Draak’thar

Толпа в клубе продолжала веселиться, не замечая, как мир троих людей изменился в один миг. Разговор с Джеффри закончился, но напряжение не исчезло – оно сгустилось, стало тяжелее. Дженсен даже не успел понять, что происходит, когда его резко дёрнули за локоть. — Эй! Кристиан тоже не остался без внимания – Джаред схватил их обоих и, не теряя времени, повёл через танцующий, пьяный хаос клуба. Его шаг был быстрым, твёрдым, и в нём читалось одно: не смей сопротивляться. — Ты что, серьёзно? — Кристиан дёрнулся, но хватка Джареда была железной. Дженсен мог бы сказать что-то, но не смог – не потому что боялся, а потому что не понимал, что именно чувствует. Как только они вышли на улицу, Джаред отпустил их, но не ушёл. Он не сказал ни слова, просто повернулся и сделал короткий жест рукой, словно проверяя, насколько далеко они готовы зайти. Возражений не последовало. Кристиан тяжело выдохнул, огляделся, словно собирался предложить бежать, но Дженсен уже знал – нет смысла. Перед ними стоял чёрный Lexus, массивный, безупречно чистый. Его отражение в нём было размытым, неясным, словно намекающим, что из этой ночи никто не выйдет таким, каким был прежде. Джаред открыл дверцу и коротко, безразлично бросил: — Садитесь. Это прозвучало просто, но не было просьбой. Кристиан бросил Дженсену быстрый взгляд, полный недоверия. — Дженс, может, не стоит… Джаред чуть повернул голову. — Садитесь. Голос был ровным, но в нём чувствовалось предупреждение. Кристиан что-то тихо выругался, но в итоге сел в машину, хлопнув дверью. Дженсен последовал за ним. Как только дверь закрылась, воздух в салоне изменился. Двигатель мягко зарычал, машина плавно тронулась с места. Несколько минут никто не произнёс ни слова. Кристиан сидел, скрестив руки на груди, его напряжение ощущалось физически. Дженсен смотрел в окно, наблюдая, как редкие фонари освещают пустые улицы, но не мог избавиться от чувства, что за ним наблюдают. И действительно – когда он украдкой посмотрел в зеркало заднего вида, то увидел взгляд Джареда. Он не был насмешливым, не был злым. Он был оценивающим. Как будто Джаред пытался что-то понять. — Ты всегда так вывозишь людей из клуба? — голос Кристиана наконец нарушил молчание. — Только тех, кто меня раздражает, — спокойно ответил Джаред, не отрывая глаз от дороги. Дженсен не мог не заметить, что его пальцы на руле были расслаблены, но он сжал их чуть крепче, когда сказал это. — О, значит, мы удостоились такой чести, — Кристиан саркастично фыркнул. — Может, объяснишь, какого чёрта ты нас вытащил? Джаред ничего не ответил. Машина остановилась. Дженсен моргнул – он даже не заметил, как они доехали до его дома. Салон заполнился гулкой тишиной. Кристиан уже потянулся к дверной ручке, но замер, когда услышал голос Джареда. — Вы идиоты. Дженсен резко повернул голову. Голос был спокойным, почти ленивым, но в нём не было насмешки. — Влезли туда, куда не следовало. Он не смотрел на них, просто облокотился на руль, словно этот разговор не имел для него значения. Но что-то в его тоне заставило Дженсена застыть. Что-то, чего он не понимал. Кристиан, казалось, хотел возразить, но в итоге просто закатил глаза и вышел из машины. Дженсен же не двинулся. Он знал, что должен выйти. Но что-то держало его на месте. Кристиан хлопнул дверью и быстрым шагом направился к подъезду, явно не желая больше ни секунды находиться рядом с Джаредом. Но Дженсен не вышел. Он не знал, почему. Просто сидел, чувствуя, как воздух в машине становится слишком плотным, слишком давящим. Джаред не торопил его. Он сидел спокойно, облокотившись на руль, будто вообще не обращал внимания на то, что Дженсен всё ещё здесь. Только по его пальцам можно было понять, что он не так расслаблен, как хочет казаться – они то сжимались, то вновь разжимались, выстукивая едва уловимый ритм по рулю. Тишина затянулась. Дженсен хотел что-то сказать, но слова застряли в горле. Он сам не знал, что именно должен сказать – поблагодарить? Обвинить? Спросить, почему тот вытащил его оттуда? Но он не задал ни один из этих вопросов. — Ты ведь знал, что Морган тебя провоцировал, да? Собственный голос показался ему чужим. Джаред медленно повернул голову, его взгляд был пустым, словно он даже не собирался отвечать. Но всё же ответил. — И что? Дженсен скользнул ладонью по лицу. — Тогда почему ты повёлся? Джаред усмехнулся. — Думаешь, я повёлся? — А ты нет? Пауза. Джаред чуть сощурился, изучая его, будто сам пытаясь понять, что именно его цепляет в этом разговоре. — Ты слишком много думаешь, — сказал он наконец. — А ты слишком много молчишь. Это тоже было правдой. Джаред слегка наклонился вперёд, оставляя между ними всего несколько сантиметров. — Мне не нужно говорить, если я уже всё знаю. Его голос был спокойным, но в этом спокойствии было что-то… неправильное. Что-то, от чего у Дженсена по спине пробежал лёгкий холодок. Он почувствовал, как ладони стали влажными, но не от страха. От чего-то другого. — И что же ты знаешь? Джаред не ответил сразу. Он посмотрел прямо в его глаза, и этот взгляд напоминал замедленный пожар, который медленно, но верно приближается к границе, за которой ничего нельзя будет контролировать. — То, что ты тоже это знаешь. Сердце Дженсена сделало странный толчок. Он резко схватился за дверную ручку, ощущая, что нужно срочно выйти из машины. — Доброй ночи, Падалеки. Он не посмотрел на него, просто вышел, захлопнув дверь. И только когда оказался на улице, понял, что его дыхание сбито. А внутри всё ещё разгорается странный, раздражающий огонь.