8. Я хочу, чтобы он меня понял
17 июня 2025 г., 21:31
— Слышишь? Кто-то пришёл, — мать Мирабеллы, немного приоткрыв дверь ванной комнаты, которая соединяла данное помещение вместе со спальней, выглянула и поймала взглядом своего мужа, пока её мягкой, светлой кожи под глазами касались маленькие, прохладные шарики-ролики, с выдавленным на них косметическим средством. — Эмиль…
— Наша дочь пришла, кто ещё может, — спокойной ответил мужчина, который в одном лишь нижнем белье полулежал на двуспальной кровати, укрываясь лёгким одеялом так, что из-под него виднелось слегка загорелое, достаточно мускулистое тело. Он внимательно читал чью-то историю болезни, которую явно не стоило забирать из располагавшейся довольно неподалёку больницы, но временно-прибывший в данную местность врач рискнул, уж слишком было интересно, да и определённый анализ требовался, умная мысль для лечения, рождавшаяся только в тишине и спокойствии.
Поняв, что до мужа пока не достучаться, женщина хлопнула дверью, снова оказываясь перед зеркалом, висевшим над раковиной, но после, уже чуть более, чем через пять минут она вновь появилась в их — родительской комнате, находившейся на первом этаже. Остановившись посреди помещения, Верена прислушалась к голосам в гостиной, там действительно находился их единственный ребёнок, их девочка, а ещё был слышен неразборчивый, приятный, мужской голос, похоже, что их новоявленного и пока загадочного, как для кого-то, гостя.
На самом деле матери было крайне интересно, как на самом деле выглядит данный молодой человек.
— Может выйдем, поприветствуем? А? Встретим незнакомца?
— Любимая, я очень устал, тем более ты уже готовишься ко сну, — старший Альт поднял глаза на свою потрясающую жену, отрывая взгляд от исписанных, больничных листов, — дочь ему поможет, не маленькая же, — мужчина заметил, как непривычно спешно его женщина размазывает приятно пахнущий крем на руках, в воздухе стоял знакомый аромат, экстракта киви и лайма, так-то бы он точно не понял, но знал, каким косметическим средством его супруга на постоянной основе пользуется. Даже, ради проверки, читал состав.
Верена сжала губы, продолжая размазывать крем, поднимаясь теперь и к локтям, закончив и продолжая прислушиваться, она медленно дошла до кровати, пока молодёжь, по звукам вне комнаты, уже поднималась по лестнице.
— Мне не очень спокойно, — женщина села на кровать, обращаясь к мужу. — Всё-таки девушка и парень живущие по-соседству, а если что-то произойдёт?
— Что? — Эмиль хмыкнул, а затем искренне улыбнулся, так и не взглянув на свою жену.
— Не знаю… Мне кажется, Мирабелла даже никогда не гуляла с кем-то из молодых людей, — Альт немного задумалась, запрокидывая голову назад. Наверху было тихо, как казалось бы. — Она ведь всяко даже ни с кем не целовалась. Хотя с другой стороны, ей уже двадцать два, — вслух размышляла женщина.
— Насчёт целовалась, я бы уже поспорил, когда вчера я с ней вышел проверить машину, — мужчина, наконец, оторвался от истории болезни и посмотрел на любимую, — у неё губы были, знаешь, такие яркие, — вдруг, всецело осознавая смысл своих же слов, отец, уже такой взрослой дочери, напрягся.
Верена тихонечко рассмеялась, забираясь с ногами на чистое и приятное к телу постельное бельё.
— И даже мне ничего не рассказала мышка, да, события бьют ключом, что, мне кажется, даже она сама не за всем успевает, — глубокий и шумный вдох, медленный выдох. — Привезли дочь в отдалённое место учиться, называется.
— Вот, у меня так до сих пор чувство, что ей семнадцать, не больше, да и выглядит она именно на этот, прекрасный возраст.
— А этот парнишка не мог переночевать на диване, в гостиной у Мусиал? Нет, не то чтобы я против, — женщина залезла под одеяло, а затем продолжила, — а вдруг он будет к ней приставать? Он ведь известный, но не золотой на самом-то деле.
— Майкл, наоборот, на первый взгляд вообще очень спокойный, адекватный, не переживай, завтра познакомишься, — мужчина, наконец, расстался со всем, что было в руках, снял очки и тоже следом положил их на прикроватную тумбу. - Закроем уже эту тему, ладно?
— Ну, смотри, — Верена повернулась на бок и прижалась к мужу, закидывая на него ногу и поглаживая мужскую грудину с темными волосками на ней. — Хочешь я сделаю тебе массаж?
— Если ты сделаешь мне массаж, я окончательно расслаблюсь и сразу же усну, — сказав это, Эмиль съехав по подушке, опустился ниже и, будто соглашаясь, перевернулся на живот, располагая руки вдоль туловища.
— И ладно, всё равно у нас гости, шуметь крайне неуместно, — приятным голосом произнесла супруга, а затем снова засмеялась, принимаясь поглаживать, а затем и массировать спину своего мужа.
***
Слегка прохладный ветерок редкими потоками попадал в небольшую комнату находившуюся на втором этаже, пока молодой человек со смуглой кожей, даже не стараясь настроиться на сон, смотрел на деревья за окном. Оно было приоткрыто, и помимо свежего воздуха в помещение попадал ни с чем не сравнимый аромат, который полностью окутывал пространство, создавая ощущение уединения с неповторимой природой. Майклу казалось, что он будет спать в палатке на краю скалистой горы, ему не спалось, обычно его мысли редко и мало занимали малознакомые девушки, только вот новая особа, неожиданно появившаяся в его жизни, заполняла его голову целиком и полностью, никак не давая заснуть, скорее думать о чём-то своём. Футболист различил, как после его слов Мира снова зашла в свою комнату — он успокоился, затем она вновь появилась в коридоре, чем напрягла его. Он услышал подозрительную тишину, затем потоки воды касающейся поддона в душевой комнате, она снова зашла к себе, и он расслабился. Правда, через тридцать минут Мирра всё-таки ушла, скорее всего, к нему… *** Честно говоря, девушка немного нервничала, переживая по-поводу того, что хотел Джамал, а точнее внутри закралось сомнение, ощущение, что что-то случилось, только вот совершенно спокойный друг, сообщивший о звонке, противоречил всему. Дорога до дома Мусиал заняла совершенно ничтожное количество времени, Мирабелла почти бежала, пока её подгонял еле существующий и почти не ощутимый ветерок. Входная дверь оказалась любезно открыта, в гостиной горела парочка светильников, стоящих на комоде бра и всё, там даже никого не было, только тишина, будто весь дом, давно и необходимо спал. Альт не растерялась, и ради любопытства, еле касаясь ступеней, почти на носочках, поднялась на второй этаж по лестнице, там она заглянула в комнату Джамала, надеясь, что он дождался, уверяя себя в том, что всё в порядке. Молодой человек лежал на кровати в достаточно лишённой освещения, небольшой и тёмной комнате, пока его тела касался лишь тусклый поток света из панорамного окна, а его ноги, свисая с кровати, ступнями касались прохладного пола. Когда Мусиала услышал долгожданный звук открывающейся двери, то сразу поднялся и повернул голову к выходу, оборачиваясь и телом. — Мира, это ведь ты? Этот вопрос звучал с такой надеждой и трогательностью, что у девушки отчего-то слегка подкосились коленки. «С ним всё в порядке», — подумала она, шумно сглотнула, а затем ответила, тихо: — Да, да. Это я. Джамал медленно встал с кровати, пока его мягко и любопытно касался взгляд молодой соседки, сделал два уверенных шага к столу, а затем на ощупь нашёл стебли цветов, уже уверенно вынимая их из какого-то прозрачного графина. Он не знал, где находится Мира, но ждал, когда она, наконец, к нему подойдёт. — Это тебе, я так надеялся, что ты придёшь… Латиша мне помогла, мы еле дозвонились до доставки вначале, а потом и до Майкла. Темноволосая быстро подошла и приняла букет розовых лилий, они невероятно вкусно пахли, эти нежные тона делали их продуманным подарком, который выражал преданность и искренность всех эмоций и пылающих чувств. Влюбленность и восхищение. — Спасибо, — прошептала девушка, слегка отодвигая цветы в сторону и прижимаясь к телу футболиста. — Ты чувствуешь, как они пахнут? — Да, — Джамал крепко обнял Мирабеллу, стискивая её в нужных им обоим объятиях. — Ещё я чувствую, как цветёшь и благоухаешь ты, словно самый выделяющийся и красивый цветок, твой гель для душа, ты пахнешь чем-то сладким и нежным. — Молочко миндаля и ещё что-то там, я не особо чувствую, говорят, когда аромат подходит — его почти не ощущаешь на себе, — Мира отстранилась, а затем выскользнула из рук парня. — Поставлю цветы обратно, возьму, когда соберусь домой. — Надеюсь, что это произойдёт не скоро… — Джамал не с первой попытки но всё-таки удачно опустился на край кровати, дожидаясь девушку. Она, разместив пышный и особенный букет в вазе, присоединилась к хозяину дома и собственной комнаты, присаживаясь рядом. — Мне никто и никогда не дарил цветов, в смысле мужчины, кроме папы. Это неожиданно и очень приятно, оказывается, — Альт опустила голову с ещё мокрыми волосами на плечо мулата, он нащупал её локоны, пропуская их между пальцев, а затем немного наклонился и поцеловал Мирабеллу, а точнее просто коротко коснулся вкусных губ и тут же отстранился, глубоко вдыхая её всю, её присутствие. Они молчали, но затем молодой человек сказал: — Я немного переживал. — Почему? — совершенно спокойно спросила девушка. — Олисе… Всё в порядке? — Да, комната подготовлена, постельное бельё чистое, полотенце выделено, — Мира искренне и заразительно захихикала. Джамал улыбнулся и чмокнул её в висок. — Между вами какие-то проблемы? Расскажи мне, — гостья не требовала, она просто, интересуясь, заикнулась. И Джамал вынужденно, если можно так сказать, сдался. — Олисе — он отличный парень, а главное, очень похож на меня, поэтому мы и сблизились. Он любит шахматы, как и я, у нас одинаковый вкус в музыке, а также есть нечто важное, что нас связывает — это команда и футбол. Единственное отличие, он интроверт больше. Любит спокойствие и тишину. Знаешь, его дебютная пресс-конференция в Баварии заняла всего лишь пять минут, потому что ответы Майкла были простыми и односложными. — Тогда что тебя волнует? — Мира внимательно слушала, но именно сейчас, когда Мусиала остановился, она подняла голову с его плеча, посмотрела на него и провела ладонью по его бедру, парень напрягся, но далеко не из-за этого, конечно. — У нас много одинаковых вкусов, слишком. Если ты мне понравилась, то можешь понравится и ему. Это никак не даёт мне покоя. — Я тебе нравлюсь? — одним лишь игривым вопросом перевела разговор в иную, совершенно другую сторону Мирабелла. — Конечно, теперь я это точно понимаю, и с каждым днём проведенным с тобой, с каждым отрезком вдали от тебя, с мыслями о тебе и твоих поступках осознаю это всё больше. Ты что-то особенное в моей жизни… Мы, верно, познакомились не случайно. Джамал хотел сказать ещё много всего, его гостья же, наоборот, совсем не ожидала таких признаний и не знала, что с ними делать. — Я тоже очень привязалась к тебе, — Альт любовалась известной личностью, наслаждалась его обществом и трепетно радовалась этому времени, которое они могли провести вместе, наедине. — Тебе не о чем волноваться, поверь мне, — девушка теснее прижалась к Мусиале, потянулась и поцеловала его в шею. Они поговорили ещё немного, больше о ребятах, которые приехали, некоторых деталях, прожитом дне, а затем удобнее разместились на кровати, прижимаясь друг к другу телами, Джамал предложил включить какой-нибудь фильм. Он — слушал, она — смотрела и комментировала. Её тонкая, хрупкая и робкая ладонь касалась его домашней футболки на животе, пока уверенная и охотливая его, сверху касалась её, цеплялась, увлекала за собой в неизвестное, воровала и прятала под одежду, намекая и разрешая трогать голое тело, пушистую полоску ниже пупка. Они наслаждались друг другом под фильм «Восточный ветер» и целовались. Джамал собирал кудрявые и пушистые волосы на затылке девушки, втягивая в поцелуй, на который она с судорожным вдохом отвечала, он шептал «повторяй за мной», целовал Мирабеллу с умеренным пылом, увеличивая напор постепенно. Заставляя терять голову от его прикосновений, движений языка. Они изучали друг друга, когда актриса Ханна Бинке, главная героиня фильма четырнадцатилетняя Мика из-за плохой успеваемости приехала на всё лето на ферму к бабушке Марии Кальтенбах, там помимо сидения над книжками у неё нашлось другое занятие, прямо, как и у Миры, только в фильме девочка в далёком амбаре находит дикого жеребца Оствинда, который однажды травмировал её бабушку, его считают опасным, восточному ветру не нравится жизнь взаперти, и он не позволяет на себе ездить, как и Джамал не разрешал никому к себе именно так прикасаться, после случившегося, там Мика находит подход к коню, а здесь, наяву, Мира всё-таки находит к футболисту. «Помни: твой страх — его страх». Она всё чувствует, ты понимаешь, насколько ты подпустил её близко. Весь фильм был нещадно пропущен, Джамал его никогда не видел, Мирабелла же смотрела все части. Они лежали рядом и, неохотно отрываясь, занимались другим — разговаривали. — Чем по жизни занимается твоя мама? — неожиданно спросил Мусиала девушку. — Она художница, — ответила Мира, — наша гармония в доме, порядок, вкусная еда, поддержка, она человек, благодаря которому всё цветёт и благоухает. Она настроение и атмосфера. Невероятная опора. Для меня она самая любимая и неповторимая особа, которую я очень люблю, для папы она тоже любимая и родная женщина — ласка, забота, уют. Джамал подумал о том, что он тоже хочет такую, особенную атмосферу, именно в своём доме. Мира спросила о чём он мечтает. — Я хочу снова играть, хочу, чтобы ты была со мной, рядом, возможно работала в нашем клубе… Девушка тихонечко засмеялась, не веря во что-то из этого. Желаемое же не исчезло из головы Джамала. Никоим образом не пропало. Он снова увлёк темноволосую в поцелуй, забывая обо всём. Когда они немного устали, то заснули вместе, необходимо прижимаясь друг к другу. Под утро Альт ушла, оставляя молодого человека одного.***
Посвятив крепкому сну несколько часов, Мирабелла проснулась в своей комнате и на самом-то деле с постели поднялась неохотно. Она, продолжая засыпать на ходу, только что и сделала, как пригладила непослушные волосы, почистила зубы, а затем продолжая находится в яркой пижаме, забываясь, медленно спустилась вниз. Майкл, который уже сидел с отцом девушки за столом, обернулся и увидел Мирабеллу слегка растрепанной и в одежде для сна, состоящей из достаточно коротких шорт и рубашки с пуговицами розового цвета, он тактично отвернулся, возвращаясь к разговору с главой семейства — Эмилем. Им было, что обсудить. И неожиданно замкнутый Олисе, в приятной компании вёл себя свободно и естественно. Альт вспомнила про гостя только, когда увидела его за квадратным столом их небольшой кухни, когда отметила, как он свободно общается с её отцом. Её тоже заметили, и подниматься обратно, чтобы сменить одежду, она не рискнула. Девушка медленно подошла ближе к собравшимся. Мама готовила завтрак, стоя у плиты, вернее готовилась дополнить его и возилась с яйцами, потому что папина порция уже лежала на его тарелке. Утром он почти всегда предпочитал есть скрембл. — Доброе утро, папа, доброе утро, мама, — сонно произнесла девушка, усаживаясь за свободное место, напротив отца и слева от Майкла. — Доброе утро, — бросая на неё короткий взгляд, сказал Олисе. — Доброе, — Мира зевнула, — как спалось? — Хорошо, — отчего-то соврал молодой человек, — а как тебе не спалось? Младшая Альт тут же проснулась, никто ничего не услышал, потому что папа опять заговорил о футболе и ждал от гостя ответа, мама закончила с яйцами и, поприветствовав дочь, опустила на её тарелку и на тарелку Майкла яичницу. — Спасибо, — сказали молодые одновременно. — На здоровье, приятного аппетита, — ответила Верена, посмотрела на дочь и, возвращаясь к кухонной поверхности и опуская сковороду на плиту, винила себя за то, что плохо подумала вчера об Олисе. Парень оказался хорошим, вежливым и невероятно спокойным, даже малость стеснительным. Мирабелла и Майкл почти одновременно взяли с корзинки темный хлеб, а затем оба, отрывая корочку, макнули её в желток. Заметив такое несговорчивое сходство в действиях, отец девушки улыбнулся. Дальше завтракали в тишине, а закончив, Майкл и Эмиль снова увлеченно разговаривали о своём, мужском, Мира краем уха их слушала, пила апельсиновый сок и почти засыпала на ходу, Верена предложила гостю показать семейный альбом с фотографиями, он любезно или даже охотно согласился. — Белла, смотри, — отец девушки тыкал в какое-то фото, приподнимая альбом, — помнишь это очаровательное красное платье, ты была в нём на юбилее бабушки, — он пытался привлечь внимание, чересчур отстраненной в это утро дочери. — Что я там не видела? Уж фотографии себя маленькой я знаю наизусть, папочка, — пробубнила темноволосая. — Нет, ягодка, это как раз альбом, который собирала бабушка, по папиной линии, — Верена села рядом с Эмилем, вглядываясь в фото дочери и сильнее прижимаясь к мужу, — ты наверное его не видела. Майкл, находясь с другой стороны от главного мужчины в доме, тоже смотрел на страницы прошлого, на первой действительно была достаточно большая фотография очаровательной девочки с большим и ярким бантом на макушке, он внимательно разглядел фотографию, отмечая сходство со взрослой Мирой, его взгляд метнулся на вторую страницу, там он заметил знакомое лицо, он несколько раз видел фотографии друга, когда он был маленьким и перепутать точно не мог, мальчик-мулат и рядом с ним… — Ладно, я пока пойду наверх, поучу, — девушка, так и не взглянув в альбом, поднялась из-за стола, посмотрела на часы и убедилась, что папа задержался на работу более, чем на час, вот так ему понравилось общество Олисе и он сам, как спортсмен и человек, наверное. Хорошо, что футболист додумался одеть свитшот с длинным рукавом, тем самым скрыв все, ненавистные папой, татуировки, хотя, наверное, это бы не так сильно смутило его, по крайней мере именно в такой ситуации. — Пап, ты не опоздаешь в больницу? Тебе сегодня надо туда? — Да, да, сейчас поеду, — отвлеченно ответил Эмиль, листая фотоальбом. Мира взбежала по лестнице наверх, ныряя в учебники или поверхностный сон. *** Где-то через полчаса или чуть больше в дверь постучались. — Да? — почти крикнула Мира. Но. Никого. Тишина. — Входите! В комнате, не сказать бы, что совсем неожиданно, появился Олисе. — Можно я с тобой посижу? — заглядывая, спросил он, а затем зашёл внутрь. — Конечно, — Мира улыбнулась гостю и тут же отвернулась к книгам, опуская голову. — Я думала, ты к ребятам пойдёшь, — сказала она задумчиво. — Позже, может, когда ты освободишься. Немка ничего не ответила, продолжая читать, Олисе сел на маленький диван, и его с девушкой разделяла достаточно большая и уже заправленная кровать. Он сидел тихо и, не мешая, ей любовался. Волосы Мирабеллы так и остались растрепанными, были непривычно пушистее, чем обычно и касались спинки стула. Она согнула одну, обнаженную ногу в коленке, пока ступня касалась края сидения. Девушка увлеченно уставилась в книгу, беспокойно теребя в пальцах зелёный, простой карандаш. Майкл тоже забрался на диван с ногами, задумался, смотрел, размышлял о своём, опять же старался не мешать и был благодарен, что никто, совершенно никто, и даже она, такая очаровательная девушка рядом с ним, не может прочитать его мысли. «Что они делали с Джамалом ночью?», — думал он. — «Было ли у них что-то близкое?» Мира была совершенно спокойной и даже не отвлекалась от получения знаний, не отвлекалась, улыбаясь, как влюбленная. — Я прямо чувствую, как ты на меня смотришь, — вдруг произнесла Мирабелла, так и не оборачиваясь. — Неправда, — тихо ответил ей Олисе, наконец, меняя положение, потому что до этого он не рисковал слишком надоедливо шевелиться. И только сейчас Мира улыбнулась, поворачивая голову в сторону, но так и не оборачиваясь назад, туда, где сидел молодой человек. — Можно поинтересуюсь, всего один вопрос, что ты там учишь? - послышался более уверенный, мужской голос, словно вибрация. — Фармакологию, я учусь на врача, это мой долг с прошлой сессии, который я должна буду пересдать через месяц, если успешно, меня допустят к практике, нет, отчислят, как я поняла, — ответила девушка, делая паузы, словно её действительно отвлекают. — Ты не похожа на ту, которая могла задолжать. С виду послушная, невинная ученица. Мирабелла резко повернула голову, так, что по-моему у неё свело шею, потому что она за неё схватилась, а ещё раскраснелась. — Я вообще не сдавала этот предмет, преподаватель был не в духе и выгнал меня из аудитории, потому что я, по его словам, подсказываю, кто-то сказал мне, что он сделал так специально, потому что был уверен, что без меня никто не напишет что-то в листке, для сдачи экзамена, не решит ни одного соединения, так и было на само деле. Сдало предмет пару человек из всей группы и то, чудом. — Но это ведь неправильно и не справедливо… — возмутился парень. — Что есть, то есть, — глубоко вздохнула девушка. — Моя мама, она тоже медик, медсестра точнее, она франко-алжирка и училась у себя на родине, у нас, в доме родителей много книг связанных с её профессией, с медициной, она часто бывает во всяких благотворительных центрах и помогает, чем может и благодаря тому, что умеет. — Да? Это здорово. Твоя мама делает благое дело. Надеюсь, что и мне удасться выучиться. — А зачем ты учишь, мучаешь себя, если, как я понял, и так всё знаешь? — Хочу быть готовой не на все сто, а на двести процентов, чтобы точно сдать и, наконец, выдохнуть… Мира снова увлеклась чтением, но дочитав главу, наконец-то полноценно отвлеклась, скомкала кусочек бумаги, повернулась и кинула его в Олисе, как маленькое дитя. Он улыбнулся. Только сейчас Мира заметила, что на его шее висели большие наушники, но не играли. Футболист был в шортах, футболке и высоких белых носках. — А как ты попал в футбол? — спросила Альт. — По объявлению. Родители увидели заметку в газете и отдали меня в спортивную школу. Вроде удачно. Они поговорили ещё немного, потом молодой человек предложил свою помощь в изучении, Мира отдала ему ветхую книгу и сказала, что она будет пересказывать, а он пусть проверяет. Получалось у Олисе плохо, он не смотрел в учебник, а любовался девушкой, смотрел на неё слишком внимательно. — Всё правильно, — слишком удовлетворенно и довольно после произнёс он. — Да, конечно, я тебя проверила и ты обманываешь, — Мира выхватила у парня книгу. А вставая и прибираясь на своём столе, сказала, что если он хочет, то пусть идёт к Мусиалам, а она пока сходит и отнесёт обед местному дедушке-пастуху. Только Олисе не совсем согласился, увязавшись за ней. В принципе их беседа по дороге на фазенду и обратно текла гладко и увлеченно, единственное, Майкл спросил, знала ли Мира Джамала раньше. Ей казалось, что нет, а он не поверил её ответу. *** Конечно, Джамал очень сильно переживал, что Олисе и Альт долго нет, почему друг, который приехал в гости к нему, не приходит, почему Мирабелла не хочет снова оказаться в его объятиях. Ещё и мама ушла на рынок, как и Латиша стремительно улизнула из дома, что она делает всё чаще в последнее время. Мулат остался с одним лишь только Тино, и пока хозяин дома беспокойно ходил по комнате, постоянно врезаясь в мебель, у друга из Англии действительно нашлось, что спросить. Он здесь, чтобы выслушать и поддержать. К обеду все вернулись, дом Мусиал снова наполнился людьми, и стало чуточку легче, так они второй день подряд молодежью проводили время вместе. После того, как все подкрепились, а девушки вымыли посуду, Каролин ушла в гости к Верене, матери Мирабеллы, да бы как в старые, добрые вместе за чашечкой горячего или слегка крепкого приятно провести время, обсуждая мужей, детей и всё остальное. Почти сразу же, как мама ушла, в доме появился никому неизвестный молодой человек, и Латиша представила своего нового знакомого, как просто друга, не вдаваясь в подробности. Он был очень высоким, тощим и симпатичным. Итальянцем. — Фабио Антоджиналетти, — произнесла смуглая девушка в гостиной, её голос был трепетным и нежным, она смотрела на молодого человека восторженно и рядом с ним была точно дюймовочка. На своей машине друг Латиши отвёз ребят к морю, она сидела с ним спереди, а сзади все остальные, так даже Мирабелле пришлось усесться Джамалу на колени. Он и Олисе щекотали девушку всю дорогу, пока Валентино тоже коварно пробирался с заднего сидения и то и дело щипал сестру друга, по всему салону разносился девичий смех. Да и вообще настроение у всех было приподнятое. На бону, возле воды все, кроме Джамала, попробовали половить рыбу, правда безуспешно, после Майкл, Мирабелла, Джамал и Тино — именно в таком порядке сидели на деревянной платформе, опуская ноги в воду, пока Латиша и Фабио немного вдалеке, не сдаваясь и не теряя надежды, пытались достичь желаемого. Когда все вернулись к Джамалу, ему стало не так скучно. Погода была прекрасная, и даже вечером солнце слишком сильно грело и слепило, солнечные очки защищали больные глаза, родные люди рядом, а Мира держит за руку и греет сердце, что ещё надо в таком случае? Если упустить плохое, что случилось и что, вероятно, никогда не вернёшь — ничего. В какой-то момент Мирабелла вызвалась сходить за мороженым и спросила, кто ещё будет. На самом деле Джамал не сразу понял, что Майкл ушёл вместе с ней. Мусиала просто что-то говорил ему. — Его нет, он с Мирой ушёл, — ответил Ливраменто, замечая, как Джамал тут же потускнел. — Ты будешь моими глазами? — спросил мулат у друга. — Да, — ответил тот, не задумавшись, — вот сейчас Фабио откровенно лапает твою сестру, и они вместе закидывают удочку, он что-то шепчет ей на ухо, наверное, как правильно, но она смущенно смеётся и прижимается к нему. — Вот козёл, — вырвалось у брата девушки. Джамал и Тино одновременно засмеялись, хотя на самом деле первому было тоскливо и неспокойно, потому что он понятия не имел, что Мирабелла и Майкл вместе сейчас делают. Он слушал звуки воды, и в голове появлялись тысяча и одна сцена его любимой с Олисе. Он не мог прогнать ни одной. Не понимал, почему настолько не доверял. Главное, что не доверял не обоим, а кому-то одному. Вдруг Латиша, откровенно говоря, истерично завизжала. — Ааааа, — не переставала она, — я поймала, поймала! — Хорош спиннинг, — провозгласил Фабио, подходя ближе к ребятам, — это сайда, по-моему она водится только в Северном море. Джамал поднял палец вверх, презентуя похвалу сестре. — Ты умничка, Латиша! — похвалил девушку Валентино. — А мы ничегошеньки не поймали. — Ну, ничего, в следующий раз, обязательно, возьму больше спиннингов, а не обычных удочек, — добавил итальянец. Майкла и Мирабеллы так и не было. Тем временем они проделали достаточно длинный путь с берега до ближайшего кафе с десертами, напитками и мороженым. В принципе помощь Олисе девушке бы и не потребовалась, правда, он расплатился за всё, и сотрудник заведения аккуратно упаковал всё мороженное в виде гранул в большую коробку, Мирабелла ещё взяла лимонад и даже по дороге дала молодому человеку попробовать, сетовав на то, что и ему обязательно нужно было взять. Майкл довольный шёл с внушительной коробкой с пластиковыми стаканчиками и грел на солнышке лицо. Почти всю обратную дорогу они молчали, только волосы девушки, улыбка, её довольное расположение и довольствие всем — привлекало внимание. Как бы Майклу хотелось почаще так гулять рядом с ней, разговаривать, покупать вкусности, кормить в хороших местах, целов… — Белла, знаешь, а что если Джамал так и останется таким? — спросил француз, когда они с немкой уже подходили к берегу. — Каким таким? — как ни в чём не бывало ответила девушка, сощурилась, обернулась, потому что она шла впереди, уже спускаясь по тропинке. — Что если он больше никогда не будет видеть, — уточнил Майкл и выглядел более чем серьёзно. — Я не думала об этом, ведь когда мы познакомились, он уже не видел, я встретила его такого и не знаю другого Джамала, — Мирабелла улыбнулась и добавила. — Всё будет хорошо, вот увидишь. Твой прежний друг вернётся и будет видеть, радоваться жизни всецело. — Он мой друг — любой. Каким бы он не был, — Олисе обогнал девушку и шустро пошёл вниз. — Я хочу единственного, чтобы он меня понял. Возможно ни в чём не винил. Когда Мира и Майкл вернулись, а мороженное наконец-то находилось у каждого в руках, Латиша похвасталась своей пойманной и на самом деле, огромной рыбой. Она сказала, что приготовит её завтра на обед, Фабио придёт, а ещё он предложил всем поехать на остров… Дальше Альт всё прослушала, замечая какой грустный был Джамал, он даже не искал её, ничего не говорил и не спрашивал, молчал, а затем и вовсе, сказал, что хочет вернутся домой. Вскоре Фабио отвёз всех обратно, Джамал опять же обнимал талию Мирабеллы, вкушая её аромат, но разговаривать не торопился, и когда они приехали, он просто, прося помощи Валентино, ушёл. Он даже не попрощался с остальными, а тем более с соседкой и другом. До дома Альт, Майкл и Мира дошли почти в полном молчании, а затем разошлись по разным, своим комнатам, словно уставшие от пробежавшего мимо их дня. И только где-то через час, совсем заскучавший Майкл, принял душ и вернулся в отведенную ему комнату, он беспокойно ходил по свободному пространству, затем получил звонок от Джамала, тот извинился, что нормально не попрощался и сказал, что у него резко пропало настроение тогда, а сейчас болит голова, Тино обгорел и готовится спать, и он, тоже. Друг попросил передать Мирабелле пожелание в виде хороших снов, с приятным добавлением, что он её всегда у себя ждёт. Когда друг отключился, Майкл подошёл к окну и как раз заметил Мирабеллу, пока он разговаривал по телефону, то не услышал, как она ушла. Девушка быстрым шагом вышла за пределы территории с задней части дома, а затем миновала поляну и исчезла из вида. Олисе нашёл свою манию быстро, догадался, темноволосая залезла в домик на дереве, больше, как ему казалось, ей некуда было деться. И Белла действительно была там, просто сбежала от привычного, от такой уже полюбившейся комнаты, от терзаний мыслей, внутренних волнений. Наверное, ей хотелось побыть одной. Сначала она хотела почитать форумы, где девушки пишут про свой невероятный или слишком ужасный первый раз, затем ей стало стыдно от самой же себя, она отложила телефон и уткнулась в книгу. Не прочитала и двух страниц, как на пороге недавно построенного для детей домика, появился Майкл. Он просто зашёл и сел с ней рядом. — От тебя никуда не скроешься, да? — как-то слишком спокойно спросила Альт, отрываясь от книги, но не закрывая её. — А что мне делать? Сижу один в комнате в этой деревне даже связи почти нет, Джамал сказал, что далеко не сразу дозвонился до меня вчера. — Знаю… — темноволосая вздохнула и облизала губы, словно задумавшись. — Если что, то здесь есть интернет, отлично ловит. Только вот Олисе в действительности, кроме её, не интересовало ничего. — А Джамал сказал, что ты любишь спокойную обстановку, а я думала, что вам с Валентино будет крайне не комфортно здесь. — Проведя сложнейший сезон, ты просто не представляешь, как мне нужно место, такое как здесь, здесь я чувствую себя, наконец, собой, вполне расслабленно. Всё услышав и поняв, Мира молчала, она так и держала в руках книгу и думала о своём, устремляя взгляд вперёд, перед собой, тонкая лямка от черного платья, соскользнула с её левого плеча, рядом сидящий парень это заметил. Олисе придвинулся ближе, и девушка от неожиданности вздрогнула, но молодой человек, положил руку на книгу и, опустив голову, начал читать. « Я продолжала смотреть на него. Он бежал с выражением такого счастья в глазах, что у меня просто не получалось оторвать взгляд. Сердце дико колотилось в груди, пока до меня постепенно дошло значение его слов. Блейк успешно преодолел очередную реабилитацию. Он вернул себе крохотный кусочек свободы и чуть-чуть приблизился к своей мечте вновь начать играть… ». Когда молодой человек поднял голову, то спросил: — Что с главным героем этой книги? — Разрыв крестообразных связок… — Мире было неловко, Майкл был слишком близко к ней. — Я боюсь эту травму больше всего на свете, — прошептал он. — Всё будет хорошо, — тут же добавила девушка и только хотела хоть немного, но отодвинуться, как Майкл обхватил её голову большими и смуглыми ладонями. Она даже не успела ничего понять, как он её поцеловал, она только услышала, как он жадно вдохнул воздух носом, углубляя поцелуй, кажется дрожал. Книга упала на деревянный пол и ударилась об него. Мирабелла, освободив руки, положила ладони на грудь Олисе и пыталась его оттолкнуть, но он держал её слишком крепко, пока его пальцы путались в её густых волосах. Предать друга он тоже боялся не меньше, посмотреть на чужое всегда боялся. А сейчас не сдержался. Просто не мог поступить иначе.
