Шесть котят, две шаурмы и один гормональный апокалипсис

- Мне директор позвонил - нас в школу вызывают - Нил пропускает Миньярда в квартиру, захлопывая дверь. Оба вернулись с тренировки, уставшие и голодные. Нил понимал, что путь в профессиональный спорт ему, после такого долгого перерыва, закрыт, но Нил Джостен не был бы Нилом Джостеном, не найди он выход из любой ситуации. Теперь он на пару с мужем тренирует городскую команду - "кучку малолетних выродков", как Эндрю любит их называть. - В первую неделю первого класса? - Сказали, что он математичку нахуй послал. Эндрю скидывает обувь, топая на кухню. - Я бы тоже послал. - В тебе я не сомневаюсь. Миньярд равнодушно пожимает плечами - ему на происходящее откровенно наплевать. Глупо выдергивать их из привычного графика по таким мелочам. - Эндрю, ты со мной или я сам? - Сам. -  Бросишь меня на растерзание агрессивно настроенной администрации? Эндрю залпом осушает стакан воды и убирает его в раковину. - Заебал. Пошли. Нил никогда не ходил в школу в привычном понимании, всему его научила мать, и отдавать своего ребенка в место, о котором ты не имеешь ни малейшего понятия, было страшно. Дети порой бывают более жестокие, чем взрослые, и Нил заранее переживал, что его сына станут обижать, а они об этом не узнают. Нил с Эндрю проходят в кабинет. Белые стены завешаны дипломами, грамотами и фотографиями. За столом сидят несколько людей, почему-то с очень мрачными лицами. На стульчике - их сын. Глаза опущены в пол, руки сложены на груди, день явно выдался неудачным. Первое желание - обнять своего ребенка, послать всех нахер и свалить куда подальше, но так нельзя. Сперва нужно разобраться. Нил садится на свободный стул. - Нас вызвали касательно использования ребенком нецензурной лексики? - начинает Джостен, искренне не понимая, зачем из-за такой мелочи созывать столько людей. Женщина лет сорока качает головой. - Сперва да... Молчание затягивается, будто никто не знает, с чего начать. Нил начинает злится. У них было достаточно своих дел, и бежать после рабочего дня в школу, где тебе и проблему толком объяснить не могут, просто глупо. Они могли бы сейчас лежать на диване и пачками жрать мороженое, а не сидеть и гадать, что случилось. - А потом? Мужчина во главе стола резко подымается, кладя на стол складной ножик. Безобидная вещь, но точно не в руках ребенка. - Как так получилось, что у вашего ребенка из кармана выпадает нож? Нил замирает. Такого поворота он не ожидал, и в тишине директорского кабинета можно слышать, как крутятся шестерёнки в его голове. Взгляд падает на сына, ребенок, по всей видимости, очень хочет разреветься, и держится из последних сил. - Эндрю.. - Джостен поворачивает на мужа, вопросительно вскидывая брови. Миньярд равнодушно пожимает плечами. - Зашей ему карманы, больше не выпадет. - Если я не ошибаюсь, всех волнует не тот факт, что он выпал, а тот как он там оказался. - Он должен уметь себя защитить. - Ему семь. - Вот именно. Нил мрачнеет. Джостену всегда казалось, что это он трясется над дитем как ненормальный, но этот день показал, что Эндрю боится за сына намного больше. Настолько, что дал ребенку в школу холодное оружие. - Сука... мы приносим извинения и обещаем, что этого больше не повторится. - Да неужели - Эндрю берет ребенка за руку, не планируя оставаться здесь ни минутой дольше. И Нил ему за это благодарен, потому что, начни Миньярд отстаивать свою позицию, этот нож может оказаться у кого-то в брюхе. Нил весь вечер ходит как на иголках. Все валится из рук, ужин подгорает, попытка помыть посуду заканчивается двумя разбитыми тарелками. Вопрос: "пап, ты сильно злишься?" - добивает окончательно. Малой виноват в этой ситуации меньше всех, и Нилу гадко от того, что дитё считает себя виновником его тревоги. Эндрю за все это время не сказал ни слова, наглядно демонстрируя, что не намерен обсуждать случившееся. К этой теме Нил возвращается только поздно вечером. Садится на диван, протягивая мужу чашку с какао и ещё долго молчит, не зная, как помягче начать разговор. - Злишься на меня? - неожиданно спрашивает Эндрю, вырывая Нила из раздумий. - Нет. - Враньё всегда было твоей плохой привычкой. - Я не злюсь. Но, давая нашему сыну оружие, ты заставляешь его чувствовать себя в опасности. Это жестоко. Нил видит, как у Эндрю напрягаются плечи, как он с силой сжимает челюсти, и как тяжело ему даётся этот разговор. - Ему могут навредить. Он должен быть готов защищаться. - У него есть люди, которые могут его защитить - Нил берет мужа за руку, переплетая пальцы - Это наша ответственность, Эндрю. Пусть хоть кто-то в этой семье будет чувствовать себя в безопасности. - Ты не чувствуешь себя в безопасности со мной? - С тобой я в безопасности. Я с тобой, а он - с нами. Эндрю кивает, и осторожно целует Нила в лоб. Молчаливое согласие. Он смог защитить Нила от Рико и Мориямы. С учителями и задирами тоже справится.