Больше некого любить Часть 1 Рафаэль

Джордж кивнул и посмотрел на своего парня. — Рафаэль показал мне. Я тогда решил, что епископ не опустится до такого... Теперь понимаю, что он готов играть по грязному вопреки своему сану. Алексей задумался о чём-то, глядя на Джорджа, потом продолжил. — У нас есть основания полагать, что главврач этой больницы связан с подозреваемым. Это не доказано, поэтому постарайтесь как можно меньше контактировать с неизвестными. — Я слышал, что инспектор из опеки тоже назвала кого-то по телефону «Преосвященством», я уверен, что у него есть и там свои люди, — вмешался Рафаэль. — И нападение на Джорджа было специально подстроено, чтобы я оказался в подвешенном состоянии, и меня можно было отправить в интернат, где меня бы потеряли... Ксения согласно кивнула. — Это правда звучит логично. Тобой бы всё равно обязательно занялись органы, нужно было просто устранить конкурента. — Я потом проверю этого инспектора. — Алексей достал свой блокнот и чиркнул там пару слов. — Георгий, ты вспомнил что-то? Джордж нахмурил брови, вспоминая. — Я поговорил с Рафаэлем и спустился на стоянку. Уже подходил к своей машине, как ощутил удар по затылку... Я упал и, кажется, отключился на несколько секунд. Меня схватили за пальто, развернули и начали бить по лицу. Я пытался прикрыться руками, поэтому не разглядел, кто это был. Мне кажется, лицо было скрыто балаклавой. Потом меня бросили на пол и несколько раз пнули. Что было после, я не помню... Кажется, он сказал: «Отстань от мальчика» — и я вырубился надолго. Проснулся только в реанимации. Рафаэль вцепился в руку Джорджа. Все молчали, Алексей делал запись с каменным лицом и спросил, когда закончил. — Александра, твоя сотрудница, сказала, что ты говорил, что должен позвонить Рафаэлю. Ты что-то хотел ему сказать? Не помнишь, что именно? Джордж опять задумался. — Я уже не помню этого. Я рассказал всё, что смог припомнить. — Это был тот мент, — вставил Рафаэль. — Я просто уверен в этом. — Ты не помнишь, на какой машине он был? — продолжал следователь. Джордж покачал головой. — У нас есть запись с камер службы безопасности. — Алексей покрутил блокнот в руке. — В принципе, она подтверждает твои слова. Ты прошёл мимо автомобиля, в котором он сидел. Нападавший вышел, как только вы сравнялись, ударил сначала резиновой дубинкой по затылку и начал тебя избивать. Потом бросил на пол и быстро уехал. Возможно, он хотел переехать тебе ноги, потому что начал сдавать назад. Но появилась Александра на своём автомобиле, и преступник быстро скрылся. Она вызвала скорую и Юрия, используя вай-фай сигнал. Тебе повезло, Александра приехала вовремя. — Я должен её поблагодарить, — ответил Джордж задумчиво, и с тревогой посмотрел на Алексея. — Мне хотелось бы ничего этого не помнить... Рафаэль заглянул в глаза любимому. Господи... В них было столько боли в тот момент. Он вспомнил себя, когда тонул в ужасе после отца Иоанна. Насколько это было сложно — вырваться из кошмара. И если бы не было Джорджа рядом, он бы остался сломленным на всю жизнь. — Ты всё забудешь. Уже завтра. Я обещаю, — прошептал он. — Спасибо, мой ангел. — Джордж прикрыл глаза и погладил руку парня. — Мне придётся использовать твою фирму как прикрытие, — продолжил Алексей. — Ничего страшного не случится. Официально я выдвину версию о том, что на тебя напали из-за конкуренции. Это позволит сбить с толку тех, кто следит за делом изнутри, и выиграть время для основной линии расследования, — он обвёл всех взглядом. — Вам необходимо молчать о том, что вы сейчас услышали. Я сам поговорю с Юрием Бондаренко и скажу ему, что это никак не повлияет на работу его компании. Рафаэль, — он взглянул на парня, — епископ больше не звонил тебе? Рафаэль даже забыл о том, что обещал преосвященству. Он не может установить Вайбер на свой запасной телефон, для этого ему нужен ноутбук, который остался дома у Джорджа. — Он звонил... Пытался надавить на меня, чтобы я отказался от своих претензий. Мол, столько людей пострадают. Что я неадекватный, а они хотели мне помочь. — Рафаэль взглянул на Ксению. — Он правда может сказать такое в суде? Ксения задумалась, и все посмотрели на неё. — Может. Но чтобы доказать твою неадекватность, потребуется психиатрическая экспертиза. Это может стать проблемой. У него скорее всего есть свои «эксперты». Мы должны проследить, чтобы он их не подсунул. Рафаэль опять вздохнул. — Я не знаю, как справлюсь ещё и с этим... — Тебе не нужно с этим справляться, — тут же прервала его Ксения. — Я и Алексей позаботимся об этом. Ты продолжай учиться, заниматься спортом и танцами. Я, кстати, хочу посмотреть на твои занятия. — Правда, Рафаэль, — добавил следователь. — Хоть это и сложно, но постарайся отвлечься. Предоставь это дело профессионалам. — Мне нужен мой ноут и учебники. — Парень посмотрел на Джорджа, теребя лямку рюкзака. — Твоя мама не отдаст их мне. — Я ей позвоню. Ты не находил мой телефон? — Он у меня. — Рафаэль достал из рюкзака аппарат. — Полностью заряжен, я его отключил. — Ох... Я боялся, что потерял. Мы теперь будем на связи, — улыбнулся Джордж. Алексей сложил блокнот в карман куртки. — Что ж, я пойду. Звоните мне, если что-нибудь вспомните. — Он встал с единственного стула в комнате. — Георгий, желаю тебе скорейшего выздоровления. Они обменялись рукопожатием, и следователь перевёл взгляд на Рафаэля. — Пообещай мне, что будешь сообщать, если что-то новое узнаешь о Зоревиче или его делах. Рафаэль кивнул, и Алексей вдруг осторожно прижал его к своему плечу. — Ты очень сильный и мужественный парень. Он кивнул Ксении, поправил воротник куртки и ещё раз посмотрел на Рафаэля, будто хотел что-то сказать, но сдержался и вышел из палаты. — Я никогда не видела, чтобы он проявлял такое тепло к кому-нибудь... кроме сына. Что ты с ним сделал? — Женщина поджала губы, но улыбка всё равно прорвалась. — Он меня очень поддержал в первый день, когда Джордж был в реанимации. — Рафаэль посмотрел на дверь, из которой только что вышел Алексей. — Потом мы с ним откровенно поговорили. Я рассказал ему о том, что чувствую к Джорджу. Объяснил, что мои чувства ничем не отличаются от чувств любого другого мужчины или парня... И мне кажется, он меня понял. У него сын моего возраста, он воспринимает меня как сына, который оказался в сложной ситуации из-за любви к красивому мужчине. Джордж отвёл взгляд и печально спросил: — Почему ты считаешь, что это из-за меня? — Я не сказал, что это из-за тебя. — Рафаэль нежно пригладил взъерошенные волосы мужчины. — Если бы я не влюбился тогда, в школе, кто знает, где бы я был сейчас. Моя любовь и желание принадлежать только тебе заставили меня бороться против отца Иоанна. Если бы не твои глаза, я бы потерял себя, оказавшись развлечением для него, потом для епископа. Ты спас меня от этого, понимаешь? — Он опустил взгляд, а потом всё же встретился с глазами Джорджа. — Теперь даже я понимаю, как он завоевал тебя, Георгий, — вдруг вставила Ксения. — Если бы мне сказали такие слова, я бы уже расплакалась и давно растаяла. — Я и так таю каждый раз, когда передо мной этот маленький ангел, — ответил Джордж с лёгкой улыбкой и, пытаясь скрыть влажность в глазах, несколько раз моргнул. — Что ж, — Ксения покачала головой, глядя на Джорджа и Рафаэля. — Мне пора. Нужно заехать в офис, у меня есть кое-какие дела, и я поработаю дома. Рафаэль, ты со мной? Нам ведь нужно забрать твои вещи. Рафаэль поднёс руку Джорджа к губам. — Я поеду. Мне нужно быть хорошим мальчиком, если органы устроят проверку. Если всё испортить сейчас, то меня тогда никто не спасёт. Что тебе завтра привезти? — Привези мне принадлежности для бритья. И подай мой рюкзак, пожалуйста. Джордж достал портмоне из рюкзака, немного скривившись от боли. — Это моя карта. Сними мне несколько тысяч на всякий случай. Купи себе продуктов, чтобы не сидеть на шее у Ксении. — Дома есть продукты, — возразила Ксения. — Ты думаешь, он будет голодать? — Нет, но он любит морепродукты. Он пару раз в месяц готовит очень вкусную паэлью. И каждый день ест мясо. Смотри, как он похудел за три дня. — Я тоже люблю морепродукты. С удовольствием попробую твою паэлью. Мы сегодня купим всё необходимое. — Оставьте и мне немного! — пошутил Джордж. Ксения встала. — Дам вам пару минут на прощание, — сказала она и вышла. Потом они первым делом заехали домой к Джорджу. Его мама со стиснутыми зубами впустила их и позволила забрать всё, что было нужно Рафаэлю. Он также взял ключи Джорджа, которые были в его пальто. Можно было считать, что он вернул себе дом. После — офис Ксении. Там не было роскоши, как ожидал парень. Всё оказалось современным и эргономичным, хотя немного тесноватым. Сотрудницы Ксении с интересом изучали Рафаэля. Это было даже забавно. Возможно, они подумали, что Ксения освободила свой день, чтобы провести его с мужчиной, а тут — молодой парень. Когда они приехали в супермаркет, Рафаэль поразился, как Ксения бросала в корзину всё подряд, не глядя на стоимость. — Так нельзя! — проговорил он, возвращая товар на полки. — Можно купить всё то же самое по акции. Джордж называет это разумными покупками. Он вспомнил, как впервые наблюдал Джорджа за поиском акционных товаров. Как тот всё тщательно сверял, бегал между полками — и теперь сам делал точно так же. Даже не замечая. Мысль о Джордже больно отозвалась в груди. Он там, в палате, один справляется с ужасом пережитого, а Рафаэль в супермаркете выбирает продукты для паэльи, пытаясь убедить себя, что самое страшное позади. Ксения смирилась. Она только поставила в корзину бутылку вина и сказала: — Это моё любимое. Дома они распаковали сумки. Рафаэль проверил, чтобы было всё необходимое для приготовления, и пошёл в свою комнату переодеться. Здесь было очень светло и как-то слишком чисто. Почти стерильно и безжизненно. Он достал из рюкзака свой ноутбук, разместил его на небольшом столике возле большого окна. Развесил одежду в пустом шкафу. «Зачем Ксении такая большая квартира, если она живёт одна?» — подумал он. Потом вспомнил, как Антон говорил, что квартира досталась после развода с мужем. Наверное, развод с юристом обходится дорого. Когда он вернулся в кухню, Ксения протянула ему связку ключей. — Теперь это твой дом. Несколько раз в неделю приходит женщина, которая убирает и готовит. Ты с ней скоро познакомишься. Так что вся квартира в твоём распоряжении. Ничего не стесняйся. Холодильник открыт двадцать четыре часа в сутки. Знаю, что подростки много едят, поэтому ни в чём себе не отказывай. Я пойду в свою комнату работать, а ты можешь делать всё, что хочешь. Только не включай громко музыку или телевизор. — У тебя есть чай? Я забыл купить. Ксения открыла шкаф, где стояло несколько баночек с чаем и кофе. — Выбирай любой. И ушла в свою комнату. Рафаэль остался один в большой кухне. Здесь вполне можно было танцевать. Если убрать столы, она по размеру почти не уступала их с Джорджем комнате. Он подошёл к окну. Большое, завешенное тюлевой занавеской. Оно выходило во двор, и где-то там, в сумерках, неизвестный враг мог сейчас наблюдать за ним. Рафаэль невольно отступил на шаг. Это уже ненормально. Паранойя вот-вот сотрёт грань между реальностью и кошмаром. Нужно остановить этот бред, который прочно засел в голове. Иррациональный страх, как учила Виктория. Сюда никто не сунется. А Джордж под надёжной охраной полиции. Если только люди епископа не подсунули своего человека, чтобы тот пропустил нужного… Перед глазами тут же возникла картинка: в палату заходит кто-то в медицинской форме, в руке — шприц... Сердце заколотилось, словно отбойный молоток. Рафаэль резко сунул руку в карман за телефоном. Нужно позвонить Алексею. Но тут же замер. А что он ему скажет? Попросит усилить охрану и проверить всех охранников, потому что где-то в коридоре бродит убийца со шприцом? Алексей решит, что он окончательно сошёл с ума. Рафаэль закрыл глаза, медленно вдохнул и выдохнул. Всё под контролем. Джорджу ничего не угрожает. Скоро они будут вместе. То, что он сегодня увидел своего любимого, окунулся в его крепкий запах, сняло большую часть тревоги. Теперь жизнь будет постепенно возвращаться в прежнее русло. До тех пор, пока они снова не вернутся в свою квартиру. — успокаивал он себя. Может быть, когда-нибудь у них будет такая же большая и светлая кухня. Рафаэль представил, как Джордж стоит у окна, пока он готовит завтрак. Картина показалась такой реальной, такой ощутимой, что по коже пробежали мурашки. Он вспомнил, что может позвонить Джорджу, и тут же набрал его номер по Viber. Через полминуты экран засветился. — Любимый, ты не спишь? — спросил парень, с трудом сдерживая волнение в голосе. — Нет, я целыми днями сплю. Уже надоело. — Джордж попытался улыбнуться, но глаза выдавали печаль. — У тебя все хорошо? — Конечно, не переживай. Рафаэль выдохнул с облегчением. — Я дома у Ксении. Тут такая большая кухня! — Парень повернул камеру, показывая просторное помещение, и словно ждал, что Джордж тоже почувствует его восторг. Потом он показал свою комнату и гостиную. — Тебе нравится там? — Джордж разглядывал то, что показывал его парень. — Да. Когда-нибудь у нас тоже будет такая. Как только я начну зарабатывать, буду откладывать. — Ты же собирался купить нам машину, — улыбнулся Джордж. — Я помню. Придётся много работать. Джордж засмеялся, закашлялся и тут же застонал, схватившись за грудь. — Не смеши меня, Рафаэль. — Прости, прости, любимый… — Рафаэль подался ближе к экрану, будто мог дотронуться до него. — Просто береги себя. Я так жду, когда мы снова будем вместе. — Я тоже. — Джордж посмотрел на него с такой теплотой, что у Рафаэля защипало в горле. Они ещё немного говорили ни о чём, лишь бы не завершать разговор, и вскоре попрощались. Рафаэль занялся приготовлением паэльи. То, что у Джорджа всё хорошо, немного успокоило. Но ненадолго. Только он взял нож и начал резать овощи, как стук лезвия по доске внезапно превратился в глухие удары резиновой дубинки — по голове, по лицу. Потом — тяжёлые кулаки. Рафаэль словно оказался там, в гараже, вместо Джорджа. Он резко зажмурился и издал жалобный стон, почти сорвавшийся в вскрик. Нет. Нет. Всё уже позади… Это не настоящий страх. Просто стресс играет с ним злые шутки, не даёт расслабиться. Если он не остановит это сейчас, то завтра действительно окажется в психушке. Рафаэль глубоко вдохнул и попытался вспомнить запах Джорджа — тёплый, чуть солоноватый вкус его кожи, когда он провёл языком по шее. Вот это было реально. Завтра он снова прикоснётся к любимому. И уже никто не сможет ему помешать. Он высыпал овощи на горячую сковороду. Паэлья должна получиться вкусной. Очень вкусной. Чтобы Джордж завтра улыбнулся и забыл обо всём плохом хотя бы на один вечер. Он уже почти закончил на кухне, когда позвонил Серёга. — Привет! — поздоровался он. — Ты можешь говорить? — Да, очень рад тебя слышать! — Рафаэль до сих пор считал, что Сергей сердится на него, поэтому звонок обрадовал. — Вы говорили, что Антон в больнице. Что с ним? — В голосе парня была слышна искренняя обеспокоенность. — В тот вечер, четырнадцатого, он заболел... Пневмония... Утром его отвезли в больницу с подозрением на ковид. Обошлось, но у него до сих пор высокая температура. — Понятно... — выдохнул Сергей. — Пневмония — это тоже серьёзно. Ты был у него? — Пока никого не пускают. Мы с ним созваниваемся по видеосвязи... Как у тебя дела? — У меня всё без изменений. — Он чуть усмехнулся. — Что может поменяться? — Не знаю... — Рафаэль убрал крышку со сковороды, выпуская густой ароматный пар. — Ты провёл с Сашей романтический вечер. Может, вы уже... вместе? Как всё прошло?