Draak’thar

Дженсен смотрел на него, не веря в происходящее. Всего несколько часов назад Джаред касался его так, будто не мог насытиться. Его губы требовали ответа, его пальцы скользили по коже, будто хотели оставить след. А теперь он даже не смотрел в его сторону. Будто ничего этого не было. Будто не существовало ни ночи, проведённой вместе, ни долгих поцелуев, ни момента, когда тишина между ними перестала быть напряжённой, а стала чем-то… естественным. Но сейчас Джаред выглядел так, будто этот день и ночь можно было вычеркнуть из реальности. Он спокойно проверял телефон, его движения были чёткими, размеренными, будто он уже переключился на что-то более важное. – Я отвезу тебя домой. Простая фраза, сказанная ровным голосом, без единой эмоции. Не вопрос. Не предложение. Факт. Дженсен не сразу нашёл, что сказать. Что-то неприятное сжало его изнутри, оставляя после себя глухую пустоту. Вчера Джаред смотрел на него совсем по-другому. В его глазах была смесь желания и чего-то более глубокого, чего-то, что Дженсен не мог объяснить словами, но чувствовал кожей. А теперь… Теперь он вёл себя так, будто их ничего не связывало. Как будто не держал его за затылок, не вдыхал его запах, не тянул ближе, словно хотел раствориться в этом моменте. Как будто этот день – тот редкий день, когда Дженсен почувствовал, что рядом с Джаредом можно не бояться – никогда не существовал. И от этой мысли в нём что-то вспыхнуло. Он не мог сразу понять, что это было. Но потом осознал. Злость. Глухая, растущая с каждой секундой. Этот расклад ему не нравился. Дженсен сжал челюсти, молча взял свою куртку и направился к двери. В нём бурлило раздражение, но он не стал говорить ничего, не стал требовать объяснений, потому что чувствовал – сейчас это ничего не изменит. В машине воцарилась напряжённая тишина. Дженсен смотрел в окно, наблюдая, как проносятся уличные фонари, но его мысли были далеко. Он чувствовал каждое движение Джареда – как тот переключает передачи, как сжимает руль, как не даёт ни малейшего намёка на то, что его что-то волнует. Он просто вёл машину, не удостаивая Дженсена ни одним взглядом. Будто они просто незнакомцы. Будто они случайные попутчики, которым нечего сказать друг другу. Будто вчера ничего не произошло. Это бесило. Дженсен не выдержал первым. – Серьёзно? Он произнёс это ровно, но внутри у него всё кипело. Джаред даже не повернул голову. Дженсен наблюдал, как его взгляд остаётся прикованным к дороге, как пальцы уверенно держат руль, и от этого его раздражение только росло. – Ты так легко можешь просто… вести себя, будто ничего не было? Джаред не отреагировал. Будто не услышал. Будто это вообще его не касалось. Дженсен сжал кулаки, едва сдерживаясь, чтобы не ударить по двери машины. – Джаред. Тишина. Он отвернулся к окну, выдыхая через нос, но внутри было ощущение, будто его только что оттолкнули. – Ты собираешься сделать вид, что всё это – просто ошибка? На этот раз он увидел, как у Джареда дёрнулся уголок губ, но тот продолжал смотреть вперёд, не отвечая. Только когда пауза затянулась, он наконец заговорил. – У тебя есть ещё вопросы? Голос был ровный, бесстрастный. Словно всё это для него было неважно. Дженсен посмотрел на него, чувствуя, как внутри что-то сжимается. Человек, который смотрел на него этим утром – был настоящим. А тот, кто сидел рядом с ним сейчас, был чужим. Глухая пустота и раздражение переплелись воедино, и Дженсен понял одно. Так просто он это не оставит. Машина остановилась у дома, но Джаред даже не взглянул на Дженсена. Он выключил двигатель, убрал руку с ключа зажигания, но не сделал ни единого движения, чтобы повернуться к нему. Всё было так чётко, так холодно, что у Дженсена внутри снова сжалось что-то неприятное. Он уже собирался выйти, когда услышал короткое, ровное: – Иди. Как будто они были чужими людьми. Как будто всего этого дня не существовало. Дженсен сжал пальцы на дверной ручке, но не двинулся с места. – Ты и правда хочешь сделать вид, что ничего не было? – его голос был ровным, но внутри нарастало отчаяние. Джаред не отреагировал. Только после долгой паузы он чуть качнул головой, усмехнувшись. – Мне плевать, как и до этого я получил то, что хотел на этом все. Это прозвучало безразлично. Сухо. Будто в его голосе не осталось ничего живого. Дженсен почувствовал, как внутри вспыхивает боль. Он резко распахнул дверь, но, прежде чем уйти, неожиданно схватил Джареда за запястье. Тот не сразу повернулся, но его глаза наконец встретились с глазами Дженсена. Зелёные, глубокие, холодные. Там не было ни эмоций, ни сомнений, ни чего-то ещё, что могло бы дать надежду. Но Дженсен не мог просто так отпустить. – Скажи мне прямо, – его голос был твёрдым, но внутри уже начинало прорываться отчаяние. – Это ничего не значило? Джаред наклонил голову, задумчиво глядя на его пальцы, сжимающие его запястье. – Ты хочешь, чтобы я соврал? Дженсен стиснул зубы. – Нет. Я хочу, чтобы ты хотя бы сейчас не прятался за своей грёбаной маской. Джаред коротко рассмеялся, но в этом смехе не было тепла. – Дженсен. – Он посмотрел прямо в его глаза, голос его был ровным, спокойным, как у человека, который давно для себя всё решил. – Я не тот, кто тебе нужен. И ты не тот, кто нужен мне. Холодное, резкое, будто удар. Дженсен замер, словно внутри что-то рухнуло. Но, прежде чем дать себе возможность обдумать сказанное, прежде чем разозлиться или разочароваться, он сделал единственное, что казалось правильным. Он потянулся вперёд и поцеловал его. Резко, почти отчаянно. Это не был поцелуй, в котором хотелось утонуть, не было ни наслаждения, ни игры. Это был вопрос. Это была попытка. Разбить эту маску, пробить эту стену, достучаться до чего-то живого под этим слоем безразличия. Но Джаред не ответил. Его губы оставались холодными, неподвижными. Он не толкнул его, не отстранился, но и не поддался. Просто ждал, когда Дженсен сам поймёт, что это бессмысленно. И когда Дженсен отпрянул, его сердце бешено стучало, а в груди разливалось странное ощущение пустоты. Джаред не изменился. Джаред Он спокойно вытащил руку из его пальцев, завёл машину, дождался, когда дверь машины хлопнет и уже без единого слова нажал на газ. Колёса плавно тронулись с места. А через несколько секунд он уже исчез в ночи, оставляя Дженсена одного посреди темноты. Джаред гнал машину по ночным улицам, не обращая внимания на скорость. Город проносился мимо размытыми огнями, но он даже не пытался сфокусироваться на дороге. Ему нужно было ехать. Просто двигаться вперёд, пока в груди не перестанет жечь. Но жжение не проходило. Пальцы крепче сжали руль, а челюсть напряглась так, что казалось, вот-вот сведёт. В голове снова и снова звучали его собственные слова. Он слышал их, будто сказал их не он, а кто-то другой. Я не тот, кто тебе нужен. Ты не тот, кто нужен мне. Он знал, что видел в тот момент в глазах Дженсена. Непонимание, боль, злость, но главное – надежду. Последнюю каплю надежды, которую Джаред должен был разбить. И он разбил. Сделал именно то, что было нужно. Пальцы едва заметно дрогнули на руле. Чёрт. Он заставил себя глубже вдохнуть, выровнять дыхание, но внутри всё равно продолжало клокотать. Дракон внутри него рычал, сердито скребясь, требуя обратно то, что было ему по праву. Его. Но Джаред не мог этого позволить. Он знал, что сделал правильный выбор. Знал, потому что всего несколько часов назад ему позвонил Чад. Знал, потому что услышал его голос, по-обычному насмешливый, но под этой насмешкой скрывалось беспокойство. На нас снова объявили охоту. Эти слова не оставляли ему выбора. Джаред давно привык к тому, что драконы – ценные трофеи для тех, кто знает, что искать. Но последние годы было тихо, слишком тихо. Он надеялся, что старые войны остались в прошлом, что те, кто пытался уничтожить их вид, потеряли интерес. Но он ошибался. И теперь он не мог позволить себе слабость. Не мог позволить Дженсену быть рядом. Он знал, что именно привязало его к этому человеку. Это не просто случайность, не просто интерес. Их связь была настоящей, но это означало, что теперь он был его слабым местом. Если бы кто-то узнал… Его ладони крепче легли на руль. Гнев боролся с чем-то, что он не хотел признавать. И ещё этот поцелуй. Когда Дженсен вдруг просто взял и поцеловал его, надеясь что-то вернуть, надеясь, что это что-то изменит. Джаред мог бы отстраниться, мог бы остановить его. Но он этого не сделал. Не потому, что не мог. А потому что в этот момент его сердце сжалось так, что стало трудно дышать. И если бы он ответил… Если бы хотя бы на секунду поддался… Он бы уже не смог уйти. Поэтому он не сделал ничего. Просто остался холодным. Просто позволил Дженсену понять, что это не сработает. Потому что если бы он не ушёл сейчас, то не ушёл бы никогда. Машина въехала на подземную парковку его дома. Джаред заглушил двигатель, но не вышел. Просто сидел, глядя в лобовое стекло, где отражалось его собственное лицо. Бледное. Напряжённое. Глаза всё ещё мерцали лёгким изумрудным свечением, напоминая о том, что он получил назад свои силы. Их ночь дала ему это. Она дала ему достаточно энергии, чтобы вернуть себя, чтобы хотя бы на время снова почувствовать всю свою мощь. Но какой ценой? Он закрыл глаза, откинув голову на подголовник, пытаясь хотя бы на мгновение перестать слышать голос Дженсена в своей голове. Но он знал, что это бесполезно. В груди всё кипело. Джаред тяжело дышал, сидя в машине, но с каждой секундой его дыхание становилось всё более рваным. Он сжал руль так, что пальцы побелели, но это не помогало. Гнев, боль, отчаяние – всё смешалось воедино, сжимая его изнутри, не давая возможности думать. Он чувствовал, как внутри пробуждается зверь. Дракон вырывался, требовал свободы, требовал вернуть то, что он только что оставил. Глупый, глупый выбор. Джаред знал, что поступил правильно, но это не имело значения. Потому что теперь внутри него что-то разрывалось на части. К горлу подкатывал рык, грудная клетка сжималась, кожа словно горела изнутри. Дыхание сбивалось, тело больше не подчинялось. Он знал, что если останется здесь ещё хотя бы секунду, то разрушит всё вокруг. Рывком распахнув дверь, он вылетел из машины, быстрыми шагами направляясь прочь. В ушах гудело, мир казался размытым, дыхание превращалось в резкие выдохи. Он не знал, куда идёт. Главное – подальше отсюда, подальше от людей, подальше от всего, что может пострадать. Огромное тело требовало простора, требовало воздуха, требовало вырваться наружу. Он выбежал на пустую улицу, мгновение задержался, оглядываясь. Вокруг никого, только редкие фонари освещали ночную темноту. Хорошо. Тело охватила знакомая горячая волна. Трансформация заняла доли секунды, слишком быстрая, слишком резкая. Гигантские крылья распахнулись, когтистые лапы ударили по земле, чешуя сверкнула изумрудным цветом в свете луны. И тогда вырвался рык. Он был громким, глухим, полным боли, гнева, подавленного зверя, которому слишком долго не давали свободы. Этот звук пронёсся над городом, пробежал эхом по улицам, дрожью по земле. Джаред на секунду застыл, ощущая, как воздух дрожит после его крика, как на мгновение во всём городе повисает тревожная тишина. И затем он взмыл в воздух. Крылья взрезали ночное небо, унося его прочь. Он летел, не думая, не планируя, не зная, куда направляется. Лишь бы дальше. Лишь бы вырваться из собственного тела, собственной боли, собственного выбора. Но он знал, что никуда от себя не убежит. Дженсен Тем временем, Дженсен лежал на кровати, уставившись в потолок. Он не чувствовал ничего. Огромная пустота внутри разрасталась с каждым вдохом, заполняя его изнутри, будто он стал лишь оболочкой самого себя. От него что-то оторвали. И он понимал, что без этого не сможет дышать так, как прежде. Слишком тихо. Слишком тяжело. Он сжал пальцы в кулаки, но это не помогало. Затем внезапно дом содрогнулся. Громкий звук, не похожий ни на что из того, что он слышал раньше. Звериный рык, пропитанный чем-то таким древним, что его сердце на мгновение сжалось от одного только звучания. Дженсен резко сел, дыша тяжело, словно этот звук пробежал сквозь него. Бабушка тут же ворвалась в комнату. – Чёрт возьми, Дженсен, – её голос дрожал от ярости, но в глазах был страх. – Теперь ты понимаешь, почему я говорила держаться подальше? Он смотрел на неё, но не видел. В голове всё ещё звучал этот рык. И сердце стучало слишком быстро, будто пыталось найти ритм, который только что потеряло. – Ты должен радоваться, что ещё жив, – продолжала бабушка, её руки были крепко сжаты, а голос стал ещё резче. – Это должно было случиться, и тебе лучше забыть обо всём этом. Он не ответил. Он не мог забыть. Даже если бы захотел. Крис и Дани сидели в его гостиной, переглядываясь, но никто из них не решался сказать что-то первым. Дженсен был здесь, рядом с ними, но в то же время не был. Его лицо казалось слишком бледным, глаза – потухшими. Дани осторожно сжала его руку. – Мы просто хотим, чтобы тебе стало легче, – её голос был мягким, но в нём слышалась беспомощность. Дженсен не ответил. Легче не станет. Крис выдохнул, потирая лицо ладонями. – Это сводит меня с ума. Ты даже не можешь нормально объяснить, что произошло. Дженсен покачал головой, но ничего не сказал. Объяснить? Как можно объяснить, что теперь часть его где-то там? Что он больше не чувствует себя целым? Что без Джареда ему не хватает воздуха? Он закрыл глаза, сделав медленный, тяжёлый вдох. Но воздух не приносил облегчения.