Чашка кофе

По всем законам вселенной и логики, девять утра — не время для часа пик в захудалом придорожном кафе, где завтрак состоял из чистого сахара на масле и чашки тревожности. Но милая официантка с кофейником металась между столиками, и их подошедшая компания явно не была у нее первой в очереди на внимание. В закусочной было шумно. В воздухе пахло кофе, подгоревшими тостами  и чем-то сладким.   Они расположились у дальнего столика напротив окна. Идеальное место — тихое и уютное, насколько это вообще возможно в выцветшей забегаловке у дороги. Сэм облокотился лбом об стену. Он чувствовал себя сонным и заторможенным, все мышцы ныли, напоминая о вчерашней охоте и утреннем рваном сне на переднем сиденье Импалы. Одежда ощущалась слишком колючей и раздражающей, а реальность периодически уплывала. Все, что ему сейчас нужно, — дождаться первой чашки горького кофе. В такие пограничные моменты он проваливался в пыльные воспоминания о прошлом, которое так и не стало его будущим. Какой бы была его жизнь, если бы все пошло иначе? Был бы он сейчас спокойным семьянином с двухэтажным домиком и двумя детьми? Эта мечта теперь казалась ему тесной и выцветшей, он больше не вписывался в нее, вырос, как другие вырастают из одежды. Слишком многое с ним произошло, чтобы позволить себе такую роскошь как нормальная жизнь. И все же иногда было приятно о ней думать.    Дин, сидевший напротив, светился от удовольствия. Хорошая охота, долгая дорога, пирог на завтрак — его стихия. Кастиэль, сидящий рядом с Сэмом, молчал, но его взгляд, как всегда, был прикован к Дину. Их обычный вторник. Ничего нового.   Разве что Габриэль.    Если быть честным, то Габриэль уже давно не был чем-то новым в их компании. Да, теперь в Импале стало теснее, в мотелях они снимали две комнаты, а среди линялых футболок и фланелевых рубашек Сэма вдруг появились леденцы и пара боксеров меньшего размера. Тем не менее оно произошло так плавно и естественно, словно архангел был с ними с самого начала. Даже их перепалки с Дином воспринимались как привычный домашний бубнеж.   Однажды Сэм решил, что стоит поговорить об этом с Дином. Но после нескольких многозначительных братских взглядов между ними… В общем, Сэм решил, что объяснять что-либо он будет только в том случае, если его спросят напрямую. Дин, судя по всему, решил не спрашивать, пока ему не объяснят.   Так что Габриэль теперь был с ними. С ним.    А еще Габриэль не умел держать язык за зубами.   Это был факт. Суровая реальность. Неотвратимая, как гравитация или три закона диалектической логики*. Подколки, уже привычные за месяцы путешествий, но все такие же острые и провокационные.    Дин энергично пережевывал пирог, размахивая вилкой и периодически пытаясь накормить Каса. Сэм задумчиво крутил кольцо на пальце, изучая меню. Габриэль, кажется, даже не подумал, прежде чем сказал: — Будущий муж скажет “что”… — Что? — Автоматически откликнулся Сэм, не отрывая взгляда от меню. Габриэль победно вскинулся, рассмеявшись на всю закусочную. Дин перестал жевать и с подозрением посмотрел на него. Сэм моргнул, поднял голову… и осознал.    Это была не худшая шутка Габриэля. Одна из тех которые раздражали Дина и поднимали настроение Сэму. В другой день Сэм бы просто хмыкнул и подозвал официантку, чтобы наконец получить свою чашку кофе. Но Сэм слишком хорошо знал Габриэля. А главное, он научился играть в его игры.   Медленно, очень очень медленно он снял кольцо с пальца, аккуратно взял Габриэля за руку и надел его обратно — только уже на палец архангела. Дин подавился кофе. — Э… — Пробормотал Дин. — Чего? Габриэль смотрел на кольцо, потом на Сэма, потом на Дина, который в ужасе пытался осознать происходящее. Сэм пожал плечами. Его забавляла ситуация и то, как преувеличенно резко брат реагировал на обычную шутку. — Думаю, да. — Кивнул Сэм, стараясь сохранить невозмутимое выражение лица и не рассмеяться раньше времени. Дин выдохнул. Вилка с куском вишневого пирога выскользнула у него из рук, оставив размазанный вишневый след на замызганной столешнице.  — Вы, блять… ПОДОЖДИТЕ, ВЫ, БЛЯТЬ…   Габриэль тоже выглядел удивленным. Он смотрел на несуразно большое для его безымянного пальца кольцо дольше, чем следовало. Дольше, чем позволял жанр комического. Сэм поерзал на сиденье, его уверенность потихоньку растворялась как кусочек сахара в горячем кофе. Боже, он никогда не умел шутить. Нечего было и начинать.    Прошла целая минута, прежде чем Габриэль отлип от кольца и поднял взгляд на Сэма. Боже.    У Сэма перехватило дыхание. Ни разу за все время он не видел, чтобы Габриэль улыбался так. Открыто и счастливо, словно ему вручили не потертое старое кольцо, а ключи от шоколадной фабрики Вилли Вонки. О. Блять. Сэм сглотнул. Габриэль, кажется, уловил неуверенность Сэма. Во всяком случае его плечи напряглись чуть сильнее, а улыбка стала искусственно веселой.  — О, Винчестер, это контракт без возврата, —  Архангел снова надел свою излюбленную маску Трикстера. —  Ты понимаешь, что теперь ты обречён делить сию смертную бренность со мной? Трепещи!  Сэму надо было срочно что-то делать. Теперь не ради шутки, а чтобы не потерять ту, почти незнакомую ему улыбку Габриэля. Он постарался собрать в себе всю уверенность, которая у него когда нибудь была. — Я не против. Если ты правда хочешь, — Сэм закашлялся, стараясь не смотреть Габриэлю прямо в глаза. Аккуратно накрыл его руку своей и продолжил. — Мы можем… В смысле я “да”, если ты… ну если ты “да”.    Губы пересохли. Ладони вспотели. Он чувствовал, как дрожат его руки.   Ему стало физически больно от того, сколько надежды ему дала та улыбка. Надежды на будущее, которого у него, как он считал, никогда не будет. Сэм не думал, что его сонная штука зайдет так далеко. Нет, он не был против. Он никогда не встречался просто ради встреч — всегда был тем хорошим парнем, который либо для «долго и счастливо», либо… для жестокой, нелепой смерти.  Последнюю мысль Сэм постарался прогнать.    Сэм не был против пойти дальше с Габриэлем, просто… Они никогда не обсуждали их… отношения? Можно ли вообще назвать их так? Да, у них было все то, что обычно есть у пар, настолько, насколько можно ставить в одно предложение слово “обычно” и “отношения с архангелом”. Но они никогда это не обсуждали, действуя в темноте на ощупь. Он не знал, чего хочет Габриэль. Захочет ли он чего-то большего? Или в один день просто уйдет, не сказав ни слова? Сэм был… Он просто был готов взять все, что готов был предложить Габриэль. Без надежды на большее.  — Да. Раздавшийся голос вывел Сэма из размышлений и он резко поднял голову, встречаясь взглядом с архангелом. Габриэль сжал его руку, все еще улыбаясь. — Черт, ты правда это делаешь, да? — Габриэль снова посмотрел на кольцо. Серьезно. Как на что-то важное, а не дешевый кусок металла.  — Давай сделаем это ярко, Сэмшайн. У Сэма перехватило дыхание.   Дин выглядел так, будто ему только что предложили выпить пару литров демонской крови и поцеловать Люцифера.  — Сэм, это… так не работает! — Работает, — ухмыльнулся Габриэль, победно смотря на Дина. — Прекрасно работает, да. — Нет! — Да. — НЕТ! — Да. — Уверенно произнес Сэм. Габриэль обернулся к Сэму, сияя: — Сделаем это в Вегасе, малыш! Дин застонал. — О, не-не-не-не-не. Ты… Мы это не обсуждали, ну знаешь, ничего из этого— Дин махнул рукой в сторону Габриэля и устало потер переносицу. Казалось, будто из Дина выпустили весь воздух. Еще минуту назад довольный жизнью, теперь он сидел, ссутулившись, напряженный, потерянный. — Сэм, ты уверен?    Он смотрел на брата так, будто Сэм только что предал его. Как будто решил уйти навсегда, не оставив даже прощального письма. Сэм помнил этот потерянный взгляд. Дин уже смотрел на него так, когда он уезжал в Стемфорд.   Вилка с куском пирога неряшливо валялась на столе. Над столом повисло неловкое молчание.  — Дин, — Тихо начал Сэм. — Я тебя не бросаю. Я все еще здесь. Но я устал откладывать свою жизнь до следующего Апокалипсиса или чьей-то смерти.   Он сделал глубокий вдох. Удивительно, но произнесенные слова принесли ему самому странное, но приятное чувство спокойствия. — С нами постоянно что-то случается, и будет случаться. Это жизнь охотника. Ты знаешь это даже лучше меня. Так что ждать «подходящего момента» просто глупо. Может, если бы мы были другими, нам был бы положен такой выбор. Но нам такого не положили. Сэм выдохнул. Он сказал это больше для себя, чем для Дина, но все равно чувствовал, что брат его услышал. — Тем более, Дин-о, — Встрял Габриэль, довольно ухмыляясь, — Бумажкой больше, бумажкой меньше. Сам понимаешь, технически со всеми этими отпечатками на ребрах мы… ну, ты в курсе. Теперь просто сделаем это официально. Ты и сам с Кас… Рука врезалась в лицо Габриэля прежде, чем он успел договорить. Кастиэль выглядел взволнованным, закрывая рот Габриэлю, при этом отчаянно старался не смотреть на Дина.   — Не надо, — Голос Кастиэля прошелестел неожиданно тихо.  — Кас…— Дин замер. Теперь он выглядел не просто растерянным, а по-настоящему испуганным. В его голосе звучало что-то, что Сэм слышал нечасто — уязвимость.  — Кас, объясни? — Ничего, Дин, — Кас выглядел затравленно, гипнотизируя кусочек упавшего пирога, будто ища в нем ответы. — Я должен вас всех покинуть на какое-то время.  Он сделал паузу, сглотнул. — Хорошего дня. Короткий взгляд в сторону Сэма, слабая улыбка. — Рад за вас. На последнем предложении его голос соскочил, проглатывая слоги. Секунду спустя на месте, где сидел Кас, было лишь пустое пространство.  Дин вскочил. — Габриэль! — Рыкнул Дин, бессильно сжимая кулаки. — Объяснись, что это за хрень. — Оу, Динно-Нинно, — Габриэль, освобожденный из захвата Кастиэля, выглядел печальным. — Это, похоже, тайна. И, знаешь, если ты спросишь меня, то абсолютно несправедливая. Ты вроде как тоже полноправный участник этой истории, но… вас, мальчики, видимо забыли предупредить. Он усмехнулся, но без обычного веселья. — Давай так. Обмен. — Ну?! — Я отведу тебя к Касу. А ты у него спросишь, что означает вся эта поэтическая чушь про «глубокую связь» и чего ему на самом деле стоило вытащить твою душу из Ада. Габриэль многозначительно поиграл бровями. — А взамен… Сэм получает твое благословение. Или что там положено в таких случаях хорошеньким младшим братьям от старших контролирующих психов с ангельским маслом? Дин выругался, сжал кулаки. Бросил затравленный взгляд на Сэма, словно взвешивая что-то для себя. Выдохнул. — Веди. Тихий хлопок — и Дин с Габриэлем исчезли. За столиком остался только недоеденный пирог и Сэм. Он устало выдохнул и поднял руку, привлекая внимание официантки. Что бы ни происходило, он просто хотел свою чертову утреннюю кружку кофе.