Deer Hunter

Конечно, никакого свидания родители не устроили. Уже на моменте вопроса Руслан знал: мама не оставит его одного. Не потому что сын может что-нибудь натворить, а потому что он не любил страдать в одиночестве, и Маргарита всегда тонко чувствовала, когда ему нужна компания. Правда, только её. Несмотря на то, что Руслан любил отца, в моменты сентиментальности (которые случались крайне редко и в основном касались планов на будущее, вроде профессии или спорта для души) он пытался от него скрыться. Тем более что Виктор любил подшучивать над тем, что домочадцы о чём-то шепчутся без него. — Небось меня обсуждаете, — с лёгкой обидой, то ли искренней, то ли притворной, говорил он, неизменно получая один и тот же ответ от жены: — Только в положительном ключе, милый. Вот и теперь Руслан надеялся, что мама придумает, как сделать так, чтобы его страдания прошли без шуток. Или, может, наоборот, попросить мать их оставить? Что отец сказал бы на откровения, которые уже услышала Маргарита? Точно не одобрил бы, но и ругать не стал бы. Просто не нашёл бы, как поддержать. С ним можно было рассуждать о скорости света, космосе и устройстве автомобилей, но, когда дело касалось эмоционального интеллекта, им обоим становилось тяжело вести разговоры. Для таких дел лучше всего подходила мама, но Руслан не знал, о чём ещё с ней говорить. Он сказал всё, что хотел, и до ночи (желательно завтрашней) собирался играть в видеоигры, фоном смотря сериалы и упиваясь какао. Но мать всё-таки вмешалась в его планы. — Твой папа ушёл повторить твой вчерашний подвиг, — сказала Маргарита, а потом задумчиво хмыкнула. — Прозвучало странно. Я имела в виду, что он пошёл встретиться с друзьями и немного выпить. — Спасибо за шутку, — поджал губы Руслан, не обижаясь, а скорее внутренне благодаря за то, что мать не делает из этой ситуации табу. Это было лучше его тактики замалчивания. — Удачно получится убить двух зайцев, — продолжила Маргарита, ставя чайник и доставая огромные праздничные кружки, которыми они пользовались только в Новый год и семейные дни рождения. — Проведу время с тобой и избавлюсь от жалоб отца, что я не даю ему продохнуть от семейной жизни. — А ты не даёшь? — со смешком усомнился Руслан, собираясь помочь матери с приготовлением напитка для вечера — специального чая, собранного из бесконечных ингредиентов собственноручно Маргаритой. От его аромата Руслану всегда становилось хорошо. Наверное, дело было в корице. Или в матери. Да, точно, в последней. — Конечно, я тиран — ты не знал? — улыбнулась Маргарита, забирая банку. — Позволь мне. Хочу за тобой поухаживать. Руслан напрягся и нахмурился. — Словно я больной? Маргарита серьёзно покачала головой. — Словно ты мой любимый сын, с которым я целую вечность не проводила время, лёжа под одним пледом, поедая чипсы и смотря семейные комедии. Тут ответить было нечего, и Руслан, смягчившись, покорно отдал ей банку. Они действительно очень давно не ленились. То какие-то дела были у главы семейства, то у самого Руслана, то у мамы не было сил после тяжёлой рабочей смены в частной клинике. И наконец звезды сошлись. Только повод у этого совпадения был не особо приятный. Пока Маргарита готовила чай, насыпала снеки и нарезала лакомства (сегодня это был сыр; несколько видов, купленных отцом под пиво (наверняка он будет недоволен, что они ничего не оставили ему на дегустацию, но быстро отойдёт)), она рассказывала про свою работу сиделкой. Чаще всего её истории были забавными. Про то, как кто-нибудь перепутал палату и зашёл не туда, увидев что-нибудь странное, про шутки памяти, из-за которых больше всего страдали её подопечные. Правда, иногда у Маргариты было меланхоличное настроение, и она рассказывала про невыносимые прощания и последние слова, которые она неоднократно слышала. Но последние, конечно, были не для этого дня. Она рассказала, как на днях в парковую зону их клиники забежал кот, и сотрудники пытались его поймать, развлекая наблюдавших за ними больных. На бумаге звучит не так уж и весело, но Маргарита умела придать любой истории красок, делая особенные паузы и меняя интонации. Руслан смеялся, представляя, как всё это было, и ненадолго забыл о своих бедах. Но вспомнил сразу же, как мать прервалась, чтобы отнести еду и напитки в комнату к телевизору. А чем сейчас занят Олег? Может, хотя бы позвонить и извиниться? Или хотя бы написать. И спросить, как у него дела. Руслан отложил телефон подальше. Не сегодня, не сейчас. До самой ночи они смотрели то, что подкидывал умный помощник по запросу «комедии на вечер», обсуждали, смеялись и обнимались. Руслану было жарко под пледом, но он ни за что не сказал бы матери об этом. Он наслаждался каждой секундой и лишь иногда, когда возникала пауза, в которой Маргарита увлечённо смотрела на экран, Руслан опять отвлекался от семейного уюта, устроенного матерью, и думал: он обязательно должен поговорить с Олегом. Может, не извиниться — если так подумать, они не сделали ничего плохого, — но хотя бы озвучить свои мысли, страхи и сожаления. Мама подсказала это — не словами, а просто тем, что была рядом и не пыталась ничего посоветовать, вытянуть и напомнить. Эта потрясающая женщина умела говорить и молчать тогда, когда было необходимо, и сейчас она делала именно то, что было необходимо Руслану, чтобы пережить эту травму, нанесённую самим себе. А есть ли такой человек у Олега? Маргарита отошла на кухню за добавкой волшебного чая и печеньем, а Руслан украдкой посмотрел на телефон, лежавший на столе. Звонить он точно не будет, а то начнёт заикаться и вести себя по-идиотски, а позорных моментов на этой неделе с него уже было достаточно — один вечер пятницы, кажется, переплюнул всю его жизнь. Но можно написать. Только что? «Привет, как дела?» Вдруг Олег не хочет его знать после произошедшего? А вдруг по его версии это всё-таки было не по желанию? Руслан испуганно схватил телефон. А если его обвинят в насилии? А если уже обвинили и скоро приедет полиция? Память кадрами напомнила руки на его груди и бёдрах, нетерпеливые попытки избавиться от футболки и поцелуи на шее. Покашляв, Руслан закрыл глаза и глубоко задышал, чтобы успокоиться. Нет, Олег жертвой определённо не был. Руслан тоже. Но поговорить стоило. Немедленно. Руслан встал. Вошла Маргарита. — Я побуду у себя в комнате, — сообщил он, ничего не объясняя и не сомневаясь, что мать не станет ничего уточнять. Она протянула ему кружку, кивнула и, сев на диван, где они ещё недавно были вдвоём, вышла в меню, уже ища какое-нибудь развлечение для себя. А Руслан пошёл к себе, открывая мессенджер и ища Олега, с которым до этого момента переписывался только по учебным вопросам.