На двоих у нас одно лишь дыхание

О Джи Хва еще на подъезде увидела через лобовое стекло машины темный силуэт на бетоне. Она уже знала, что произошло, но, когда подошла ближе и увидела то, что осветили фары машин, почувствовала, как внутри все заледенело. Перед ней предстала ужасающая, душераздирающая картина двух тел в луже крови, одно склонившееся и обнимающее другое. Детектив отмерла и заставила себя пройти оставшиеся несколько метров, слыша, как позади достают каталку из машины скорой помощи, и смогла увидеть, что тем, кто вызвал помощь был именно Джу Вон. Он сидел на коленях, прижавшись лицом к плечу бледного, как полотно, Дон Сика, и не замечал никого и ничего вокруг. Джи Хва присела на корточки и положила руку ему на спину, привлекая внимание, стараясь не смотреть на, возможно, уже бездыханное тело мертвого друга. Нет, они этого не знали. Ничего нельзя судить по одному лишь внешнему виду, пока его не проверят медики. Именно поэтому ей было необходимо привлечь внимание Джу Вона. Почувствовав прикосновение, он дернулся и вскинул голову так резко, что Джи Хва едва не упала назад. Ебать. Молодой человек поднял на нее широко раскрытые, красные от слез глаза. Не только глаза, все его лицо, тело и руки были измазаны, предположительно, кровью Дон Сика. Парень очевидно был глубоко шокирован. Бригада скорой помощи стояла поодаль, ожидая, когда им дадут возможность ближе подойти к пострадавшему. Она попыталась убрать руки Джу Вона и поднять его, но он цеплялся за него так отчаянно, что на это было больно смотреть. - Джу Вон, это О Джи Хва. Детектив О из участка. Друг. - в опухших глазах напротив начало появляться узнавание. - Слышишь меня? Не волнуйся. Ты сделал все, что мог, ты молодец. - она говорила медленно и тихо, чтобы не напрягать возбуждённый и испуганный разум человека еще сильнее. - Позволь врачам разобраться с остальным. - Помогите. Пожалуйста, помогите ему. - Давай отойдем и предоставим бригаде место для оказания помощи. - женщине удалось убрать его руки, и как только его взгляд снова начал падать обратно, она насильно заставила отвернуться и смотреть на нее. Как только Джу Вон поднялся вместе с ней на дрожащих ногах, их место тут же заняли медики. Они отошли на несколько шагов. Она по прежнему не давала ему обернуться, держа за холодные, липкие руки, но сама продолжала смотреть на бригаду, затаив дыхание. Проверяют легкие. Пульс. Грудь. И... Знак. Жив. Дон Сик жив. Джи Хва не заметила, как сама задержала дыхание, издав дрожащий вздох, и снова обратила все внимание на Джу Вона. Ей самой было не по себе от происходящего, но ему было гораздо хуже. Он стоял рядом с ней на пошатывающихся ногах, опустив голову, и словно смотрел в пустоту перед собой. Все лицо было в разводах крови вперемешку со слезами, все еще скопившимися в глазах, и волосами, слипшимися на лбу. - Джу Вон, Дон Сик жив. Он жив, смотри. Видишь, его готовят к транспортировке. - она решила умолчать о том, что перед этим ему сделали непрямой массаж сердца. Радоваться ещё было рано. Джу Вон и правда медленно обернулся, чтобы убедиться в реальности происходящего. Жив? Дон Сик и правда жив? Он дождался помощи, о которой так молил Джу Вон. Он едва ли не упал от того, как сильно подкосились ноги. - Поехали. Поехали быстрее. - он не стал сопротивляться, когда его потащили к машине. Джу Вон не помнил, как добрался до больницы. Кажется, его привезла О Джи Хва. Это она разговаривала тогда с ним, приехав вместе со скорой. Когда они добрались сами, Дон Сика уже отправили на операцию, ничего не сказав и не дав никаких обещаний. Все, что ему оставалось это сидеть в белом пустом коридоре в ожидании, рассматривая руки, которые, казалось, пропитались кровью. Вернее, коридор не был пустым, несмотря на позднее время. Позднее ли? Наверное, да, на улице темно. Но он никого не узнавал, даже не пытался. Словно находился в прострации. Детектив О, что была с ним все это время, куда то срочно отошла. Джу Вон сейчас едва ли мог соображать. От мыслей о состоянии Дон Сика его отвлекало разве что мерзкое чувство стянутости на лице и жжение в глазах. Он не собирался двигаться с места, пока не будет известно что-либо о ходе операции, если даже его вида шарахались окружающие. Ему было плевать. Абсолютно. Пусть он хоть трижды пропитается и провоняет кровью. Закрывать глаза тоже было нельзя, иначе он боялся, что не выдержит и поддастя дикой усталости, окутывающей все его тело. Джу Вон вздрогнул, почувствовав, как кто то встал рядом с ним. Скосив глаза он узнал в человеке вернувшуюся детектива О. Он думал, что она просто останется молча стоять рядом в таком же напряженном ожидании. Нет тут то было. - Эй, Джу Вон. Он поднял на нее изможденный вопросительный взгляд, не в силах выдавить из себя ни слова. - Там в конце коридора туалет. Сходи умойся. Вот. - с этими словами он всунула ему в руки чистое, белоснежное полотенце. - Но... - он не хотел уходить. Не мог. - Послушай. Прошло уже больше 3 часов и, вероятно, пройдет еще столько же, прежде чем нам что то скажут. Иди, отлучись ненадолго. Я останусь. Джу Вон нехотя поднялся и прошел несколько шагов, прежде чем остановиться. Он хотел было что-то сказать или спросить, но, поколебавшись, продолжил шаг. О Джи Хва должно быть это заметила, потому сказала в его удаляющуюся спину: - Постарайся успокоиться и сильно не нервничать. Это же Ли Дон Сик. Он переживал и худшее. Слова, призванные его утешить, заставили только ускорить шаг. Ничего утешительного в том, что жизнь человека была настолько тяжёлой, что пулевое ранение и околосмертный опыт не худшее, что с ним случалось, не было. Джу Вон зашел в комнату и, убедившись, что она пуста, начал снимать с себя верхнюю одежду. Он не знал, что за дверью снаружи стоит напарник детектива О. Снял пальто, бросив его прямо на пол. Его не заботило состояние одежды. Не в данный момент. Подошел ближе к раковине, потянулся включить воду и замер, оцепенело глядя на красные разводы на руках. Так же медленно он подставил руки под горячую воду, наблюдая, как утекает окрашенная в розовый оттенок вода. Чем дольше он смотрел, тем осознаннее чувствовал, как руки снова начинает охватывать тремор, все сильнее с каждой секундой. Дошло до того, что Джу Вон был вынужден упереться в раковину, склонив голову и размеренно дыша, не позволяя панике взять над ним верх. Дон Сик все еще в операционной. Еще ничего не известно, рано расслабляться. На мгновение он прикрыл глаза, а когда вновь открыл их, не смог сориентироваться по времени, сколько уже прошло с момента его ухода. Не желая больше оставаться так далеко от операционной, он наспех вымыл лицо, схватив полотенце оттер все, что смог, в последний раз сделал судорожный вздох, сдерживая слезы, и вышел обратно. В ту же секунду Джу Вон почувствовал, как атмосфера в воздухе будто изменилась. Подойдя ближе он понял, что происходит. Рядом с детективом О стоял мужчина в белом халате и рассказывал об операции. Успешно. Операция прошла успешно и сейчас пациента переводят в реанимацию. Он забыл, как дышать, и замер на полпути, остановившись поодаль посреди коридора. Врач сказал, что может зайти ровно один человек и на 10 минут, не более. Джу Вон и не надеялся, а потому не стал подходить ближе, оставшись на месте с подрагивающими руками, как тут же увидел, как О Джи Хва начала высматривать кого то, остановив взгляд на нем. У Джу Вона расширились глаза от неверия, когда та подозвала его к себе рукой. Не твердым шагом он подошёл, когда врач тихо открыл перед ним дверь. Еще раз обернувшись на детектива и получив ободряющий кивок, он зашел в палату, и дверь за ним закрылась, погрузив все в тишину, разбавляемую разве что шумом медицинских аппаратов, прикрепленных к одному единственному пациенту. Джу Вон не сразу решился подойти ближе к кровати. Вид Дон Сика в больничной рубашке с трубкой во рту, проводами и капельницами вызывал в нем тошноту. Но, если подойти ближе, видно, что все хорошо. Не так хорошо, как должно быть, он по прежнему выглядит очень плохо и измождённо, но это не в пример лучше того, каким его последний раз видел Джу Вон. По крайней мере, крови не было точно, этого уже было достаточно для его воспаленного разума, который не переставал подбрасывать ему перед глазами картины с причала. Все таки дойдя до кровати, он медленно, не издавая лишнего шума, опустился на рядом стоящий стул. Глубоко вдохнул раз, второй и на третий ощутил, как небывалая волна облегчения покрывает его с ног до головы. Немного помедлив, Джэ Вон протянул обе руки, аккуратно взяв в них руку Дон Сика, не потревожив капельницу. Больше не выдержав, он склонился перед ним, уперевшись лбом в его теплую, такую теплую и живую ладонь и выдохнул, дав сдерживаемым эмоциям выход. В этот же момент его тремор прекратился. *** Пока Джу Вон находился в палате с Дон Сиком, Джи Хва узнала у лечащего его врача более подробно, что с ним. Пуля прошла наискось и навылет, зацепив низ лёгкого, желудок и кишечник, из-за чего дыхательный аппарат в ближайшие несколько дней и будущая диета в долгосрочной перспективе ему были обеспечены. Самое важное, что сердце не было задето, все остальное, по сравнению с худшим исходом, было не так страшно и поправимо. При должном уходе Дон Сик полностью восстановится примерно за 5 месяцев. Сейчас главное не допустить развития внутренней инфекции, чтобы не привести к осложнениями. В данный момент он стабилен и под наблюдением, никакой жуткой фразы: "следующие 24 часа - решающие" в конце объяснений хирурга не последовало. Вот только после этого женщина смогла полноценно вдохнуть и спокойно выдохнуть. Кризис миновал. Ситуация под контролем. Все живы. Этого было более, чем достаточно, чтобы испытать облегчение и радость. Единственное, что омрачало это чувство, так это Джу Вон. Джи Хва очень волновало его состояние, создавалось ощущение, что он вот вот развалится на части. Вероятно, именно это сейчас и происходило в тишине и изоляции палаты. Молодой человек смотрел на нее с такой надеждой в глазах, так отчаянно, когда они встретились взглядами после новости о завершении операции, что она только сильнее убедилась в правильности своего выбора. Когда она подозвала его к себе и открыла перед ним дверь, ей показалась, словно его лицо вновь обрело краски. Что-то произошло между ним и Дон Сиком. Что то еще, помимо этой почти смертельной ситуации, но Джи Хва не могла, да и, честно говоря, не пыталась понять, что именно. Между этими двумя постоянно что то происходит, ещё с момента их первой встречи. Что первого, что второго бросает из одного конца градации чувств в противоположный, и оба так странно выражают эмоции, сложно, если не невозможно понять, что происходит. Одно она знала точно, в эту ночь погибли бы оба, даже если бы дышать перестал лишь один. Это было страшное осознание, но необходимое. Интересно только, понимал ли Джу Вон это. Наверняка, учитывая молитвенный шепот, который она слышала от него в самый тёмный час прошедшей ночи. Говоря о Джу Воне, время, отведенное ему, уже прошло. Она тихо вошла в палату вместе с хирургом, закрывшим за ними дверь. Перед ее взором предстала картина, растопившая ее сердце и разорвав нити напряжения окончательно. Казалось, в этот момент ее саму настигло осознание произошедшего. Ей пришлось обхватить себя рукой, а другой зажать рот, чтобы вырвавшийся всхлип не прозвучал оглушительно громко. Друга всей ее жизни чуть не убили несколько часов назад на пустом причале и не сбросили тело в темную воду на корм рыбам. Эта мысль была отвратительна. Даже за 20 лет работы в правоохранительных органах невозможно привыкнуть видеть своих близких коллег, еще хуже друзей, на больничной койке. Но вид уснувшего на краю кровати Джу Вона, как ни странно, успокаивал. Он даже не лежал, а сидел, согнувшись в три погибели, на стуле, но опираясь предплечьями о кровать, самый ее краешек. Обе его руки аккуратно, едва сжимая, обхватывали ладонь Дон Сика с двух сторон, а сам он едва касался лбом кончиков его пальцев. Вид двух спящих мужчин, потрепанных, изможденных, растрогал ее до глубины души. Она попыталась незаметно вытереть скопившиеся слезы, но только разве что размазала тушь. Они все были в полном беспорядке, но вместе и живы, остальное поправимо. Подойдя ближе Джи Хва, не колеблясь, протянула руку и медленно провела ею по голове Дон Сика. Его умиротворенное, хоть и бледное, но расслабленное лицо вызвало в ней влажную улыбку. Врач все это время стоял у изножья кровати, давая ей пространство и не вмешиваясь. Она последний раз осмотрела друга, прежде чем перевести внимание на Джу Вона. Не сказать, что ее удивило то, как быстро он уснул, скорее просто отключился в тот же момент, как понял, что страшный кошмар невыносимого ожидания прекратился. Джи Хва наклонилась к нему и тихо позвала, положив руку на плечо. - Джу Вон. Эй, нужно идти. - она слегка потрясла его за плечо, но никакого ответа или иной реакции не последовало. Даже дыхание ни на секунду не сбилось. Действие повторилось, но он остался таким же тихим. - Оставьте его. - Извините? - детектив выпрямилась и перевела взгляд на врача, нахмурившись от недоумения. - По правилам это запрещено и будет неприятный выговор, если кто то сдаст, я не думаю, что молодого человека это волнует. По хорошему вам нужно разбудить его и увести, но... Ночь сегодня тихая, а завтра выходной, пересменки не будет. Пусть спит. Джи Хва снова перевела взгляд вниз. - Это ведь он вызвал скорую и оставался с пострадавшим до ее прибытия? - Да. - Признаюсь, я еще не так очерствел как другие врачи старой закалки. Причина, по которой запрещено пускать членов семьи в палату к тяжелым пациентам, заключается в том, что, чаще всего люди не могут себя контролировать и происходят истерики, крики, слёзы, нервные срывы. Даже несмотря на то, что пациент без сознания, это может негативно повлиять на него на подсознательном уровне. Джи Хва хотела было сказать , что они не родственники и даже не друзья, но быстро осеклась. Это не имело значения. Какая разница. Кого волнует, что написано в легко портящихся документах о родстве, когда тут все и так ясно. - Но этот человек? Просто спит, едва ли издавая какие либо звуки. - врач пожал плечами. - Он пытался сохранить дорогую ему жизнь и не дать истечь кровью в течение более 40 минут. Это вызывает восхищение и сочувствие. Не знаю, как вам, детектив, но лично мне кажется, что они оба только выиграют от того, что мы оставим их в покое хотя бы на этот остаток ночи. Справедливо рассудив, Джи Хва очевидно поняла, что у нее нет никаких аргументов против. Поэтому, она просто накинула на плечи Джу Вона плед, протянутый добрым хирургом, еще раз посмотрела на бессознательного друга и вышла за пределы палаты.