Философский вопрос

Майлсу Риду было немного за тридцать, когда он устроился преподавателем философии в один из местных технических колледжей. Высокий, в меру симпатичный, но донельзя педантичный и правильный, он вовремя свернул с дорожки большой науки на более приземленную карьеру, о чем не жалел ни минуты своей жизни. Всё-таки гонка за грантами и славой не для него. И всё же славы он добился. Правда, дурной. За первый год работы Майлс показал себя именно таким, каким все и представляют типичного преподавателя непрофильного, мало кому интересного предмета. Всегда аккуратный, в очках с тонкой оправой и зачесанными назад светлыми волосами. Его глубокие познания в учениях Ницше и Фрейда вызывали лишь зевоту у студентов, ни один коллега не горел желанием вступать в его долгие философские дебаты о религии, людях и смысле жизни. Бесконечные конспекты, монотонные лекции, километровые рефераты каждую неделю. Мужчина безусловно знал и любил свой предмет, но многократно преувеличивал его важность. И вот, ровный, спокойный голос вновь отражался от стен аудитории, убаюкивая тех немногих примерных студентов, которые пришли на пару. Мистер Рид в неизменном выглаженном костюме в узкую полоску сложил руки перед собой и уже с час пытал второкурсников потоком бесценных знаний. —… таким образом, основной темой в философии средних веков является теоцентризм. К слову, напомните, какие есть ещё периоды становления философии? И без того тихая аудитория будто вымерла. Немногочисленная группа не поднимала глаз с тетрадок, дабы случайно не пересечься с преподавателем. Ещё бы в этих тетрадках что-то было! Рид оглядел присутствующих, поднял брови и с тяжелым вздохом подтянул к себе записную книжку. Он не ругался, не кричал. Казалось, и не умел. Только переходил на более укоризненный тон, шутил так раздражающе, как умеют только преподаватели. — А мы ведь это проходили две лекции назад. Мистер Барелл, у вас есть догадки? Нет? Могли бы ради приличия загуглить. Надеюсь, все помнят, что один неотвеченный вопрос на паре равен одному дополнительному вопросу на экзамене? А у вас их накопилось столько, что будем сидеть до второго пришествия. — он выдержал паузу, затем чиркнул что-то в книжечке. — Далее по списку мисс Вонс… Тоже тишина? Какая прелесть! А ведь у вас у всех остался месяц, и вы с «неудами» повылетаете с курса как миленькие. Через нарочито задорный тон сквозило раздражение. Ему порядком надоело повторять простейшие вещи из раза в раз. Но не в этом ли суть преподавания? — Контрольный выстрел! — провозгласил излишне торжественно, но негромко. — Мисс Уилсон? — А эти знания хоть понадобятся в жизни? — насмешливый голос заставил группу оживиться. Она знала ответ, однако вытянувшееся лицо преподавателя бесценно. Внезапный вопрос ввёл Майлса в ступор. Это не первый раз, когда кто-то из студентов пытается заговорить ему зубы, но настолько в лоб, ещё и таким тоном… Несколько секунд он молчал, подбирая в голове более приличный ответ. В итоге мужчина сдался, сложил руки в замок и взглянул на девушку сквозь линзы очков. — Непременно. Знание основ философии даёт возможность посмотреть на наш мир под разными углами или, если потребуется, полностью абстрагироваться от субъективных суждений, выудить истинное знание. Конечная цель многих других наук, между прочим! Хотя это и почти невозможно. Спро́сите, что такое истинное знание? Преподаватель сделал паузу. Амалия, так звали «мисс Уилсон», не сдержала улыбку и активно замотала головой под хихиканье одногруппников. Правда, самого Рида это не остановило. Он мельком оглядел свой стол. Под руку попалось небольшое яблоко, оставшееся с ланча. — Ну вот смотрите. — он поднял его перед собой. — Что вы видите? — Яблоко. — А подробнее? — Красное, круглое яблоко. — Вот это и называется субъективным знанием! С точки зрения истины, оно и не красное, и не круглое! — Майлс со стуком положил его обратно на стол. — А вот какое- даже самый умелый философ никогда не скажет. Да и… Внезапный перелив колокольчиков из динамика огласил конец пары. Рид глянул на наручные часы, лекция пролетела незаметно. Студенты как по команде зашуршали рюкзаками. — Так, стоп! — все замерли. — Домашнее задание. Рид похлопал по пачке листочков у себя на столе, которую с кислой миной подхватила староста. Аудитория опустела. Лишь стройная тень нависла над преподавательским столом. Пахну́ло парфюмом, терпким и тёплым как восточные специи. — Что такое, мисс Уилсон? Хотите продолжить дебаты? — Почти. Она пододвинула стул одной рукой и уселась спинкой вперёд. Признаться, Рид никогда не запоминал лица студентов. Слишком уж их много, да и его не интересовало ничего, кроме знаний. Так и сейчас, он будто бы видел её впервые. Под стать своему парфюму- загорелая, с пронзительными серо-голубыми глазами, проколотыми в нескольких местах ушами и золотым колечком в брови. Стандартная форма их колледжа не позволяла полностью раскрыть свою индивидуальность, но что-то подсказывало Риду, что в жизни она одевалась более откровенно. — Давайте на чистоту, философия никому не уперлась. — Амалия посмотрела в глаза преподавателя так, будто здесь и сейчас решался вопрос жизни и смерти. — У нас начинается проектная работа и мы будем её делать до самого диплома. Знаете сколько у нас пар в день? Пять! Это…- она на секунду задумалась. — В среднем семь с половиной часов! Это, блин, целый рабочий день! Мы дышать то не успеваем! Губы Рида растянулись в снисходительной улыбке: — Да что вы говорите? Мой рабочий день все восемь, плюс научная деятельность, проверка ваших работ… — Ничего не мешает хотя бы не давать домашку! — Вы и так не впитываете и капли материала, а без домашнего задания вообще забудете название предмета. — И ничего не потеряем! — Амалия поджала губы и недовольно сложила руки на груди. — Профессор , у меня к вам предложение. Давайте просто дадим друг другу возможность заниматься своими делами. Мы проектом, а вы своей этой научной деятельностью. — Не обсуждается. — Но… — Довольно! Пары останутся парами. — сказал уже строже, усилив слова звонким хлопком по столу. — Идите вон и больше не подходите с такими просьбами! Девушка шумно выдохнула, поднялась и рывком закинула сумку на плечо. В горле застряла колкость, но лишь великим усилием удалось её проглотить. Мгновение и аудитория опустела. Теперь уже точно. Майлс откинулся на спинку стула, глубоко вздохнул и потер переносицу под очками. И за что такое наказание? Зачем вообще стараться? Получал бы зарплату, ставил зачеты с закрытыми глазами, как делают многие местные преподаватели гуманитарных предметов и жил себе спокойно… Да и дописал методичку, пока дурни ковыряются с проектом. Нет уж, теперь это дело принципа. Всякой наглости есть предел. Рид расчистил стол от бумаг, подтянул к себе ноутбук и быстро застучал по клавишам.

***

— Дорогие студенты! Думаю, все уже ознакомились с новым расписанием? Амалия сидела чернее тучи. Прошло чуть больше недели с их разговора и вот, сегодня, на доске объявлений появился приказ: «В связи с обращением профессора М. Рида на кафедру физической химии, группе Б-145 назначены дополнительные часы по дисциплине «Философия» с 18:30 до 20:00. Явка обязательна.» Справа донесся раздраженный шёпот одногруппника: — Доигралась? Говорил же, не надо с ним спорить. — Попробовать все равно стоило. — Да нифига! — Я вообще не в курсе, что можно вот так вот менять расписание! — девушка с секунду подумала и подняла руку. — Да, мисс Уилсон? — после собственного триумфа Рид весь сиял. — А с какой стати нам вообще ввели доп пары?! — А с той, что успехи вашей группы катастрофически низки! Чтобы успешно сдать экзамен, нужно больше готовиться, разбирать темы, писать рефераты. — Как будто на них будут ходить… — Будут. С этого дня явка на все доп занятия обязательна для допуска к экзамену. Амалия аж икнула. По группе пронеслись недовольные шепотки, один из парней даже попытался протестовать, но преподаватель сразу его остановил. — Скажите спасибо мисс Уилсон за это. Именно она натолкнула меня на мысль, что вас нужно получше готовить. А теперь, когда мы обсудили все новости, давайте приступим к лекции.

***

Амалия с подругой остановилась у шкафчиков. Скрипнуло колёсико кодового замка, внутрь тут же полетел учебник по философии, с металлическим отзвуком ударившись о заднюю стенку. — Обидчивый ублюдок! Миссис Смит без вопросов согласилась не проводить пары, мистер Росс тоже. А разница то, если будем сидеть до ночи и слушать пустой бубнежь! — Мы всё ещё можем делать проект на его лекциях, просто по-тихому. — Угу, у него ни ноутбук достать, ни поговорить. Беттс, мы в полном дерьме. Она подняла взгляд и недовольно хмыкнула. Мистер Рид стоял у соседнего кабинета и переговаривался с коллегой. Его хорошее настроение было видно даже со спины. И не только его, ещё и меловое пятно сбоку дурацкого полосатого пиджака. Видно обтерся, пока рисовал очередную схему на свободном клочке доски. Подруга проследила взгляд Амалии и улыбнулась. — Скажешь? — Да ну его! Рид кивнул коллеге и было хотел уйти, как та остановила его и без задней мысли ткнула в пятно. Тот отдернулся, как от удара током, неловко улыбнулся и принялся спешно вытираться, пока девушка не кинулась помогать. Обменявшись короткими фразами, они наконец разошлись по делам. Все произошло так быстро, что Амалия не сразу сообразила. — Какой пугливый. — А, по-моему, наш душнила просто боится щекотки. — Бетти хихикнула, взяла подругу за локоть и повела по коридору. — Пошли уже, в то опоздаем!

***

— Ты не заболела? Амалия безразлично гоняла по тарелке кусочек брокколи. Общажная кухня кипела жизнью, но ей было не до этого. Почти девять вечера, завтра снова в универ, а реферат по философии даже не начат. Под гнётом других предметов она ничего не успевала и мало спала. От бойкой, энергичной девушки не осталось ничего. Несколько коллективных писем в деканат об отмене дополнительных часов остались без ответа. Конечно, кто послушает кучку студентов? Все и так в курсе, что их группа регулярно прогуливает философию, а сам профессор Рид слыл прилежным сотрудником, пусть и не имел близких друзей среди коллектива. — Я нет. А вот хренов Рид очень даже! — Кто-то совсем помешался. — Бетти пододвинула к ней раскрытую шоколадку. - Скоро каникулы, стался всего семестр, и мы с ним больше не увидимся. — Да знаю я! — девушка тяжело выдохнула. Ужин не лез в горло. Она ещё немного посидела, задумчиво накручивая на палец прядь волос, затем поднялась и забрала угощение. — Пойду к себе, ещё куча работы. В небольшой комнатке царил хаос. Подругам посчастливилось получить двухместные «апартаменты», в отличие от тех бедолаг, что ютились в четыре тела. Благодаря этому уместилось аж два стола, в углу жужжал холодильник. Вокруг стола Амалии громоздились толстые книжки из университетской библиотеки. Профессор Рид очень любил ссылаться на старые издания, которые в интернете днём с огнем не сыщешь. Старенькое компьютерное кресло жалобно скрипнуло. Девушка отрыла word, вставила титульный лист, листнула вниз и зависла. Мысли вообще не лезли в голову. «Вот бы он заболел. Нет, вот бы кто нанял киллера.» — мечтала Амалия про себя, устало подперев щёку кулаком. — «Только убивать точно не надо. Так, попытать, чтобы отменил дурацкие вечерние пары, километровую домашку и дополнительные вопросы на экзамен…» Точно, экзамен! Из горла вырвался усталый стон. После того что было не видать ей стипендии, этот идиот в два счета завалит. Ещё и одногруппники обиделись. Да кто бы не обиделся. Судорожный поток мыслей нёс её все дальше и дальше в попытках придумать, как всё исправить. В итоге, брюнетка бессильно плюхнулась на кровать. Взгляд бродил по тонкой паутинке растрескавшейся штукатурки. Она нащупала шоколадку, отломила кусочек и сунула в рот. Да, от сладкого действительно лучше. Бетти вошла в комнату с чашкой ромашкового чая, поставила на подоконник у кровати Амалии и присела рядом. — Да не ссы ты, я тоже ничего не делала. Не хандри зря, у тебя и так больше всех баллов. Несколько секунд тишины сменились вздохом Бетти. Не получив никакой реакции, та прищурилась, ухватилась за бока подруги и плавно надавила между рёбер. Она резко выгнулась от неожиданности. — Ты совсем?! — Амалия перехватила её запястья и тут же захихикала. Тонкие пальцы рыжей успели пробежаться вверх по обтягивающем топику. — Буду тебя щекотать пока не перестанешь думать об этом засранце! Много чести! Или ты успела влюбиться? — Ещё чего! Лицо скривилось только от одной мысли о своём преподе. Нет, он, конечно, неплох, умный и ухаживает за собой, не то что общажные парни… Вдруг Амалия замерла. Щекотать пока не перестанет? Гениально! Шестерёнки в голове завертелись. В её воспаленном от недосыпа мозге пронеслась совершенно безумная идея. Настолько безумная, что по спине пробежали мурашки. — Знаешь, ты права. Пойду-ка я развеюсь. Девушка рывком поднялась с постели. Надо подготовиться. На глаза попалась пустующая бельевая верёвка. Она ловко сняла её с крючков, смотала и под удивлённый взгляд подруги сунула в сумку. Пышные волосы, до недавних пор лежащие на плечах были наскоро собраны в хвост. Та ухватила с вешалки джинсовку и юркнула в коридор. — До утра не жди!