Андромеда-2

— Значит, это ваш ученик, — окинув Северуса внимательным взглядом, произнёс Гвалдарг. — Да, этот молодой человек очень умён и талантлив, — улыбнувшись, кивнул Слагхорн. Он выглядел умиротворённым, наслаждаясь вкусной едой и прекрасной медовухой, которые, несомненно, способствовали его хорошему настроению. — Это замечательно, — кивнул Гвалдарг. — В Британии не хватает хороших зельеваров. — Он точно превзойдёт меня по силе, — горделиво заявил Слагхорн, словно хвастался достижениями любимого внука. — Это хорошо, — повторил Гвалдарг и спросил у Северуса: — Молодой человек, вам понравились люди нашего клана? — Да, все были очень добры ко мне, — сдержанно ответил тот, бросив взгляд на своего мастера. — Зимы у нас суровые, дуют сильные ветра, — произнёс Гвалдарг, закуривая трубку. — Жизнь в деревне требует много усилий. Мы должны позаботиться о запасах на зиму. Мужчины и подростки работают в полях, ходят на охоту, рыбачат и заготавливают дрова. Женщины растят детей, занимаются рукоделием и огородами и ведут хозяйство. У всех много обязанностей. — Разве нельзя пользоваться чарами тепла или заколдовать спицы, чтобы они вязали сами? — удивился Северус. — В нашем клане не только волшебники, — ответил Гвалдарг. — Почти половина МакНейров — обычные люди. — Тогда почему вы не скрываете от них тайну магического мира? — растерянно спросил Северус, посмотрев на зачарованных светлячков, летающих над столами и танцплощадкой. — Мы одна семья, а какие могут быть секреты между родными людьми? — улыбнулся Гвалдарг. — Но как же Статут… — пробормотал Северус. — Шотландцы никогда не примут главенство английского министерства, — усмехнулся Гвалдарг, его взгляд заледенел, а морщины словно стали глубже. — Наш народ всегда был свободным, и мы не позволим каким-то выскочкам навязывать нам свои порядки. — Глава МакНейр родился до того, как образовалось министерство магии и был принят Международный Статут о секретности, — пояснил Слагхорн ошеломлённому Северусу. — Как и другие волшебники его возраста он живёт по заветам предков. — Это же… больше трёхсот лет назад! — удивлённо воскликнул тот и, забыв о смущении, выпалил: — Ого! Неужели вы старше директора Диппета? — Мы с ним ровесники, — усмехнулся Гвалдарг. — Не веришь мне, юный зельевар? Северус покачал головой, потом кивнул и снова покачал головой, явно пребывая в замешательстве. Он не мог сопоставить столь непохожих людей, как директор школы и глава шотландского клана. Они принадлежали к различным социальным кругам и, хотя родились в одно время, существовали в своих собственных мирах. Даже если их пути иногда пересекались, это не делало их ближе. Диппет, с его длинной белоснежной бородой, в роскошных одеждах и артефактных украшениях, казался ему глубоким стариком. Он передвигался неторопливо, опираясь на трость с серебряным набалдашником в виде головы ворона, и говорил так, будто каждое его слово было дороже золота. Ученики трепетали перед ним, а сотрудники школы словно теряли свою значимую ауру. На взгляд Северуса, глава клана МакНейров, хоть и был уже в годах, выглядел не старше пятидесяти. Несмотря на седые волосы, он сохранял подтянутую фигуру и отличную осанку, которые подчёркивали килт и свободная рубаха из домотканого материала. Его глаза были ясными, в них горел интерес к жизни, словно он замечал все детали происходящего вокруг. Гвалдарг, будучи главой клана, пользовался заслуженным уважением среди своих сородичей. Каждый из МакНейров ощущал, что находится под надёжной защитой и в случае нужды может рассчитывать на поддержку. Хотя они не могли похвастать богатством, у них были собственные дома и земля, что позволяло обеспечить свои семьи всем необходимым. — Вы совсем другой, — наконец сказал Северус. — Вы настоящий! — Спасибо, юный мастер! — рассмеялся Гвалдарг, а потом неожиданно спросил: — Нравится тебе у нас? — Не стесняйтесь, — подбодрил Слагхорн своего ученика. — Здесь вы можете говорить откровенно. Шотландцы не любят светских уловок. — Да, — кивнул Северус. — У вас… тепло и весело. — Тогда я предлагаю тебе, юный мастер, присоединиться к нашему клану, — сказал Гвалдарг, его голос стал серьёзным. — Ты можешь стать одним из нас, МакНейром, и обрести большую семью. Не обещаю, что жизнь будет лёгкой, но здесь ты найдёшь место, которое можешь назвать своим домом. — Не спешите с ответом, Северус, — успокаивающе улыбнулся Слагхорн, заметив растерянность своего ученика. — Вас никто не торопит. Посоветуйтесь с теми, кому вы доверяете, и примите осознанное решение. — Хорошо, — кивнул тот, всё ещё чувствуя замешательство. — Спасибо, сэр. — Действительно, умный парнишка, — одобрительно заметил Гвалдарг, когда Северус, попросив разрешения, убежал к другим детям и присоединился к игре в «платочек». — У него была непростая жизнь. Я не знаю, как бы сложилась его судьба, если бы Поллукс Блэк не обратил на него внимания. Но я боюсь, что у этого ребёнка было бы незавидное будущее, — вздохнул Слагхорн, сделав глоток медовухи. Он посмотрел на Октавиуса, который беседовал с Гевином, время от времени поглядывая в сторону детей, и добавил: — Глупость и жестокость Эйлин сломала судьбы многих людей. *** Андромеда танцевала, окружённая МакНейрами, и чувствовала, как её переполняет радость. Хотя она выпила всего пару бокалов медовухи, её энергия била ключом. Люди вокруг улыбались и хлопали в ладоши, и даже седовласые старушки бодро плясали, подхватив подолы длинных клетчатых юбок. Когда мелодия завершилась, и музыканты остановились, чтобы перевести дыхание, Андромеда присела на скамейку. Она пыталась прийти в себя после интенсивных танцев. Уолтер присоединился к ней и протянул стакан кисловато-сладкого сока. Он тоже выглядел довольным, хоть и немного взъерошенным. — Устала? — спросил он, улыбаясь. — Нет, — покачала головой Андромеда. — Давно я так не веселилась. — Это не ваши чопорные балы с реверансами, — усмехнулся Уолтер и выпил сок, щурясь от удовольствия. — В них тоже есть особое очарование, — рассмеялась Андромеда и шутливо пригрозила: — Если будешь ругаться, я приглашу тебя на парадный приём Блэков. — Ни за что! — натурально ужаснулся Уолтер. — Я там умру со скуки! — Как забавно! — с лёгкой иронией произнесла Андромеда. — На самом деле я и сама не очень люблю балы, но должна присутствовать на мероприятиях высшего общества, иначе сплетники начнут строить теории заговора. — Блэки всегда на виду. — Да, это одна из особенностей нашей жизни. — И цена за высокое положение. Андромеда увидела на столе пирог с малиной и, не устояв против соблазна, схватила кусочек. Она жмурилась, как довольная кошка, наслаждаясь вкусом сладких ягод и нежностью взбитых сливок. — Нравится? — спросил Уолтер, с улыбкой наблюдая за ней. — Угу, — кивнула Андромеда. Она не могла разговаривать, слишком увлёкшись поеданием лакомства. — Наши дети круглый год собирают ягоды. На той стороне реки есть старый малинник, который был посажен одним из наших предков. Он заколдовал землю вокруг него, и чары тепла до сих пор действуют. Это выглядит просто невероятно красиво: красные ягоды и зелёные листья на фоне белого снега. В голосе Уолтера появилась нежность, которая была ему несвойственна. Его глаза затуманились, словно он видел перед собой прекрасные картины. Андромеда, понимая его чувства, нежно похлопала его по плечу и сказала: — У каждого из нас есть место силы. — Анди! Анди! — громко воскликнул Сириус, подбежав к ним. — Можно мы пойдём с МакНейрами смотреть лошадей? — Вам своих не хватает? — насмешливо закатила глаза Андромеда. — Да ну, в поместье неинтересно, — отмахнулся Сириус. — Там за всем следят конюхи, а нам разрешают кататься только на пони. — Анди, можно? — спросил Регулус, подойдя к ним. С ним был Северус: его лицо пылало от волнения, а глаза светились радостью. — Разреши им, — сказал Уолтер. — Взрослые присмотрят за малышами, а потом приведут обратно. — Хорошо, но только… — начала было Андромеда, но Сириус её перебил, торопливо протараторив: — Взрослых слушаться, никуда не убегать, в опасные места не ходить! Мы всё помним! — Анди, могу я с тобой поговорить завтра или послезавтра? — спросил Северус. — Конечно, — кивнула Андромеда и добавила: — Также ты можешь писать мне обо всём, что тебя волнует, или про зелья, я обязательно тебе отвечу. — Спасибо! — просиял улыбкой Северус и побежал к детям, собравшимся вокруг двух мужчин, которые рассказывали им что-то. — Скорее всего, он хочет обсудить с тобой вступление в наш клан, — сказал Уолтер, притопывая ногой в такт вновь зазвучавшей музыке. — Ему уже сделали предложение. — Правда? — с радостью воскликнула Андромеда. Ей всегда нравились МакНейры за их дружелюбие и открытость. Если Северус станет одним из них, то точно не замкнётся в себе и обретёт дружную семью. — Прадед дал ему время на раздумья. Он ещё слишком мал, чтобы принимать такое важное решение, не посоветовавшись с кем-нибудь, кому доверяет. Андромеда кивнула, осознавая свою ответственность за судьбу этого несчастного ребёнка. К сожалению, Эйлин причинила ему гораздо больше вреда, чем своему врагу. Двойное изгнание — сначала от Принцев, а затем от Снейпов — сделало Северуса отверженным в обоих мирах. Октавиус мог лишь косвенно помочь ему, сталкиваясь с магическими откатами и теряя силы. Андромеда взглянула на него и увидела, что он по-прежнему смотрит туда, где недавно играла группа детей. Его глаза потускнели, а в уголках губ залегли морщинки, от чего он выглядел старше. Октавиус, словно почувствовав на себе чей-то взгляд, осмотрелся по сторонам, а затем, как ни в чём не бывало, продолжил разговор с Гевином. Время от времени он делал глоток вина, но не злоупотреблял им, оставаясь трезвым. Ему не был нужен алкоголь, но он с удовольствием поднимал тосты. Когда часы пробили полночь, дети снова вернулись на площадь, где их ждали двое взрослых волшебников, готовых к запуску волшебных фейерверков. В звёздном небе вспыхнули разноцветные единороги, огненные драконы и сияющие фениксы, а зрители не могли сдержать восторженных аплодисментов. После представления младшие МакНейры отправились по домам. Андромеда, заметив, что Сириус и Регулус с трудом сдерживают зевоту, поспешила попрощаться с гостеприимными хозяевами. Вместе со Слагхорном и Северусом они направились к площадке для трансгрессии. Уолтер вызвался проводить их. — Приходите к нам в гости в любое время, — сказал он, улыбаясь. — Мы обязательно вернёмся, пока не закончились каникулы, — пообещал Сириус и, не удержавшись, снова зевнул. — Спасибо, мистер МакНейр, нам было очень весело. Андромеда призвала домовиков, чтобы те перенесли маленьких хозяев в «Лазурную звезду», а затем сама трансгрессировала вслед за ними, на прощание обняв Северуса и пообещав скорую встречу. Она собиралась пригласить его в гости на пару дней, пока у них всех были каникулы. Проводив гостей, Уолтер вернулся на площадь, где его сородичи продолжали танцевать и произносить тосты за процветание клана. Он не чувствовал усталости, но не хотел присоединяться к веселью, предпочитая наблюдать за происходящим со стороны. Гвалдарг, заметив его, поманил к себе и спросил: — Как тебе этот мальчик? — Северус? — переспросил Уолтер, и, получив утвердительный кивок, добавил: — Откровенно говоря, мне его очень жаль. Не знаю, сможет ли он принести пользу нашему клану, но ни один ребёнок не должен жить так, как он. — А юные Блэки? — Смешные маленькие разбойники, — усмехнулся Уолтер. — Понятно, что их муштруют с раннего детства, но они сумели сохранить живость. Гвалдарг, кивнув, отпустил его и, закурив трубку, задумчиво уставился в небо, словно надеясь найти там ответы на волнующие его вопросы. После нескольких бесед с Орионом он осознал, что шотландцы были слишком самоуверенны, полагаясь на свою силу. Однако, как выяснилось, их можно одолеть. Это значило, что им нужно усилить меры по защите близких.