Шесть котят, две шаурмы и один гормональный апокалипсис

- Оно правда должно так орать? - Эндрю обнимает Нила со спины, укладывая голову на плече. - Ахуеешь, это ребенок. Так что да. Они не спят уже третью ночь, а с младенцем на руках жизнь изменилась в считанные дни. И теперь никто из них не уверен, что завести ребенка было удачным решением. - Ну и что ему не нравится? - Понятия не имею - Джостен берет младенца на руки, бережно укачивая. - Ты типо папа. - А ты типо отец, так что не выебывайся. Иди в гостиную спать, у тебя завтра тренировка. Эндрю тяжело вздыхает. Недосып давал о себе знать, и он делает над собой серьёзное усилие, отгоняя соблазн свалить в другую комнату и не слышать этот вой ещё пол ночи. Но Нил устал не меньше, и бросить супруга одного не позволяет совесть. - Может он жрать хочет? - Он ел час назад. А ещё у нас смесь закончилась. Эндрю пожимает плечами. - В холодильнике есть пицца. - Ты идиот? - Ну а чё. Говно всякое жрет, вот и ноет. - Блять, он родился неделю назад. Тебя ничего смущает? - Ну так родился неделю назад, и уже говно жрет. Может он обосрался? - Ты бы почувствовал. - Резонно. Нил наматывает круги по комнате, напевая колыбельную. Эндрю прислоняется к дверному косяку, потирая виски подушечками пальцев. Голова болит страшно, и не понятно, от чего сильнее - от крика ребенка или от пения Джостена. - Вокал явно не твое. - Не нравится - спой сам. - Я его не рожал. - Не делай вид, что никак к этому не причастен. Дитё не успокаивается от слова совсем, и с каждой секундой Нила кажется, что этот кошмар никогда не закончится. Нет, ясное дело, они понимали, что легко не будет, но прошла всего неделя, а от усталости уже хочется на стену лезть. - Дай мне его - у Эндрю лопается терпение - и иди спать. Я разберусь. - Утопишь его в раковине? - Не исключено. Пиздуй отдыхай, Я справлюсь. Нил пожимает плечами, осторожно передавая младенца в руки мужу. - Удачи. Оставшись наедине с сыном, Миньярд садится на кровать, думая, что теперь делать с этим источником ультразвука. - Ну и чё ты орёшь? Держать новорожденного на руках просто страшно, он кажется слишком маленьким и хрупким, так что Эндрю боится сделать лишнее движение, что бы, упаси господь, это существо не сломать. Нил ему такого не простит. - Бля, может тебе реально колыбельную спеть.. а то твоему папке медведь на ухо наступил. Когда он горлапанит, мне тоже хочется орать. Пару месяцев назад Хеммик притащил им книжку с колыбельными, мол, подарок молодым родителям. Это из нее Нил теперь черпал материал для вечерних песнопений, и Эндрю запомнил пару куплетов. - Никогда не думал, что буду страдать такой хернёй... Но петь все таки приходится. Как говориться, на войне все средства хороши, и Миньярд уныло напевает "спят усталые игрушки", без всякой надежды на успех. На удивление, это работает почти сразу. И не понятно, дело в колыбельной, или в том, что на руках у Миньярда ребенок всегда успокаивается в разы быстрее, чем у Нила. Феномен этот никто из них объяснить не мог, а Джостен втайне завидовал, что его супруг справляется с задачей в разы лучше. Через четверть часа дитё уже крепко спит. Эндрю осторожно перекладывает ребенка назад в кроватку и облегчённо выдыхает. Нил подходит незаметно, укладывает голову на чужое плече и устало улыбается. - Как ты это делаешь? - Понятия не имею. Может, у меня врождённые отцовские навыки. Нил фыркает, целуя мужа в щеку. - Колдун ебучий.