"Шестая" из Освенцима

      Я знаю, что мне нельзя здесь оставаться. Я должна уйти, убежать, спрятаться где-то в лесу. Я должна вернуться...       Вам должно быть интересно, как я оказалась в такой ситуации. Интересно, кто я и где нахожусь. Я права? Тогда слушайте. Я в двух словах расскажу о себе, прежде чем реализовать мой план.       Я нахожусь в немецком лагере. Я отделена от мира забором из колючей проволоки. Нас охраняют. До этого я бегала с партизанским отрядом где-то около Одессы. Кто-то сдал нас. Найти бы эту заразу! Мне шесть, семь, а может, и восемь лет. С каждым днём здесь сил всё меньше. А я тут уже около двух недель. По крайней мере, по полоскам на земле. Мама в своё время научила меня, как сбежать откуда угодно и прятаться где угодно.       Меня зовут Лея. И это моя история.       Мама всегда говорила: "Ночь укроет." Бежать нужно ночью. С первого дня, как я оказалась здесь, я искала место, где нет охраны, рыла подкоп, который не будет видно при первом взгляде.       Сегодня новолуние. Небо совсем чёрное, и не видно ничего. Да ещё и тучи на небе! Да ещё и туман! Меня почти не будет видно, если я поползу по земле. Нужно грязи. И днём, и сейчас льёт дождь — земля размокла. Если я изваляюсь в грязи, увидеть меня станет ещё сложнее.       Осторожно выхожу из барака. Вокруг никого. Ложусь на землю, переворачиваюсь на спину и снова на живот. Вдалеке слышу чьи-то шаги. Ложусь лицом на землю. Дышу редко и неглубоко. Страшно. Мимо меня проходит солдат, говорит на немецком. Я могу разобрать пару слов. Он говорит что-то о том, что ещё один труп он уберёт утром. Сработало!       Лежу и жду, пока солдат уйдёт. И только потом приподнимаю голову. Вижу место, где делала подкоп. Осторожно начинаю ползти в его сторону. Цепляюсь пальцами за землю, стараясь не оставлять следов, и подтягиваю остальное тело. Лучше не спешить, чтобы не привлекать внимание солдат.       Слышу, как кто-то кричит на немецком. Замираю и осторожно оглядываюсь, в основном глазами. Солдат кричит на девочку из соседнего барака. Я лежу и слежу, когда он уйдёт. Наконец, они с девочкой куда-то пошли и свернули за угол. Самое сложное — справиться с паникой и страхом, оставаясь неподвижной и передвигаясь медленно, прижимаясь к земле.       Я уже так близко к своему подкопу! Главное: раньше времени не ликовать, иначе начну делать глупости. Иногда, примерно через каждые три или четыре ползка, замираю и слушаю. Стараюсь не поднимать голову. Слышу солдат. Притворяюсь мёртвой. Вижу, как рядом упал свет. Солдат что-то бормочет на немецком и уходит. На этот раз повезло. Медленно ползу к спасительному подкопу. Ещё немного. Совсем ничего. Пару метров до свободы...       Доползла. Осторожно погружаюсь в яму. Её залило водой и размыло. Погода сегодня на моей стороне: смогу нырнуть поглубже, и шансов задеть забор станет меньше. Зажимаю нос рукой и задерживаю дыхание. Погружаю голову в воду и убираю руку с носа. Не зря училась — двумя руками проще цепляться. Вода грязная, зрение не помогает, но я хотя бы могу понять, где можно поднять голову.       Выбираюсь и сразу падаю на землю. Я уже с другой стороны ограды. Уже на свободе. Но спешить рано. Я должна добраться до леса. Тогда можно будет вздохнуть чуть легче. Прижимаюсь к земле и ползу. Темно. Осторожно оглянулась. Отсюда уже не видно барак. Неплохо. Значит, меня не увидят.       Примерно до половины пути двигаюсь тем же способом. Потом медленно, но уже по-пластунски.       В голове играет песня, которую мама пела мне на ночь: "Ночь-проводник, спрячь наши тени за облака, за облаками — нас не найдут, нас не изменят. Им не достать звезды руками!"       Я продолжаю ползти. Лес уже близко. Я чувствую его запах. Здесь уже можно чуть приподняться.       Вот я и в лесу. Наконец встаю в полный рост — здесь меня уже никто не увидит. Ливень продолжается. Пусть идёт подольше. Он смоет мои следы, и я скроюсь, растворюсь в этом лесу, чтобы никто никогда не нашёл меня!       Но ликовать рано. Нужно успеть уйти как можно дальше от лагеря, пока меня не начали искать. Встаю с земли. Невольно оглянулась на лагерь. Из-за тумана я вижу только прожектора, как они светят... Отрываю взгляд — нет, теперь моё время идёт на часы, пока не рассеялся туман. Бегу вглубь леса. Успешно выбраться за колючую проволоку было только началом, а значит — самым простым.       Хочется есть. Нужно терпеть. Сейчас доберусь до чащи и поищу еды. Снега здесь уже не так много, но он всё ещё есть. Я могу положить немного в рот, но лучше будет найти. Моя одежда мокрая, идти трудновато. Ещё и холодно из-за этого. Погреться бы. Кажется, ещё только март... Или февраль? Днём тепло, но ночью — нет. Из-за дождя и тумана я мёрзну больше. Но они скрывают меня.       Травы ещё нет — ничего нет. Одна надежда — искать в земле и гнилом дереве спящих жуков и червей. Ягод тоже нет. Можно ловить рыбу, пожарить на костре. Но нужна река, а костра нет и не будет — огонь разводить нельзя. Снег придётся слепливать в шарики и класть в рот первое время — идти без воды я не смогу, а останавливаться нельзя.       Беру снег, леплю маленький шарик на ходу и кладу в рот. Пока он тает и нагревается, бегу, чтобы меньше терять тепло. Холодно, но терпеть можно. Уже устаю. Мокрая одежда не сохнет в дождь и туман и не греет. Снег не глубокий — спрятаться в нём не выйдет. Идти нужно. Нужно...       "Мы убежим — нас не догонят. Дальше от них, дальше от дома!"       Эта песня очень глубоко залегла в моей голове. Мама заложила в неё два самых главных правила: не говорить, вести себя тихо, когда ты в бегах, и не возвращаться назад никогда и ни за что — лучше остановиться и подождать, но не возвращаться туда, откуда сбежала...       "Не говори, им непонятно. Только без них, только не мимо. Лучше никак, но не обратно. Только не с ними! Только не с ними!"       Поэтому я и бежала одна — одной проще. Знаю, что поступаю плохо, но ничего не могу поделать. Одной мне нужно следить только за тем, чтобы не видели меня, а с кем-то — ещё и за ним. К тому же, вдвоём или в большем числе, мы бы создавали больше шума, и нас бы увидели...       Нет времени думать об этом — нужно найти пропитание.       У некоторых деревьев кора съедобна. Здесь, в этом лесу, есть сосны. Прячусь под одной из них и ищу, где будет легче сорвать кору. Есть можно заболонь — то, что под корой. Нахожу трещину на стволе и добираюсь до этой заболони. Отделяю её, что-то сую в рот, а что-то сжимаю в руке. Беру с собой кусок коры — пригодится. Земля ещё холодная, и копать её будет трудно, а силы нужно беречь. Они не вечные, а мне нужно бежать.       Я не заметила, как наступил день. Ливень не прекращается, но тумана уже нет. Я в пути одну ночь. С началом второй пройдёт уже день. Лучше считать дни первые две недели, чтобы знать, что прошло достаточно времени.       Пора идти. Осторожно проверяю, нет ли кого рядом, слушаю. Пусто. Хорошо. Делаю несколько кругов вокруг сосны, а потом прыгаю в сторону — в грязь. Мажу лицо, руки и ноги, пачкаю одежду — сбиваю свой запах.       Пока делаю это, думаю: куда мне теперь идти? Ориентироваться в лесу сложно, но никто и не говорил, что будет легко.       Вижу ещё один способ сбить запах — муравейник. В другой раз я могла бы кормиться за счёт муравьёв, но они ещё не вышли. Я подхожу к муравейнику, осторожно беру его часть. Лучше, чтобы это не бросалось в глаза. Посыпаю себя, потом ещё пару раз и срываюсь с места. Теперь нужно убраться подальше.       Двигаюсь перебежками, зигзагами, слушаю и смотрю под ноги, чтобы не ломать ветки. Муравейник помог немного определиться с местом. Мне нужно на Восток. А лучше — на Юго-Восток, для верности. Туда сейчас и бегу. Моё путешествие будет долгим и сложным, и я знала это с самого начала. Кажется, я так давно была в лагере, хотя это было совсем недавно. Мамина песня не выходит из головы.       Убежав подальше от того места, перехожу на быстрый шаг. Снег лучше не есть, иначе замёрзну без костра, но без воды я не смогу идти. Замкнутый круг... Ем заболонь, дождь помогает. Пока просто высасываю воду из одежды и волос, там, где нет или мало грязи. Помогает. Пока ливень здесь, я в безопасности. И всё же есть пара минусов...       Одежду мочить нельзя — негде сушить, да и можно ли лагерную робу назвать одеждой? Мокрая одежда — болезнь. Тупик... Что делать? К людям идти? Нельзя — убьют. Остановиться? Нельзя: фашисты найдут — убьют. Что делать? На глазах слёзы. Плакать нельзя. Слёзы тоже вода, которую я могу потерять.       "Ты сильная, малышка, ты со всем справишься..."       Голос мамы в моей голове... Я должна быть сильной для неё. Вспоминай, Лея, что нужно сделать?       Маскировка — первое дело в бегах.       То, что роба серая, неплохо поможет спрятаться в лесу. Серо-синяя. В полоску. Это плохо. Снимаю робу, выворачиваю наизнанку и снова надеваю. Так я лучше сольюсь с местностью.       Второе дело — не заболеть.       То, что я босая, — это плохо. Нужно найти что-то вроде обуви. Мама, помню, учила, как сделать сандалии из коры. Я не знаю, когда сойдёт снег, поэтому это будет верным решением, я думаю.       Мне нужно дерево. Хорошо бы подгнившее, чтобы не тратить силы. Немного похожи на следы лап, но это неважно. Чем только это всё к ногам привязать? Можно использовать тонкие, гибкие ветки, но ещё не их время. Что делать?       Глаза невольно упали на робу. Можно оторвать штанины примерно до колен и сделать из них. Как только оторвать её? Руками у меня сил не хватит. Плакать нельзя. Нужно придумать что-то. Может, камень найти острый или типа того...       Заболонь! Она же гибкая! В этом упавшем дереве она ещё не сгнила: мокрая и отделяется полосками! На первое время, я думаю, хватит.       Вытягиваю заболонь, приматываю ею кору к ногам и связываю. Не идеально, но выбирать не приходится. Главное, чтобы не замерзали ноги. Проверяю сандалии — неплохо, держатся. Найду острый камень и отрежу штанины робы.       Силы на исходе. Нужно выпить воды и поесть. Останавливаться нельзя. Собираю все силы в кулак и иду дальше.       Тяжело... Наверно, уже полдень. Я двигаюсь перебежками вдоль деревьев — так у меня успевают восстанавливаться силы. Стараюсь не наступать на снег, чтобы не оставлять там следы.       Я слышу воду. Надеюсь, это маленький ручей или родник. Через него можно пройти легко или перепрыгнуть. Но река поможет мне замести следы. Если пойти по берегу реки и пройти около километра, можно сбить со следа собак. А ещё лучше идти по ветру. Тогда ещё больше шансов, что не найдут!       Тихо. Никого нет. Иду на шум воды. Ручеёк. Повезло! Повезло! Перебежками подбегаю к воде. Наконец, пью воду. Холодная, не самый лучший исход, но выбирать не приходится. Нужно согреться. Ничего, побегаю — согреюсь. Мешаю землю и глину с водой и мажу открытые участки тела.       Всё, пора! Переклички в лагере редки, но случаются. Моё время очень ограничено. Ступаю в ручей, чтобы отвлечь или задержать собак, которых могут послать за мной.       Выхожу на берег и бегу дальше. Перебежками, но без остановок. На ходу отламываю и жую ветки знакомых деревьев. Плевать на то, что главное – есть и не отравиться. И не останавливаться. Потому что сейчас опасно любое промедление.       "Мы убежим – нас не догонят. Дальше от них, дальше от дома..."       Бегу, слушая и иногда останавливаясь. Я должна! Я должна! Никого нет! Никого тут! Я стараюсь, чтобы моё тело как можно меньше походило на человеческое. Стараюсь оставлять как можно меньше следов. Следы! Запутать следы! Делаю ложный путь и кидаю туда кусок коры, который несла с собой всё это время. Если что, собаки побегут туда. А я буду бежать дальше! Далеко впереди!       Я не знаю, куда я бегу, но это и не важно. Главное — дальше от лагеря. Бегу, пока силы не иссякнут, но каждый раз, когда я думаю, что пора остановиться, в голове всплывает мысль, что за мной уже может кто-то идти, и голос мамы говорит мне бежать дальше...       Хочется есть. Заболонью не наешься. А червей копать будет слишком долго. Может, уже трава какая появилась? Или грибы? Нужно поискать...       Грибы готовить надо, а костра нет. Ну, прекрасно... Траву будем есть. Осматриваюсь по сторонам. Уже появились знакомые мне растения. Ими не наешься, но...       Ай! Споткнулась о корни дерева. Как громко... Упала неудачно. Болит рука. Надеюсь, просто ушиб. Пробую двигать ей. Боли нет. Ничего серьёзного. На этот раз мне повезло, но впредь нужно быть аккуратной.       В любой ситуации есть плюсы: я нашла идеальный острый камень. Подбираю его. Теперь буду носить с собой. Он сбережёт мне кучу сил.       Нужно найти растения. Стараюсь не ломать ветки и не лезть в сухостой, чтобы не создавать шум. Нужно будет придумать, как замаскироваться. Лагерная роба — не самый лучший наряд для беглеца...       Это берёза? Очень похожа на неё... Да, она! Подхожу и собираю немного почек. Собрать бы с неё сок, но это долго, а у меня нет времени... Боюсь резать для заболони. Будут искать — сразу поймут, что я тут была. Пока обойдусь почками...       Собираю немного с разных веток и убегаю. Нет времени на сок. Давно ничего такого не ела. Я уже и забыла, какие вкусные берёзовые почки... Надолго не хватит, но пару часов пробегу спокойно. Много еды мне не нужно.       Двигаюсь перебежками, как обычно, делая зигзаги между деревьев. Днём неудобно, но на привал не встанешь. Останавливаясь, каждый раз закидываю в рот почки и жую, пока бегу. Удобно.       Когда запас кончился, собираю почки сосен, пока пережидаю, а потом всё повторяю. Найти бы черемши, но для неё рановато. По земле пока ничего нет, но скоро должны появиться. Ливень помогает, но передышки необходимы мне, иначе скоро упаду без сил...       Я уже очень долго в пути и вижу, как начинает темнеть. В лесу это происходит раньше, а это мне на руку: в темноте можно двигаться свободней. Падаю в грязь, мажусь ей и бегу дальше — медлить опасно. Крепко сжимаю в руке почки и камень. Нужно сверить маршрут. Нахожу муравейник — от курса отклонилась. Делаю ложный след. Выбрасываю сосновые почки на тропу, по которой пойду, обтираю кожу муравейником, потом собираю с дерева новые почки и бегу туда, куда бросила старые. Я кинула их очень заметно. Полагаю, запах мой собаки не уловят из-за муравьёв, а солдаты подумают, что почки туда бросили специально, чтобы сбить их след, и пойдут в другую сторону. Надеюсь, хитрость сработает...       "Ночь-проводник, спрячь наши тени за облака, за облаками — нас не найдут, нас не изменят. Им не достать звезды руками!"       Сквозь просвет в тучах и деревьях вижу луну — только начала расти. Первый день пути прошёл, и начинается второй, а вместе с ним начинается и моя история...