Царскосельский лицей

      Стоя на лестнице огромного дворца, который принадлежал графу Разумовскому, Александр вместе со своим дядей — Василием Львовичем — ждал когда начнëтся экзамен. Вокруг стояли такие же мальчишки со своими родственниками.       Несмотря на то, что в Петербурге последние несколько дней на удивление всех были тëплыми и ясными, в помещении было прохладно и ветер появившийся из распахнутых настежь окон гулял по всему дворцу. Теплолюбивый Саша вытягивал рукава своей рубашки, пытаясь согреться.       Вдруг он увидел, что по лестнице поднимается старый адмирал, держа за руки своих внуков. Один из них явно был старше, другого, но оба были рыжие.       Старик попросил отвести его к графу Разумовскому и после небольшой словесной перепалки вместе с внуками ушёл к Алексею Кирилловичу. Вскоре адмирал вернулся и, оставив детей на попечение мужчины во фраке, уехал.       К Василию Львовичу подошëл его знакомый, и после небольшого диалога, дядя потрепал Сашу по волосам, и пожелал не робеть на экзамене.       Пушкин пропустил эти слова мимо ушей, разглядывая в этот момент будущих одноклассников. Тут он увидел старшего внука адмирала и принялся его рассматривать дольше остальных. Рыжие, доходящими до кончиков ушей слегка вьющиеся волосы и россыпь ярких веснушек как-то странно манили. Тот также, как и Саша смотрел на людей, окружавших его. Встретившись взглядами он быстро отвернулся от Пушкина, будто и не заметил вовсе.       Вперëд вышел чиновник в зале все умолкли. Он прокашлялся и начал зачитывать врученную ему бумагу:       — Дорогие, будущие лицеисты попрошу вас выйти вперëд, когда я буду называть ваши имена! — он взглянул в бумагу и начал. — Князь Горчаков! — вперëд вышел парень с миловидной внешностью и поклонился. — Барон Антон Дельвиг! — юноша вышел, щурясь так, будто его только что разбудили. — Александр Пушкин! — не дожидаясь пока тот выйдет из толпы чиновник произнëс — Иван Пущин!       Пушкин с интересом рассматривал человека с похожей фамилией. Это был тот старший внук. Он был выше самого Саши и смотрел на него, слегка растерянно, ищя в чужом взгляде поддержки.       Под взором светло-зелёных глаз все звуки заглушились, будто его и Пущина накрыли стеклянным клошем, оставляя на едине. У Саши появилось резкое желание взять за руку Пущина и никогда не отпускать, но он не посмел этого сделать. И только улыбнулся, мысленно прозвав нового знакомого «Жанно», на французский манер.

***

Лампабикт, Элли на маковом поле — „Немеренно“

Словами не описать красоты

Что я видел сегодня во дворе дома

Так смысл же мне говорить

От того ей не стать тебе более знакомой

Более знакомой

Я любовь эту буду теплить и вынашивать так

Чтоб она разрослась во мне деревом

Чтобы кончики пальцев стали ею окрашены

И чтобы ее во мне немерено, немерено

Я любовь эту буду теплить и вынашивать так

Чтоб она разрослась во мне деревом

Чтобы кончики пальцев стали ею окрашены

И чтобы ее во мне немерено

Ее храни, храни, храни глубоко в себе, там ей теплее и мягче

Там она в своем белоснежном белье тихо-тихо от счастья плачет

Ее бы укрыть, ее бы обнять, ее бы раздать

Дай Бог ее хватит

Сколько бы ты не терял, так падают звезды

Снова сияю в небе синем

Сколько бы сердце твое по частям не разбивалось

Оно вновь расцветет с новой силой

Сохрани свой свет, ведь не опустеет твоя ладонь

До тех пор, пока ты — любовь, пока ты — любовь

Пока ты — любовь

Я любовь эту буду теплить и вынашивать так

Чтоб она разрослась во мне деревом

Ее храни, храни, храни глубоко в себе

Чтобы кончики пальцев стали ею окрашены

И чтобы ее во мне немерено

Ведь я

Ее храни, храни, храни глубоко в себе, там ей теплее и мягче

Там она в своем белоснежном белье тихо-тихо от счастья плачет

Оно вновь расцветет, оно вновь расцветет

Дай Бог ее хватит.

***

      Кандидатам дали еще немного времени на общение и Василий Львович подозвал к себе Пущина.       — Здравствуйте, — сказал он, протягивая руку для пожатия, — Я Василий Львович Пушкин хочу представить вам своего племянника, Александра.       Пущин пожал старшему руку и произнëс в ответ:       — Очень приятно, — ответил тот, отвечая на пожатие, — меня зовут Иван Пущин.       — А адмирал, что привëл вас, это был Пëтр Пущин?       — Да, господин, — ответил юноша, заложив руки за спину.       — Понятно, что ж пообщайтесь, — Василий Львович, слегка подтолкнул племянника и отдалился к немногим знакомым, что были здесь.       — Вы же Иван? — подошëл Саша ближе и взял тëплую руку Пущина, в свои замëрзшие руки, крепко пожимая еë, а может согреваясь. — А я Александр, можно просто Саша.       — Очень приятно... для друзей я Ваня, — немного растерявшись ответил тот.       — А мы друзья? — удивлëнно спросил Пушкин всë ещë держа руку Ивана в своих.       — Думаю, что мы можем ими стать , — ответил он освобождая свою руку из ладоней Пушкина.       Вскоре ребят начали по очереди вызывать в отдельную комнату, где в присутствии графа проводился экзамен. Когда же позвали Сашу он нехотя пошëл, но в моменте обернулся и встретившись взглядом с Пущиным улыбнулся ему самой тëплой улыбкой, какую только имел в запасе.       Во время разговора они уже выяснили, что живут совсем рядом и договорились встретиться в другой день.       Через пару дней кандидатам, которые были зачислены в лицей пришли письма с приглашением в гости к директору лицея — Василию Фëдоровичу Малиновскому. Пущин вскоре узнал, что между ним и братом, дед выбрал его, и очень обрадовался.       На самом приëме у него, как и у других лицеистов снял мерки царский портной Мальгин, а после отпустил со словами, что его величество всë обмозговал и обо всëм позаботился.       Найдя в саду Пушкина он очень обрадовался, ведь переживал, что тот не смог поступить. Однако все опасения были напрасны, Саша зачитывал стихи своего дяди, на французском конечно, пока в его поле зрения не оказался Пущин. Тогда он прервался, слез с импровизированной сцены и поспешил к другу.       — Жанно, как я рад тебя видеть! — закричал он подбегая и обнимая Пущина.       — И тебе привет, Сашка, — ответил тот с улыбкой и потрепал тëмные кудряшки друга.       Они вместе возвратились к слушателям, которые невольно застали их милую сцену приветствия.       — Знакомься, Жанно, — это мои друзья Вильгельм Кюхельбекер, или же Кюхля, Антон Дельвиг, мы дали ему кличку Тося или Тосенька, — добавил Пушкин тихо, но так, чтобы друг услышал. — А это Константин Данзас и Иван Малиновский, но они пока без вторых имëн. Может со временем придумается. А это мой друг — Иван Пущин.       — Очень приятно, — Тося протянул руку и Жанно пожал еë. — Вы знаете, как мы назвали Александра?       — Предполагаю, что Француз? — отозвался тот.       — Не угадали, — вмешался Кюхля.       — Егоза, — ответил за всех Малиновский.       — Почему же? — спросил Пущин.       — Да потому, что пока этого кудряшку мерили он всë пытался как-то вывернуться. И так господину Мальгину это не понравилось, что он произнëс: да успокойся ты, Егоза. Хватит вертеться — рассказал всю историю Данзас.       — Ясненько, — Жанно улыбнулся и посмотрел на друга.       Тот был младше на год и напоминал младшего брата, у Ивана их было трое — Михаил, Николай и Егор, а ещë две сестры — Варвара и Елизавета . Пушкин вскочил обратно на табурет и взглянув на всех присутствующих продолжил с того места где закончил. Читал он так же на французском, а Данзас, наклонившись к уху Пущина, произнëс:       — Возможно и «Француз» приживëтся.

***

      На таких встречах и подружились все лицеисты. Спустя месяц уже у большинства лицеистов были клички и ученики только так и обращались друг ко другу, отказываясь называть себя настоящими именами.       «Француз» действительно прижился к Пушкину, но появилась и другая кличка: помесь тигра с обезьяной. Она была дана за характер Саши. Пушкин любил играть в подвижные игры, а когда проигрывал, то не принимал поражения и начинал злиться.       Пущин лично видел, как тот раскидал кегли в гостях у графа Варфоломея Толстого. Это произошло на Крестовском острове. Тогда сын Варфоломея с первого удара сбил все девять кеглей, а Пушкин смог только пять. И это так его взбесило, что он в ярости раскидал всë по округе. В тот раз Жанно подошëл к нему и, положив руку на плечо, нежно сказал, как бы успокаивая:       — Какой ты горячий, Саш. Остынь, — он повернулся и ушёл, не оглядываясь.       Пушкина действие друга привело в ступор. Тот никогда не вмешивался, что же случилось сейчас? Он тотчас очнулся и начал быстро искать глазами друга, но тот уже скрылся за кустом сирени, только было видно, как промелькнул кончик его ноги.       Саша тотчас же помчался за ним и спустя каких-то три минуты нагнал Жанно и повалил на землю, садясь сверху и держа его руки своими. Пущин на это улыбнулся и закрыл глаза. Он не хотел драться с другом, ведь будучи его на год старше предполагал, что вдвое сильнее. Пушкин увидев реакцию Жанно тотчас же принялся его щекотать. И в честном бою доказал, что может за себя постоять.       Возвращались юноши медленно, грязные и раскрасневшиеся от шуточной борьбы, но до ужаса довольные собой.

***

      В начале октября Пущина в Царское село привëз дядя Рябинин — тот господин во фраке, который сменил его дедушку в день экзамена. Его повели сразу к директору, а тот поручил воспитанника Пилецкому-Урбановичу. Мартын Степанович отвëл Ивана на четвёртый этаж и остановил перед комнатой, над дверью висела табличка со следующим текстом: «№ 13 Иван Пущин».       Лицеист посмотрел налево и увидел другую табличку, надпись которой гласила: «№ 14 Александр Пушкин». Пущин улыбнулся, но Саши ещё не было — дверь была заперта.       На следующий день Василий Львович привëз Пушкина, и точно так же как и Пущин лицеист посетил сначала директора, а после с Пилецким поднялся к комнате. Он тоже посмотрел на свою табличку: «№ 14 Александр Пушкин». Посмотрев налево он про себя прочитал: «№ 13 Иван Пущин».       Из двери выглянул улыбающийся Жанно и Саша уже хотел кинуться в объятия друга, но инспектор его остановил и грубо ввëл в комнату, где на кровати лежала пошитая специально для него форма лицеиста. Она состояла из синего сюртука с красными воротниками и брюками того же цвета. На праздник был подготовлен синий мундир из тонкого сукна, с красным воротником, белые панталоны, белый жилет, белый галстук, ботфорты и треугольная шляпа. Пока его одевали, Саша заметил, что его комнату от комнаты Жанно отделяет деревянная перегородка не доходящая до потолка.       На обеде Саша весело сообщил другу, что они могут переговариваться через стенку. После чая парней заставили повторить всю программу открытия лицея. В свободное время Саша спешил в Царскосельский парк. Он любил гулять один и во время одной из прогулок набрëл на озеро, которое было покрыто опавшими разноцветными листьями.

***

      19 октября 1811 года состоялось официальное открытие лицея. В этом году рано выпал снег и все гости с Петербурга приехали в лицей на санях. Конечно не обошлось и без казусов. Но их затмила речь Александра Петровича Куницина, который говорил о свободе, как бы обращаясь к ученикам. Он ни разу не упомянул Александра I и этим заслужил от него орден святого Владимира.       Во время обеда к Александру Корнилову подошла Мария Фëдоровна и положила на плечо руку, чтобы тот не вставал:       — Карош суп? — спросила она на ломаном русском.       — Oui, monsieur... — от страха ответил тот на французском.       Императрица улыбнулась и вышла. Тут же из столовой послышался, уже не сдерживаемый смех. А Корнилов получил кличку «монсер».       Вечером, парни поужинали десертом и довольные играли в снежки на площади перед лицеем.