Не уходи

— Наконец-то пятница! Никакого физика! Всего три урока, физра для лохов, а потом бухаааать. Бля, лучший день за эту неделю...       Время 6:30 утра, Антону не спится, но чувствует он себя вполне выспавшимся. Поспал он впервые спокойно полных 8 часов. Он смотрел в потолок и просто смаковал грядущие события. Больше всего его, конечно же, радовал тот факт, что очень скоро он оторвётся от хуёвых мыслей хотя бы на пол дня.       Подросток сполз с кровати и направился принимать душ. У него всё было по стабильному циклу утра: душ, чай, сборы, одевание, выход. Он, как всегда, быстро пил чай, пока кидал тетради в рюкзак, натягивал джинсы и толстовку, а перед уходом бросал кружку в раковину. Иногда даже хотелось какого-нибудь разнообразия, но сегодня из этой серии у него был только выспавшийся организм и запасные пол часа.       На улице было очень тепло, хотелось лечь в какую-нибудь траву и просто смотреть на небо. Но, живя в городе, парень мог себе позволить только лечь в грязь и посмотреть на хмурые многоэтажки. Так себе развлечение.       Сегодня Шастун даже целенаправленно не надел наушники и просто шёл и курил. Хотелось насладиться этим днём. Впервые за долгое время он чувствовал себя хоть капельку лучше, чем обычно. Но у всего есть тёмная сторона, как и у подростка в данной ситуации. Его всё ещё мучали мысли о том, что психолог знает про то, как он хочет сдохнуть, и о том, что он влюблён в своего препода, и что он вчера обнял его, и что у него рука изрезанна просто по жести.       Антон докурил сигарету и зажёг новую. Сегодня он не хотел видеть ни психолога, ни физика. Он натворил достаточно бед. И ему нужно разгребать их самому. Но не сегодня.       Перекинувшись в школе перед уроками с Серёгой коротким «всё в силе?», Шастун окончательно погрузился в свои мысли.

***

      Шастун сидел на последнем этаже под крышей заброшки и ждал своего друга. Время было около 12:50, а потому у хвостатого оставалось добрых 10 минут. Подросток достал сигарету, поджёг и медленно затянулся. Он сидел на ступеньках лестницы, ведущей наверх, ибо сидеть тут было особо больше негде. Разве что на окне.       Он услышал своего друга ещё за пять минут до его прибытия. Тот громко дышал, преодолевая это испытание в виде лестницы, а бутылки издавали звон, ударяясь друг о друга. Наконец-то тот показался на последнем лестничном пролёте, который он уже просто полз. — Шаст, ну нахуй тебя с твоими заброшками! - тяжело дыша, едва сказал ему друг, - Я чуть коньки не отбросил! Последние этажей пять я поднимался, уже цепляясь зубами за ступеньки! - драматично изложил Серёжа. — Да ну тебя! - рассмеялся Антон, - Дошёл ведь? — Зато с каким трудом!       Матвиенко приземлился рядом на ступеньку, достал первую бутылку из пакета, наскоро открыл и жадно отпил пару глотков. — Я чуть не сдох от жажды! - выдохнул он, отрываясь от бутылки, - На, тебе щас не помешает расслабиться. - с этими словами он передал парню бутылку.       Антон приложился к горлышку и сделал пару хороших глотков. Напиток приятно пробежался по стенкам и дошёл до желудка. Подросток понимал, что его возьмёт быстро, потому что он уже не помнит, когда последний раз нормально ел. Да и вообще ел...       Первую бутылку парни одолели минут за 25, а потому уже по тихой всё начинало подплывать. Антон наконец-то почувствовал расслабление, которого он так долго ждал. — Так чё, расскажешь, чё вчера такой кислый был? - уточнил Серёга, - А то я чё, зря тут нам расслабляющий комплекс организовал? - голос уже начинал звучать пьяненько. — Если не вдаваться в подробности, то психолог понял, какой из тестов мой, и теперь знает, что я нихуя не в порядке. - изрёк на выдохе подросток. — Ну хоть кто-то тебе сказал в лицо, что ты не в порядке. На тебе ж написано, что ты скоро откинешься, Шастик! — Настолько сильно видно? - расстроено спросил Антон. — Да бля, забей хуй. Живи и наслаждайся этим говном! - сказал тост хвостатый, открыл вторую бутылку и отпил с горла. — Бля, прав! - Шастун перенимает бутылку и отпивает ещё больше, чем его друг.       Антон достал и поджёг очередную сигарету. Руки начинали потихоньку предательски не слушаться. — Фу, дымила. Паровозище! Когда ты уже бросишь? - недовольно фыркнул друг, пытаясь отмахнуться руками от дыма. — Наверное, уже никогда... - протянул парень и затянулся ещё. — Мдэ... Димка бы меня уже убил на твоём месте.       Парни закончили выпивать вторую бутылку. Они сидели и молчали уже минут 10. Каждый думал о своём. Внезапно Антон рассеянно выдал, глядя в никуда: — Кажется, я окончательно точно гей. — С чего-о... О такие выводы? - Матвиенко забавно икнул прямо посреди слова. — Мне нравится Арсений Сергеевич.       Антон повернул голову и увидел, как на него таращится максимально удивлённый друг. Тот мотнул головой, посмотрел ещё раз на Шастуна, затем открыл последнюю бутылку и отпил. — Такие новости надо переварить. - пояснил он. — Осуждаешь? - парень забрал бутылку и сделал пару глотков. В голове уже всё плыло. Да и снаружи тоже. — Не-а. Просто выбор очень неожиданный. Умеешь ты удивлять. — Айда на крышу! - торжественно объявил Шастун.       Он с трудом поднялся на ноги с бутылкой в руках и, шатаясь, побрёл наверх. Серый двинулся следом, его ещё не так сильно раскачивало. Время близилось к вечеру, а потому первое, что увидели подростки, поднявшись наверх - невероятно красивый закат. Небо было розово-алым, облака таких же оттенков, а прямо на них смотрел почти что скрывшийся огненный солнечный шар. — Невероятно красиво... - протянул Антон.       Он раскинул руки и начал кружиться. Матвиенко ржал с этой картины. — Шаст, сколько щас времени? - спросил Серёжа. Антон полез в карман, нащупывая там свой мобильный. — 18:27. - сообщил он, как только достал и включил свой телефон.       Внезапно Антону в голову ударила идея. Он, шатаясь и едва попадая по буквам, открыл телеграм и набрал в поиске «Голубой». После чего он открыл чат и начал записывать кружочек своему преподавателю. Он перевернул камеру на закат. — Смотрите, Арс-с-сень Сергеич, какой красивый закат! - у парня заплетался язык, - И вы тоже ничо та... Ой! - парень запутался в ногах и опасно накренился к краю крыши и в этот же момент отправил кружок.       Он заблокировал телефон и отпил ещё вина, после чего передал бутылку другу. — Н-надо по домам? - уточняюще спросил Серый, - А то по темноте не хочется тащиться. — Надо. - согласился парень.       Парни направились к лестнице, заранее надеясь, что не скатятся по ней отсюда сразу до первого этажа. Каждый из них уже мечтал прийти домой и просто завалиться в кровать.

***

      Мужчина сидел за столом и пил кофе в этот пятничный вечер. Внезапно ему на телефон пришло уведомление. Он встал за ним, тот лежал на столешнице, после чего проверил, кто ему написал. Увидев контакт «Ёжик», он немедленно открыл телеграм. На кружочке, который тот ему прислал, он был явно бухой в стельку и стоял в этом состоянии на краю заброшенной многоэтажки. — Чёрт!       Сегодня он не отдохнёт. Ему было уже всё равно, какой там красивый закат, и что ему наговорил подросток. Он боялся за этого мальчишку. Не раздумывая, Арсений быстро оделся, схватил ключи от машины и отправился на уже знакомую точку. Он быстро завёл машину и запрыгнул в неё, сразу сорвавшись с места. Мужчина вдавливал в педали, надеясь приехать как можно быстрее. — Да чтоб тебя!       Впереди показалась пробка. Мужчина открывает карты, чтобы посмотреть, насколько долго он будет тут стоять, и видит линию бордового цвета на ближайшие километра 4. Теперь он точно никуда не успеет. Проклятый вечер пятницы.       Он был очень зол и не мог понять, то ли на Шастуна за то, что тот вытворяет, то ли на себя за то, что не может сейчас исправить ситуацию.

***

      Антон давно распрощался с Матвиенко и уже подползал к своему дому. В голове была весёлая пустота, перед глазами всё ехало. По ощущениям, парню просто отключили мозги.       Он с трудом дошёл по лестнице до своей квартиры и тупо завалился во внутрь. На такой грохот даже отчим вышел из кухни. Парень качался на месте, но пытался на того смотреть. — Ты чё, совсем охуел, щенок? Шляешься хуй пойми где и припераешься бухой домой? - отчим говорил с ним на повышенных тонах. — Ид...ди нахуй! - выдал ему Шастун, осмелев от количества выпитого алкоголя, и улыбнулся. — Не смей так разговаривать со своим папочкой! - взбесился Макс.       Антону с размаху прилетело кулаком по челюсти, затем по губе, после чего отчим швырнул его неуправляемое тело на пол и стал добивать ногами. Парень за всем этим наблюдал будто издалека, как будто это не ему сейчас прилетает по рёбрам. — Я не потерплю такого бухого щенка в этом доме. Лежать! - рыкнул он, но, не увидев никакой реакции от подростка, чертыхнулся и ушёл на кухню.       Парень с огромным трудом поднялся на ноги, захватил рюкзак и вышел из квартиры. Из-за выпитого алкоголя он практически не чувствовал боли. Антон сейчас не особо представлял, куда пойдёт, а потому решил купить ещё одну бутылку вина и пойти ночевать на заброшке.       В алкомаркете у него даже не спросили паспорт. Видимо, он настолько хуёво и немолодо сейчас выглядит. Только зачем он совершал этот длинный путь от здания до дома - не понятно. Зря только силы потратил, которых и без того немного оставалось. Антон решил не тянуть до последнего и открыл бутылку уже сейчас. Он шёл, качаясь из стороны в сторону и делая иногда пару глотков. Он остановился недалеко от школы, поставил бутылку на асфальт, поджёг сигарету и направился дальше. Его уже невероятно штормило, он совсем ничего не понимал. Хотелось просто лечь прямо сейчас на асфальт и спать тут, а не идти по темноте под 10 ночи на заброшку.       К моменту, когда он почти дополз до здания, в бутылке уже ничего не осталось. Антон выкинул её в ближайшую урну с мыслью, что надо было брать две. Он уже было дошёл до забора, как его кто-то перехватил и дёрнул на себя. Подросток от таких действий чуть не рухнул на асфальт, но его вовремя подхватили. Сквозь мутную пелену сознания он узнал два океана напротив. — Антон, какого чёрта ты творишь? Где тебя носило? - обеспокоено и одновременно со злостью спросил преподаватель, сжимая его плечи. — М-м-м, я ходил домой... - промычал подросток.       Физик потащил его к машине, понимая бессмысленность разговора, но, выйдя на освещённую территорию, вдруг увидел красочное лицо парня. — Это кто тебя так? Антон, что случилось? - а вот теперь в голосе не было ни капли злобы. — Забейте, АрсеньГеич... - пробормотал подросток, - я в пор-рядке.       Мужчина понял, что сейчас с ним разговаривать точно бессмысленно, а потому закинул его в машину на переднее сиденье, сам сел за руль и поехал домой. В голове вертелся целый рой мыслей, в то время как у Шастуна в голове была пустота. Тот растёкся на сиденье и улыбался чему-то своему. — Вы очень красивый, Арс-сень Сергеич. - промычал парень. — Спасибо, - рассеяно ответил ему учитель, - ты тоже ничего. — Не-е-е, я вообще ужас ужасный. Побитый, бухой, хуёво выгляжу. Я вас недостоин! - эмоционально сообщил он. — Не говори так о себе. И не матерись. - у мужчины в груди что-то ёкнуло от слов подростка. — Мгм...       После этого диалога Антон отрубился. Арсений Сергеевич шумно выдохнул, понимая, что ему придётся тащить подростка до квартиры на руках. Он хотел на того сорваться изначально, отругать, когда только ехал искать парня, но в итоге беспокойство сожрало его с головой.       Припарковав машину, он закинул чересчур лёгкого Шастуна на руки и понёс в сторону здания. Внутри квартиры он аккуратно уложил того на диванчик, снял с него кеды и решил оставить так. Физик сходил за перекисью, промокнул вату и начал обрабатывать раны на лице парня. Тот даже не отреагировал. Закончив с делом, он накрыл парня пледом, после чего быстро переоделся и завалился спать. У него уже ни на что не осталось сил. Подросток его вымотал.

***

      Антон проснулся, резко распахнул глаза и осмотрелся. Он не знал, где он, да и события минувшего вечера он не помнил. Голова трещала, а во рту была пустыня. Он встал и обнаружил на полу возле дивана стакан с водой и таблетку. Мысленно надеясь, что это не отрава, он быстро закинул таблетку в рот и жадно осушил стакан. Рюкзак лежал тут же. Антон осмотрел себя на отсутствие каких-либо предметов, но не обнаружил на себе только кеды.       Начав хоть капельку соображать, он осмотрелся ещё раз. Он лежал на диване в, вероятно, гостиной, которая была совмещена с кухней. Слева от него расположился кухонный гарнитур и стол, напротив него на тумбе стоял телевизор. Комната была светлая и просторная. Антон вертел головой, всё ещё надеясь понять, куда же он попал. — О, проснулся, пьяница? - послышался слева от него серьёзный голос со стальными нотками.       Антон медленно повернул голову, осознавая, кому принадлежит этот голос. На входе в комнату, облокотившись на дверной косяк, стоял никто иной, как Арсений Сергеевич. Сердце парня пару раз пропустило удар, и он, кажется, перестал дышать. — Ну, и что же это за повод у десятиклассника вот так вот бухать в вечер пятницы? - от этого холода в голосе Антон поёжился.       Он всё ещё пытался вспомнить, что вчера было после момента, как его отпинал отец. — Были причины... - едва слышно пролепетал парень. — Что же это должны быть за причины, чтобы бухим лезть на крышу многоэтажки? Я сорвался и приехал, а тебя там нет. Я что должен был думать? - мужчина чеканил каждое слово, захлёбываясь в своём раздражении, - Ты, если о себе не подумал, то подумай обо мне. Как я должен был отреагировать на тот кружок?       С каждым сказанным словом Антон только сильнее сжимал левую руку, давя на порезы, в надежде что физическая боль заглушит моральную. Не помогало, ему нужны были свежие. — Простите, Арсений Сергеевич... Я виноват. - едва слышно сказал подросток. — Прощаю... - повилса тишина, - Ты тоже меня прости, что сейчас сорвался. - голос преподавателя будто смягчился, но сердце парня всё равно рвалось на части. — Всё нормально. Я надеюсь, я не наговорил ничего лишнего? - тихо спросил Антон. — Ну не знаю, в любви ты мне, вроде, не признавался и не клялся. - решил он подколоть Шастуна, надеясь разрядить обстановку. — И хорошо... - выдохнул парень.       Физик непонимающе на него посмотрел. — Где тут ванная комната? Я хотел бы умыться... - нашёл парень причину отлучиться. Ещё немного, и тот разрыдается. — По коридору прямо и направо. — Спасибо. - Антон прихватил рюкзак и быстро ретировался в указанном направлении под удивлённый взгляд учителя.       Он закрыл дверь на защёлку и привалился к ней спиной, медленно сползая на пол. Попутно он включил воду в раковине, чтобы отвести подозрения. Он привычным действием открыл задний карман и достал лезвие. Он вновь развернул бумажку и вытащил его, закатал рукав на правой руке, так как на левой уже места живого не было, затем замахнулся и провёл по коже. Кровь начала заполнять ранку, а затем стекать, капая на пол. Антон провёл по руке ещё раз, и ещё раз, а в голове звучали строчки из трека найтивыхода под названием «чёрное/красное/белое».       Поперёк, а не вдоль, ты же знаешь       В мёртвом цикле закружимся вновь       Антон сидел и смотрел на свои раны, смотрел, как стекает кровь. Он почувствовал умиротворение. Его вновь отпустило. Он себе уже сто раз обещал, что бросит, но, видимо, далеко не сегодня. Парень встал с пола, промыл лезвие и руку, смывая лишнюю кровь и заодно умылся. Он понимал, что брать полотенце физика точно не вариант, иначе останутся пятна, поэтому схватил туалетную бумагу и начал вытирать руки так. Её хотя бы можно смыть в унитаз. После чего достал перекись, привычными действиями промыл руку над раковиной, достал бинты, замотал её... Всё стабильно. Закончив с рукой, Шастун принялся вытирать пятна всё той же туалеткой на полу. Он выключил воду и услышал обеспокоенный голос за дверью: — Антон, ты там скоро? — Да, щас уже выйду, всё в порядке, Арсений Сергеевич. - максимально уверенно попытался сказать парень, попутно смывая кровавую туалетную бумагу и убирая всё на места.       Он выскользнул из туалета, бросая рюкзак ближе к выходу, чтобы лишний раз не напоминать физику, что он был там с ним.       Шастун зашёл на кухню и почувствовал вкусный запах, в ответ на который у него скрутило живот. У него дома так не пахло в последнее время. — Садись за стол, сейчас положу яичницу. Отказ не принимается. - сообщил бодрым голосом преподаватель, - Ты, кстати, чай или кофе будешь? — Давайте чай, зелёный.       Антон сел за стол и перед ним появилась тарелка с ароматной яичницей с колбасой, помидорами, луком и зеленью и рядом блюдце с хлебом. О нём впервые за долгое время так кто-то заботится. Даже собственная мать уже как пару лет положила огромный болт на его питание.       Подросток жадно накинулся на еду, чуть ли не давясь собственной слюной. Было невероятно вкусно, и ему хотелось, чтобы это длилось вечно. Арсений в это время делал чай и наблюдал за этим ёжиком с улыбкой. Ему на душе было хорошо и спокойно, когда он видел того довольным.       Перед парнем приземлилась кружка с чаем и корзинка с шоколадным печеньем. Он с благодарностью посмотрел на спонсора своего сытого желудка, доедая яичницу, и принялся за сладкое. — Сегодня шикуем! - промелькнуло в голове у подростка. — Ты будто с голодного края! - шуточным голосом сказал физик. — Да я и не помню, когда в последний раз так ел. - ляпнул Антон, абсолютно не подумав, и резко замолчал, испуганно глядя на учителя. — Что значит «не помню»? - нахмурившись уточнил мужчина. — Да я пошутил так, Арсений Сергеевич, просто последний раз я ел вчера в обед, а потому голоден. - попытался оправдаться подросток, но в ответ ничего не услышал.       Закончив пить чай, парень решил, что он уже надоел физику и пора сматываться. — Спасибо большое за такой вкусный завтрак, Арсений Сергеевич! - искренне сказал Антон, - Я, наверное, пойду уже, я вам наверняка надоел, тем более сейчас выходной, вы хотите отдохнуть... - начал он тараторить. — Останься ещё ненадолго, - перебил его учитель, на что Шастун лишь удивлённо посмотрел, - ты мне ни капли не надоел, честное слово. — А зачем я вам? - удивлённо спросил парень. — Я тебя никуда не пущу такого побитого, тем более, мы ещё не всё обсудили. - попытался придумать причину мужчина.       На самом деле ему просто было одиноко одному в квартире целыми днями. Ему хотелось побыть с кем-то, хотелось компании. Иначе он уже скоро сойдёт с ума от тоски и одиночества. — Ладно. - смирился подросток. — Давай посмотрим какой-нибудь фильм, чтобы разбавить это тяжёлое утро? - предложил преподаватель. — Хорошо. - легко согласился Антон.       А у самого сердце бешено стучало, а в голове по кругу бегала мысль, что объект его воздыхания сам предложил посмотреть фильм. Он хотел надеяться, что это что-то значит, и если бы тому было плевать, то он не стал бы его удерживать у себя в квартире. Антон был готов растечься в лужицу рядом с этим человеком. Это всё потому, что он чувствовал себя счастливым.       Арсений Сергеевич убрал с дивана плед, под которым спал Антон, и расположился там, приглашая подростка присоединиться к нему. Парень бухнулся рядом. Он очень нервничал, находясь так близко рядом со своим объектом воздыхания в неформальной обстановке. — Что будем смотреть? Есть предложения? - поинтересовался мужчина, поворачивая голову на Шастуна.       Тот серьёзно задумался, прокручивая кольцо на пальце. — А давайте Шрека? Я хочу его пересмотреть. - предложил парень, обдумывая, а не слишком ли это по-детски. — О, давай! Я тоже недавно хотел его пересмотреть, да всё повода не было.       Антон засиял, наконец-то хоть кто-то разделяет его интересы.       Пока физик занимался поиском мультфильма, подросток пытался устроиться поудобнее на диване. В итоге он остановил свой выбор на том, что обнимет руками и ногами одну подушку, а завалится боком на другую. Мужчина краем глаза наблюдал за этой забавной картиной и улыбался. Наконец-то «Шрек» загрузился и они начали просмотр.       Антон ёрзал на протяжении всего времени, всё ещё пытаясь найти более удобную позу. В итоге преподаватель психанул к середине фильма и притянул неспокойного подростка к себе, укладывая того на своё плечо и приобнимая рукой за талию, чтобы тот не рыпался. Шастун в этот момент, кажется, перестал дышать совсем. Сердце билось где-то в ушах, заглушая слова героев мультфильма. Он стал красным от смущения, даже уши его покраснели. Он хотел, чтобы это никогда не заканчивалось.       В итоге он решил принять судьбу, закинул одну ногу на Арсения Сергеевича и обнял рукой за торс, заливаясь ещё больше краской. Ему показалось, что он сейчас умрёт от смущения. Голубоглазый на эти действия подростка улыбнулся и запустил руку ему в волосы, поглаживая того. Ему очень не хватало таких вот объятий.       Так они и пролежали до конца фильма. У мужчины уже немного затекло тело, а потому он хотел встать и размяться. На его попытки встать подросток сжал того сильнее. — Может, пустишь меня? - поинтересовался физик, приподнимая одну бровь. — Не хочу. - буркнул парень.       Он поднял голову, чтобы взглянуть на препода, пытаясь понять его реакцию, но слишком поздно обнаружил, что их лица оказались очень близко. Слишком близко. Их носы чуть ли не соприкасалась. У Антона сердце застучало с новой силой в ушах, а внизу на эту внезапную близость стал стягиваться узел. Они буквально дышали в губы друг другу, глядя в глаза, и никто из них не смел пошевелиться, не то чтобы отвернуться. — Грёбаный пубертатный период! - запаниковал мысленно Шастун в ответ на реакцию своего организма.       Они так смотрят друг на друга уже около минуты. Антон будто оцепенел, не в силах отодвинуться хоть на миллиметр. В голове красным бил сигнал тревоги.       Внезапно Арсений Сергеевич отодвинулся, на что Антон быстро убрал с того конечности, оттягивая толстовку вниз и пододвигая к себе ноги. Он был ужасно смущён и не знал, что теперь делать. Мужчина сделал вид, что ничего не заметил, он был немного в шоковом состоянии от того, что сейчас происходило. — Прости. - сказал мужчина, не глядя на парня. — Я-я сам виноват... - пролепетал подросток, немного заикаясь. — Я не должен так себя вести со своими учениками. - отстранённо сказал физик. — А мне нравится. - не подумав, ляпнул Антон и тут же испуганно посмотрел на голубоглазого.       Арсений Сергеевич повернул голову и с удивлением посмотрел на парня. Он пытался придумать, что ему ответить на это неожиданное высказывание. И тут он решил начать игру. — Нравится? - протянул мужчина, приподнимая бровь и щуря глаза. — Д-да... - заикнувшись ответил Антон, не зная, какую реакцию ему ждать от физика.       Внезапно тот толкнул подростка в грудь, роняя его на диван в горизонтальное положение, и нависнул над ним. — А так? - он смотрел испытующим взглядом.       Антон перестал дышать, да и думать тоже перестал. Его с головой захлёстывало смущение и возбуждение, а член уже вообще был готов ко всем приключениям. — А-арсений Сергеевич... - Шастун едва мог говорить, находясь под таким горячим мужчиной.       Физик, видя, что напугал мальчишку до смерти, внезапно отстранился и сел. Антон тоже быстро сел, пытаясь скрыть за толстовкой свой возбуждённый половой орган. Его щёки и уши горели огнём. Повисла тишина. — Что между нами происходит? - осмелился задать вопрос Шастун. — Не знаю, Антош, не знаю... - задумчиво протянул преподаватель, - Но это точно неправильно.       И снова повисла тишина. — Наверное, я упал на самое дно в твоих глазах. Я - учитель, ты - ученик, мы знакомы едва неделю, и вот сейчас я вытворяю такое... - раздосадованно говорит мужчина. — Я готов лежать под вами каждый день, Арсений Сергеевич! - мысленно вопит Шастун. — Вы не правы, Арсений Сергеевич. Я вас даже не осуждаю. Вы ведь даже не знаете, что происходит у меня в голове. Как вам судить о том, что я думаю, в таком случае? - вместо этого говорит подросток, - А может я вообще гей? - добавляет он.       Мужчина удивлённого на него смотрит. Антон понял, что ляпнул что-то лишнее, поэтому быстро добавляет: — Да пошутил я, пошутил, только не смотрите на меня так. А сами будто не гей! - пытается оправдаться подросток и понимает, что снова наступает на мину. — Я - гей? - у препода сейчас, кажется, глаза на лоб залезут, - Ты щас у меня по попе получишь! - шутя, угрожает он.       Антон вскакивает с дивана и выкрикивает: — А вы попробуйте догнать сначала! - и бежит как можно быстрее прочь от дивана. — А вот и догоню! - мужчина подрывается с азартом следом и отправляется в погоню.       Они носятся по дому и смеются, как малые дети. И им сейчас хорошо. Наверное, счастье выглядит именно так.       Антон в очередной раз уворачивается от Арсения Сергеевича и даёт дёру в сторону кухни. Он влетает туда и бежит в сторону дивана, а, развернувшись, понимает, что загнал сам себя в ловушку. Ему некуда отступать. Мужчина медленно наступает на него. Подросток пробует увернуться, пробежав под рукой препода, но тот внезапно его хватает за запястье правой руки. Антон от неожиданной боли морщится и шипит, пытаясь отдёрнуть руку. Арсений тут же отпускает его и удивлённо смотрит.       Они стоят друг на против друга, не двигаясь. Антон в ужасе смотрит на физика, понимая, что очень тупо проебался, а тот смотрит с удивлением на подростка, пытаясь понять, что это сейчас было. — Всё в порядке. - Шастун начинает медленно пятиться назад. — Постой, я тебе сейчас сделал больно? Что у тебя там? - всё ещё пытается понять преподаватель. — Ничего, вам показалось, всё правда в порядке. - пытается сказать убедительно парень. — А ну-ка, покажи руку. - учитель думает, что ему вчера прилетело по руке от того же, кто и пропечатал тому в лицо. — Не надо, Арсений Сергеевич, всё в порядке! - Антон снова начинает пятиться назад.       Внезапно у мужчины в голове что-то щёлкает и его взгляд темнеет. — Закатывай рукав. - говорит он голосом, который не терпит возражений.       Шастун чувствует себя пойманным в клетку зверьком, который чувствует скорую неминуемую гибель. — Антон! Слышишь? Закатывай рукав. - серьёзным голосом говорит мужчина.       Внезапно он делает шаг в сторону подростка, хватает того за руку, притягивает к себе и роняет на диван, зажимая его. — Не надо, Арсений Сергеевич! - парень очень сильно паникует, но понимает, что не может вырваться.       Мужчина закатывает рукав и видит наполовину забинтованную руку. На бинтах уже проступила кровь. Он шокированно смотрит на руку, затем медленно поднимает взгляд на подростка. — Это что? - чеканит он каждое слово, хотя ему всё уже понятно.       Парень готов уже разрыдаться в голос, но тупо сидит и наблюдает с ужасом за физиком.       Арсений Сергеевич выхватывает вторую руку и закатывает рукав там, после чего теряет дар речи. Вся рука покрыта от ладони до сгиба локтя огромными ранами, которые были покрыты корочкой, говоря о том, что они довольно свежие. Мужчина обессиленно падает на колени перед сидящим парнем и начинает рассматривать каждый порез. Он очень нежно и аккуратно проводит большим пальцем возле ран, после чего поднимает взгляд на Шастуна. У того в глазах стоят слёзы. — Почему? - только и может из себя выдавить преподаватель.       Антон молчит, он не знает, что ему ответить. — Там, под бинтами, тоже...? - недоговаривая, спрашивает мужчина.       Парень кивает головой, отвечая тем самым на вопрос. — Когда ты их сделал, Тош?.. - голос физика дрогнул. — На левой руке в четверг... - едва слышно отвечает подросток. — А на другой? - ответ ему не очень хотелось знать. — Сегодня... - выдавил из себя Шастун. — Почему, котёнок? - в голосе мужчины звучала боль.       У Антона начала течь по щеке слеза. После этого ещё одна, затем третья, четвёртая... Он всхлипнул и попытался отвернуться, он сейчас совсем разрыдается. — Иди сюда, малыш. - ласково сказал Арсений Сергеевич.       Он встал, пододвинул к себе мальчишку и просто обнял того, прижимая к себе. Антон громко всхлипнул и крепко обнял преподавателя в ответ, по щекам бесконечным потоком текли слёзы.       Голубоглазый, понимая, что эта истерика может затянуться, и тут ещё во многом предстоит разбираться, аккуратно уложил того на диван и лёг рядом, давая себя обнять. Они лежали в обнимку ещё долго. Антон плакал, а Арсений пытался понять, что же могло довести подростка до этого. Спустя пол часа Антон уснул. Арсений аккуратно посмотрел время на настенных часах. 19:50. Он решил, что его этот день тоже вымотал, а потому обнял подростка покрепче и провалился в сон.       Сейчас они были нужны друг другу.