. Если давать им вывести себя из равновесия, то все защитные заклинания потеряют силу, а исчадия только этого и добиваются. Нужно просто пережить ещё один день. И в остальном он прошёл так же, как и всегда. На уроках хотелось спать. На переменах одноклассники пытались насмехаться, но излюбленное место у двери позволяло позволяло уйти прежде, чем они успевали что-то сказать. На внеклассном кружке по уходу за фамильярами Гандам вновь объяснял, как правильно содержать демонических зверей, которых его ученики по незнанию называли хомяками… и отметил, что сегодня пришло ещё меньше людей, чем на прошлую встречу. Зажмуриться. Вдохнуть. Выдохнуть. Не обращать внимания. Не концентрироваться на разрастающемся чувстве пустоты — и всё будет терпимо. Повторять, как мантру. Когда он наконец собрался домой, то на выходе из кабинета столкнулся с утренним демоном. Да что ему опять надо?! — Держись подальше, — Гандам попытался произнести это как можно зловеще, но, скорее всего, от усталости получилось неубедительно. Однако ядовитая кровь уже начинала закипать. — Ага-ага, я помню. — Исчадие со вздохом облокотилось о дверной косяк. — Серьёзно, тебе не надоело? — «Это ты мной одержим». — Я понимаю, когда так себя ведут на первом или втором году обучения средней школы, но ты больше не ребёнок. — «Демонов не спрашивали». — Тебя никто не будет воспринимать всерьёз, если ты не прекратишь. — «Мне не нужно одобрение жалких смертных». — Ты хоть понимаешь, что твой клуб на грани закрытия, потому что ты настолько невыносим, что сюда никто не хочет ходить? Гандам резко поднял на исчадие взгляд… и впервые не нашёлся с ответом. Внутри словно что-то треснуло, рассыпавшись осколками наивной надежды на принятие в будущем. Несмотря на низкий ранг, в словах демона имелась доля истины. Клубы, в которых недостаточно много участников, всегда распускались, но в маленьких городах всё было ещё сложнее. Такая небольшая школа могла позволить себе профинансировать только несколько кружков, и где искать неофитов — совершенно непонятно. — Так тому и быть, — наконец ответил Гандам, когда демона уже и след простыл. — Обычным смертным просто за мной не угнаться, но у меня достаточно последователей по всему миру. И всё же… было бы здорово лично встретить существ, которые разделяли страсть к зоологии и оккультизму и могли по достоинству оценить талант в обеих областях. Или хотя бы держать мнение при себе. Однако когда ты стал местной знаменитостью в своём городе, то надеяться не приходилось ни на первое, ни на второе. Видимо, некоторым суждено всегда быть непонятыми обществом, и нужно это принять. Так проще. Легче. Свободнее. Даже если подобные мысли сдавливали горло. По крайней мере, дорога домой прошла без происшествий. Возможно, на этом странности сегодняшнего дня наконец-то закончатся? Оставалось только забрать почту — сегодня должен был прийти новый бестиарий… Однако, когда Гандам достал из ящика посылку, оттуда выпало письмо. С рельефной печатью в виде шрама, пересекающего перо.