De Mysteriis Dom Sathanas

Это был Нил. Невысокий парень с длинными чёрными волосами, но Эндрю заметил, что отросшие корни светились рыжим. Внимательный взгляд лазурных глаз пытался просканировать все тайны разом. Спустя минуту Нил насмешливо фыркнул. — Распятая мышь? Серьёзно? Эндрю пожал плечами. — На конверте было написано «Дэд», но, блядь, кто назовёт своего ребёнка мертвецом?, — Нил поднял брови, немо вопрошая о настоящем имени. — Меня зовут Дэд, — твёрдо заявил Эндрю. — Окей, тогда я Эврином. — Греческий принц смерти?, — Эндрю осмотрел его армейские ботинки, покрытые слоем грязи, и остановился на пыльной футболке, у которой криво оторваны рукава на манер майки, — Смешно. Нил улыбнулся, не реагируя на издёвку. Всё было довольно легко: Эндрю отправил свою демо-запись прямиком в руки участников «Foxhole», но просто запись — это скучно. В посылку он подложил мёртвую мышь, приклеенную за лапки к кресту из двух сучков. Мышь, естественно, была найдена уже трупом. Под жарким солнцем они сели в машину. Эндрю жмурился и всё убирал с лица прилипшие от пота пряди. По законам жанра он отрастил волосы ниже плеч, но это объясняется тем, что ему просто плевать. Плевать, потому что уже чувствует, как могильщики отрывают своими челюстями сухожилия. — Какие группы слушаешь?, — Нил следил за дорогой и моментами косился на сидение рядом. — «Hellhammer» и «Celtic Frost». — Ники обожает «Hellhammer»! При нём такое не говори, он тебе все уши прожужжит. — Кто это? — Наш ударник. Эндрю кивнул в ложных надеждах, что этот рыжий чертила заткнётся. — Я фанат «Venom». Они вдохновили меня создать свою группу. Он заметил, что на майке Нила изображен демон с пентаклем на лбу, и закатил глаза. — Бездарные молокососы, которые играют примитивный трэш. Эндрю не являлся противником этой группы. Он просто хотел немного взбесить Нила. — Кто бы говорил. — Я сейчас сижу здесь, чтобы показать, как можно сыграть дьявольский антагонизм на запредельных скоростях. — С твоим голосом этот мир сгорит от богохульства. Эндрю словно прошибло сотней миллиампер. ════ •⛤• ════ Нил привёз его на окраину леса, где стоял обветшалый двухэтажный домик. Красная краска облупилась, входная дверь противно скрипела, что было слышно с улицы, окна мутные, и рамы завалены листьями. М-да. — Наша Лисья нора, — с гордостью сказал он. — Здесь бы ремонт сделать и убраться. Внутри также бедно? Из Эндрю текла желчь, и он ничего не мог с собою поделать. — О, ты чистюля? Как раз искали человека, который будет за нами прибираться, — Нил криво ухмыльнулся. — Допиздишься, — Эндрю огрызнулся и захотел вмазать в чью-то чересчур смазливую рожу. — Я учту, что ты не понимаешь шуток. Эндрю кроет под новыми вспышками бреда. Смоляное сердце, которое должно молчать, подозрительно быстро трепетало. Он ненавидит чувствовать отчаянные попытки вернуть его к жизни. Ненавидит ощущение того, что сердце словно взрывается, и грудная клетка захлопывается, как ловушка. Это больно. Кости хрустят и рвут кожу, торчат через одежду и пачкают её кровью. В доме их встречает высокий парень, который сочится энергией и дружелюбием. Эндрю аж плохо становится. — Ты Дэд?!, — радостно пищит Ники, не дав ответить, — Я так рад, что ты присоединился к нам! — Хэй, чувак, полегче. Иначе он сейчас так же быстро и сбежит от нас, — Нил мягко осаживает его и смотрит за реакцией Эндрю. Эндрю не понимает, что ему говорить. Да, новенький. Да, я заметил, как ты рад. Да, сбегу. Да, сосал. — Я Ники, — он протягивает ему руку. — Можно без этого?, — Эндрю с брезгливостью смотрит на раскрытую ладонь. — Почему?, — Ники не убирает руку и недоумённо склоняет голову к плечу. Где же этот ебучий Нил, когда он так нужен! — Я не люблю прикосновения. Ники пожимает плечами и не задаёт лишних вопросов. Пронесло. Интуиция подсказывает Эндрю пройти чуть дальше гостиной, и он обнаруживает кухню, где на угловом диване вальяжно раскинулся ещё один человек. Да сколько можно? Социальная батарейка села ещё когда он Ники увидел. — Это Аарон. Наш басист, — Нил копошится у стола и бодро вводит новенького в курс дела. Аарон, с абсолютно хмурым лицом, машет Эндрю палочками от барабана в знак приветствия и ничего не спрашивает. Лучшее знакомство. Минимум контакта и слов, то, что нужно для Эндрю. Он оглядел всех ещё раз, и ебать, эти поголовно выкрашенные волосы в чёрный, отрощенные минимум до середины шеи, патронташ, чёрные футболки либо же майки, чёрные скинни, тяжёлые ботинки, кожаные перчатки без пальцев — улёт. Один Эндрю блондин, в джинсовке и камуфляжных штанах. Это, кстати, доставляет кучу неудобств, ибо ему очень и очень жарко, но возможности оголить ноги нет, руки тем более. Приходится медленно, но верно вариться в джинсе. — Надо бы тебя покрасить, — задумчиво говорит Ники. — Культяпки оттяпаю!, — тут же реагирует Эндрю. — Ну блин, мы вместе не гармонично смотримся, — Ники звучит так расстроенно, как будто ему серьёзно есть дело до того, как они выглядят всей группой. — Твою мать, всем похуй! Успокойся, а, — внезапно восклицает злой Аарон. Ники обиженно складывает руки на груди, а Нил даёт всем по чашке свежеприготовленного кофе. — Сразу к делу, Дэд, слышал нашу музыку?, — кивок, — Сможешь подстроиться под текста?, — кивок, — Нам нужен новый альбом, который сделает нас звёздами. — Я могу начать писать текста хоть сейчас. — А как же обед на терассе? Мы должны показать твою комнату, и весь дом, и вообще..., — тараторит Ники. — У нас нет обеда, — Нил показательно смотрит на Аарона. — Я в прошлый раз готовил! И в позапрошлый, и в позапозапрошлый. Я так до бесконечности могу продолжать, — Аарон, в такт своих слов, отбивает какой-то похоронный ритм по подлокотнику. — Боже, это неважные мелочи, — отмахивается Нил, — И, к слову, комнату тебе придётся делить со мной. — Я лучше в гостиной посплю. — Никто не будет ради тебя одного перетаскивать аппаратуру и остальные вещи со второго этажа на первый. — Заебись, живу в комфорте, — Эндрю с досадой возводит взгляд к потолку. — Я бы на твоём месте радовался компании Джостена. Лучше, чем уживаться с Ники, — Аарон делает то же самое, и Нила веселит, что у них до ужаса похожи манеры речи и повадки. — Джостен, значит? — Не быть мне загадочным Эврином..., — Нил строит грустную мордашку. — Смирись, рыжуля, — хмыкает Аарон. — А мне Хелхаммером, — подтягивается Ники. Эндрю встаёт с нагретого места и движется к лестнице на второй этаж. — Адский молот звучит, как хорошее имя для барабанщика, — бросает он на ходу и скрывается во мраке коридора. Ему не нужны экскурсии и споры, кто будет сегодня кухаркой. Ему вообще не нужна пища, чтобы продолжать существовать, так что Эндрю решает заняться реальным делом. Их комната с Нилом оказалась просторным чердаком с круглым окном во всю стену. Свет нещадно льётся на пыльные доски, плакаты культовых метал групп над кроватью. Открытая дверца лакированного шкафа показывает ряд вешалочек, на которые криво накинуты чёрные балахоны. Нил в курсе, что в этом мире существуют и другие цвета? Эндрю видит матрас, сиротливо лежащий в углу. Сверху подушка и красный плюшевый плед. — Я могу поспать на полу, — слышится за спиной голос Нила. Такой заботливый. Будто Эндрю не похуй, где ощущать себя заточённым покойником. — Без разницы. Нил вздыхает, ибо понимает, что его попытки быть гостеприимным нагло игнорируют. Его бесит, что Дэд равнодушная скотина. Он просто хочет выстроить дружеские взаимоотношения, они же собираются играть в одной группе. Без сплочённости у них ничего не выйдет. Даже эгоист Аарон пошёл навстречу, а новенький со странным погонялом отбегает всё дальше. — Печатная машинка на столе, бумага тоже. Эндрю мычит в ответ и садится на скрипучий стул, усеянный зацепками. Наждачкой бы пройтись... Эти металисты запустили весь дом. Хаос. Траур. Смерть. Безрадостность. Четыре основных слова для некого вдохновения, которое Эндрю кличит приступами воспаления мозга. Он яростно клацает по маленьким кнопкам и исписывает несколько листов черновыми вариантами текстов. — Джостен, — прохладно зовёт Эндрю, — Прочитай. Нил надевает свои очки а-ля «добрая бабушка-библиотекарь», и его образ сразу же рушится. Эндрю сжёвывает ухмылку в попытках скрыть проявление эмоций. — Ты смеёшься над моими очками?, — Нил весело хихикает и поправляет оправу. — Тебе показалось, — Эндрю меняется в лице и просто ждёт, пока он прочтёт его творения. Нил долго бегает глазами по бумаге, и либо он вдумчиво вчитывается, либо неумело читает по слогам длинные прилагательные, которыми так любит разбрасываться Эндрю. — Бля, — на выдохе произносит Нил, — Ты кладезь искусства. Эндрю вздрагивает всем телом от мурашек, прямо как в машине. Он закипает от жгучей злобы от этого неприятного самоощущения. — Ага. Надо доработать или? — Не надо. Всё и так идеально. — Захлопнись уже и не мешай мне работать. Нил садится на пол и, взяв электрогитару, стал подбирать мелодию под прекрасно сложенные слова Эндрю. Уже вечерело, и в комнате запахло уютом и закатными лучами. Тихий стук пальцев об печатную машину и неуверенные переливы сочетания квинтов. Эндрю топит мысли в кипящем котле, потому что чувствует, что он может проводить так своё время долгие месяца.