Весенний челлендж от FicBook

      — Что это? — Лера смотрит на это кучерявое недоразумение, что держит в руках цветок. Орхидею в ужасного вида горшке.               — С праздником. — Алтан повторно протягивает ей цветок. Одноклубники начинают странно посматривать на неё и парня с орхидеей. Орхидея мелкая, нежно-бежевая и как будто пахнет чем-то сладковатым, а горшок ей совершенно не соответствует — огромный, красный, ещё и в форме сердца. — Это Phalaenopsis Perfume Diffusion, их ещё называют «орхидея парфюмерная фабрика». Она из питерского Ботанического сада. Поздравляю тебя с восьмым марта. Будь всегда… Такой же сильной… Побед тебе… И красивой… тоже будь… Вот…               Парень краснеет, словно собирается слиться по цвету лица с горшком-сердцем.               — А-а-а… — Лера задумчиво смотрит, пытаясь не покраснеть и почувствовать себя менее неловко. — Спасибо… Наверное…               Она забирает из рук цветок и теперь глупо стоит в фойе спортшколы с огромной сумкой и цветком. На улице — типичный питерский март, что значит снегодождь, лёд с водой под ногами и плюс один… Сумка, цветок, да и после тренировки ногами передвигать не хочется.               — Я тебя подвезу? — Лера дёргается, вспоминая водителя и телохранителя Алтана. Неужели он припёрся сюда с ними? — Такси «Комфорт плюс», всё для тебя. Хочешь по пути заедем перекусим?               Стоило отказаться, но Алтан был милым. Их странная дружба развивалась ещё более странно. Так, например, Алтан активно умалчивал о том, что является местной версией Сонни Корлеоне, она не делилась с ним подробностями о своих похождениях в костюме. Впрочем, в последнее время интересы их альтер-эго не пересекались.               Они познакомились в кофейне в декабре. Город был мерзким, кофе очень хотелось, и она забрала из-за недосыпа его напиток. Так они и заговорили на подоконнике огромного окна с видом на Казанский собор и канал Грибоедова.               В растрёпанном парне с огромной копной кучерявых волос, в дурацких очках и растянутом свитере, она не сразу узнала того Алтана, что в тёмной броне пытался порвать её на части. А когда узнала, подумала, что с интересным собеседником можно и поболтать, да и проследить за врагом будет не лишним.              Алтан назвался временно безработным и безутешным студентом ИТМО. Его «прикрытие» трещало по швам из-за дорогого кошелька, свободного распоряжения деньгами и такси. Приехавший за ним как-то чёрный внедорожник он объяснил как Uber Black в режиме совместной поездки. Видимо, «попутчик» — это его личный верзила с перебитым носом… Тот, что пытал Олега…               Они поздравили друг друга смсками на Новый год, потом на Рождество. Затем пересеклись в конце каникул в центре, и Лера получила в подарок дурацкий рождественский свитер с Венериными мухоловками.               Алтану она подарила аромасвечку. Это было странно…               На двадцать третье февраля он от неё получил стек и мем «не служил — не мужик». По его словам, подарок понравился.               Теперь вот восьмое марта. Точнее, девятое.              Она едет домой с орхидеей, которая точно помрёт в её комнате.               — Ты знаешь, как за ней ухаживать? — В такси почему-то неловко.               — Погуглю… — Вместо тысячи «нет».               — Вытащи её из красного горшка, там внутри нормальный для орхидей. Можно посмотреть, не гниют ли корни. — Всегда, когда дело касалось цветов, он делает так. Не слушает. Попадает на «свою» волну и рассказывает. — Запомнила?               — Что? — Лера несколько раз моргает. Вспоминает, что он говорил что-то про выбор идеального места. — На кухне поставлю.               — На кухне?! — он смотрит на неё так, будто она его не слушала. Она и не слушала.               — Давай я поднимусь и выберу для неё идеальное место, — он не спрашивает. Иногда в нём проходит что-то такое. Такое властное…               — Я уверена, что выберу идеальное место по твоим рекомендациям…               — Цветок я купил в магазине Ботанического сада. Магазин этот работает раз в неделю по субботам, и его ассортимент всегда непредсказуем, — Алтан почему-то говорит громче. — Я месяц к ним ходил и отлавливал именно Парфюмерную фабрику, зная, что они собираются её выставить. Я дрался за этот цветок. Буквально дрался!               Лера представила его в том костюме, дерущимся в цветочном магазине. Интересно, с кем он там дрался? Это показалось смешным. Хотя дрался за него скорее всего Дракон.               — Я не позволю тебе её убить! — заканчивает он свой рассказ. — Так что я зайду.               Машина остановилась у её парадной. Парень открыл дверь, галантно предложил руку и фыркнул, когда она вручила ему цветок.               — Твой цветок здесь умрёт, — в который раз пытается доказать Лера. Дома тихо, а Алтан нашёл идеальное место совсем не у окна, а на столе. Ещё и лампу туда притащил с кухни.               — Не умрёт. Не сухо, без сквозняков, — он оглядывается, словно ища сквозняк. — И света теперь достаточно.              — Я не знаю, как поливать орхидею… — Последний аргумент. Ей хочется поскорее выгнать его из квартиры. Ещё домашние придут и объясняй им, кто это и почему он двигает в доме лампы.               — Я сейчас покажу, — смотрит он на неё при этом так, будто она спросила его, как пишется «жи/ши» или что-то столь же банальное. За одно это этого несносного хотелось стукнуть.               План: прибить его сейчас тихонечко стулом и позвонить Этому, чтобы разобрался с телом. И надеяться, что они ни о чём не спросят. И что домашние не вернутся, пока Сергей Разумовский будет выносить тело наследника босса международного мафиозного синдиката из их квартиры. Интересно, Сергей, как истинный петербуржец, просто и быстро расчленит тело прямо в квартире или вынесет в ковре?               — Приём! — Алтан возвращается с кухни вместе с какой-то миской и чашкой воды.               — Да, — она устало отмахивается. В квартире у них нет ковров. Может, Разумовский его тело в одеяло замотает… Но как тогда объяснить пропажу одеяла? — Что это?               — Смотри, берёшь орхидею, ставишь в эту миску, — он аккуратно проделывает все манипуляции, — поливаешь вот так и оставляешь на пару часов. Корни должны стать вот такими… Ты слушаешь?               — Да, я просто с тренировки. Устала. — А тут ты со своим цветком! Лера садится в кресло и массирует себе затылок под волосами. Усталость давит тисками…              — Наверное, он был прав… — Алтан опускается перед ней на пол и внимательно на неё смотрит. Как он живёт с такой шевелюрой? У него есть специальный слуга, который расчёсывает ему волосы?               — Кто?               — Неважно. Но он сказал, что это не подарок, а «босяцкий подгон», — он печально вздыхает. — Я заберу её и подарю что-то другое.               — Что такое «босяцкий подгон»?               — Есть подарок, — Алтан вновь начинает объяснять. Интересно, у него вообще друзья есть? Наверное, грустно так сидеть с амбалом в дорогом особняке и строить злодейские планы. Злодейские ли? — Типа «деньги». А есть «босяцкий подгон» типа дорогой объектив, к которому у одариваемого ничего нет и ему надо теперь ради этого объектива вложиться в новую камеру…               — Или цветок, за которым сложно ухаживать, — заканчивает за него она.               — Неделю назад я понял, что тебя люблю.               Опа… Она пропускает удар.               Её сердце следует примеру того же органа Саши Васильева.               — Всю неделю думал, что с этим делать, — Алтан разводит руками. Интересно было бы послушать такое же признание от его злого альтер-эго.               — Мог бы поступить как настоящий мужик и подарить одну гвоздику в целлофане… — только и может сказать она. А он смеётся. По-настоящему смеётся.               Она смеётся в ответ.              Это же так нормально — влюбляться?