Больше некого любить Часть 1 Рафаэль

Через десять минут они неслись по городу с включёнными мигалками, нарушая все правила движения. Но через пятнадцать минут он был у колледжа, где на пороге его ждал Антон. — Спасибо! — сказал он Константину, потом повернулся и попрощался с епископом. У того было очень недовольное лицо. Выйдя из машины, парень наконец облегчённо вздохнул. Он помахал Антону и тут снова услышал: — Рафаэль! Подожди... Он повернулся к менту. — Знаешь... Иногда Господь тоже говорит со мной... «Господи, не хватало мне ещё помешанного религиозного фанатика», — подумал Рафаэль. — Это... замечательно... — Но не так, как говоришь ты... Твои слова... сегодня... Они как огонь! Выжгли всё внутри. — Он потупил взгляд. — Я очень грешен! — Мы все согрешили перед Господом... — ответил Рафаэль. — Для этого и пришёл Иисус. Константин смотрел на него блестящими от влаги глазами. — Прости меня! Я плохо о тебе думал сначала... Рафаэль... — Я не имею права осуждать и прощать тебя. Иди и больше не греши. — Он протянул ему руку. Тот схватил её и крепко пожал. Рафаэль наконец подошёл к Антону. Тот обеспокоенно смотрел на него. — Что случилось? Тебя привезла полиция, с мигалками... — Пойдем в спортзал, я тебе всё расскажу. Пока они шли, Рафаэль подумал, что, возможно, сегодня он спас их всех. Если только опасность не была плодом его богатого воображения. Он чувствовал, что опять может спокойно вздохнуть, хотя сердце всё ещё колотилось. Может, ему не заниматься сегодня? Вдруг подскачет давление и ему станет опять плохо. Но с ним сейчас его самый лучший друг. Он поможет. Рафаэль крепко обнял его, когда они вошли в раздевалку. — Что... что с тобой? — спросил Антон, улыбаясь, и тоже обнял друга. — Я так рад, что у меня есть такой друг, как ты. — проговорил Рафаэль, уткнувшись в куртку Антона, из-за чего его слова звучали глухо. — А уж я как рад! Я очень рад, что ты мой друг. — Он поцеловал Рафаэля в щёку и прижался к ней своей щекой. Они простояли так минуту, пока Антон не попытался освободиться из объятий Рафаэля. — Ммм... Ещё чуть-чуть... — он не хотел его отпускать. — Послушай, я уже перебрал в голове всех птичек, которых удалось вспомнить... Рафаэль отошёл. — Извини... Я не должен был... — Что у тебя случилось? Ты раньше никогда не прижимался ко мне так... У Рафаэля зазвонил телефон. По вайберу мог позвонить его любимый. Он быстро вытащил гаджет из кармана и ответил. На экране появился Джордж. — Слава богу! — проговорил Рафаэль. — Привет! Как ты? — Привет, я только с похорон. Проводил отпевание. А ты где? Лицо Джорджа сияло, казалось, изнутри от того, как он улыбался. — Мы только пришли в спортзал. Я с Антохой. — Он подошёл, чтобы было видно его друга в камеру. — Вы ещё не занимались, а ты такой замученный. Что случилось? Рафаэль опустил глаза. — Я ездил проведать Аню... — И что? Как наша девочка? — Джордж расплылся в улыбке. — Я нашёл ей такого же медвежонка. Она довольна. Отец... Он пришёл в себя... И когда узнал, что я приеду, то позвонил епископу... — И что? Говори! Рафаэль увидел, как заиграли желваки на его челюстях. — Епископ приехал... Я хотел выскочить незамеченным... Но во дворе стоял мент... Я подумал, что он меня убьёт! Я так испугался! — Ангел мой! Как ты себя чувствуешь? — Джордж заметно занервничал. — У меня получилось взять себя в руки, потому что если бы у меня случился приступ... Епископ забрал бы меня, это точно. И он бы... меня... — Рафаэль! Я вечером приеду! — прокричал Джордж в камеру. — Со мной сейчас всё нормально. И я наговорил епископу... про Витю, про то, как он выгнал его из дома и его убили! Там был мент, и я всё это высказал при нём! Я напомнил им про суд, который ожидает их всех за такое отношение к сиротам, и мне кажется, я напугал их. Мента так точно! Они привезли меня на полицейской машине, с мигалками... — Рафаэль тараторил, пытаясь всё быстро сказать, и улыбнулся в конце. — Мент пожал мне руку, когда я вышел... Мне кажется, он нас не убьёт теперь... — Ты уверен, что всё будет нормально с тобой? — Джордж смотрел на него, поджав губы. — Не переживай! Со мной Антоха. Он меня обнимал... — Рафаэль посмотрел на смущённого друга. — Вы там не сильно обжимайтесь! И, по возможности, не лапайте друг друга за задницу! — Джордж наконец улыбнулся. — Я же обещал, что больше не буду его лапать! Всё нормально! — Стоило мне уехать... — он печально вздохнул. — Что ещё говорил владыка? — Всё началось с того, что он упрекнул отца за то, что он выгнал меня, и я ответил, что он тоже самое сделал с Витей... И я... объяснил им всё по Писанию. — Может, мне приехать? — Казалось Джордж просто очень хотел вернуться, и искал повод. — Не нужно, правда. Со мной всё будет хорошо, Антоха будет со мной, а вечером я буду дома и никому не буду открывать. Закончи свои дела! — На самом деле Рафаэлю тоже очень хотелось, чтобы Джордж приехал. До онемения пальцев! — Он может остаться ночевать у меня. С ним там точно ничего не случится. Родители будут только рады. — вставил Антон. — Что скажешь, ангел мой? Рафаэль помолчал, размышляя. — Не знаю... Я хотел тебе приготовить что-то особенное... И дома... я могу ходить голым или в трусах... — Ты точно будешь в порядке? Может, тогда Антоха переночует у тебя? Рафаэль улыбнулся и глянул на друга. — Ты как? Может, и правда? На губах Антона промелькнула улыбка. — Я, конечно, смогу! — Только не обжиматься! — предупредил Джордж. — Знаю я вас! Рафаэль бросил взгляд на покрасневшего друга. — Может, пригласим Серёгу, устроим мальчишник? Закажем пиццу или роллы, намажемся ночным кремом и будем смотреть гейский сериал! — Я не знаю... Мазаться кремом?.. Джордж рассмеялся. — Значит, решили! — сказал он. — Я теперь спокоен! Рафаэль, я люблю тебя! И тебя, Антоха! Они попрощались, и всю тренировку Антон не сводил взгляд со своего друга. Когда они вышли из душа, Рафаэль решил позвонить Серёге. — А что, если он не согласится? — спросил Антон, одеваясь. — Ну, что ж... Придётся тебе одному терпеть меня. Только предупреждаю сразу, я могу ночью прижаться или закинуть на тебя ногу. Не пугайся... и не воспринимай это как желание близости. — Я тоже могу... случайно обнять тебя во сне... — Антон мечтательно улыбнулся. Сергей сначала скромничал и отказывался, но Рафаэль убедил его. Значит, сразу после урока танцев они поедут за ним в торговый центр. Так и сделали. Лиза расстроилась, узнав, что её не приглашают. Но что поделать — это был мальчишник. Антон выглядел как обычно и даже немного обеспокоенным, но когда они попрощались с Лизой, его глаза вдруг засверкали искрами. Он был весел и постоянно шутил. — Ты не позвонишь домой, предупредить? — спросил Рафаэль. — Твои ведь будут волноваться... — Конечно, позвоню... — Антон немного отстал, чтобы поговорить с родителями. Это заняло больше пяти минут, которые он в основном молча слушал. Потом догнал Рафаэля, качая головой. — Мама, как всегда! Чистые ли у меня носки, одел ли я свежие трусы... Как будто мне двенадцать! — Это здорово, когда о тебе заботятся, — с улыбкой ответил Рафаэль. — Когда мне было двенадцать, никто не спрашивал, одет ли я в чистое... Тебе повезло иметь такую заботливую маму. — Она иногда включает гиперконтроль. Это так утомляет... — он взглянул на друга. — Извини, тебе мои жалобы кажутся идиотскими... Рафаэль помолчал. — Знаешь... есть люди, у которых никогда не было такого. В детстве я не думал об этом, просто учился ухаживать за собой сам... А теперь у меня есть Джордж, который стал моей семьёй и заботится обо мне. Так что... просто цени это! — ответил он с печальной улыбкой. Они приехали к торговому центру, и ещё не было даже шести. Антон показал ему банк, в котором он будет проходить практику. Потом погуляли по торговому и в полседьмого зашли к Сергею. — Привет, Серёга! Мы не слишком рано? — Рафаэль обнял его. Антон протянул руку для приветствия. Он вообще стал сдержаннее, когда они зашли к Сергею в магазин. Сергей заканчивал свои дела, сказав, что ему нужно свести кассу. Ребята тем временем походили по рядам, рассматривая одежду. — Ты так и не сказал, что тебе подарить на день рождения. Ты, кстати, не хочешь пригласить Серёгу? — Я не думал об этом... Считаешь, его можно пригласить? — шёпотом ответил Антон. — Если хочешь. Он, вроде, наш друг теперь... Это твой день рождения. — Хорошо, я подумаю... Как мне себя вести сегодня? — он остановился и посмотрел в упор на Рафаэля. — Будь самим собой... Я не понимаю твоего вопроса. — Таким, как с тобой и Джорджем? Или вести себя как... натурал? — Давай сегодня без масок. Если сможешь. Тебя никто не тронет, можешь не переживать за свою невинность. Антон хмыкнул в ответ. Они купили пиццу, а Рафаэль взял ещё яиц и молока на завтрак. — Какой повод для мальчишника? — спросил Сергей, когда они вышли из ТЦ. — Я остался один дома, и мне страшно. Вот и решил позвать гостей. Это хорошая возможность познакомиться поближе. Сергей глянул на Рафаэля, потом перевёл взгляд на Антона, опустил глаза и спросил: — Ты боишься оставаться дома один? — Нет... Просто сегодня такая ситуация... Мне лучше быть с кем-то. А завтра я буду занят чем-нибудь до танцев, а там приедет Джордж. — У тебя что-то случилось? — Да так... Семейные проблемы, — отмахнулся Рафаэль. — Ты мне обещал рассказать, почему тебя выгнал отец. — Вот дома и расскажу! У нас сегодня будет вечер правды! Каждый что-нибудь должен будет рассказать, какой-нибудь свой секрет. Согласны? — Интересный вечер нас ждёт, — Сергей покосился на Антона, а тот смущённо промолчал. Когда они пришли домой, Рафаэль сразу пошёл в душ, оставив их двоих. Он надеялся, что они найдут, о чём поговорить. Из душа он выскочил, обмотавшись полотенцем. Ребята сидели на диване и уставились на него, когда он надевал нижнее бельё, отвернувшись. — Серёга, прости. Антоха часто видит меня голым, поэтому я не стесняюсь. Но не подумал, что тебе может быть неприятно, — извинился он. — Да, что уж там. Я не ханжа, мне интересно смотреть на мужское тело, — ответил Сергей, немного смутившись. — Наверное, всем интересно. Мужское тело — красиво! У Антохи очень красивое тело. — Так, хватит! — прервал его Антон, который не любил, когда его обсуждают, хотя Рафаэль чувствовал, что ему на самом деле это очень приятно. — Я сейчас найду, во что вам переодеться. Рафаэль выдал им чистые домашние штаны. Сначала переоделся Антон. Рафаэль прокомментировал: — У него такой пресс! У меня ещё не скоро такой появится. А задница! Жаль, что мне больше нельзя её трогать! — Рафаэль сделал жест руками, словно хотел бы схватить, но тут же убрал руки за спину и поймал на себе ироничный взгляд Антона. — А почему нельзя? — спросил Сергей, не отрывая глаз от Антона. — Джорджу не нравится, если я распускаю руки или целую Антоху. Я понимаю, я уже семейный человек... — он улыбнулся. — И мне нужно вести себя сдержанней. Но я это делал по-дружески, без какой-либо похоти. Просто представляю, как тебя лапает Лиза! Она ведь имеет на это право. — Да уж... — Сергей опустил взгляд. Рафаэль и Антон уставились на него. — Что? Я не качок, как вы. Я худой. У меня совсем нет пресса. Я теперь буду комплексовать. — Он стянул свои джинсы. Рафаэль рассматривал Сергея, его стройные ноги, ягодицы. И спереди было довольно внушительно, как показалось парню. — У тебя совсем никого нет? — спросил он, поднимая взгляд на лицо Сергея. — И никого не было? Я не верю, что таким симпатичным парнем-би никто не заинтересовался. Сергей пожал плечами. — Таких отношений, как у вас с Георгием, у меня никогда не было. У меня, конечно, есть любовники, но они женатые люди... Их интересует только секс со мной. — Он покосился на Антона. — Антохе, наверное, не интересны такие разговоры. Про секс между мужчинами. Антон кинул быстрый взгляд на Рафаэля, но ничего не ответил. — Мне кажется, это вообще интересно, если не вдаваться в подробности. Я ему часто рассказываю про наши с Джорджем отношения. Он никогда не возражал. А мне такие разговоры очень интересны. Я совсем не знаю, как это у других людей... Так что, давайте поедим? Они прошли на кухню. Пицца уже остыла, и Рафаэль разогрел её в микроволновке. — Скажи, — Рафаэль обратился к Сергею, — хотя, я не знаю, уместны ли такие вопросы... — Спроси, а там посмотрим, уместны или нет... — ответил Сергей. — Что тебе нравится в парнях и кто ты в сексе... с парнями? Сергей опять покосился на Антона, а тот с интересом смотрел на него, ожидая ответа. — Ну... мне нравятся такие, как вы, наверное. Мускулистые. Мужественные... А в сексе я... пассив. Рафаэль бросил взгляд на Антона. Тот улыбался, слушая Сергея, и опустив глаза. — Мне тоже нравится отдаваться Джорджу! — добавил Рафаэль. — И нравится... брать его. А ты не пробовал быть активом? — Нет, и наверное не хотел бы... Мне нравится подчиняться мужчине. — Сергей смущённо улыбнулся. — А если... Тебе хотелось кого-нибудь соблазнить? Проявить инициативу... — не отставал Рафаэль. — Конечно, хотелось! Если бы была такая возможность, я бы соблазнил многих. Я, наверное, очень испорчен. — А почему не соблазняешь? — Не всегда можно... Я не могу соблазнить тебя, потому что ты в отношениях и откажешь мне. И ты несовершеннолетний. Не могу соблазнить... Антона — он натурал и набьёт мне морду, если я прикоснусь к нему. Антон покраснел в этот момент и принялся тщательно жевать кусок пиццы. — Ты хотел бы меня соблазнить? — спросил он через минуту. — Ну... раз мы говорим тут по душам... у меня проскакивала такая мысль... — Сергей засмеялся. — Я знаю, это страшный сон натурала — мысль, что тебя может хотеть другой парень. Вот поэтому и не соблазняю. — Он взглянул на Рафаэля, который обдумывал слова Сергея. — А тебе не хотелось бы такого? — Я соблазнил Джорджа. Я тоже очень испорчен. — Рафаэль улыбнулся. — Ого! Как так получилось? — Мы заехали к нему домой, чтобы оставить сумки, и я поцеловал его... и начал приставать. — Что, так просто? И тебе не было страшно? — Если честно, в тот момент я думал только о том, что мы остались одни и я наконец могу поцеловать его. Сергей с каким-то сомнением посмотрел на Рафаэля. — А если бы он сказал «отвали»? — Я уже знал, что он любит меня. Мы с ним поговорили, и он сказал, что будет ждать, когда мне исполнится восемнадцать. Но я не хотел ждать. Я так хотел секса с ним... что набросился на него. Сергей задумался. — И его не смутило, что тебе шестнадцать? — Мне тогда было пятнадцать. Я видел, как он сомневается. И я... полез к нему в штаны. У Сергея расширились глаза, и он улыбнулся. — Интересно... — А у тебя как получился первый раз? — Рафаэль поёрзал на стуле, усаживаясь поудобней.