Draak’thar

Дженсен не мог усидеть на месте. Он ходил по квартире Джареда, не зная, что с ним делать. Внутри всё сжималось, как перед бурей, но он не понимал, откуда взялось это тревожное чувство. Чад сидел в кресле, сцепив пальцы, его лицо было напряжённым. Дани сжимала в руках чашку с чаем, но даже не пыталась пить. Крис прислонился к стене, скрестив руки, его взгляд был устремлён в пустоту. Никто не говорил. Все чувствовали это. Что-то было не так. И когда это случилось, Дженсен не сразу осознал, что именно он услышал. Звук был далёким, но он пробрался сквозь стены, сквозь улицы, сквозь город, разорвав ночную тишину, словно раскат грома перед ураганом. Глухой, протяжный рык, полный боли, гнева и чего-то, чего Дженсен не мог объяснить. Ему вдруг стало трудно дышать. – Чёрт… – прошептала Дани, её пальцы сжались на чашке так сильно, что казалось керамика треснет. Крис выпрямился, его глаза расширились. Чад замер. Его лицо побледнело, а пальцы судорожно сжали подлокотник кресла. Именно по его выражению лица Дженсен понял, что этот звук не означал ничего хорошего. – Чад? – его голос дрогнул, когда он посмотрел на него. Чад сглотнул. Он медленно поднял на него взгляд, и в его глазах было страх. Не за себя. За кого-то другого. За Джареда. Дженсен почувствовал, как ледяная рука сомнения сжала его грудь. – Что это было? Чад глубоко вдохнул, но даже не пытался притвориться. – Это… был Джаред. Тишина в комнате стала осязаемой. Дани закрыла глаза, её дыхание сбилось. Крис провёл рукой по волосам, качая головой. Дженсен смотрел на Чада, пытаясь осознать, что тот только что сказал. – И что это значит? Чад отвёл взгляд. – Это значит, что всё… очень, очень плохо. Дженсен почувствовал, как его сердце сжалось. Этот звук. Этот рык. Он знал, что это был не просто рык злости или силы. Он осознал, что это был рык боли. Чад резко встал, его лицо было мрачным. – Я должен его найти. Дженсен схватил его за руку. – Я тоже иду. Чад покачал головой. – Нет. – Чёрта с два, Чад! – Дженсен был зол. – Я не могу просто сидеть и ждать! Чад стиснул зубы. – Если ты пойдёшь туда, ты погибнешь. – Если я останусь здесь, я тоже погибну. Чад закрыл глаза, выругался сквозь зубы и сжал кулаки. Но прежде, чем он смог сказать что-то ещё, Крис шагнул вперёд. – Если мы все двинемся туда, мы будем только мешать. Дженсен посмотрел на него, но Крис продолжил: – Если Чад говорит, что Джаред в опасности, значит, мы должны продумать план, а не просто нестись туда вслепую. Чад снова выругался, но, похоже, слова Криса возымели эффект. Дани наконец заговорила: – Но, если мы ничего не сделаем, мы просто потеряем его. Чад молча посмотрел в пол, затем поднял голову. – Джошуа. Дженсен нахмурился. – Что? Чад стиснул зубы. – Если это ловушка, то она Джошуа. Дженсен почувствовал, как его затрясло. – Тогда почему мы всё ещё здесь? Чад поднял на него взгляд, и в его глазах была боль. – Потому что даже если мы туда пойдём… Он сжал кулаки. – Мы уже можем опоздать. Джаред Тьма. Джаред чувствовал, как она медленно окутывает его. Но он не сдавался. Он не мог сдаться. Он попытался пошевелиться, но его тело не слушалось. Голова гудела, как после удара. Что-то тянуло его вниз, в глубину, где он терял себя. Он открыл глаза. Перед ним стоял Джошуа. Его лицо было спокойным, даже немного удовлетворённым. – Проснулся? Джаред не ответил. Он попытался снова пошевелиться, но понял, что скован. Тяжёлые металлические цепи сковывали его руки, удерживая его в сидячем положении. Чувство слабости не проходило. Голоса снова зазвучали в его голове. – Ты не тот, кем себя считаешь. – Ты слаб. – Ты один. – Тебя предали. Он стиснул зубы, но чувствовал, как стены вокруг него сужаются. Джошуа склонил голову набок. – Думаешь, ты можешь сопротивляться? Он шагнул ближе, его глаза холодно блестели. – Скоро ты будешь делать ровно то, что мы скажем. Джаред зарычал. Но даже в этом рыке было больше отчаяния, чем силы. И Джошуа улыбнулся.