Философский вопрос

На девятый квартал опустилась ночь. Одинокая девушка брела по тротуару, всматриваясь в очертания припаркованных к частным домикам машин. Этот район славился тишиной, уже сейчас, в десять часов, жители разбрелись по домам. Она не знала ничего о профессоре Риде, только краем уха слышала, что он живёт где-то здесь и разъезжает на подержанном белом фольксвагене. "Вроде оно?" Взгляд упал на небольшой двухэтажный домик, чьи стены спереди обвивал засохший плющ. Майлс перестал ухаживать за ним с тех пор, как бывшая хозяйка дома переехала достаточно далеко, чтобы навещать его. Под пожелтевшими листьями приглядывалась крупная сетка из деревянных дощечек. Только сейчас Амалия осознала, на что идёт. Проникновение в чужой дом грозило как минимум исключением из универа, не говоря уже об уголовке. Она замерла. От ступней по спине пробежался холодок. В голове роились самые разные мысли. А вдруг она ошиблась? А что если её заметят? Есть ли тут камеры? "Света нет, значит спит. Другого шанса не будет, я почти у него на пороге." Амалия приблизилась к сетке и нервно сглотнула. Она не лазила через окна с тех пор, как проникла в общагу на посвящение первокурсников после комендантского часа. Помнится, пришлось карабкаться по кирпичной кладке. А уж как спускалась обратно, после несметного количества стаканчиков с пуншем! Первые шаги дались с трудом. Она аккуратно ощупывала каждую перекладину, уверенно поднималась ко второму этажу, пока не достигла оконной рамы. Весна выдалась особенно жаркой, окна оказались открыты настежь. В темноте спальни мирно сопела её жертва. Девушка оценила обстановку. Старомодная кровать с решетчатой спинкой, прикроватный столик с пустым стаканом и полупустым блистером таблеток. В последнее время Майлсу не спалось. Дополнительная пара сказывалась и на нём самом, особенно на нервах, поэтому, как прилежный гражданин, он первым делом получил рецепт на снотворное. "Джекпот!" Она аккуратно перелезла через подоконник и на цыпочках подкралась к постели. Рид крепко спал в одних пижамных штанах, одеяло сбилось в ногах. Признаться, он выглядел неплохо для того, кто вечно сидит за компьютером. Хорошо сложенный, со светлыми волосами на теле и растрепанной укладкой, такой живой без маски серьёзного профессора. Амалия помотала головой. У неё ещё будет время рассмотреть получше. Она собралась с силами, выудила из сумки веревку и очень медленно уложила руки Майлса над головой. Несколько узлов затянулись между запястьями и спинкой кровати. — Мммх, кто здесь? —  раздался сонный голос. Злоумышленница вздрогнула, выхватила из соседнего кармашка платок и накинула на глаза, спешно затянула крепкий узел на затылке. Неужели вор? Мужчина дёрнул руками, те не поддались. Он почувствовал чьи-то ладони на своей щиколотке и мигом отдернул ногу. Она легко выскользнула, но тут же была перехвачена лишь для того, чтобы лихо прикрутиться верёвкой к соседней спинке. Амалия пригнулась от взмаха второй ноги, подавив сдавленный "ох". Он ни в коем случае не должен узнать её голос. Когда с фиксацией было покончено, девушка выпрямилась и оглядела свою работу. Щёки невольно залились румянцем. Было неловко видеть своего преподавателя полуголым, растянутым на кровати, словно на жертвенном алтаре. — Повторяю ещё раз, живо развяжите меня! Может быть, я даже не позвоню в полицию! —  Рид старался сохранить самообладание как мог. Он судорожно соображал, попутно шаря пальцами по веревкам в поисках узлов. Безмолвная тень нависла над его лицом. Длинные ногти коснулись шеи, выдавив из пленника испуганный вздох. С каких пор домушники делают маникюр? — Послушайте, мисс, я... —  Майлс оборвался на полуслове. Цепкие ноготки прошли от плечей вниз, обогнули подмышки и чиркнули бока. Он закусил губу, издав болезненный стон. Если таинственная незнакомка желала ласки, не обязательно было его связывать. Вопреки постыдным мыслям о внезапной близости, пальцы впились чуть ниже рёбер, заставив Майлса быстро выдохнуть. Кому вообще в здравом уме взбредет пробираться к нему в дом и щекотать?! Девушка методично прощупывала уязвимые точки, мысленно ставя галочки напротив самых чувствительных. Мышцы невольно сокращались под короткими, безболезненными тычками. Он тяжело дышал через нос, иногда отдергиваясь, не в силах сбежать. Частичная сенсорная депривация не позволяла предсказать, куда поползут цепкие лапы, многократно усиливая ощущения. В конце концов, Амалию доконали попытки побега, она перекинула ногу через его бедра и уселась прямо на них, следом скользнула к животу, выудив несколько сдавленных смешков. "Не так уж он и боится." —  она уже начинала сомневаться в собственном плане. Без задней мысли ладони остановились на подмышках, задумчиво перебрали мягкие волоски. Дыхание Рида перехватило. — Черт... Послушайте, это просто смешно! —  затараторил так быстро, насколько мог. —  Кхм! Зачем вам всё это?! "За тем, что ты обидчивый мудила!" Кончики пальцев пробежались по впадинкам. Мужчина тут же поднял плечи, насколько позволяли путы. Глухие смешки в том же тембре, что и его обычный голос, разнеслись по комнате. Амалия склонила голову вбок. Неужели из него не вытащить ничего громче философского бубнежа! Она бесшумно усмехнулась и без предупреждения активно заскребла нежную кожу ноготочками. Тонкий барьер самообладания рухнул, как стена под динамитной шашкой. Короткий взвизг перерос в полноценный, громкий смех. Быстрые, мелкие движения то тут то там покрыли каждый сантиметр кожи, вызвали волну сопротивления, будто девушка сидела на разъяренном скакуне. Её подбрасывало вверх, мотало из стороны в стороны. Кто бы мог подумать, что в теле книжного червя столько силы! Несколько минут безудержного веселья хватило, чтобы из пересохшего горла вырвался болезненный хрип. Амалия тут же прекратила экзекуцию и приложила прохладные ладони к горящим подмышкам. Майлс вдохнул полной грудью, затем медленно выдохнул. — Дайте хоть водички. Девушка удивлённо подняла брови, однако, недолго думая, подхватила со столика стакан. — Кухня на первом этаже. Вы же не собираетесь меня обокрасть? —  он криво усмехнулся и почувствовал, как незнакомая рука потрепала его волосы. Видимо, это означает нет. Домик Рида оказался очень аскетичным. Минимум мебели, разве что большой книжный шкаф на пути с лестницы к кухне. Амалия набрала полный стакан из-под крана и бросила взгляд на часы. Почти одиннадцать. Минус время на обездвиживание и того вышло около двадцати минут щекотки. Маловато будет. Скрипучие ступеньки огласили её приближение. Она приподняла его голову с подушки, дала отпить немного и потянулась поставить стакан, как краем глаза заметила движение. В полной темноте пальцы пленника почти справились с узлами. Амалия тут же подскочила у нему и с силой потянула за оба конца веревки, многократно усилив натяжение. "Вот жеж!.. Хитрый засранец!" Рид и без слов понял, что произойдет дальше. — Стойте, я-ХА-ХА! —  слова потонули в заливистом смехе. Амалия безжалостно впилась в его рёбра, затем перешла выше, попутно царапнув соски, от чего жертва аж закашлялась. Отбросив смущение, она остановилась на них по дольше, в то время как бедняга всеми силами пытался провалиться сквозь кровать. Голова металась на подушке, щёки пылали от смеси стыда и напряжения. "Это... Возбуждает?" Майлс ужаснулся свой же мысли, что в миг смешалась в кашу с другими. — Не-хе-хе-т! —  он сам не узнал свой голос, хриплый и слабый на фоне громких смешков. Наконец, ему дали передышку. Амалия похлопала того по груди и выпрямилась. Всё-таки пытки — это тоже труд. Она сделала пару глотков прохладной воды, обогнула кровать. Очередная передышка продлилась недолго, ровно до того, как острый ноготок чиркнул вдоль стопы. Майлс резко вдохнул, спинка скрипнула от силы, с которой отдернулась нога. Уж его ноги никто не трогал! И уж тем более никогда так долго и намеренно не щекотал. Шутливые нападки его бывшей и редкие случайные прикосновения не в счет. — Пожалуйста, оставь меня в покое. —  жалобный голос почти растопил сердце мучительницы. Она погладила тыльную сторону ступни, провела рукой до щиколотки и крепко прижала к матрасу. В томительном ожидании пытки крутило живот. Он нутром чувствовал нависшие над тонкой кожей пальцы, от чего губы сами расплывались в улыбке. Первая же царапка вызвала бурю эмоций: негодующий стон, плаксивые смешки, что становились лишь громче, когда пятерня путешествовала от пятки к носку, вокруг по сводам. Мучительные минуты казались часами. Только девушка убрала руку чтобы придержать вторую ногу, как Рид молниеносно прижал обе ступни к постели, так сильно что побелели пальцы. "Настолько щекотно? Возьму на заметку." —  она ещё разок прошлась по верхушкам стоп и уселась рядом с торсом. Он ей нравился многим больше ног, в основном потому что можно было рассмотреть реакцию Рида во тьме. Грудь тяжело вздымалась, будто он бежал кросс, кожа покрылась испариной. Амалия подцепила его мокрую прядь одним пальцем и откинула с лица. Что там ещё осталось? Ах да! Её мягкие руки, игривые поглаживания и краткая, но все же забота, дали свои плоды. Даже сквозь мучительную щекотку прорвались ростки возбуждения. "Чертов извращенец! Кому расскажешь — не поверят." —  девушка брезгливо поморщилась. Что-что, а разрядки он не получит. Она уложила ладони на дрожащий живот, скользнула пальцами под резинку штанов. — Боже... — шепнул Рид сквозь протяжный стон. Ноготки забе́гали у косточек бёдер, не оставив без внимания низ живота. Иногда они протискивались глубже, к тонкой коже, где бедра переходили в ноги. Мужчина больше не смеялся, он выл на одной ноте, хныкал, ноги крепко сжались, будто бы это хоть что-то остановило пытку. Временами Амалия оставляла злачное место лишь для того, чтобы щипнуть бедолагу за бока, затыкать рёбра, будто клавиши пианино, поиграть со светлыми волосами в подмышках и снова опустить Рида в пучину мучений. Лёгкие сводило от непрекращающегося хохота. Проворные руки оставили жертву лишь тогда, когда тот перешел на хрип. Повязка взмокла от выступивших слёз. Он не мог сказать ни слова, судорожно вдыхая весенний воздух, который казался таким прохладным. Он уже не помнил как провалился в сон, только мягкую ладонь на своей щеке.

***

В аудитории шуршали ручки. Мистер Рид клевал носом, у него нашлись силы дать студентам старенький тест, лишь бы не слушать неумелый пересказ скаченных с интернета рефератов. Голова гудела, щиколотки и запястья ныли после жёсткой бельевой веревки. Он украдкой приспустил рукав. Пульсирующие полосы порозовели, но всё ещё напоминали о "весёлой" ночи. Амалия выглядела не лучше. Буквы плыли перед глазами. Стоило бросить взгляд на профессора, щёки бросало в жар. После короткого сна, когда в голове улеглись последние события, её накрыла волна тревоги с примесью стыда. Господи, она ведь реально это сделала! Правда, в порыве праведного гнева дважды нарушила закон. Или даже трижды! Проникновение в частную собственность, пытки, домогательства... Хотя, с последним она не была так уверена. С первым аккордом звонка группа сдала листочки. Амалия шустро закинула тест поверх общей кучи и почти затерялась в толпе, как послышался оклик профессора: — Мисс Уилсон, задержитесь-ка на минутку. По спине пробежали мурашки, ноги были готовы вот вот подкоситься. Она нехотя остановилась у стола. Нет, он не может знать. Не видел, не слышал, не трогал. — Да, профессор? Он неловко кашлянул в кулак. Вопреки всему в усталых глазах читалось больше снисхождение, чем раздражение. — Во-первых, это ваше. —  мужчина выудил из-под стола аккуратно сложенный цветастый платок. — Вы, наверное, ошиблись... Он поднял открытую ладонь с явным намёком закрыть рот. — Во-вторых, перед тем как лезть ко мне в дом, хоть потрудились бы сменить парфюм. Амалия потупила глаза в пол. Господи, какая дура! Мысли путались, обгоняли друг друга, но ничто не могло оправдать её. Несколько секунд висела тишина. Затем Рид вздохнул и выдавил так, будто каждое слово доставляло боль: — А в-третьих... Я сегодня же напишу заявку на отмену дополнительных занятий. Так же, объём домашней работы сократиться вдвое. И... —  Майлс скривился так, будто ему сунули в рот лимон. —  Дам ровно половину пары на этот ваш проект. Ни больше, ни меньше. Амалия не могла поверить своим ушам. Рид, главный душнила, принципиальный и правильный, пошел на уступки. Целительная сила щекотки полностью оправдала все ожидания! — А вы... Ну... — Нет, в полицию не звонил, если вы об этом. И... Потрудитесь, чтобы произошедшее осталось только между нами. — Так точно! —  она мельком огляделась и склонилась ближе к профессору. Снова эти духи... Кажется, Рид начинал привыкать. —  Извините за всё что было. Я немного увлеклась и... Знаете, вы очень мило улыбаетесь. Майлс плотно сжал губы и взглянул в глаза девушки из-под очков. — Да идите уже, пока не передумал! Та широко улыбнулась, схватила сумку и уже стояла в проёме, когда услышала голос Рида: — Если захотите посетить меня вновь, советую воспользоваться дверью. Но никакой щекотки! Амалия застыла на месте. В глазах отображалось такое удивление, будто она увидела приведение. Вопреки всему, на лице растянулась хитрая улыбка. — Я подумаю! —  хихикнула в ответ и скрылась в коридоре.