SAFE PLACE

Феликс видел голубое небо и дышал полной грудью, но лицу уже стало ощутимо жарко от палящего солнца. Интересно, сколько он так провалялся? Вокруг него слышались странные грохочущие звуки, будто сами горы пришли в движение, а он — непосредственно в эпицентре этого разгрома. Ему что-то когда-то говорили о землетрясениях, но до сегодняшнего дня рыцарь особо не верил, что почва может реально уходить из-под ног и развернуться бескрайней бездной. По громкому звуку и дрожанию камней вокруг — похоже, это всё-таки оно и было. Хотелось выбраться или хотя бы осмотреться и оценить ситуацию, чтобы понять, где он, и как избежать опасности? Но всё тело было сковано невидимыми путами и уже немного затекло от долгого бездействия. Что же с ним случилось и как давно он здесь? Феликс не мог вспомнить, на каком моменте уснул и теперь судорожно пытался понять, где он проснулся. Память упорно не желала возвращаться. Кажется, ещё совсем недавно он был в одной постели с Хëнджином (это он помнил очень хорошо), проживал самые прекрасные моменты своей жизни, а тут вдруг оказался совершенно не понятно где, под палящим солнцем, скованный по рукам и ногам. Но тут он вспомнил нечто очень важное — за мгновение до отключки перепуганный взгляд Хëнджина прямо перед собой. Злость и желание выбраться, чтобы скорее вернуться в замок, сразу выросли в несколько раз. Несмотря на непонятное пока заточение, Феликс чувствовал, что его тело по-прежнему сильное — значит он, наверное, не слишком долго пробыл здесь. Он попробовал напрячься и высвободиться. Звук грохота камней усилился, но, вместе с этими страшными и пугающими звуками, Феликс мог шевелиться всё больше и больше. Когда стало возможным немного осмотреться, рыцарь запаниковал не на шутку. Вокруг него — сплошные отвесные скалы и глубокое ущелье, простирающееся в обе стороны его скудного на данный момент обзора. Наверное, даже не стоит смотреть вниз, чтобы лишний раз не отчаиваться — там наверняка не видно дна. И ни одного признака тропинок или лестниц, проходимых для человека. Как же он мог сюда попасть? Размышлять долго оказалось невозможным, так как уже в следующее мгновение, с очередным громким звуком и в компании кучи камней, он сорвался в прежде пугающую его бездну. Чувство свободного падения с высоты — очень неприятное. Но инстинктивно глянув вниз, Феликс на мгновение забыл как дышать, потому что там: скалы, острые камни... но помимо всего этого в поле зрения попали когтистые ноги в плотной серой чешуе и длинный драконий хвост. Очевидно, он снова спит. И если это очередной реалистичный сон, то пока он — самый приятный, потому что здесь, кажется, он хотя бы на что-то может повлиять. Феликс махнул руками, чтобы увидеть и их, но вместо пальцев и кистей уже ожидаемо увидел два огромных крыла. А в следующее мгновение поток воздуха от небольшого взмаха легко закрутил его тело, будто перышко на ветру. Поэтому следующий взмах был уже точнее направлен на то, чтобы не разбиться о камни, и дракон-Феликс, задев поверхность гор лишь кончиком хвоста, резко взмыл вверх, в небо. Может, это и не сон вовсе, потому что во сне в момент падения положено просыпаться. А Феликс летел. Прям по-настоящему! Каждый взмах могучих крыльев создавал вокруг его маленького, лëгкого тела такие сильные ветряные потоки, что аж дух захватывало! Он мог отталкиваться от воздуха, будто бы тот был чем-то твëрдым и осязаемым. Феликс дышал полной грудью, позволяя ветру проникать в широкие ноздри и с каждым вздохом наполнять лёгкие ощущением свободы. Вот теперь он действительно может всё! Мир с высоты драконьего полëта выглядел совсем иначе. Такой маленький и незначительный. Интересно, как далеко он может улететь, чтобы успеть вернуться? Не очень ли волнуется за него Хëнджин?.. При мысли о возлюбленном в памяти ярко загорелись последние мгновения человеческого сознания: туман в глазах, слабость в теле и испуганные глаза парня, что стал ему больше всех дорог. Феликс должен срочно найти их замок и показаться ему! Нужно дать ему знак, что с ним всё в порядке, иначе тот с ума сойдёт от потери. Но куда лететь в сторону замка, Феликс не представлял. Глаза дракона видели хорошо, и с высоты полёта обзор тоже был отличный. Но всё выглядело настолько непривычно, что сориентироваться было крайне сложно. Под ним простирался бескрайний лес с высокими елями, чуть вдали блестело небольшое озеро. В разных сторонах, далеко-далеко, виднелись деревни и королевские замки, но какой из них — его — Феликс никак не мог понять. Паника захлестнула его так стремительно, что дракон будто споткнулся на ровном месте и потерял ровность полёта. Пришлось экстренно собраться с силами, чтобы вернуть его, то есть себя, на безопасную от падения высоту, и продолжить оглядывать окрестности. И тут он услышал его. Где-то позади, перекрывая шум ветра в ушах, раздался тот самый крик, от которого всего несколько дней назад кровь тогда ещё рыцаря стыла в венах от страха. Теперь же даже медленное и хладнокровное сердце дракона от этого звука застучало так, что телу под чешуëй стало непривычно жарко. Феликс замедлился и заложил петлю в воздухе для разворота. Получилось не так красиво, как это представилось в моменте в его голове — всë же у порывов ветра были свои правила, а он пока был не так натренирован в полëтах, чтобы грамотно их предсказать. Но всё это было неважно, потому что, развернувшись, он тут же увидел его — спешащего ему навстречу второго дракона. Хëнджин нёсся ему навстречу грозной стрелой, и весëлых манëвров Феликса, летающего зигзагами и кругами, явно не оценил. А бывший рыцарь вдруг снова почувствовал себя нашкодившим ребёнком. Такое бывало в детстве, когда они с братьями придумывали какую-то игру, потом их ругали взрослые, и они делали вид, что поняли, но тайком за их спинами продолжали хихикать и толкаться. Также и тут: он без слов последовал за Хëнджином обратно, над тем же лесом и тем самым небольшим озером. В поле зрения стремительно приближался их замок — теперь Феликс его легко отличил от всех прочих. Очень не хватало возможности говорить или хоть как-то провзаимодействовать с Хëнджином, поделиться с ним своей радостью и восторгом от полëта. Серый дракон спустился ниже и зацепил крылом ровную гладь озера, разнося брызги по округе. Хëнджин лишь коротким движением отряхнул тёмную драконью морду, на которую попали мелкие капли, и поднялся выше, продолжая свой путь. Феликс чувствовал, что что-то не так. Тëмный дракон нервничал — это было слишком заметно. Очень не хотелось придаваться чему-то реальному и о чём-то беспокоится пока он здесь: в своём волшебном полусне летает в небе, но Хëнджин слишком очевидно был им недоволен, и поэтому вдохновенный порыв пришлось призаткнуть и уже без выкрутасов лететь следом. Их замок глазами дракона выглядел очень маленьким — будто игрушечным. Хëнджин облетел его несколько раз кругом, серьëзно вглядываясь в детали, как будто впервые видел. А Феликс вдруг понял, что от непривычной нагрузки здорово подустали руки-крылья, и решил поэкспериментировать с приземлением. Получилось не очень — он не рассчитал скорость и, зацепив ногами почву, покатился по полю клубком, поднимая тучу пыли следом за собой. Хëнджин тут же навис над ним грозной тучей, а Феликс распластался звездой, раскинув крылья, и внутренне смеялся и ликовал, как ребёнок. Давно он себя не чувствовал таким счастливым и свободным. Ему понравилось быть драконом. Хëнджин тревожно летал вокруг и всё оглядывался по сторонам, будто ожидая подвоха или нападения. А дракон Феликса комично пытался встать (тут сам Феликс уже забил на грациозность и смешно разбирался с тем, как правильно сложить свои огромные крылья). Наконец Хëнджин тоже приземлился рядом с ним. Феликс замер. Они снова оба на земле, и как будто это уже совсем не сон. Как будто он сейчас откроет рот и сможет поговорить с Хëнджином по-человечески, и сказка уйдëт, будто её и не было. "Нам надо домой" — в голове отчëтливо возник голос Хëнджина. Феликс что есть сил замотал серой драконьей мордой из стороны в сторону. Ему нравился этот сон, нравилась эта сказка, где он большой и сильный, и может летать по небу. Он не хотел возвращаться в реальность, опасаясь, что больше ему подобного не приснится. "Тут небезопасно" — снова голос Хëнджина отчаянно и приятно щекотал внутри. Ладно, так и быть. Феликс вернëтся... *** Рыцарь глубоко вздохнул и резко проснулся. Чонëн, лицо которой находилось в непосредственной близости в этот момент, испуганно отшатнулась от неожиданности. Феликс начал судорожно оглядываться и щупать своё тело. Оно оказалось обычным, человеческим. Рыцарь проснулся в своей комнате, а принцесса стояла неподалëку и удивлëнно его разглядывала, явно не зная, что делать дальше. К счастью, через пару мгновений в комнату вбежал Хëнджин и сразу метнулся к Феликсу. Казалось бы, что обнаружение рыцаря в бодорствующем состоянии его обрадовало, да только по мере приближения радость с его лица сползала, будто маска. Когда Хëнджин подошёл вплотную, в его глазах уже блестели слëзы. Он молча забрался на кровать и заключил Феликса в объятия. Опутал всё тело руками и ногами и не позволял взглянуть в глаза, спрятав нос где-то на шее парня, под волосами. И тогда-то Феликса понял, что всё произошедшее не было сном. Но даже это осознание никак не давало подобной реальности уложиться в голове. — Я теперь тоже дракон, да? — тихо спросил он. Хëнджин молча закивал и жарко засопел ему в шею. Феликс обнял его, не вполне понимая, что происходит, а парень сжал его в своих объятиях, что есть силы, и заплакал. Чонëн тоже как-то расстроенно вздохнула и вышла из комнаты, оставляя их наедине. Феликс понимал, что сейчас не время приставать к Хëнджину с вопросами, но от этого понимания их совсем не становилось меньше. Ему совсем не хотелось плакать, он не чувствовал себя несчастным, но, видимо, он знал далеко не всё о своей новой сущности. — Это плохо? — тихо и неуверенно спросил Феликс. Хëнджин молчал. Видимо, вопрос рыцаря заставил его глубоко задуматься. — Я... не знаю, — ответил он лишь спустя небольшое количество времени. Феликс столько всего чувствовал одновременно, что кажется, для непонятной паники Хëнджина в его голове совсем не было места. Как можно не радоваться тому, что ты можешь быть огромным огнедышащим существом, которое может летать по небу и которого никто не сможет одолеть? — Моë знакомство с драконом сложилось не столь удачно, — наконец заговорил парень, по-прежнему прячась от пристального внимания Феликса где-то на его плече и избегая прямого взгляда. — Я был ещё совсем мальчишкой и, конечно, не умел его контролировать. И однажды отец собирался меня отлупить за то, что я не хотел работать в поле. Я был не единственным ребёнком в семье — нас было шестеро. И я не раз видел, как он делал это со старшими. Я очень сильно испугался, и тогда впервые появился дракон. Он был не таким огромным, как сейчас, но его силы вполне хватило на то, чтобы сжечь наш небольшой домик за пару мгновений. Меня вытащили соседи из обгорелых завалов, когда пожар утих. Я тогда не понял даже... Мне потом долгое время казалось, что я всё это себе придумал, будто видел всё глазами дракона. Как будто бы меня просто сильно впечатлили рассказы соседей о нём. Хëнджин замолчал. Его рассказ поразил Феликса до глубины души. А сам парень-дракон, наконец выпустивший на волю свои тайны, вдруг притих, перестал плакать и лишь сидел тихонько, боясь встретиться с рыцарем взглядом. — Ты кому-нибудь рассказывал это прежде? — участливо спросил Феликс. Ему было очень жаль Хëнджина. Потерять всю свою семью в раннем возрасте, а потом ещё и понять, что сделал это ты сам — рыцарь и врагу бы не пожелал таких чувств. — Нет, — честно ответил Хëнджин. Феликс невесомо коснулся губами его виска, заключая в трепетные объятия. И парень спрятался в его руках, будто и не был никогда злым и страшным чудовищем, а так и остался тем маленьким мальчиком, внезапно потерявшим всех, кто был ему дорог. — Что было дальше? — шёпотом спросил рыцарь. — К сожалению, все связи с людьми приводили к тому, что они рядом со мной умирали. И сейчас, с тобой, — Хëнджин запнулся и снова всхлипнул. Феликс терпеливо ждал, когда тот совладает с эмоциями и договорит. — Я столько думал... О тебе и о нас. Даже успел расстроиться, что даже если дракон тебя не убил, то всё равно ты когда-нибудь умрёшь. И это будет вероятнее раньше, чем я, и мне придётся снова с тобой прощаться. — Ну, теперь наверное не придётся? — неуверенно улыбнулся Феликс. — Наверное, да, — Хëнджин тоже слабо улыбнулся. А рыцарь порадовался, что ему удалось хоть ненадолго отвлечь любимого от грустных мыслей. Чтобы закрепить положительный эффект, он лëгким и ненавязчивым движением руки попросил Хëнджина повернуться к нему, и, когда тот пошёл ему навстречу, Феликс коснулся его губ нежным поцелуем. Парень трепетно к нему потянулся, будто бы этот поцелуй был для него живительной силой, сродни воздуху. А рыцарь через нежность и заботу пытался забрать себе все его печали и передать уверенность и обещание, что больше его не покинет. И возможно, даже смерть не сможет их разлучить, потому что они двоём её сильнее. — Мы же ещё полетаем как-нибудь вместе? Мне понравилось, — тихо спросил Феликс, когда поцелуй прервался. Глаза Хëнджина всё ещё блестели от недавних слëз, от этого его взгляд казался особенно яркими и глубоким. Но в нëм уже не было той паники и грусти — видимо, у Феликса всё же немного получилось его успокоить. — Мне тоже впервые понравилось быть драконом, когда ты был рядом, — тихо признался парень. — Думаю, ещё полетаем. Они обменялись тëплыми улыбками и сплелись в ещё более плотные объятия. *** — И всё же я не понимаю, как так вышло, что я тоже стал драконом, — через некоторое время всё же спросил Феликс. Они сидели вечером в обеденном зале. В камине тихо потрескивал огонь, свечи были зажжены далеко не все, что создавало романтичную и таинственную атмосферу. Чонëн сидела во главе прямоугольного стола, а Феликс и Хëнджин — по обе стороны от неё, друг напротив друга. — Я думаю, что дракон у тебя был всегда, — предположил Хëнджин, ведь он тоже не знал ответ наверняка, потому что прежде не видел себеподобных и не находил никакой информации о них. — Вот здесь, — он приложил ладонь к груди. — Просто ты никогда не позволял ему выйти. — Хëнджини, — принцесса обратила на себя их внимание, как только парень закончил говорить. — Я хочу принять ароматную ванну перед сном. — Хорошо, Ваше Высочество, — вежливо ответил Хёнджин. — Поднимайтесь к себе и пока наберите воду. Я принесу лепестки роз совсем скоро. — Благодарю, — Чонëн вежливо поклонилась, вытерла губы льняной салфеткой и пошла к себе. Феликс проводил её задумчивым взглядом, а потом спросил: — И что теперь будет? — Вероятно, нам надо искать вторую непорочную девушку, — также задумчиво предположил Хëнджин. Феликс замер, так и не донеся ложку до рта. — Мне придётся пить кровь? — спросил он, хотя тут же посчитал свой вопрос крайне глупым, потому что ответ на него был очевиден. Поэтому он тут же поспешил задать следующий. — А одной Чонëн мы не обойдемся? — Если из одной миски есть вдвоём, миска быстро опустеет, — философски заметил Хëнджин, будто бы намеренно избегая точных формулировок. — И то верно... Оба парня задумались, каждый о чём-то своём: Феликс раскладывал по полочкам свою новую реальность, а Хëнджин привыкал к мысли, что он больше не одинок. — Пойдёшь со мной в оранжерею? — спросил парень-дракон, закончив ужин и нарушив наконец эту тягучую, полную неоднозначных мыслей тишину между ними. — Пошли, — улыбнулся Феликс и тоже поднялся из-за стола. Они шли по коридорам замка. Феликс не спеша оглядывался и заполнял себя новыми ощущениями. Они не говорили об этом с Хëнджином, но, обретя драконью сущность, бывший рыцарь теперь чувствовал себя полноправным хозяином замка. Таким же, как сам Хëнджин, наравне с ним. И парень, идущий с ним рядом и трепетно держащий его за руку, безмолвно подтверждал его мысли. — Возможно, Чонëн так даже будет интереснее, — вдруг сказал Хëнджин, продолжая начатый ранее разговор. — Ей будет с кем поговорить. Ты переедешь ко мне, а у них будут комнатки рядом, — парень-дракон вдруг мягко улыбнулся. Феликс залюбовался им. Хëнджин выглядел таким расслабленным и спокойным, а его мечтательный взгляд при упоминании компании для принцессы, как никогда явно показывал, как он беспокоится и заботится о ней. Феликс успокаивающе погладил его руку большим пальцем, ведь он также был уверен, что всё у них теперь будет хорошо. Долго и счастливо, как мечтается всем в сказках. Хëнджин отвлëкся от своих мыслей, обратив внимание на его прикосновения, и перевëл на Феликса свой волшебный взгляд, мерцающий глубиной океана в свете свечей. — У тебя волшебные глаза, — вслух заметил бывший рыцарь. — Я готов смотреть в них вечность. — Звучит как обещание, — хитро прищурился Хëнджин и, глубоко вздохнув, остановился и заключил Феликса в объятия, а потом и вовсе прижал к стене. Он пальцами приподнял лицо возлюбленного за подбородок, подставляя его под свет факела, воткнутого в стену сбоку от них. — Твои глаза тоже... Стали другие, — заметил Хëнджин шёпотом и, встретив вопросительный взгляд на свои слова, тоже удивился. — Ты ещё не видел? Они... серые, с прожилками, как таинственный аквамарин, дарующий покой моей душе. Феликс ещё не видел нового цвета своих глаз. В череде всех произошедших событий, он и не обратил внимания на изменения в собственном отражении в зеркале, зато сейчас видел, с каким обожанием Хëнджин снова рассматривает его лицо. Это очень приятное чувство — быть кем-то так трепетно любимым и столь же сильно любить в ответ. — И дракон у тебя красивый, — добавил Хëнджин, после некоторой мечтательной задумчивости, а потом наконец заключил губы Феликса в неторопливый и тягучий поцелуй. *** Элитный спорткар лихо преодолевает крутые повороты на ровной, асфальтовой дороге в горы. Здесь редко встречаются автомобили, да и попутчики тоже, потому что ведёт этот путь лишь в одно место — на частную территорию. И только один её владелец ездит по этой дороге. Ведёт она в большой современный коттедж в глубине горных хребтов. И сколько бы влиятельные бизнесмены не пытались выкупить эту территорию для экстремальных горнолыжных курортов — семья Ли, владеющая этой территорией с незапамятных времён, столь же неприступна и несговорчива даже на самые выгодные предложения о продаже своих владений. Феликс Ли сегодня привёз сюда девушку. Новые люди были редкостью для этих мест, но новая гостья — чистое очарование — появилась здесь, конечно же, не случайно. Несмотря на свой юный свиду возраст, Феликс владел несколькими лучшими агенствами по подбору персонала. Через руки и глаза его работников ежедневно проходят тысячи кандидатов на самые разные должности, чтобы в один прекрасный день звонок мистеру Ли известил о том, что они нашли очередной кадровый "бриллиант" — чистый, как слеза дракона. В задачи девушки, нанятой для работы сиделкой и няней с проживанием, входил уход за престарелой матушкой Феликса и за его маленькой дочкой. Вот только ни той, ни другой у молодого бизнесмена не было, хотя давно забытые обществом женщины подходящего возраста в доме имелись. Сам же Феликс Ли испокон веков был искренне предан лишь своему мужу — такому же древнему и прекрасному на вид, как и он сам. Хëнджин, в отличии от предприимчивого Феликса, крайне редко выходил из их дома, потому что его дракон по-прежнему слишком сильно переживал за злые помыслы чужих людей в адрес своего человека. Но это не помешало Хëнджину стать прекрасным художником и архитектором, чьи картины и проекты зданий уже давно зарекомендовали себя как истинные произведения искусства. В мире высоких технологий, видеокамер и больших денег их драконы вот уже десятки лет спали в просторной пещере прямо под домом. Охрана территории системами слежения была гораздо привычнее для современных людей, тем не менее, средневековые чудовища трепетно хранили их тайны и проносили их волшебную любовь сквозь века.